Краткая история охи и её окрестностей (стр. 17 )

И тем огромней было величие Победы! Сегодня невозможно представить ту радость, тот восторг, которые испытали воины Красной Армии в последний день войны. Остаются их воспоминания…

В числе тех, кто дошёл до улиц Берлина, были и охинцы. Старший лейтенант Абрам Исаакович Цеханский – принимал участие в Великой Отечественной войне с июля 1944 г. по 9 мая 1945 г. В должности командира взвода участвовал в разгроме немецких войск на территории Польши, Германии, Чехословакии. Награждён орденом Отечественной войны I степени, многочисленными медалями, имеет шесть благодарностей маршала Сталина.

Младший лейтенант Георгий Фёдорович Кузьменко – принимал участие в Великой Отечественной войне с июля 1944 г. по 9 мая 1945 г. В должности командира взвода участвовал в разгроме немецких войск на территории Польши, Германии, Чехословакии. Награждён орденом Отечественной войны I степени, многочисленными медалями.
Разными фронтовыми дорогами пришлось пройти Василию Ивановичу Куриленко. С ноября 1942 г. по май 1945 г. он воевал и на Западном, и на Центральном, и на 1-м, и на 4-м Украинских фронтах. Неоднократно был ранен, дважды – тяжело. Конец войны старший лейтенант Куриленко застал не в Берлине. Но оттого его вклад в разгроме нацистов не менее весом. Награждён орденами Отечественной войны II степени и Красной Звезды, многочисленными медалями.
Знатный путь бойца Красной Армии прошёл и житель Некрасовки Алексей Петрович Юрган. Был призван Охинским РВК в августе 1942 года, и в том же году он уже принял участие в боях Великой Отечественной войны. В составе 1-го Белорусского фронта он воевал до самого мая 1945 года и закончил войну у Бранденбургских ворот. За участие в Висло-Одерской операции награждён орденом Красной Звезды. Награждался и многочисленными медалями.

Комментарий:
После войны вернулся в Некрасовку, работал рыбаком, бригадиром в колхозе «Красная Заря». За доблестный труд в 1957 году награждён орденом Ленина. Избирался депутатом Охинского городского Совета народных депутатов.

По утверждению руководителей Некрасовской администрации, Алексей Юрган – был единственным нивхом, участвовавшим в штурме Берлина. Учитывая этот факт, а также многочисленные трудовые послевоенные заслуги Алексея Петровича администрацией посёлка Некрасовка в сентябре 1995 года было принято решение о переименовании улицы Новой в улицу имени . А на его доме (по той же улице) установили мемориальную доску в честь героя Великой Отечественной войны.

Надо отметить, что дорогами войны (пусть не до Берлина) прошли и другие представители коренного населения Сахалина. Рыбак колхоза «Кит» с полуострова Шмидта Владимир Александрович Вакон участвовал в разгроме Японии. Уроженец Рыбновского побережья Григорий Иванович Невельгун участвовал как в Великой Отечественной, так и в Японской войнах. Не описать радость охинцев в день, когда пришла долгожданная весть об окончании войны. Люди поздравляли друг друга, плакали. Вечером на городском стадионе состоялся митинг, посвящённый всенародному торжеству.
Из воспоминаний Владимира Андреевича Зимарина, участника трудового фронта: «9 мая 1945 года по радио объявили о Победе. Были отменены занятия во всех учебных заведениях, все плакали, кричали и обнимались. В городе состоялся парад войск Охинского гарнизона, демонстрация жителей Охи, был дан салют. На площади перед райисполкомом играл сводный духовой оркестр…» («Оха – Фронту»).

Победа!!!

***
Лето 1945 года – мир после четырёх тяжелейших лет войны. Казалось самое страшное позади. Но именно в эти дни «дыхание войны» коснулось жителей Сахалина. Части Красной Армии активно готовились к боевым действиям на Дальнем Востоке. Великая Отечественная война закончилась, но Вторую мировую ещё надо было завершить. Среди тех, кому предстояло вступить в бои на Дальнем Востоке, были и участники Великой Отечественной. Среди них не мало и охинцев – Владимир Дмитриевич Александров, Виктор Яковлевич Корж, Зинаида Павловна Торопова, Гавриил Григорьевич Максимченко и многие другие…

Потребность в топливе на Дальнем Востоке возросла в несколько раз. В эти дни работы на нефтяных промыслах достигли максимального напряжения. «Отдать все силы на увеличение добычи нефти, на быстрейший разгром японских милитаристов…» – призывал мастер комсомольско-молодёжной бригады Эхабинского промысла товарищ Лебедев. Во всех коллективах развернулось соревнование: «за деловую помощь Красной Армии» .

Оживились военные подразделения на Сахалине. Силами 16-й армии 2-го Дальневосточного фронта, а так же Северной Тихоокеанской флотилии предстояло осуществить Южно-Сахалинскую операцию – освободить южную часть острова от японских захватчиков. Оха теперь стала не тыловым, а фронтовым городом. Впрочем, к такому состоянию охинцы были привычны. С первых дней войны город жил в военном режиме: обязательная светомаскировка, военные патрули, дежурство групп противовоздушной и химической обороны…

С 1940 года на территории Охинского района был размещён 188-й отдельный стрелковый полк, подразделения которого дислоцировались в районе 28-го километра, Некрасовки, Москальво, на мысе Входном и на других участках. Воинские части были почти в каждом населённом пункте. Штаб-квартира расположилась в Охе. Командиром охинского гарнизона был генерал-майор Карязин. В октябре 1942 года полк был преобразован в 5-ю стрелковую бригаду. («Оха – Фронту»)

5-я стрелковая бригада входила в состав 56-го стрелкового корпуса (командир – генерал ), которому предстояло выполнить основную задачу в предстоящей операции.
Не смотря на то, что театр предстоящих военных действий был весьма обширным, основную роль, как японская сторона, так и советская отводили Поронайской долине. Здесь, в заболоченной низине шириной 20 км, проходила единственная дорога, связывавшая северную часть острова с южной. Севернее городка Котон (Победино) японцами был оборудован мощный укреплённый район. Этот укрепрайон – 12 км по фронту и до 30 км в глубину – имел три полосы обороны, в составе которых находились 17 железобетонных дотов, 31 артиллерийских и пулемётных дзотов, 28 артиллерийских и миномётных позиций, до 150 убежищ. Главная полоса обороны находилась на Харамитогских высотах. В состав подразделений занимавших оборону Котонского укрепрайона входило 5400 солдат и офицеров. Подразделениям 56-го стрелкового корпуса (в первую очередь – 79-й стрелковой дивизии и 214-й танковой бригаде) и предстояло штурмовать Котонский укрепрайон. В задачу 5-й отдельной бригады входила оборона Александровска и охинских промыслов.

***
Боевые действия на Сахалине начались 11 августа в 9 часов 35 минут без артиллерийской и авиационной подготовки. Первые два дня силами 165-го полка был уничтожен опорный пункт Хонда и занята полоса обеспечения.

В это же время 179-й полк осуществлял дерзкий марш-бросок восточнее укрепрайона по заболоченной дороге вдоль реки Поронай. 12 августа он был остановлен сильным огнём 18 дзотов. Тогда этот опорный пункт был блокирован вторым батальоном капитана , а другие два батальона – основные силы полка – двинулись через болота на Котон. Всю ночь бойцы 179-го полка шли по пояс в воде, вытаскивая на руках боевую технику. Утром полк достиг станции Котон и сразу завязал бой за город.
Используя создавшуюся ситуацию, командир 56-го стрелкового корпуса принял решение начать прорыв главной оборонительной полосы противника уже 13 августа (на три раньше намеченного срока). После часовой артподготовки 165-й полк при поддержке танков атаковал оборонительные сооружения противника. Наступление сразу натолкнулось на сильное сопротивление. Мощный огонь дзотов препятствовал продвижению главных сил. Для уничтожения этих препятствий были созданы штурмовые группы в составе усиленных рот. Штурмовики действовали умело и отважно. Преодолевая упорное сопротивление, уничтожали дзот за дзотом. Но для общего большого успеха атакующие были не готовы. Продвинувшись на несколько сот метров, 165-й полк к концу дня вынужден был перейти к обороне. Таким образом, задача по прорыву главной полосы обороны была не выполнена.
Между тем два батальона 179-го полка вели упорные бои за Котон. Японцы предприняли яростную попытку уничтожить советские подразделения в своём тылу. К Котону были стянуты все возможные резервы. Батальоны оказались в окружении.
В этот важный момент решительно действовал капитан Леонид Смирных. Обнаружив, что блокированный его батальоном опорный пункт ослаблен, Смирных приказал атаковать его. В ожесточённом бою были уничтожены 13 дзотов. Затем батальон двинулся к Котону на выручку основным силам полка. Успешно прорвав окружение, второй батальон соединился с оборонявшимися, чем и спас их положение.
14 августа японцы ещё пытались выбить 179-й полк из Котона, но безуспешно. 15 августа атаки прекратились – противник сконцентрировал свои силы на обороне главной полосы.
В течении 14-15 августа 56-м стрелковым корпусом проводилась планомерная подготовка к решающему штурму. Были подтянуты войска второго эшелона, улучшены позиции передовых подразделений, изучена система японских инженерных сооружений.
16 августа в 9 часов после часовой артиллерийской и авиационной подготовки части 79-й стрелковой дивизии атаковали Харамитогский перевал одновременно с фронта и тыла. Завязался ожесточённый бой. Сопротивление японцев было отчаянное. Они упорно отстаивали каждое железобетонное сооружение. Путём героических усилий преодолевали советские бойцы смертоносные препятствия. Ценой своей жизни «устранил» одну из огневых точек пулемётчик Антон Буюклы – используя пулемётный щит, он закрыл амбразуру своим телом.

Комментарий:
Этим подвигом Антон Ефимович обессмертил своё имя. После войны посёлок Хоэ был переименован в посёлок Буюклы. 6 мая 1965 года Указом Президиума Верховного Совета СССР было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В тот же день пал смертью храбрых бесстрашный командир второго батальона 179-ого полка капитан . Он погиб от пули японского снайпера.

Комментарий:
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 сентября 1945 г. капитану Смирных было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Именем Леонида Владимировича Смирных названы сразу два посёлка на Сахалине. Бывший японский посёлок Камисисука был переименован в посёлок Леонидово. А городок Кэтон (или Китон) стал районным центром под названием – Смирных.

С огромным трудом, преодолевая сопротивление противника, советским войскам к концу дня удалось прорвать Главную полосу обороны на узком участке фронта.
17 августа части 79-й дивизии вели бои по ликвидации узлов сопротивления на Харамитогских высотах. Японские войска продолжали оказывать сильное сопротивление. Они широко применяли действия солдат-смертников. Неоднократно переходили в контратаки, но всякий раз безуспешно. К концу дня советские войска сумели окружить расчлененные группировки гарнизона.
Попытка японцев путём переговоров добиться выгодных условий сдачи в плен, была отвергнута. 18 августа бои на Харамитогских высотах продолжились. Японцы продолжали сопротивляться. Они не гнушались прибегать к провокациям с использованием парламентёров и белого флага. Предпринимали отчаянные попытки вырваться из окружения. Но ситуация уже находилась под контролем советских войск.
К 21 часу 18 августа остатки японского гарнизона Котонского укреплённого района капитулировали. Было взято в плен 3300 солдат и офицеров. Теперь 56-й стрелковый корпус получил возможность стремительно наступать в южном направлении. Дальнейший исход сражения за Южный Сахалин был предопределён.

***

16-17 августа силами Северной Тихоокеанской флотилии был высажен десант на западное побережье Сахалина и заняты порты Торо (Шахтёрск) и Эсутору (Углегорск). 19 августа японское правительство официально заявило о безоговорочной капитуляции Японии. Но противник не прекращал сопротивление. Ожесточённые схватки продолжались. Так, в одном из ночных боёв 19 августа погиб младший лейтенант Ефим Савельевич Семин – выпусник Сахалинского нефтяного техникума. До мая 1942 года Ефим успел поработать на Охинском промысле в должностях техника, начальника буровой, заведующего цехом. Судя по всему у Ефима было большое будущее знатного нефтяника. Но последние всполохи войны оборвали это будущее. Утром 20 августа началась высадка десанта в порту Маока (Холмск). В результате двухдневных боёв город был взят. Утром 25 августа без единого выстрела был освобождён Отомари (Корсаков), японский комендант, понимая бессмысленность кровопролития, предпочёл капитулировать. В тот же день был освобождён и главный город Южного Сахалина – Тойохара (Южно-Сахалинск).
К этому времени завершились бои за Курильские острова, где группировка противника превосходила численность советских десантников. На вооружении у японцев даже имелись танки – около 80 единиц. Боевые действия на острове Шумшу начались 15 августа. 22 августа японский гарнизон капитулировал. Другие острова Курильского архипелага были заняты без сопротивления.
Война закончилась 2 сентября 1945 года. В тот день на линкоре «Миссури» представители японского правительства подписали акт о безоговорочной капитуляции.

***
Так завершился период военного времени на Сахалине!
Более 3500 тысяч жителей Охинского и Рыбновского районов ушли на фронт в годы войны! Более 400 человек, призванных Охинским и Рыбновским РВК, погибли на фронтах Великой Отечественной и при разгроме Японии! В этой главе упомянуты лишь некоторые имена.
В послевоенные годы краеведами Сахалина была проведена большая работа по поиску участников войны. Выпущена многотомная Книга Памяти. К сожалению, и сегодня список наших земляков, погибших на фронтах войны не полный. Работа над Книгой Памяти продолжается…

Глава XI,
о послевоенном строительстве.

Страна «залечивала раны» – и физические, и душевные. Невосполнимые человеческие потери – 27 миллионов человек. Колоссальный материальный ущерб – 1700 разрушенных городов и посёлков, 70 тысяч сёл и деревень, 32 тысячи промышленных предприятий, 65 тысяч километров железнодорожных путей, 100 тысяч колхозов, совхозов и других хозяйств. Огромную страну надо было поднимать из руин. Новые задачи глобального значения ложились на плечи советского народа.  А предстояло не только ликвидировать последствия войны, но ещё и … построить Коммунизм. Да-да, коммунизм! Сегодня это может показаться нереальным и смешным, а тогда  Партия отводила на строительство «нового мира» 20-30 лет.

***
Сахалин не только участвовал в решении общегосударственных задач, но и переживал свой специфический период. После победы в Великой Отечественной войне и разгрома империалистической Японии к Советскому государству был присоединён ряд территорий, самые большие из которых получила Сахалинская область. Это повлекло значительные территориально-административные преобразования:
В начале 1946 года была создана Южно-Сахалинская область, входившая, как и Сахалинская в состав Хабаровского края. Временное руководство политической, экономической и культурной жизнью области осуществлялось Гражданским управлением при военном совете Дальневосточного военного округа. В первую очередь были переименованы города, посёлки и сёла области. Так на карте Сахалина появились новые названия: Южно-Сахалинск, Холмск, Долинск, Углегорск, Лесогорск, Макаров, Чехов, Смирных и другие.
Тенденция «всё переименовывать» едва не коснулась и Северного Сахалина. Так В 1948 году на собрании Охинского горисполкома был поднят вопрос о переименовании города. Среди поднявших вопрос, были недовольные смыслом эвенкского слова «оха» – «злой, нехороший». Взамен предлагались варианты: Нефтегорск, Нефтеград, Северо-Сахалинск. Однако, патриоты Охи отстояли исконное имя города. Довод был доходчив и прост: при отсутствии в эвенкийском языке термина «нефть», самым удачным его заменителем как раз и служит слово «оха». Поэтому до сих пор на карте Сахалина красуется город с таким самобытным названием.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 января 1947 года была образована Сахалинская область, в состав которой вошли территории Северного и Южного Сахалина и Курильские острова. Центром области стал город Южно-Сахалинск. Сахалинская область была выделена из состава Хабаровского края в самостоятельную область.

Так на карте Союза Советских Социалистических Республик появилась новая, единственная в стране островная область.
Одной из первоочередных задач новой области была репатриация населения Южного Сахалина и Курил – подданных Японии – и заселение гражданами СССР. Причём планировалось эту задачу выполнить в сжатые сроки.

Репатриация японцев началась в 1946 году. Со всего Южного Сахалина и с Курильских островов их свозили в Холмск, в специальный транзитный репатриационный лагерь № 000, располагавшийся в бывшей японской гимназии. Первый этап продолжался полтора года. С октября 1946 г. по май 1948 г. было вывезено 357 тысяч человек – подавляющее большинство японцев, корейцев и представителей других национальностей. В дальнейшем, до 1960 года изъявили желание и покинули острова ещё более двух тысяч человек. Так закончился особый этап в Истории Сахалина – период японского влияния.

Тогда в послевоенные годы оценка происходящему была однозначная – изгнан лютый и непримиримый враг, наказан коварный агрессор. Но, подводя черту, нельзя говорить о японском присутствии на Сахалине только в отрицательном ключе. Любой краевед может сказать однозначно: чтобы понять Историю Сахалина, её нельзя рассматривать без участия японского влияния. За 40-летний период жители Страны Восходящего Солнца успели превратить Сахалин из глухого неосвоенного острова в процветающий край, заставили значительный природный потенциал с большой отдачей работать на себя, при этом, не нанося ущерб экологии. Советские люди в дальнейшем активно использовали всё то, что было построено японцами: города и посёлки, деревообрабатывающие и целлюлозно-бумажные заводы, железные дороги и морские причалы, шахты и нефтедобывающие вышки. До сих пор современные инженеры удивляются «продуманности» и долговечности японских сооружений.
В 1940-е годы была перевёрнута последняя страница в истории одного из коренных сахалинских народов. Айны. На 1 июля 1946 года на Сахалине их насчитывалось всего лишь 406 человек. легко вершил судьбы куда более многочисленных групп населения. Быстрым решением айны были определены, как «прояпонский элемент», подлежащий выселению с советской территории. «Вождю народов» невдомёк было разбираться в истории Сахалина, и знать, кто составлял его коренное население. «Вспомнят» об этом позднее. В 1960-е годы советская пропаганда будет утверждать, что виновниками исчезновения айнов были японцы, безжалостно притеснявшие слабый народ. Действительно, айны немало натерпелись и от японцев, и от русских. Но если на сегодняшний день на японском Хоккайдо проживает 16 тысяч айнов, то в России нет ни одного представителя этого загадочного уникального народа.

***
Одновременно с выселением подданных Японии, происходило заселение Южного Сахалина и Курил гражданами СССР. К 1949 году уже насчитывалось более 450 тысяч перемещённых советских людей. В это же время происходили восстановление и развитие народного хозяйства, создание жилищно-бытовых и культурных условий для населения.

Надо отметить, что при высоких темпах освоения освобождённых территорий, на севере острова – в Александровском, Рыбновском, Тымовском, Широкопадском районах – происходил едва ли не обратный процесс. Население здесь значительно снизилось. Ряд промышленных предприятий и колхозов были перебазированы на Южный Сахалин. С переносом областного центра на юг, туда же переместился и «центр государственного внимания». Исключение составляла Оха, которая значительно обособилась от остального Сахалина. Какое-то время даже не было Охинского района. Оха, как объект особых государственных интересов, напрямую подчинялась Москве.

Запоминающимся был для охинцев первый послевоенный год. Долгожданный мир позволил отвлечься от тягот суровых будней. 9 февраля 1946 года открыл свои двери воссозданный драматический театр (руководитель – ). Долгое отсутствие в Охе театра дало большой простор в составлении репертуара. Первый спектакль – «Кому подчиняется время» братьев Тур и Шейнина. Второй спектакль 23 февраля – «Самолёт опаздывает на сутки» Рыбака и Савченко. Постановками занимались профессионалы, командированные из Москвы и других городов страны, а так же местные таланты. В том же году состоялось открытие городского стадиона. Это был большой подарок для охинских футболистов и болельщиков. Спортивные успехи не заставили долго ждать – в тот же год «Нефтяник» завоевал Кубок области по футболу. Много радостей было в соседнем Эхаби. Жители посёлка покидали палатки – переселялись в жилые дома. Здесь во всю продолжалась газификация жилых и промышленных объектов.
1946 год порадовал выполнением планов. Нефтяники, не остыв от военного лихолетья, будто «по инерции» продолжали совершать трудовые подвиги. Но трудовой подвиг на пределе сил не мог быть бесконечным. Желание трудиться не было подкреплено техническим, экономическим, человеческим и другими факторами. На Охинском и Эхабинском промыслах большая часть фонда скважин была использована. Оборудование было старое, изношенное. Недостаточно активно велось строительство, социальная сфера была на слабом уровне, оставляло желать лучшего снабжение. Увеличить объёмы добычи пытались путём освоения новых месторождений. Но недавно образованный трест «Дальнефтеразведка» не успевал подготовить новые площади. В 1947 году все производственные показатели «Сахалиннефть» резко снизились. На следующий год удалось вновь поднять показатель бурения и добычу газа, но планы не были выполнены ни на Охе, ни на Эхаби. А падение добычи нефти наблюдалось вплоть до 1950 года.