Магистерская диссертация (стр. 4 )

Внутренние перевозки грузов и пассажиров водным транспортом (морским и внутренним водным) перестали играть заметную роль из-за снижения более чем в три раза объемов этих перевозок. Это произошло вследствие роста тарифов и ухудшения состояния флота, портового хозяйства и внутренних водных судоходных путей. Воздушный транспорт после сокращения в 1990-е гг. в четыре раза числа пассажиров начал увеличивать их перевозки, однако здесь остро стоит проблема обновления парка, который во многом морально устарел и поэтому в нем нарастает численность магистральных самолетов иностранного производства. Наиболее динамично развивается трубопроводный транспорт: сеть магистральных нефтепроводов и газопроводов продолжает возрастать за счет интенсивного строительства новых экспортных трубопроводов [48].

В торговле и ремонте (автотранспортных средств, бытовых изделий и предметов личного пользования) занято много работающих – почти 18% и производится очень большая доля ВВП – около 21%. Большая численность занятых здесь объясняется отчасти тем, что в условиях сохраняющейся в России и соседних странах высокой безработицы этот вид деятельности является своеобразным буфером, поглощающим лишние рабочие руки, согласные на невысокую оплату труда. Что касается высокого вклада торговли в ВВП, то, конечно, главной причиной является рыночный характер российской экономики. Российская торговля демонстрирует нам также важную макроэкономическую особенность – высокую долю импортных товаров в розничном товарообороте (45-47% всего розничного товарооборота в предкризисные годы). Для большой экономики с относительно емким рынком и большим экспортом это свидетельство низкой конкурентоспособности отечественных потребительских товаров и ориентации экономики на «проедание» экспортной выручки, а не на ее инвестирование [48].

В современных условиях развития российской экономики следует отметить, что и реальный, а банковский сектора экономики нуждаются в постоянной поддержке и помощи со стороны государственных органов регулирования и надзора в решении многочисленных проблем становления эффективных взаимоотношений «банк – предприятие» (рисунок 3).

Таким образом, реальный и финансовый секторы являются основополагающими частями экономической системы и представляют собой сложные многофункциональные подсистемы с определенной структурой, субъектами, ресурсами и экономическими интересами агентов. Данные подсистемы отличаются ролью, выполняемой в экономической системе. Реальный сектор является трансформационным ядром, где исходные ресурсы формируются в новые виды благ и услуг, а финансовая сфера представляет собой трансакционную подсистему, которая опосредует финансовые потоки между агентами экономической системы.

Рисунок 3 – Схема взаимодействия финансового и реального секторов экономики [32, с.36]

Социально-экономическая природа и институциональная форма взаимодействия реального и финансового секторов меняются вместе с развитием экономической системы. Каждый этап развития экономической системы характеризуется новыми формами проявления, условиями и признаками взаимосвязи рассматриваемых секторов. Эволюция взаимодействия финансовой и реальной сфер российской экономики характеризуется различной степенью активности, вектором направления и формами проявления этой объективной связи.

1.2 Формы и направления финансового взаимодействия банковского и реального секторов экономики

Современные исследования, посвященные проблеме соотношения финансового и реального секторов экономики, проводились в конце XX века, а пик интереса к ней относится к 1990-м гг. Именно в это время большое распространение получила гипотеза отрыва финансового сектора от реального.

В научной литературе присутствуют точки зрения о том, что финансовый сектор выступает важной детерминантой экономического роста, а наблюдаю­щийся в последнее время рост масштабов финансо­вых рынков приводит к повышению эффективности экономики (, , П. Кругман) [10, 22]. Имеются и противо­положные мнения, согласно которым современная динамика в целом носит негативный характер, причем некоторые экономисты полагают, что это временный феномен, поддающийся устранению (Дж. Стиглиц, Ф. Котлер, ) [18, 21, 45], другие же счи­тают это непосредственным следствием самой ло­гики развития рыночной экономики (С. Стрендж, Б. Эмундс, Э. Альтфатер, Р. Гутман, ) [19, 40].

Гораздо ранее Дж. М. Кейнс делал вывод о том, что нестабильность является важнейшим внутренним свойством рыночного хозяйства [19, с.115]. И именно в деньгах и финансовых рынках, по его мнению, наиболее ярко воплощена основная черта, присущая и всем прочим институтам капитализма: являясь инструментом, призванным обеспечивать порядок, они зачастую порождают хаос.

Вместе с тем в кейнсианском и посткейнсианских учениях отсутствует единство в понимании того, как именно такой институт, как фондовый рынок, связан с нестабильностью и циклической динамикой капитализма. При этом Кейнс отождествляет ожидания и решения реальных и финансовых инвесторов, так как, по его словам, резкое падение курсов акций от­рицательно влияет на предельную эффективность капитала – а под последней он понимал ожидаемую доходность реальных инвестиций.

Реальные инвестиции определяются колебаниями котировок акций, котировки – преобладающим мнением относительно их будущей динамики, а это мнение – ожидаемой динамикой самого этого мнения и т. д. Но так как реальные инвестиции все-таки осущест­вляются в действительности, значит, имеются и инвесторы, которые заняты не оценкой динамики мнения толпы, а определением целесообразности приобретения производственного оборудования [45, с.128].

Следует отметить, если реальные инвестиции определяются финансовыми инвесторами, внима­ние которых направлено на биржевые котировки, а не на долгосрочные перспективы соответствую­щего бизнеса, то это сильно усугубляет проблемы нестабильности. Спекулятивный характер фор­мирования ожиданий в финансовом секторе при его доминировании над ожиданиями реальных инвесторов будет делать инвестиционные решения еще более непредсказуемыми.

Фактический объем финансовых инвестиций в реальный сектор экономики, от которого зависит фаза цикла, определяется соотношением цен спроса и предложения на капитальное обору­дование, а также доступностью финансовых ис­точников инвестиций. Первый фактор определяет принятие решений об осуществлении инвестиций, а второй – объем инвестиций после того, как оцен­ка ожидаемого дохода уже сделана

Также следует отметить, что в научной литературе ставится вопрос о том, насколько правомерно противопоставлять друг другу реальный и финансовый секторы. Научные исследования современных экономистов свидетельствуют об отрыве финансового сектора от реального. Об этом свидетельствует несколько факторов преобладание краткосрочных форм финансирования (за которым скрывается спекулятивный характер финансовых вложений), приводящее к превышению показателей оборота на финансовом рынке над соответствующими показа­телями для рынка товаров и услуг при увеличении темпов роста объемов первого из этих рынков (рост FTR), относительный рост активов финансового сектора (рост FAR), а также повышение волатильности финансовых показателей, отражающее на­растание нестабильности в этой сфере. То есть доходность финансового рынка является более высокой, нежели доходность реального сектора, и. соответственно, структура инвестиций изменяется – растут инвестиции в финансовые активы, а не в основные средства, в результате чего инвестиционный процесс приобретает спекулятивный характер [15, с.75].

Однако единого мнения об отрыве финансового сектора от реального нет. Одна группа исследователей рассуждает о том, что финансовый сектор оторван от реального, другая доказывает, что между этими секторами есть тесная взаимосвязь. Но эти утверждения не являются прямо противоположными друг другу, так как финансовый сектор, даже будучи оторванным от реального и развиваясь по своим собственным законам, может влиять на реальный сектор, так же, как и реальный сектор может воздействовать на финансовый.

Финансовый сектор создавался не только на основе реального сектора, но и для него. И функцией первого можно считать опосредование функционирования второго, то есть обеспече­ние замкнутости и непрерывности производствен­ного процесса и реального воспроизводства. В то же время масштабное распространение на фондовом рынке чисто спекулятивных операций, обеспечивающих высокую доходность, приводит к отвлечению ресурсов из реального сектора. В данном случае обнаруживается негативное воз­действие на реальный сектор.

В основе гипотезы отрыва финансового секто­ра от реального лежат две предпосылки: 1) темпы роста финансовых рынков выше, чем аналогичные показатели в реальной экономике; 2) финансовым рынкам свойственно отклоне­ние от нормального выполнения их функций [7, с.64].

Между финансовым сектором и реальными производственными процессами существует не­сколько очевидных связей. Развитие технологий и материального производства создает предпосылки для возникновения самого финансового сектора.

Рост производительности труда в реальном секторе высвобождает часть трудовых ресурсов, которые находят себе применение, в том числе и в финансо­вой сфере. А в результате накопления определенной критичной величины стоимости, создаваемой в материальном производстве, становится возмож­ным возникновение ссудного капитала, и появле­ние и дальнейшее развитие крупной промышлен­ности делают этот процесс закономерным.

Развитие технологий и инфраструктуры при­вело к существенному снижению трансакционных издержек и, следовательно, росту объема финансо­вых трансакций. Рост нормы сбережений приводит к росту инвестиций, хотя на практике сбережения трансформируются в том числе и в спекулятивный капитал. Эти факторы создали потенциальную возможность возникновения финансового сектора как сложной целостной системы, природа которого имеет двойственный характер, заключающийся в том, что он одновременно и связан, и не связан с реальным сектором.

Кроме того, финансовый сектор позволяет максимально эффективно размещать ресурсы, и временно свободные средства не остаются бездействующими, а приносят прибыль через финансовые спекуляции. Таким образом, вопрос об эффективности функционирования фондового рынка должен сводиться не к тому, каким способом зарабатываются на нем деньги, а к тому, как эти новые ресурсы можно использовать в реальном секторе экономики.