Стезя духовная (стр. 9 )

Выпуская ежегодно от 20 до 30 детей оканчивающих полный образовательный начальный курс, наша Успенская школа предпринимала некоторые меры к тому, чтобы дать возможность им поступить в учебные заведения, доступ в которые, в виду существующего конкурса и вследствие этого повышенных требований от экзаменующихся, достаточно труден для многих из детей бедных семей; в виду этого при Успенской школе устраивались повторительные курсы.

В 1908 году они впервые были открыты Уфим. уезд. Отделением Уфимского Епархиального Училищного Совета вследствие предложения Председателя оного Отделения, священника Виктора Константиновского о том, что он, как законоучитель 4-х классного Городского училища, опытом многих лет убедился, что ученики, даже весьма успешно окончившие курс начальных школ, не исключая и училищ Министерства Народного Просвещения, вследствие своей детской подвижности и относительно малой сосредоточенности, после каникул поступают в училище, позабывши много необходимых знаний для успешной сдачи конкурсных экзаменов, а посему и лишаются возможности продолжать своё дальнейшее образование. Во избежание этого, состоятельные родители нанимают для своих детей репетиторов, уплачивая за подготовку не менее 30 рублей; для поступления же в гимназии, Реальное училище и в Духовные училища за подготовку расходуется до 50 рублей и более. Вследствие таких учловий беднота остаётся без образования…

Желая дать бедному населению города Уфы, в частности прихожанам Успенской церкви, возможность видеть своих детей более образованными, о. Константиновский предложил 15 января 1908 года Собранию Отделения Совета, не найдёт ли оно возможным разрешить ему организовать повторительные курсы при градо-Уфимской Успенской церковно-приходской школе, заведывающим которой он состоит, объявив приём на эти курсы как для учеников церковно-приходских школ, так равно и находящихся в ведении Министерства Народного Просвещения. С таким предложением о. Константиновского Собрание Отделения согласилось, возбудив ходатайство пред Епархиальным Училищным Советом об отпуске на жалованье учителю курсов до 25 рублей, так как предполагалось курсы открыть одномесячные при одном учителе, в виде опыта. Но Епархиальный Училищный Совет, не имея ничего против организации курсов, в ходатайстве относительно отпуска указанной (мизерной) суммы отказал, за неимением средств. Тогда о. Константиновским было возбуждено таковое же ходатайство предбывшим Уфимским Епископом Христофором. Его Преосвященство очень сочувственно отнёсся к сему проекту и, в виду выяснившейся необходимости иметь не одного, а двух учителей, разрешил отпустить из средств Епархиального Братства Воскресения Христова 70 рублей. Эта сумма была восполнена ещё 7-мью рублями для покрытия перерасхода.

По опубликовании сего в местных печатных органах, на курсы было зачислено 39 детей обоего пола: 21 мальчик и 18 девочек из школ не только церковно-приходских, но и из находящихся в ведении Министерства Народного Просвещения, а именно: из церковно-приходских школ города Уфы 8 мальчиков и 5 девочек, из городских начальных училищ 11 мальчиков и 14 девочек и 1 мальчик из сельской начальной школы Министерства Народного Просвещения. При сем были опрошены родители учеников, куда они намерены отдать своих детей для продолжения их образования. При этом преподавателями курсов были собраны сведения о том, в каких учебных заведениях какие сведения потребуются на приёмных экзаменах (рис. 44).

Занятия на курсах продолжались с 1-го июля по 10 августа, причём все учащиеся были разбиты на две группы: одну группу составляли мальчики, в количестве 21 человека, другую – девочки, в количестве 18 человек. С мальчиками занимался учитель II-го городского прих. училища, , а с девочками учительница 2-х классного Мариинского женского училища, , оба по приглашению организатора курсов. Учащие же в градо-Уфимских церковно-приходских школах на предложение о. Константиновского отказались. Да и не безопасно было взяться за это дело: это был первый опыт не только в Ведомстве Православного Исповедания, но и в Министерстве Народного Просвещения.

Классные занятия происходили ежедневно, с 9-ти часов утра до часу по-полудни, а иногда и до 2-х часов. Каждый день в обоих группах были уроки по Математике, Русскому языку и закон Божий; для последнего предмета группы соединялись в один класс. Преподавание Закона Божия вёл безмездно организатор Курсов, а прочие преподаватели получили по 30 р. за месяц. Преподавание шло по программе начального училища, с добавлением тех повышенных требований, какие обычно предъявляются на приёмных экзаменах при поступлении в училища высшего типа.

Результаты курсов оказались весьма успешны; при конкурсных приёмных экзаменах поступили в 4-х класные Городские училища 14 мальчиков, в 2-класное женское единственное в Уфе – безплатное, 15 девочек, в гимназию женскую 1 дев., в гимназию мужскую 1 мальч., в Реальное училище 2 мальч., и в Духовное училище мужское 1 мальчик и в Епархиальное женское 1 девочка. Поступили именно в те учебные заведения, в которые намечены были родителями при начале повторительных курсов. Не сдали приёмных экзаменов 2 мальчика, дети богатых родителей, но с весьма слабыми способностями и 2 девочки, не особенно усердно посещавшие курсы. Тем не менее, положа руку на сердце, можно сказать, что первый в Уфе опыт устройства повторит. курсов увенчался большим успехом, а главное, дал бедным родителям возможность совершенно безплатно подготовить своих детей к продолжению образования. Насколько эти курсы оказались милыми для бедноты видно уже из того, что в феврале следующего года уже начали поступать заявления некоторых не только бедняков, но и людей состоятельных, о принятии их детей на будущие курсы, если таковые будут открыты.

В наших руках имеется поверочный диктант 1-го дня курсов, как показатель того, как быстро улетучиваются познания учеников в каникулярное время и как необходимы для возстановления их повторительные курсы. Работы девочек не сохранились. Не лишним считаю заметить и то, что познания учеников церковных школ оказались нисколько не ниже учеников прочих училищ (см. экспонаты на выставку в Петербурге в 1909 году).

Таковые же повторительные курсы состоялись и в следующем 1909 году, из наличности 42 человек обоего пола, поступивших из начальных училищ разных типов. Учителем состоял тот же г. Брагин, а законоучителем Заведывающий школой. Первый за жалованье 30 руб. в месяц, а второй безплатно. Так как разрешение на открытие курсов этого года было получено о. Заведывающим только 16 июля (от 01.01.01 г. № 000), то, понятно, период учебных занятий оказался не совсем достаточным для основательного повторения всего курса начальной школы; тем не менее почти все курсисты достигли своих целей. Дети уже обучались на личные свои средства, уплативши за учебный период по 1 р. 50 коп. на все расходы курсов. Курсы посещал бывший тогда Епархиальный Наблюдатель Ив. Григ. Примогенов.

В 1910 году курсов не было, по независящим от о. Заведывающего обстоятельствам: они были встречены не особенно благосклонно теми лицами, нравственный долг которых поддерживать и развивать подобные «выступления» церковных школ… (см. жур. Епар. Учил. Совета на 22 дек. 1908 г. № 21 ст. 5 и жур. Уфим. Отд. на 1 мар. 1912 г. № 8 ст. 4).

В 1911 году повторительные курсы опять были призваны к жизни, но уже только исключительно для детей обоего пола, окончивших Успенскую школу, в виду чего и не испрашивалось для их открытия особого разрешения. Дети обучались также на свои средства со взносов в пользу учительницы по 3 руб. за весь учебный период, который продолжался с 8 июля до 9 августа. Законоучителем и Заведывающим курсов был тот же о. Константиновский безвозмездно, а учительницей – домашняя учительница (бывшая земская) Анна Привалова. Все курсисты свободно поступили в намеченные их родителями учебные заведения. В сем же 1912 году курсы не состоялись, за неимением лиц, которые бы взяли на себя труды учительствования на них за 30–40 руб….

Устройством повторительных курсов Успенская церковно-приходская школа достаточно высоко подняла свой авторитет в глазах бедняков прихода: они видят в ней не казённое только какое-либо учреждение, отбывающее свои обязанности «за страх», но скорее любящую мать, пекущуюся о порученных ей детях…

Тоже самое проглядывает и в устройстве при школе Народных чтений, которые организованы по инициативе о. Заведывающего школой, священника Виктора Константиновского на средства Комитета по устройству народных чтений в городе Уфе под личной ответственностью их организатора (жур. Отд. Совета на 8 окт. – 1897 г. ст. 4). Открытие чтений состоялось 26-го октября 1897 года после водосвятного молебна, сопровождавшегося речью о. Константиновского (см. прилож. № 13), в которой церковно-приходская школа была сравнена по своему нравственно-просветительному влиянию на народ с многоветвистым деревом, могущим прикрыть под свою сень многих, блуждающих по распутиям мира сего, а народные ч[т]ения при ней уподоблялись одной из многих ветвей сего сильного дерева…

Поводом к открытию при этой школе народных чтений послужило то обстоятельство, что в то время (да и теперь почти тоже) простой народ не представлял из себя предмета особого внимания лиц, стоявших во главе народного просвещения, особенно возрастное население города Уфы; а потому, в большинстве случаев, развлечением простого народа служили дебош, пьянство, сквернословие и прочие студные дела, несвойственные не только христианину, но даже и непросвещённому Евангельским учением человеку. Тяжело было видеть это пастырю церкви, родившемуся в сем приходе, разбросанном по окрайнам города, воспитавшемуся на гроши «малых сих» и по настоящее время несущему иго пастырства, в большинстве, среди своих сверстников, даже бывших товарищей своего детсва!...

И вот, организуется маленькая дружинка из знакомых, возбуждается ходатайство пред существовавшим тогда Комитетом народных чтений города Уфы об открытии, если не изменяет память, второй аудитории на шестидесятитысячное тогда население губернского города. Надо заметить, что кроме существовавшей тогда народной аудитории при Городской Думе не было организовано ни одного учреждения, которое поставило бы целью притти на удовлетворение запросов духовной жизни граждан-простецов… особенно нашей окрайны, где кроме питейных заведений разных категорий не было места, где можно было бы по христиански провести праздничный досуг. А посему объявление об открытии народных чтений при Успенской школе привлекло такую, помнится, массу народа, что свечи едва могли гореть в испорченном воздухе, даже при самом ещё начале чтений.

После сего Успенская аудитория была приятнейшим местом для наших простецов, где они постепенно знакомились по многим отраслям человеческого знания. Так как слушатели были ещё не подготовлены к систематическим чтениям, то последние имели в своём подборе характер случайности: каждый из лекторов читал то, что он лично находил более подходящим к запросам слушателей и, отчасти, и своим личным взглядам. Но после, при назначении чтений, имелась уже некоторая систематизация, особенно по Богословию и историям: общей церковной, Русской и истории Русского государства.

Всех вечеров в аудитории, с 26 окт. 1897 года по 1-ое мар. 1909 г. было 218, при наличности слушателей 26 410 обоего пола. Из них с участием хоров: а) учеников Успенской школы 12, б) учеников Черемисского 2-х классного училища 4, в) певчих приходской Успенской церкви 43 и г) за последнее время, со второй половины 1908 года, хора любителей 7-мь, всего же 66. Прочитано было: а) по Богословию 93 чтения, б) Общей церковной истории 26, в) по Истории Русской церкви 21, г) по Патристике 8, д) по Русской гражданской Истории 26, е) по Беллетристике 70, ж) по Литературе 25, з) против пьянства 10, и) по Народоведению 4, i) по Природоведению 10 и к) по Гигиене 2.

Лекторами состояли лица, занимавшие различное общественное положение и из различных сословий: а) духовных 5 человек, б) преподавателей духовной семинарии 3, в) преподавателей классической гимназии 1, г) прочих учебных заведений 7, д) чиновников 16 и е) прочих профессий 14, всего 46 лекторов. Наибольшее количество чтений падает на следующих лиц: а) на священника Виктора Константиновского 126 чтений, б) на священника Надеждина 21, в) диакона Гасилова 15, г) прмсяжного поверенного Рындзюнского 15, д) на присяжного поверенного Беллавина 15, е) на чиновника Евлампиева, ныне секр. Казённой Палаты, 10 и ж) на Трубникова 10. Остальные же лектора прочитали от 1 до 5 чтений.

Относительно того, какие издания прочитывались, трудно сказать, так как эта сторона дела совершенно почти не отмечалась; насколько помнится, прочитаны были по Богословскому отделу почти все издания журнала «Воскресного дня», особенно приложения его, под названием «Воскресный Собеседник», а также и издания Павла Никольского. Как те, так и другие, благодаря простоте слога и многосодержательности, служили незаменимым пособием при ведении чтений. За последнее время много прочитывается из Церковных Ведомостей – статьи Прот. Восторгова, Епископа Никона и проч.

Народ относится с глубоким интересом к чтениям, особенно «патриотическим». В такие вечера только училенный наряд полиции предупреждает неминуемые давки… Эти вечера имеют на народ чарующее влияние, так как в русском народе сильно ещё уважение к Царской Власти, вытравить которое едва ли в состоянии левые партии. Таковые вечера обыкновенно устроялись в противовес сильно развившейся в Уфе противоправительственной и противоцерковной агитации левых партий; особенно это нужно заметить относительно патриотических вечеров, бывших в Успенской аудитории 25 февраля и 7 марта 1905 года.

Агитация левых в тот год настолько была сильна, что русскому человеку, преданному Вере, Государю и Отечеству, приходилось ежечастно опасаться за свою жизнь. Такое состояние испытывали не только стоявшие во главе администрации, но и простые, особенно железнодорожные рабочие и служащие… Совершённые тогда убийства на политической почве, так терроризировали всех, что даже Губернатор Цехановецкий, видимо, сдал распоряжение полиции, не безпокоить левых своим вмешательством в их дела, почитая всякое проявление патриотизма за провокаторство, так раздражавшее «прогрессистов». Это видно из того, что назначенный на 16 февраля в Успенской аудитории первый патриотический вечер, в целях поднятия в народе патриотического духа, полицией не ыбл разрешён, как могущий вызвать выступления левых. Только благодаря вмешательству в это дело бывшего Епископа Уфимского Христофора, вечер был разрешён при громадном наряде полиции, не исключая и тайных агентов её. Вечер состоялся 25 февраля и, в виду выдающегося успеха, по просьбе народа был повторён 7 марта. Революционная агитация сразу притихла впредь до 17 октября 1905 года.

Подобным же сильным влиянием на религиозно-патриотическое сознание народа отличался вечер 7-го декабря 1908 года благодаря весьма удачному подбору чтений и пения, а также по чудному исполнению последних при акомпанименте рояля г-жой Евлампиевой, учительницей гимназии. Весьма сильный момент был тогда, когда на экране при помощи электрического фонаря был показан Иван Сусанин, окружённый в непроходимом лесу поляками и когда одновременно с сим в полумраке роскошно было пропето соло Г-м Ивановым «В бурю, во грозу», «чуют правду» и «Ты придёшь моя заря…», под акомпанимент рояля. После этого тотчас же был показан портрет Государя Императора Николая Второго…, и «Боже, царя храни!»… «Ура!»… потрясали здание. Получилось впечталение, надолго запавшее в сердца слушателей!.. Нельзя не отметить также вечера и на 21-е Февраля 1909 года. Предметом чтения было опровержение учений секты иоаннитов, уже достаточно осевшихся в Уфе. Слушатели в громадном количестве с глубоким вниманием выслушали речь обличителя этих пройдох о. Константиновского и с благодарностью к устроителю вечера с спокойными сердцами оставили аудиторию… Заблуждения иоаннитов были обличены на основании их изданий, а также сочинений о. Иоанна Кронштадтского, а равно Свящ. Писания и соображений здравого разума. Воистину, народные чтения при Успенской школе составляют одну из могучих ветвей могучего многоветвистого древа – церковной школы.

Не смотря, однако, на несомненную пользу от народных чтений при Успенской школе за описанный период времени, тем не менее ходатайство Епарх. Училищного Совета (жур. на 10 сен. 1909 г. ст. 8) о продолжении таковых чтений при Успенской школе в 1909–1910 уч. году, возбуждённое о. Заведывающим школой было отклонено Епар. Властью (отн. Совета от 23 окт. 1909 г. № 000).

Таким образом, единственная в Успенском приходе народная аудитория, воспитывавшая слушателей на протяжении более 10 лет в религиозно-патриотическом духе, по неволе закрыла свои двери!.. Но Бог не без милости: Он послал новых делателей на жатву свою, , Ректора Уфим. духовной семинарии Архимандрита Мефодия (рис. 16), который, подобно Евангельскому самарянину, не возгнушался спуститься с народными чтениями даже до «ночлежек»…

О. Ректором, как Председателем Просветительного Отдела Епарх. Братства, быстро были организованы народные чтения в зданиях прежних аудиторий, в том числе при Успенской церковно-приходской школе, где возобновились от 15 января сего 1912 года, при дружном участии учительниц школы, и продолжались до 11 марта.

Всех вечеров было 7-мь. Читались разнообразные по содержанию статьи, одни религиозно исторического характера, другие догматического; были чтения противоалкогольные, а также и патриотические. Читали: о. заведывающий, учительницы школы Благовещенская и Петрова и некоторые из воспитанников дух. семинарии. При чтениях участвовал хор семинаристов, а равно и учеников Успенской школы, под управлением учителя пения . Некоторые из вечеров производили чарующее впечатление…

Желающие поближе познакомиться с характером сих чтений благоволят обратить своё внимание на корреспонденции «Уфимского Края» за 1912 г. №№ 14, 18, 21, 37, 43, 51, 58 и 64. Вообще жизнь Успенской аудитории снова расцвела в пышный букет[104]…

Заканчивая обозрение полувековой жизни Успенской церковно-приходской школы, я, как заведующий её, на долю которого пал жребий открыть её прошлое, не исключая и «чёрных дней», принимаю на себя дерзновение просить Вас, высокие гости нашего скромного торжества, быть снисходительными к её дефектам и пожелать ей в грядущее второе полстолетие безмятежно совершать своё скромное просветительное дело, не переставя воспитывать поручаемых ей детей в глубокой и твёрдой вере в Бога, преданности Царю и любви к своей дорогой Родине, Святой Руси Православной.

Составил свящ. Виктор Константиновский.

Замеченные опечатки:

Стран.	Строк.	–	Напечатано	Следует читать
2	5	сверху	Иоанникю	Иоанникию
3	11	снизу	утвержденному	утвержденном
8	20	–	склонить	склонять
9	11	сверху	(матор.	(матер.
10	15	–	1857 г.	1847 г.
–	17	–	1849 г.	1859 г.
11	21	–	86	16
14	16	снизу	Софотеровым	Словохотовым
14	12	–	Софотерова	Словохотова
15	14	–	что первый раз в делах	что в делах
16	9	–	пр ходах	приходах
20	14	–	усиленно	успешно
22	15	сверху	деятель	дьчек
28	1	снизу	безмездно	безмездное
31	11	сверху	Победоносцевым	Победоносцеве
33	16	–	в следующие годы	в следующем году
34	8	–	возможно	возможна
35	21	–	остановилось	остановился
38	2	–	закладке	закладки
38	8	–	Надеждиным	Надеждине
40	6	–	бы стро	быстро
42	15	–	Туже	Ту же
57	11	–	Тамже	Также
61	7	сверху	Главная	главная
62	14	снизу	сед	сред.
63	5	сверху	впослед (свящ.	(впослед. свящ.
69	8	снизу	некотоыя	некоторыя
70	2	–	предъбывшим	пред бывшим

№ 10. Православие и еп. Андрей