Отцовство заняло все его время, как ни одно занятие раньше. Джек никогда не чувствовал страха, заботясь об этих маленьких крепеньких комочках, растущих на грудном молоке день за днем. Он купал их, пеленал, и относил эти бережно закутанные свертки Кейт. А во время долгих ночей с Молли, плачущей из-за колик, он окончательно потерял интерес к преподаванию. В начале августа он позвонил директору академии Бёрнсайд и сообщил, что не вернется на работу. Это был неслыханный поступок, потому что договор был уже подписан, но терпимый из-за долгого сотрудничества Джека со школой. Кейт эта идея пришлась по душе, потому что она никогда не думала о том, чтобы бросить свою работу.
И все было более чем прекрасно, но день, проведенный с двумя маленькими детьми, может показаться взрослому утомительным, особенно мужчине, привыкшему читать толстые сложные книги с играющей классической музыкой на фоне. Поэтому, когда в воскресенье выдавалась возможность побыть час одному, он всеми силами хватался за нее.
«Папочка», - сказала Молли,- «но ведь будет веселее, если мы вместе пойдем».
«Только остаться без ужина совсем не весело», - ответил Джек.
«Даже Конвей хочет, чтобы ты пошел», - сказал Зик. Собака стояла рядом и упрашивающим взглядом смотрела на Джека.
«А нельзя положить тесто в прохладное место, чтобы оно не поднималось?»- спросила Кейт.- «И мясо ты мог бы выключить на час; ничего бы не изменилось от этого».
«Точно, папочка! И мы бы тогда смогли попить горячий шоколад, а потом ты бы вперед нас отправился домой», - добавила Молли.
«В следующий раз», - пообещал он,- «В любом случае, кто-то должен остаться дома и встретить наших гостей».
«Жалко, что Лиззи не придет», - сказала Молли,- «без нее будет не так весело. Вы все будете только разговаривать и разговаривать». Лиззи была любимой няней близнецов и являлась дочерью Клэр Вестфилд от первого брака.
Джек внутри согласился с Молли: четверо взрослых будут стремиться посидеть в тишине; детей будет сложно успокоить; Кейт выпьет слишком много и уснет сразу, как только голова коснется подушки, а ведь он хотел провести эту ночь вместе с ней.
«Все пройдет замечательно», - ответила Кейт, - «Мы хорошо проведем время. Но нам уже пора идти».
№ 000.
Некоторая мера счастья
Автор: Ли Уикс
Каждый день Кейт ездила в город на работу в клинику, куда беременные женщины без медицинской страховки приезжали за дородовой помощью. Она направляла бесчисленные жизни в ослепительный свет мира, уговаривая женщин при родах дышать, расслабиться и позволить природе пройти своим чередом; но когда настала ее очередь, Молли решила войти вперед ногами. Кейт попробовала йогу, сделала сальто в бассейне и, наконец, согласилась попробовать такой процесс, при котором врачи пытаются вытащить ребенка изнутри методами легкого нажатия. Ничего не получалось. Она мучилась на протяжении девяти часов и родила Зика, затем Джек надел перчатки и держал ее лицо в руках, в то время пока хирург разрезал ее и вытащил их кричащую дочку в холодную операционную. Это было сюрреалистично, с Кейт, отважно улыбающейся на одном конце стола, а ее разрезанный живот на другом конце. Он не ожидал так много крови, у Джека был момент, когда он подумал, что может упасть в обморок, но в это время услышал крик Молли вместе с плачем Зика. Оба его ярко-розовых младенца получили самый высокий балл по шкале Апгар и сразу взяли грудь, а когда Кейт вернулась к работе, они так же жадно пили из бутылочек.
Отцовство быстро заиграло в нем, как никогда прежде. Джек не чувствовал страха, заботясь о их маленьких крепких тельцах, которые полнели день за днем. Он купал, пеленал их дико-размахивающие ручки и ножки и приносил как аккуратно завернутые пакетики Кейт, но на протяжении долгих ночей с Молли, которая страдала от колик, он терял всякий интерес к преподаванию. В первую неделю августа Джек позвонил директору Академии Бернсайд, чтобы сказать, что он не вернется - неслыханный поступок, так как он уже подписал контракт, но терпел из за долгой связи Джека со школой. Кейт понравилась эта идея. Уход с работы прежде никогда не приходил ей в голову.
Это было прекрасно, более чем прекрасно, но день может показаться взрослому с двумя детьми очень долгим, особенно если он привык читать длинные сложные книги во время прослушивания классической музыки. Когда у него появилась возможность провести час одному в воскресенье днем, Джек сразу же вцепился в нее.
«Папочка»,- сказала Молли, «Будет веселее, если мы пойдем все вместе».
«Но будет невесело, если мы придем домой на сожженный ужин»,- сказал Джек.
«Даже Конвей хочет, чтобы ты пошел»,- сказал Зик. Пес тоскливо уставился на Джека.
«Ты не мог бы просто поставить тесто в прохладное место, чтобы оно не поднялось?»,- спросила Кейт. «Ты можешь отключить мясо на час пораньше, какая разница, когда оно приготовится?»
«Да, папочка, мы бы выпили горячего какао, и ты бы мог спуститься с холма быстрее всех», - сказала Молли.
«В следующий раз», - пообещал он. «В любом случае, кто-то должен быть здесь, когда прибудут наши друзья».
«Надеюсь, Лиззи приедет», - сказала Молли. «Мы не будем веселиться без нее. Вы и все остальные будете просто болтать и болтать». Лиззи была дочерью-подростком Клэр Вэстфилд от ее первого брака и любимой няней близнецов.
Джек чувствовал, что согласен с Молли. Еще четверо взрослых будут молчать весь день. Будет трудно заставить детей успокоиться. Кейт выпьет слишком много и заснет сразу же, как коснется подушки, и на протяжении всего дня он будет думать о том, чтобы заняться с ней любовью.
«Все будет хорошо»,- сказала Кейт. «Мы будем веселиться. Но нам надо идти сейчас».
№ 000.
Мера измерения Счастья
Ли Викс
Кейт каждый день ездила в город по работе в клинику, где беременные женщины, не имеющие медицинской страховки, приходили за предродовой помощью. Она помогала бесчисленному количеству новоиспеченных жизней, которые прорывались к яркому свету нового мира, уговаривала женщин во время родов дышать, расслабляться и позволять природе делать своё дело. Однако когда подошла ее собственная очередь, её малышка Молли приняла неправильное положение и решила выйти ножками вперёд. Кейт пробовала йогу; она делала сальто в бассейне и, в конце концов, согласилась попробовать процедуру, в которой врачи пытались перевернуть ребёнка в правильное положение, нажимая с разных сторон на живот. Ничего не получилось. Она рожала в течение девяти часов, и на свет появился Зик, а затем ее муж Джек надел медицинский халат и держал лицо Кейт в руках, пока хирург разрезал ее живот и извлекал их плачущую дочурку на свет в холодной операционной. Это была сюрреалистичная картина - Кейт храбро улыбалась на одном конце операционного стола, а ее живот был полностью распорот на другом конце. Джек не ожидал столько крови, и в один момент почувствовал, что может упасть в обморок, но потом он услышал плачь малышки Молли и малыша Зика. Оба его младенца были наливного ярко-розового цвета и получили самые высокие оценки новорожденных по шкале Апгар, затем они сразу примкнули к груди без малейшего принуждения, а когда Кейт вернулась к работе, уже умели самостоятельно кушать из бутылочек.
Отцовство требовало от Джека такой полной отдачи, как будто больше не было никаких других дел. Он никогда не испытывал чувство страха, заботясь о своих крепких маленьких малышах, которые день ото дня полнели от грудного молока. Он купал их, пеленал их тела с размахивающими ручками и ножками, а затем приносил их Кейт, как аккуратно упакованные свёрточки; в течение долгих ночей с Молли, страдавшей от колик, он потерял всякий интерес к преподаванию. На первой неделе августа он позвонил директору Академии Бернсайда, чтобы сказать о своём увольнении - это был неслыханный и дерзкий поступок, ведь он подписал контракт, но это сошло ему с рук из-за того, что он был долго и тесно связан с этой школой. Кейт это было по душе, ведь идея оставить свою собственную работу ей никогда не приходила в голову.
И это было прекрасно, более чем прекрасно. Однако взрослому человеку с двумя маленькими детьми день может казаться вечностью, особенно такому человеку, который привык читать толстые, заумные книжки, слушая при этом классическую музыку. Когда ему выпала возможность провести один час воскресения в одиночестве, Джек ухватился за неё обеими руками.
«Папа, - сказала Молли, - нам будет намного веселее, если мы пойдём все вместе».
«А также будет весело вернуться домой к сгоревшему обеду», - ответил Джек.
«Даже Конвей хочет, чтобы ты пошёл с нами», - проронил Зик. Пёс смотрел на Джека тоскующим взглядом.
«Ты мог бы просто положить хлеб в более прохладное место, чтобы тесто не успело подняться? - спросила Кейт. - И ты можешь выключить жаркое на час, какая будет разница?»
«Да, папочка, мы бы выпили горячего какао, а ты смог бы спуститься с холма быстрее», - сказала Молли.
«В следующий раз, - пообещал он. - В любом случае, кто-то должен быть дома, когда приедут наши друзья».
«Я хочу, чтобы Лиззи пришла, - сказала Молли. - Без нее будет скучно. Ты и все остальные просто будете болтать и болтать». Лиззи была юной дочерью Клэр Уэстфильд от ее первого брака и любимой няней близнецов.
Джек чувствовал, что согласен с Молли. Еще четыре взрослых человека разбавят тишину дня. Будет трудно угомонить детей. Кейт выпьет слишком много и заснет, чуть её голова коснется подушки, а Джек весь день думал о том, чтобы остаться с ней наедине.
«Все будет хорошо, - сказала Кейт. - Будет весело. А сейчас мы должны идти».
№ 000.
Мера счастья
Ли Викс
Кейт ездила в город каждый день — на работу в клинику, куда обращались беременные женщины, у которых не было медицинской страховки. Уговаривая рожениц во время схваток дышать, расслабиться и дать ребёнку появиться на свет, она привела в этот шумный мир бесчисленное количество новорождённых. Когда же пришёл её черёд, Молли решила вылезти вперёд ногами. Кейт попробовала сделать пару асан, но после кульбитов в бассейне наконец согласилась, чтобы врачи попытались перевернуть ребёнка с помощью надавливаний и толчков. Но ничего не вышло. После девяти часов схваток она родила Зика. Пока хирург орудовал внутри неё и вытаскивал их кричащую дочь в холодное пространство операционной, Джек, одетый в медицинский халат, гладил жену по лицу. Картина открывалась сюрреалистичная: на одном конце операционного стола сверкала ободряющая улыбка Кейт, а на другом — красовались её внутренности. Джек не ожидал, что будет столько крови и в какой-то момент даже подумал, что упадёт в обморок, как вдруг услышал синхронный плач Молли и Зика. Оба его ярко-розовых младенца получили максимальные баллы по шкале Апгар и сами потянулись к груди матери, а когда Кейт вышла на работу, они легко перешли на бутылочки.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 |
