Философский пантеизм в зарубежной и русской гуманитарной мысли (стр. 4 )

Идеи Соловьёва нашли отражение в творчестве многих поэтов Серебряного века. Соловьёвское понятие «двоемирия» было принято символистами и означало одно, что параллельно между собой существуют два реальных мира: земной, ощутимый, предметно-бытовой и мир идеальный, ирреальный, мир прекрасных и таинственных идей, смыслов. Согласно Соловьёву, человек прикован незримыми цепями к «нездешним берегам», то есть к идеальному, божественному миру, но он не свободен в своём приближении к нему, потому что подвластен высшей воле, а она, в свою очередь, лишь обостряет влечение, намекает, что «…под личиной вещества бесстрастной // Везде огонь божественный горит» [24, с.185]. Таким образом, можно сказать, что философия Владимира Соловьёва утверждает единство абсолютно всех форм бытия. Социальным идеалом, конечной степенью истории философ считал «Богочеловечество», достигаемое при помощи «вселенской церкви», объединяющей основные разновидности христианства. Утверждение справедливости, достижение социального предела не произойдёт само собой. В противовес Л. Н. Соловьёв доказывает необходимость противоборства добра со злом.

Следует отметить, что философско-религиозный мистицизм Соловьёва оказал заметное влияние на развитие общественной мысли в России начала XX века. Николай Александрович Бердяев, один из виднейших последователей Соловьёва, сделал попытку обоснования специфики философской мысли, отличную от традиций классической философии. С его точки зрения, «философия есть творчество, а не приспособление к необходимости» [4, с.288].

Как и у других религиозных философов, у Бердяева преобладает ориентация непосредственно на человека. Отсюда антропоцентризм и персонализм его философии. Человек – в центре бытия. В философии, по Бердяеву, осуществляется самоосвобождение творческих способностей человеческого духа, которое в то же время предполагает особый дар свыше. Поэтому творчество рассматривается им как своеобразная форма откровения человека, как творение, продолжающееся совместно с Богом. Следовательно, и в этой концепции усматривается пантеистическая мысль.

Таким образом, русские писатели, опираясь на православие, стремились к созданию синтетической философии, которая должна показать, как человек совместно с Богом может преобразовать мир, прийти к Богочеловечеству. При этом русская философская мысль XIX – начала XX веков, как и классическая литература, несли миру глубоко выстраданную истину: нет и не может быть такой цели, ради которой допустима жертва, хотя бы в одну человеческую жизнь.

Выводы

Пантеизм – это философско-религиозная доктрина, из которой следует, что бог имманентен миру, бог и мир имеют одну и ту же суть. Понятие «пантеизм» (с древнегреческого – «всё бог, божество») впервые ввёл в 1709 году теолог Й. Фай, а термин «пантеист» введён в философский оборот Джоном Толандом в 1705 году.

Корнями пантеизм уходит глубоко в древневосточные религиозно-философские системы. В философии Античности пантеизм является неотъемлемой частью познания мира, природы, Вселенной. Проявился впервые в учениях мыслителей досократовского периода: Анаксимандра, Фалеса, Анаксимена, Гераклита.

Представители более позднего пантеизма: Николай Кузанский, Бенедикт Спиноза, Джордано Бруно и др. выделяли в истории философской мысли два пантеистических направления:

Натуралистический пантеизм (обожествление природы и всего живого); Мистический пантеизм (пантеизм «всё в боге», т. е. не бог в природе, но природа в боге).

Что касается пантеизма в отечественной философии, то его причины таились в особенностях христианской православной культуры. Понятия христианства вынужденно сочетались с элементами языческого обожествления природы.

В русской литературе традиции пантеизма проявляется довольно ярко. Приверженцами этого учения были такие классики, как , , . У последнего даже была собственная философия ненасилия – «толстовство», которая снискала успех у многих людей искусства, в том числе за рубежом.

Современное положение пантеизма таково, что его определяют как образ мыслей, при котом бог и природа даже объединяются, отблеск божественного присутствует во всём живом. В последние десятилетия пантеизм – это определение и некая идеологическая платформа защитников природы, пропагандирующих экологическое сознание, привлекая внимание общественности к проблемам окружающей среды.

Глава 2 Пантеизм в художественном мире лирики

2.1 Философские искания 1905–1920 годов

Если правда, что художник творит для того, чтобы люди полюбили его самого, а на это намекает строка, ставящая перед поэтом задачу «привлечь к себе любовь пространства» [28, с.27], – то Пастернак не только в литературе, но и в жизни весь был таким творчеством.

Вступление Пастернака в литературу связано с его участием в литературных кружках, формировавшихся вокруг символистского издательства «Мусагет». Символистские концепции, символистская эстетика определили особенности раннего творчества Пастернака. В 1913 году Пастернак примыкает к литературной группе «Лирика». В 1914 году «Лирика» издает первый сборник стихотворений Пастернака «Близнец в тучах». Налёт символизма в этой книге был достаточно силён. Стихотворения Пастернака той поры изобилуют метафорами, иносказаниями, ассоциативной образностью.

В «Лирике» происходит раскол, и Пастернак примыкает к футуристическому течению русской поэзии, он входит в группу «Центрифуга». В 1917 году Пастернак пишет статью для «Третьего сборника Центрифуги». В этой статье Пастернак выражает свою радость от существования талантливого поэта Маяковского и высказывает два требования, которые должны быть применимы к настоящему поэту и которым отвечает поэзия Маяковского. Во-первых, ясность творчества. Во-вторых, ответственность перед вечностью, которая является судьёй настоящего поэта. В своей статье Пастернак соизмеряет творчество с категориями вечности и бессмертия. Так Пастернак понимает роль поэта, и такое отношение к поэту и поэзии пройдет через всё его творчество [1, с.368].

В самом начале поэтического пути, в 1912 году, Пастернак нашёл для выражения своей поэзии очень ёмкие слова:

И, как в неслыханную веру,
Я в эту ночь перехожу,
Где тополь обветшало – серый
Завесил лунную межу.
Где труд как явленная тайна,
Где шепчет яблони прибой,
Где сад висит постройкой свайной
И держит небо пред собой [26, с.323].

Чтобы включиться в поэтическую жизнь Москвы, Пастернак вошёл в группу поэтов, которую возглавлял Юлиан Анисимов. Группа эта носила говорящее название «Лирика». И первыми напечатанными стихами оказались те, что вошли в сборник «Лирика», который был издан в 1913 году. Стоит отметить, что стихи эти не включались автором ни в одну из его книг и не перепечатывались при его жизни.

Мне снилась осень в полусвете стёкол,
Друзья и ты в их шутовской гурьбе,
И, как с небес добывший крови сокол,
Спускалось сердце на руку к тебе… [25, с.220]

В 1914 году выходит его уже самостоятельный сборник, названный им «Близнец в тучах». Тогда, нужно сказать, сборник не привлёк к себе особого внимания. Лишь поэт Валерий Брюсов одобрительно о нём отозвался. Сам Пастернак говорил: «Я старался избегать романтического наигрыша, посторонней интересности. Мне не требовалось громыхать их с эстрады… Я не добивался отчётливой ритмики, плясовой и песенной, от действия которой почти без участия слов сами собой начинают двигаться ноги и руки. Моя постоянная забота обращена была на содержание. Моей постоянной мечтою было, чтобы само стихотворение нечто содержало, чтобы оно содержало новую мысль или новую картину» [1, с.368].

Пожалуй, это и были те мысли и правила, которыми в большей или меньшей степени руководствовался поэт в течение всего своего творческого пути.

Стихи, написанные в те годы, частично были включены затем Пастернаком в цикл «Начальная пора» – цикл, которым обычно стали открываться его сборники стихотворений.

Я рос. Меня, как Ганимеда,
Несли ненастья, сны несли.
Как крылья, отрастали беды
И отделяли от земли.
Я рос. И повечерий тканых
Меня фата обволокла.
Напутствуем вином в стаканах,
Игрой печального стекла… [25, с.209]

В 1917 году ещё до того, как произошла Октябрьская революция, вышла с цензурными изъятиями вторая книга стихов поэта «Поверх барьеров». Эти книги и составили первый период творчества Пастернака, а именно период поиска своего поэтического лица.

Ранний Пастернак стремился к “материальной выразительности «в рамках объективного тематизма», что, прежде всего, осуществлялось в структуре образа. Поэтический образ соответствует действительности, но соответствие это особенного свойства. Образ строится на ассоциативном сближении предметов, явлений, состояний. Он конкретен в локальных пределах темы и одновременно передаёт внутреннюю целостность, нерасчленимость жизни.

С 1918 года происходит постепенное освобождение Пастернака от эстетических требований разных литературных течений. В статье «Несколько положений» [27, с.600] Пастернак заявляет о себе как о поэте самостоятельном, не связанном эстетическими требованиями различных литературных деклараций. Теперь Пастернак в своих стихах стремится к простоте, естественность становится для него важнейшим признаком настоящего искусства.

В 1922 году вышел следующий сборник Пастернака «Сестра моя – жизнь». Тема поэта и поэзии звучит в этом сборнике в цикле «Занятие философией». Пастернак пытается дать философское определение творчества в стихотворениях «Определение поэзии», «Определение души», «Определение творчества». Творчество по своей сути для Пастернака космично, оно генетически связано со Вселенной.

Завершается ранний период объёмным стихотворением «Марбург».

…одних это всё ослепляло. Другим –

Той тьмою казалось, что глаз хоть выколи.
Копались цыплята в кустах георгин,
Сверчки и стрекозы, как чашки, тикали.
Плыла черепица, и полдень смотрел,
Не смаргивая, на ковш. А в Марбурге
Кто, громко свища, мастерил самострел,
Кто молча готовился к Троицкой ярмарке… [28, с.59]

Можно сказать, не принижая ряда других, может быть, даже более совершенных по тому времени стихотворений, что именно в “ Марбурге” Пастернак увидел жизнь «по – новому и как бы впервые», то есть достиг зрелой оригинальности поэтической мысли. Именно поэтому «Марбургом» завершается ранний период творчества .