Поэзия и проза (стр. 22 )

А офицер стоял, метались мысли…

Очнувшись словно, повернул туда, где дом…

И тучи серые над городом повисли…

Минуло тридцать лет. В столице областной

Где уж давно живу, пророс корнями,

Мы едем в магазин, вдвоем с женой

И город манит нас рекламными огнями.

А на парковке, парень молодой,

Лет может быть шестнадцать, иль семнадцать

(Все неизменно в этом мире под Луной),

У нас спросил, рублей хотя бы двадцать…

Россия! Родина! Ответь!

Гордясь победными делами,

Когда ты прекратишь болеть?

Болеть своими сыновьями?

Надежда Суркова

член РСП

Рыжая попутчица

рассказ

Однажды мама рассказала мне случай, который произошел с ней в январе 1948 года:

«Мы с матерью решили переехать жить из Раздольного в Благовещенск. Время стояло трудное, послевоенное. Чтобы переехать в город, нужно было получить оттуда вызов, затем в Тамбовке, т.е. районном центре, оформить пропуск. Автобусы не ходили, а машины в центр ездили очень редко, поэтому надежда была только на свои ноги.

Двадцатого января я со своей подругой отправилась за пропуском. Подруга жила и работала в Тамбовке, а в те дни гостила у своих родителей. Как сейчас помню: подхожу к зданию милиции и вижу на дверях здоровенный замок и объявление, в котором сообщалось, что двадцать первого, двадцать второго, двадцать третьего января милиция не работает в связи с трауром по В. И. Ленину. Я очень расстроилась, но мне ничего не оставалось делать, как отправиться в обратный путь. «Успеть бы, — думаю, — засветло, столько километров отмахала по морозу — и все напрасно!»

Зимой день короткий. Солнце рано садится, и я поспешила домой, в Раздольное. Дойдя до развилки двух дорог, засомневалась. Выбрала получше — более ровную, укатанную, думаю: а вдруг какая машина будет ехать и подвезет меня? Да не тут-то было! Дорога эта привела совсем в другую сторону — в Граждановку. А на улице совсем уже стемнело. Попросилась я ночевать в крайней избе. Спасибо хозяевам, добрые люди, приютили, а утром с рассветом я вновь отправилась в путь.