Управления военной экономикой Германии во время Второй мировой войны (сентябрь 1939 – май 1941 гг.) (стр. 2 )

Кроме того, произошло разделение промышленности Германии на две составляющие: военные предприятия, подчинявшиеся вооруженным силам, и прочие заводы, которые курировало министерство экономики. Последствия этого разделения не были устранены до самого конца войны, что приводило к бесконечному дублированию и путанице.

В марте 1940 г. на должность министра вооружений и боеприпасов Германии был назначен главный строитель немецких автострад Ф. Тодт (см. раздел 2.2.1). По воспоминаниям Шпеера: «Таким образом, в последние несколько лет Тодт сосредоточил в своих руках исполнение главных технических задач рейха. Хотя до сих пор все его функции номинально были разделены между различными ведомствами, по сути, он разработал концепцию будущего технического министерства. К тому же Тодт был руководителем партийного [нацистского,- Авт.] Технического управления, в которое входили все технические общества и ассоциации».[5]

Тодт попытался с помощью небольшого аппарата министерства руководить действиями трех Управлений вооружения вермахта: сухопутных войск, ВВС и ВМФ, а также государственных органов, курирующих производство сырья и материалов. Однако ему не удалось переломить ситуацию, он не смогдобиться самого главного — быстроты принятия решений и их реализации. Он не учел, что неповоротливость и бюрократизм ведомственных аппаратов всех этих Управлений будут тормозить его начинания. В них работала несколько тысяч военных чиновников, большинство из которых были некомпетентны в особенностях военного производства. Правда, в некоторых ведущих отраслях военной промышленности были достигнуты определённые успехи. В конце 1941 года сам Тодт вынужден был признать, что его попытка расширить военное производство под руководством представителей вооруженных сил, оказалась неудачной.

Руководители Германии вовремя не осознали необходимость «тотального» (централизованного) управления военной экономикой страны и поэтому, не смогли придать ее развитию целостный характер, несмотря на то, что еще до войны имелись достаточные предпосылки для организации такого управления.

В начале войны размеры военного производства были самыми минимальными. Например, в мае 1940 года, было произведено немногим больше 40 танков, в то время как в 1944 году, после двух лет бомбардировок, в результате которых многие заводы оказались разрушенными, ежемесячно выпускалось более 2 тыс. танков. В начале войны германская промышленность ежемесячно производила до 1 тыс. различных самолетов, включая гражданские, учебные и транспортные, а сентябре 1944 года было изготовлено только истребителей 2,95 тыс. штук. Было построено крайне ограниченное количество складов для вооружения и боеприпасов. Так за первые 14 дней войны с Польшей немецкие ВВС истратили весь запас бомб. Во время молниеносных кампаний в Польше и Франции весь запас артиллерийских снарядов не был израсходован только потому, что артиллерия применялась значительно реже, чем это было предусмотрено военными планами.

На рис 1 показаны доли военной продукции в валовом объеме промышленностей Германии и для сравнения Советского Союза по годам в период 1940-1945 гг., отнесенные к соответствующим уровням в этих странах в 1940 г. Построен по данным: «Промышленность Германии в период войны 1939–1945 гг.» (пер. с нем. под ред. . — М.: Иностранная литература, 1956) (табл. 41 стр. 94 и стр. 33, рис. на стр.117); «Военно-промышленный комплекс СССР в 1920-1950-е годы - темпы экономического роста, структура, организация производства и управление». – М.: РОССПЭН, 1995. «Народное хозяйство СССР в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» Госкомстат СССР.: М., 1990.

Рис. 1 Доли военной продукции в валовом объеме промышленностей Германии и Советского Союза по годам в период 1940-1945 гг., отнесенные к соответствующим уровням 1940 г. в этих странах.

Из рис. 1 видно, что если в 1940 г. в Германии и Советском Союзе доли военной продукции в валовом объеме промышленности каждой страны были приблизительно равны, то в 1941-1942 гг. эта доля в Германии была в два раза меньше, а в 1943 г. составляла около 2/3, и только в 1944 г. достигла уровня Советского Союза.

Положение с рабочей силой на всем протяжении войны было неудовлетворительным как в количественном, так и в качественном отношении. Предоставление брони осуществлялось без учета квалификации рабочих и специалистов, необходимых на военных предприятиях, для научно-исследовательской и другой важной работы в тылу. Мобилизация женщин для работы в промышленности и на транспорте также отличалась большой непродуманностью.

И только победоносная война Германии в Европе (1939-1941 гг.) значительно улучшила военно-экономическое состояние в стране.

Во-первых, значительно улучшилось положение с сырьем. Германия в качестве военных трофеев получила огромные запасы стратегического сырья: металлов, горючего, резины, сырья для текстильной промышленности и т. д., которые были накоплены во Франции, Голландии, Бельгии, Норвегии в своих морских портах за первые семь месяцев войны.

Во-вторых, Германия значительно увеличила свой сырьевой потенциал. Почти каждая из присоединенных, оккупированных или попавших в сферу германского влияния стран открывала новые возможности для получения важного промышленного сырья и материалов[6]. Так, в Австрии имелась железная руда, в Чехословакии марганцевая руда, серный колчедан и древесина, в Польше – уголь, свинец и медь, в Румынии – нефть, в Венгрии – бокситы и серный колчедан, Италия давала серный колчедан, бокситы, свинец и цинк, Франция – уголь, железную руду и бокситы, Бельгия и Люксембург располагали, прежде всего, углем и т. д.

Это также сказалось на росте производства основных видов промышленного сырья и материалов в самой Германии, который частично был связан с поставками из оккупированных стран. Если принять объем производства в 1938 г. за 100%, то в 1939 г. он составлял 110%, в 1940 г. -112% , в 1941 г. - 130%, в 1942 г. - 130%.

В-третьих, Германия получила возможность реализовывать крупные военные и гражданские заказы в промышленности этих стран, которые к тому же были хорошо обеспечены сырьем. Сырьевая база для производства чугуна и стали – «хлеба» военной промышленности, была значительно расширена. Германии достались почти неразрушенные угольные шахты, рудники и сталелитейные заводы Франции, Голландии, Бельгии и Польши. В отдельных отраслях военной промышленности немецкие заказы передавались предприятиям оккупированных стран, как это было с производством автомобилей во Франции, танков в Чехии и т. д.

В-четвертых, значительно сократился дефицит рабочей силы в Германии: в промышленность было направлено более 600 тыс. французских военнопленных; в сельское хозяйство - около 1 млн. польских военнопленных. Сотни тысяч голландских и бельгийских военнопленных были отпущены на Родину. Их число было настолько велико, что их использование было невозможным и ненужным. Позднее часть этих военнопленных, с большим трудом, была вновь завербована для работы в Германии.

Однако Германия, начиная с лета 1940 года, даже наполовину не использоваласвоих экономических возможностей. Объем производства военной продукции планировался исходя из небольших материальных потерь, которые имели место в только что закончившейся молниеносной войне в Европе. Некоторые отрасли военной промышленности, например производство боеприпасов, вообще начали снижать свои объемы. Расширению производства также мешала неуверенность собственников промышленных предприятий в будущих заказах на выпуск новых типов танков, самолетов и орудий.

В 1941 гг. остановился рост военного производства в Германии, вызванный во многом его организационной раздробленностью и неправильным руководством со стороны военных. Это стало уже понятно вскоре после начала Второй мировой войны. Кроме того, с самого момента прихода к власти (март 1933 г.), нацистский режим делал все, чтобы преуменьшить в глазах немецкого населения экономическое достижение Советского Союза. Общественному мнению все время внушалось представление о том, что военная промышленность Советского Союза развита якобы совершенно слабо. Реальное положение дел в Советском Союзе не проникало в широкие круги Германии. Безусловно, правильно мнение Гольд Смита[7] относительно причин застоя в военном производстве Германии в 1940 г.: «Полная недооценка военного производства Советского Союза наверняка являлась существенным фактором этого рокового положения».По данным[8], военного производства Германии в 1940 г. составляло 120% от уровня Советского Союза, но уже в 1941 г. всего 71%. При этом военное производство Германии вместе с Японией в 1940 г. составляло 70% от военного производства союзных держав СССР, Великобритании и США, а в 1941 г. только 41%.

В июне 1941 года, Германия развязала войну с Советским Союзом. Гитлер рассчитывал на быстрое победоносное завершение войны (блицкриг), как это происходило в Европе 1939-1941 гг. Он заявил во всеуслышание, что война с Советским Союзом – пустячное дело. Тяжелые поражения Красной Армии в первые месяцы Великой Отечественной войны вроде бы подтверждали его мнение. И еще в октябре и ноябре 1941 г. руководство Германии оценивало возможности Советского Союза к сопротивлению очень низко. Так, например, тогдашний руководитель пресс-службы немецкого правительства Дитрих заявлял, что Вооруженным силам Германии «в несколько месяцев удалось разбить военные силы большевиков, которые создавались десятилетиями».[9]

Однако крупное поражение немецких армий под Москвой зимой 1941 г. и длившееся пять месяцев наступление Красной Армии во время особенно жестокой зимы впервые развеяли имеющиеся иллюзии. «Зимняя кампания открыла глаза на то, что от немецкого народа потребуются максимальные военные и экономические усилия»[10]. Было потеряно очень много вооружений и военной техники. Возникла необходимость резко увеличить их поставки. Нужно было заново оснастить целые дивизии и даже армии. Кроме того, требовалось сформировать и вооружить новые части и соединения. Для того чтобы решить все эти задачи, необходимо было значительно увеличить выпуск военной продукции. Ситуация усугублялась тем, что 11 декабря 1941 г. США официально вступили в войну против Германии. Это должно было вызвать существенный рост производства вооружения в этой стране, и, соответственно, обеспечить его определенные поставки в Советский Союз (раздел 2.10).