Диахрония как объяснение Модели объяснения и их применение в лингвистике (стр. 9 )

Таким  образом, можно  сказать,  что ориентация на типологию (в широком смысле этого слова) была свойственна сравнительно-историческому методу еще до становления типологии  как науки.

II.3.4 Выводы

Оценивая теперь в целом,  исходя из выше сказанного, ДН объяснения, построенные на основе звуковых законов необходимо отметить следующее. 1. Проблематичным  является целый ряд ДН характер объяснений  использующих правила связывающие реконструированные  фонемы  с фонемами засвидетельствованных языков.  Поскольку принцип непреложности  звуковых законов  в таких объяснениях используется дважды  сначала при реконструкции фонемы праязыка части,  а затем при постулировании закона используемого в объяснении.

2. Слишком  частный характер звуковых законов, несет в себе опасность неверифицируемости их предсказательной силы, а следовательно  и ставит  вопрос их ценности с точки зрения приобретения нового знания.

3.  В  построении непреложных законов  исследователь  так или иначе должен  ориентироваться на типологические данные, которые  не  предоставляют правил обеспечивающих  ДН объяснения наблюдаемых явлений12.

II.4. Индуктивно-статистические объяснения. Аналогические  и  инновационные процессы.
II.4.1  Введение

В этом разделе  мы рассмотрим  несколько типов диахронических  объяснений построенных  по индуктивно-статистической (ИС) модели. Так или иначе, все они были задействованы  уже  в сравнительно-историческом языкознании  19  века.  Особо  стоит  отметить объяснения  построенные на апелляции к действию  аналогии,  легшие,  наряду  с обращением  к звуковым законам, в основу  младограмматической  методологии.  Выработанные в 19 веке  типы диахронических объяснений получили  новую жизнь  в конце  20-го, с экспансией диахронических  методов в типологию. Главным завоеванием в этой области  стала разработка теории  грамматикализации [Hopper&Traugott 1992; Lehmann  1982].  В своей наиболее широкой трактовке  теория  грамматикализации (далее ТГ) стала включать все типы грамматических  изменений (ср., понимание грамматикализации в  [Bybee &Dahl 1989],  [Bybee  et  al.  1994]).  Для нашего  исследования представляется более  удобным исходить из более узкого  понимания термина. В дальнейшем мы будем ориентироваться на предложенное в [Lehmann Chr. 2004: 155] определение:

“Grammaticalization of a linguistic sign is process in which it loses in autonomy by becoming more subject to constraints of linguistic system”.

По мнению  K.  Леманна существуют  процессы, которые можно  было бы назвать  «чистой грамматикализацией»,  а так же ряд процессов  в которых грамматикализация  сопровождается другими процессами грамматического  изменения  такими  как аналогия, переразложение («reanalysis» ) и  конверсия [там же: 158 - 165]. Кроме,  того,  от грамматикализации  предлагается отличать лексикализацию. Разница  между двумя процессами быть описана следующим образом [там же: 166]:

«…lexicalization leads from (lexical-)syntactic  expression via derivational to the lexical expression of  a concept,  while grammaticalization leads from (lexical-)syntactic  expression via free-grammatical to inflectional expression of concept».

II.4.2  Два типа  процессов диахронического  изменения

Итак,  нас будут интересовать четыре процесса диахронического  изменения: грамматикализация,  лексикализация, конверсия, переразложение и аналогия.  С точки зрения  использования для объяснения лингвистических  фактов, как нам кажется,  эти процессы могут быть разделены на два класса:

Аналогические процессы (аналогия, переразложение, конверсия).

Т. е. процессы, в результате которых появляется сущность, аналоги которой  уже существуют  в языке.

Инновационные процессы (грамматикализация,  лексикализация).

Т. е.  процессы, в результате которых появляется сущность до этого  в языке не существовавшая.

Сразу следует  оговориться,  что предложенное разделение  во многом  условно. Во-первых,  как уже  говорилось, процессы обоих типов могут действовать одновременно,  так,  что  в принципе, при объяснении возможно  использование только одного из них. Во-вторых, сами понятия инновации и  аналогии не поддаются точному определению, и описанные выше процессы  могут быть поняты как сочетающие в себе тот и другой компонент. Несмотря на это, мы (уповая на интуитивную понятность двух терминов) считаем, что такое разделение оказывается полезно  с точки зрения рассматриваемых здесь проблем объяснения.

II.4.3 Аналогия как объяснение II.4.3.1 Конверсия  и переразложение  как аналогические процессы

Для начала остановимся поподробней  на тех основаниях,  которые позволяют отнести  конверсию и переразложение  к аналогическим процессам. 

Конверсия

«Category conversion or lateral conversion <…> involves the transfer of a linguistic item into a different category <…> The categories at stake here are essentially syntactic categories, including word classes and their subclasses» [там же:123]

Примером  конверсии  может служить  английское talk в примере (1), которое, подвергшись конверсии, может использоваться  в качестве  существительного (2).

I talk  to her I gave her a talk 

В предельно  простой  своей трактовке этот процесс сводим к аналогии  между  контекстами типа (2)  и типа (3).

I gave her a book

Или,  обобщая,  можно сказать,  что глагол перенимает  по аналогии  свойства  существительного (в частности  способность  выступать в контексте I gave her_).

Переразложение

«The reanalysis of a construction is the assignment of a different grammatical structure to it. Expressions instantiating the construction are thereby not changed. The reanalysis is therefore itself not observable. Its accomplishment can only be diagnosed ex post when the construction behaves in ways that presuppose its new structure» [там же: 161].

В качестве  примера  Леманн  приводит немецкие конструкции с  um…  zu.

ging [um Wasser][zu holen]  lit.  ‘went  for water to fetch’  ging [um [Wasser zu holen]] lit.  ‘went in (oder  to fetch) water’

(4)  содержит целевой адъюнкт, представленный предложной группой возглавляемой um и инфинитивное дополнение zu holen,  субъект  которого контролируется  подлежащим  главного предикации, а объект именем в предложной группе. Эта конструкции  перестраивается  в (5), в которой  имя  реинтерпретируется в качестве прямого дополнения инфинитива,  в результате  чего  исчезает граница клаузы разъединявшая их в (4). Отсутствие границы между именем и инфинитивом может быть диагностировано предложением  (6).

ging um heimwдrts zu fahren  ‘went to drive home’

В (6) наречие heimwдrts не  может зависеть от предлога  um. Следовательно, не  существует границы клаузы heimwдrts  и инфинитивом.

  В качестве источника  аналогии  в данном  случае выступает  конструкция представленная в (7).

ging [Wasser (zu) holen]  ‘went to fetch water’
II.4.3.2 Объяснение, основанное на аналогии.

  В дальнейшем будем считать верным наше отнесение трех выше названных  процессов к аналогическим.  Наше рассмотрение будет посвящено главным образом аналогии.  Выявленные далее особенности с нашей точки зрения могут быть  отнесены  и к другим представителям намеченного нами класса.

Прежде всего, необходимо отметить, что  аналогическое объяснение  в принципе может быть применено к двум типам фактов.  В качестве экспаланандума может выступать либо отношение грамматических  форм (1а), либо диахронический процесс  смены одного  отношения другим (1б). Приведем пример того, как действует  объяснение  в обоих случаях.

1а)  в качестве эксдланандума выступает отношение двух грамматических  форм.  Например,  отношение leap: leap-ed  в английском  языке.  Эксплананс  составляет обнаруживаемое  в этом же языке другое отношение, структурно-аналогичное  данному, например walk: walk-ed и правило аналогии  согласно которому, если в языке отношение связывает,  две формы одного  слова,  то  вероятным представляется, что это отношение  будет  связывать и те же формы другого слова.

1б)  в качестве экспланандума  выступает замена в процессе исторического развития отношения грамматических  форм R1,  обнаруживаемого  синхронном состоянии L1 (например leap: leapt в английском)  отношением R3 (leap: leap-ed), обнаруживаемом в синхронном состоянии L2,  следующим за L1.  В качестве эксплананса  выступает обнаруживаемое  в L1 более продуктивное,  чем  R1, отношение  R2 (walk: walk-ed) аналогичное R3 и правило  аналогии, согласно  которому, если  в языке существует менее  продуктивное  отношение,  связывающее две формы слова, оно  может быть заменено более  продуктивным,  связывающим  те  же  формы в других словах. 

Очевидным образом оба эти правила выводимы из  общего положения, согласно  которому одинаковые семантические отношения  в языке  имеют тенденцию одинаково выражаться13.  Выражение  «имеют  тенденцию» должно таким образом пониматься в двух  смыслах:  статистическом,  для  фактов  синхронии и пробабилистическом, для диахронических изменений.