Поэзия и проза (стр. 42 )

Она сидит и сарафанчик шьет,

А внучка улыбается, хохочет.

Ей семь всего. И в первый класс пойдет.

А раньше шила часто, дни и ночи.

Она всегда умела удивлять.

И сделает как надо, что захочет.

Такое платье! Лучше не бывать.

Сказала мама: — «Руки золотые!»

«Бабуля, покажи, да покажи…»!

«Для вас, мои хорошие, родные.

Носите на здоровье, от души!»

Галина Пысина

член СПР, член РСП

Малая родина маминой мамы

этюд

Христина Семеновна Иванова, родом из Могилевской губернии (ныне Беларусь) — моя бабушка по материнской линии. Она ушла из этой жизни далеко от своей малой родины — в Сибири за много лет до моего рождения и не могла знать вообще что-либо обо мне. Но я знаю её и чувствую — ибо нет в миру временных границ. Со слов мамы знаю, что в семье Христины все владели игрой на скрипке и цимбалах.

Поэт Алексея Пысина из той же Могилевской области и стихи его мне близки и понятны. Привожу перевод, выполненный мною несколько лет назад. Перевод данного стихотворения использован на мероприятиях, посвященных славянской письменности в городском Центре по работе с населением «Содружество» в 2016г и на мероприятиях по случаю Всемирного Дня поэзии в 2017г в ДВГНБ.

Дала мне мама речь родную

А. Пысин, перевод Г. Пысина

Дала мне мама речь родную,

Иначе — нем пришел бы в свет.

Дала мне мама речь родную —

От предков заповедь внаслед.

Была она не белоручкой —

Знакома с севом и жнивьем.

На ниве доброй белорусской

Слова все рождены ее.

Пропахла солнцем и подзором,

Дождями, хлебом и травой.

Я песнь пою рукам мозольным,

Что знали лишь во сне покой.

О, дочь моя! В житейской прозе:

И в будни и в святые дни,

К ней чаще пусть судьба заносит,

Не покидай ее, смотри!

Елена Крадожён-Мазурова

филолог, кандидат наук,

член РСП

Бабушка

очерк

Бабушку я помню с трёх лет: она приехала к нам после смерти дедушки, которого я знаю только по фотографиям. Бабушка хранила их в древнем чемодане, с которым приехала к нам из Кременчуга — старинного города на Полтавщине. В этом городе на Днепре лечился после ранения Суворов. Летом цвели розы и акация, на улицах росла шелковица и осыпалась фиолетовыми кляксами на мощёные, как Красная площадь, мостовые. Летом мы с бабушкой приезжали туда и сушили на крыше яблоки, вишню и абрикосы на крыше на железных противнях. Бабушка ловко забиралась на крышу и потряхивала «сушку на компот», прикрытую марлей. Мне извлечение косточек из вишни и лущение абрикосов казалось «нудятиной», но бабушка говорила: «Какой компот мы зимой маме с папой сварим». Родителей я любила и терпела «компотные мучения».