Каждый день Кати ездила в город на работу. Она работала в родильном доме, куда для родов привозили беременных женщин без медицинской страховки. Она помогла появиться на свет многим малышам - уговаривала женщин дышать, расслабиться и подчиниться природе. Однако, когда пришла очередь самой Кати, у нее возникли проблемы: ее дочь Молли решила войти в этот мир ногами в прямом смысле этой фразы. Кати перепробовала все: она стояла в асанах, кувыркалась в бассейне и даже согласилась на то, чтобы доктор давил ей на живот, помогая ребенку вылезти, но ничего не помогало (стр. 1 )

№ 000.

Каждый день Кати ездила в город на работу. Она работала в родильном доме, куда для родов привозили беременных женщин без медицинской страховки. Она помогла появиться на свет многим малышам - уговаривала женщин дышать, расслабиться и подчиниться природе. Однако, когда пришла очередь самой Кати, у нее возникли проблемы: ее дочь Молли решила войти в этот мир ногами в прямом смысле этой фразы. Кати перепробовала все: она стояла в асанах, кувыркалась в бассейне и даже согласилась на то, чтобы доктор давил ей на живот, помогая ребенку вылезти, но ничего не помогало. Она рожала девять часов и смогла родить только сына Зака, после чего ее муж Джек решился надеть больничный халат и побыть вместе с ней – он обнял лицо жены руками, в то время как доктор разрезал ей живот и вынул на свет их маленькую зевающую дочь. Джек не мог поверить окружающей его действительности – на одной половине стола он видел храбро улыбающуюся жену, а на другой – ее же, но разрезанную.

Он не ожидал, что крови будет настолько много, и поначалу даже испугался, но крик Молли, зазвучавший в унисон Заку, заставил его успокоиться. Двойняшки получили высокие баллы по тесту Апгара и с удовольствием сосали грудь, а к тому времени, когда Кати вернулась к работе, они уже бодро ели смесь из бутылочки.

Отцовство захватило Джека как ничто и никогда. Он не боялся брать на руки крепенькие тела своих детей, вскормленных на грудном молоке. Мужчина купал двойняшек, пеленал их вечно двигающиеся ручки и ножки и приносил Кате малышей уже аккуратно «упакованными». Джек проводил длинные ночи вместе с Молли, которая страдала от колик, и в конце концов потерял весь интерес к собственной профессии учителя. В первую неделю августа он позвонил директору Академии Бурнсайд, чтобы сказать, что он увольняется, - неслыханная наглость с его стороны с момента подписания контракта с Академией, но Джек был слишком уважаемым человеком и преподавателем, чтобы ему отказали. Кати полностью поддержала его идею, ее саму никогда не посещала мысль уволиться.

Как бы смешно не звучало, но для мужчины с двумя детьми дни стали тянуться бесконечно долго, особенно для такого мужчины, как Джек, который привык под классическую музыку читать толстые книги со сложным и запутанным сюжетом, поэтому, когда Джеку однажды представился шанс провести в воскресенье час в одиночестве, он ухватился за него.

- Папочка, - сказала Молли, - будет веселее, если мы проведем время всей семьей.

- Но будет абсолютно не весело вернуться домой и увидеть, что наш ужин сгорел, - ответил Джек.

- Папа, даже Конвей хочет, чтобы ты пошел с нами, - возразил Зак, а собака жалобно посмотрела на Джека.

- Разве ты не можешь положить тесто для хлеба в прохладное место, чтобы оно поднималось медленнее? – спросила Кати. – Духовку тоже можно выключить на час, ничего страшного не произойдет.

- Да, папочка. У нас будет горячий какао, и ты сможешь быстрее всех скатиться с горки.

- В следующий раз, обещаю. Все равно кто-то должен остаться, чтобы дождаться наших друзей.

- Я так хочу, чтобы Лиззи приехала. Без нее нам будет скучно – вы, взрослые, только и делаете, что разговариваете, - пожаловалась Молли.

Лиззи была дочерью Клэр Вестфилд от первого брака. Лиззи была подростком, и лучшей няни для себя двойняшки не могли представить.

В глубине души Джек был согласен с Молли – четверо взрослых будут страдать от неловкой тишины за столом. Детей будет тяжело успокоить, а Кати опять выпьет слишком много и уснет сразу же, как только коснется щекой подушки.

- Будет весело, - улыбнулась Кати, - и сейчас нам уже пора.

№ 000.

Некоторая мера счастья

Ли Викс

Кейт ездила в город каждый день на работу в клинику, куда беременные женщины без медицинской страховки приезжали за дородовой помощью. Она вела бесчисленные жизни в ослепительный свет мира, уговаривая женщин глубоко  дышать, ослаблять дыхание, и препятствовала преждевременным родам  ; но когда ее собственный  час  пришел, Молли  решила выйти  сперва ногами. Кейт пробовала йогу; она делала сальто в бассейне и, наконец, согласилась попробовать процесс, в котором врачи пытаются выдавить  ребенка, нажимая и толкая. Ничего не получалось. Она трудилась в течение девяти часов и родила  Зика, а затем Джек надел перчатки  и держал ее лицо в руках, в то время как хирург разрезал ее и вытащил плачущую  дочь в холодную операционную. Это было сюрреалистично, когда Кейт смело улыбалась на одном конце стола, а ее тело было открыто на другом конце. Он не ожидал столько крови, и у Джека был момент, когда он думал, что может упасть в обморок, но потом он услышал, как Молли плачет вместе с  Зиком. Оба его ярко-розовые младенцы получили самые высокие оценки Apgar  и младенцы  пили из груди  без немногого  уговаривания, и когда Кейт вернулась  к работе, они  уже пили из бутылочек.

Отцовство заявило о себе  немедленно, как ничего больше никогда не было. Джек никогда не чувствовал момента страха, заботясь о своих крепких младенцах, которые ежедневно поправлялись  на грудном молоке. Он купал их, пеленал их дико размахивающие руками и ногами и приводил их к Кейт,  аккуратно завернутые в конверты ; и в течение долгих ночей с Молли, которая страдала коликами, он потерял всякий интерес к обучению. В первую неделю августа он позвонил директору Burnside Academy, чтобы сказать, что он не вернется -  это неслыханный поступок, так как он уже подписал контракт, но терпел из-за долгой связи Джека со школой. Кейт понравилась эта идея. Уход с работы никогда не приходил ей в голову.

И это было прекрасно, более чем прекрасно, но  день может показаться длинным взрослому человеку с двумя маленькими детьми, особенно человеку, который имел привычку читать длинные сложные книги, слушая классическую музыку. Когда у него был шанс провести  один час  в воскресенье Днем, Джек использовал  его.

- Папочка, - сказала Молли, - будет веселее, если мы все пойдем.”

” Но неинтересно возвращаться домой на сожжённый  ужин, - ответил Джек.

” Даже Конвей хочет, чтобы ты ушел", - сказал Зик. Собака с тоской смотрела на Джека.

"Вы не могли бы просто поставить хлеб  в прохладное место, чтобы замедлить его  рост? "Спросила  Кейт. "Вы можете отключить тушеное мясо на час;  а какая разница?”

"Да, папа, и мы могли бы выпить горячего какао, и ты мог бы спуститься с холма быстрее всего", - сказала Молли.

- В следующий раз, - пообещал он. "В любом случае, кто-то должен быть здесь, когда прибудут наши друзья.”

” Я хочу, чтобы Лиззи пришла", - сказала Молли. “Мы не будем веселиться без нее. Вы  все будете просто болтать и болтать  ."Лиззи была  дочерью подростков  Клэр Вестфилд от ее первого брака и любимой няней близнецов.

Джек чувствовал, что согласен с Молли. Еще четверо взрослых будут чувствовать  тишину с того дня. Было бы трудно заставить детей успокоиться. Кейт слишком много пила и, когда она падала в кровать, засыпала в ту же минуту, и весь день он думал заняться с ней любовью.

” Все будет хорошо", - сказала Кейт. “Мы будем веселиться. Но мы должны  сейчас идти.”

№ 000.

Мера счастья

Ли Уикс        

Каждый день Кейт ездила на работу в город, в клинику, где женщины без медицинской страховки могли получить дородовую помощь. Она помогла бесчисленному количеству жизней появиться на этот свет. Каждый раз во время родов она утешала женщин, говоря, чтобы они дышали полной грудью, расслабились и позволили природе взять своё. Но когда пришло время самой Кейт рожать, Молли вдруг решила пойти ножками вперёд. Кейт пробовала заниматься йогой, кувыркаться в бассейне, наконец, она согласилась на помощь врачей. Надавливая на живот сверху, они пытались заставить ребенка перевернуться. Ничего не помогло. Спустя 9 часов, Кейт родила Зик. После этого Джек, одетый в медицинскую одежду, держал в своих ладонях лицо жены, пока хирург резал её, пытаясь вытащить их вторую малышку в эту холодную операционную комнату. Всё казалось нереальным. На одном конце стола Кейт храбро улыбалась, в то время как на другом конце лежало её полностью открытое тело. Джек не ожидал увидеть столько крови. В какой-то момент он даже подумал, что вот-вот потеряет сознание, но вдруг он услышал плач своих дочек. Обе его светленькие малышки получили самые высокие баллы по шкале Апгар. Без лишних уговоров они взялись за мамину грудь. А после того как Кейт вышла на работу, они без проблем питались из бутылочек.

Чувство отцовства сразу овладело Джеком. Он без капли страха ухаживал за маленькими малышками, которые благодаря грудному молоку росли и крепли день за днем. Он купал своих дочек, пеленал их непослушные ручки и ножки, а после приносил их Кейт. Малышки выглядели как аккуратно упакованные подарки. Долгими ночами Джек сидел с Молли, которая мучилась коликами. Именно тогда он и понял, что потерял весь интерес к преподаванию. Вначале августа Джек позвонил директору академии Бернсайд и сообщил, что он не вернётся обратно. Неслыханная ситуация, если считать, что Джек уже подписал контракт, но поправимая благодаря его давним связям с академией.

Кейт была в восторге. Ей и в голову не приходила мысль бросить свою работу.

И всё было хорошо, даже отлично. Но день может казаться невероятно долгим для взрослого человека с двумя маленькими детьми, имеющего кроме этого привычку постоянно читать длинные сложные книги и слушать классическую музыку. Если Джеку воскресным днём выпадал шанс провести хотя бы один час в одиночестве, он его не упускал.

– Пап, – сказала Молли, – будет веселее, если пойдут все.

– Но не так весело, как прийти домой к сгоревшему обеду. – ответил Джек.

– Даже Конуэй хочет, чтобы ты пошёл с нами. – приметила Зик.

Собака смотрела на Джека горящими желанием глазами.

– Почему бы тебе не положить хлеб в прохладное место, чтобы тесто поднималось медленнее? – предложила Кейт. – И рагу можно выключить на час, ничего с ним не случиться.

– Да, Пап, мы даже купим горячий шоколад и разрешим тебе первому прокатиться с горки. – сказала Молли.