Восприятие интеграционных процессов на постсоветском пространстве экспертами и лидерами общественного мнения Республики Казахстан (стр. 1 )

Восприятие интеграционных процессов на постсоветском пространстве экспертами и лидерами общественного мнения

республики казахстан

(по заказу Некоммерческого фонда «Наследие Евразии», г. Москва)

Содержание

ВВЕДЕНИЕ.. 2

ГЛАВА 1. ВОСПРИЯТИЕ И ОЦЕНКА ТЕКУЩЕГО СОСТОЯНИЯ ИНТЕГРАЦИОННОГО ПРОЦЕССА НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ.. 4

1.2 Оценка работы органов интеграции.. 10

1.3 Развитие процессов интеграции в рамках интеграционных структур. 18

1.4 Оценка достижений и неудач интеграции.. 28

1.5 Эффективность интеграции в целом.. 37

1.6 Основные проблемы интеграции.. 40

1.7 Пути преодоления проблем.. 43

ГЛАВА 2. УЗНАВАЕМОСТЬ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ОБЪЕДИНЕНИЙ НА ПОСТОСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ.. 51

ГЛАВА 3. ВОСПРИЯТИЕ ЭКСПЕРТАМИ ОСНОВНЫХ СУБЪЕКТОВ ИНТЕГРАЦИОННОГО ПРОЦЕССА И ФОРМ ИХ УЧАСТИЯ В ПРОЦЕССЕ.. 76

ГЛАВА 4. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ВОЗМОЖНОМ ВЗАИМОДЕЙСТВИИ РАЗЛИЧНЫХ СУБЪЕКТОВ ИНТЕГРАЦИОННОГО ПРОЦЕССА И ИХ ВОЗМОЖНЫХ ВЗАИМНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАХ 109

4.1.Обязательства власти по отношению к бизнесу. 109

4.2. Обязательства бизнеса по отношению к государству (власти и обществу) 114

ГЛАВА 5. ВОСПРИЯТИЕ И ОЦЕНКА ЭКСПЕРТАМИ ПЕРСПЕКТИВ ИНТЕГРАЦИОННОГО ПРОЦЕССА НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ.. 120

5.1. Оценка перспективности интеграционных образований на постсоветском пространстве 120

5.2. Оценка вероятности осуществления уже объявленных планов интеграции.. 132

5.3. Приоритетные цели интеграции.. 139

5.4. Организационные формы интеграции.. 142

ПРИЛОЖЕНИЕ.. 154

ВВЕДЕНИЕ

Цель исследования

Получение информации о восприятии интеграционного процесса на постсоветском пространстве представителями определенных целевых групп экспертов и лидеров общественного мнения.

Задачи исследования

В ходе исследования были решены следующие задачи:

4.1. Уточнение базовой модели восприятия интеграционного процесса (параметры и отношения между ними) и разработка схемы измерения основных параметров (схема интервью);

4.2. Измерение основных параметров восприятия экспертами интеграционного процесса;

4.3. Сравнение восприятия и оценок интеграционного процесса в различных целевых группах экспертов и лидеров общественного мнения;

4.4. Формирование выводов исследования, касающихся предмета исследования, в т. ч. о позиции целевых групп относительно узловых вопросов интеграции на постсоветском пространстве.

Описание исследования

Исследование проводилось с 5 мая по 7 июня 2005 года в Казахстане. Методической основой исследования явилось очное глубинное формализованное интервью экспертов и лидеров общественного мнения указанных выше сфер общественной жизни. Опрошен 21 эксперт в городах Алматы и Астана. Эксперты были представлены тремя группами:

Представители исполнительной и законодательной ветвей власти, чиновники интеграционных образований – 8, Бизнесмены – 6 , Лидеры общественного мнения, известные политологи, экономисты, редактора СМИ – 7.

ГЛАВА 1. ВОСПРИЯТИЕ И ОЦЕНКА ТЕКУЩЕГО СОСТОЯНИЯ ИНТЕГРАЦИОННОГО ПРОЦЕССА НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ

1.1 Необходимость интеграции

Интервью экспертов показывают, что ни один из опрошенных ни в одной из категорий не усомнился в необходимости интеграции.

При этом затронут широкий спектр факторов, от истории до геополитики, диктующих необходимость интеграции с точки зрения интересов как Казахстана, так и других стран СНГ.

Госчиновники и парламентарии

Одним из общих аргументов для большинства экспертов данной категории было историческое обоснование описываемого процесса. Тема исторически сложившейся близости стран и народов присутствует практически у всех респондентов.

«Есть много психологических факторов…языковой фактор… . Вот, бывшие республики Советского Союза между прочим… все-таки у нас накатанные связи есть. Ну, конечно, сейчас будем создавать новое, не то, что сверху раньше создавали. Сейчас, на основе тех накопленных связей, мы можем создавать новые более совершенные формы взаимоотношений, являясь политически самостоятельными, суверенными государствами, мы должны создать очень хорошие экономические и культурные связи. Если нам удастся…».

«Есть, конечно, есть. Это и исторические причины, это и геополитические факторы, это и то обстоятельство, что мы все вышли из одного гнезда, мыслим одинаково, понимаем одинаково, у нас почти идентичный уровень развития, и все это объективный фактор. Это объективный фактор. Поэтому у интеграции в постсоветском пространстве есть большое будущее, это надо признать, а реализовать – конечно…».

«Я думаю, что объективная потребность есть. Во-первых, нельзя вычеркнуть 70 лет совместной жизни…Во-вторых, люди связаны и кровно, т. е. часть людей живет в России, сыновья, дети, а родители остались в Казахстане».

Лишь отдельные эксперты затронули при этом тему евразийства в ее историческом развитии. Отмечается специфика нынешнего этапа развития этих идей, который связан с инициативами президента Назарбаева.

«…я думаю, глупый человек был бы тот, который, например, говорил, что он наплевал на интеграцию. И вся идея, между прочим, идея Евразии, евразийская идея нашего Президента, она является специфической идеей. Суть ее заключается…, есть идея СНГ – все это взаимосвязано, она возникла, понимаете(?), не в том смысле, например, как это было в России во времена Трубецкого и других. Это слово «Евразийство» имеет большую историю. А, вот, специфический смысл той евразийской идеи, которую выдвинул Назарбаев, это как бывшие республики Советского Союза, перестав быть единым государством, как они могут друг с другом слаженно, нормально и в экономике, и культуре, и других сферах жить. Как они могут в дружбе находиться друг с другом, понимаете? Вся суть, специфика заключается в этом».

«И более того, мы находимся в каком-то общекультурном пространстве, общеисторическом пространстве и вообще существует такое понятие как Евразия, а Евразия это, так сказать, от Карпат и до Тихого океана, 1/6 часть Земли. … то, что было наработано историей, ну, некоторые это называют Русской империей, Советской империей, но то, что было наработано людьми, это целая история, вот, это как единый дух. …У нас особый взгляд на себя, на планету, на земной шар, и у нас есть, ну как бы сказать, своя истина этого вопроса и, вот, мы не должны эту истину, как бы…, (должны) ее сохранять и сберегать. Я твердо знаю, что интеграция нужна нам всем, без нее мы потеряем эту общую истину, которая достигалась таким кровавым путем».

«Вот вы знаете, это наверно моя точка зрения, но личная, но я думаю, не потому что я там очень много жил в России, воспитывался там, дело в том, что это действительно так. И не даром когда у нас здесь в Астане открылся Евразийский университет, мы его назвали именем Льва Николаевича Гумилева. Конечно, это идея Президента, но это название очень символическое, что ведущий ВУЗ страны носит имя Льва Николаевича Гумилева».

Присутствует попытка объективистского взгляда казахстанских экспертов на эту проблему и с точки зрения интересов России. В то же время, она единична.

«Для России… Россия, системообразующее ядро здесь, да. Для него это необходимо, чтобы вокруг эти территории удержать, в поле своего влияния. Это геополитически, стратегически важно, это даже не обсуждается для России, это важно, потому что иначе потом останется одна Московская область. Так и случится, если она будет изнутри разрушать сама себя…».

Еще одним типичным аргументом является обоснование с точки зрения интересов экономики объединяющихся стран. В то же время, данный аргумент, как показывают последующие разделы («Проблемы интеграции», и др.), внутренне противоречив, поскольку при ближайшем рассмотрении само экономическое развитие стран региона содержит в себе факторы, сдерживающие интеграцию. Это показывает момент эклектичности в восприятии данной проблемы.

Конкретными логическими причинами (мотивами) объединения называются:

- необходимость сохранения тех хозяйственных связей, которые существовали в СССР

«… у нас была такая производственная инфраструктура, т. е. нефтепроводы, объединенная энергосистема Советского Союза. Хотим ли мы или не хотим, но, тем не менее, она осталась. И нельзя выбрасывать вместе с люлькой и ребенка. Другое дело, на каких основах мы объединяемся, и какие требования мы выдвигаем друг другу? Поэтому, у меня даже нет сомнений, что интеграционные процессы необходимы на постсоветском пространстве. Другое дело – в каких формах, и в каких объединениях?».

«Потом, чем искать книжки для своей экономики в дальнем зарубежье, то все-таки эти ниши находятся совсем рядом. В первую очередь достаточно сказать, что уровень взаимодействия стран, я имею в первую очередь в виду Россия и Беларусь, Россия и Казахстан, Казахстан и Украина – достаточно высок. И потому зачем ломать то, что было создано и то, что успешно работает. И в этом плане интеграция этому делу будет только способствовать…».

«А в рамках вот, бывшего советского союза, всей территории, они опять же, история такая, что каждое государство взяло так называемый хозяйственный единородный комплекс. Мы сейчас просто обрубили все нити и думаем, что каждый может сам развиваться, но это бесперспективное направление, оно губительно в целом для каждого государства. Вот тут важно найти оптимальное сочетание. Собственное развитие, соблюдение общенациональных интересов, интеграционных. Вот в какой части для каждого государства вот эта доля должна быть очень разная в силу собственной стратегии, развития, уровня, ну и истории наверно тоже для Азербайджана одно для Казахстана - другое, для Киргизии – третье, для Украины – четвертое. Какую долю национальных интересов можно так сказать во внешнее, так сказать поле выпустить, с тем, чтобы опять получить преимущества какие-то для себя».

- преимущества больших рынков для развития крупномасштабных производств

«…для нас это важно, потому что это рынок огромный, для Белоруссии то же самое, потому что огромный рынок, привычные технологии, стандарты, язык, субкультура, производственная даже субкультура и торговая субкультура, одинаково. Вот эти моменты, у всех стран есть свои лейтмотивы. У маленьких стран, как Таджикистан и Киргизия, например, тоже попасть в общий большой рынок. Узбекистану тоже открыть рынок, возможности для себя. Все рассчитывают на это, и в то же время каждый получит сверху, и поэтому мощность стран, capacity увеличится. Вот она простая модель, допустим, для меня она ясна, что мы должны это делать, одни мы это не сможем».

- соображения преимуществ интеграционных объединений в процессе вступления в ВТО

«Объективная потребность присутствует. Потому что есть, в первую очередь потребность экономик наших государства интегрироваться. Поскольку, ну не секрет, что в условиях, когда весь мир глобализуется, интеграционным объединениям намного легче решать вопрос адаптации к новому миропорядку, в первую очередь – к экономическому миропорядку…Во-вторых – не за горами вступление в ВТО. Опять же, то ли мы будем вступать по одиночке, это уже выглядит уже достаточно сложно, чем какие-то будут общие согласованные позиции, когда можно будет в какой-то мере торговаться со странами-участниками уже этого объединения, когда можно будет как-то выходить на какие-то консенсусные решения».

- логика глобализации экономических процессов и несостоятельность попыток автаркии

«Ну, наверно, это главный посыл был их (интеграционных структур) создания все-таки. Ну, в целом без интеграции это пример, пожалуйста, в Северной Корее показала, бывшего Советского Союза. Все-таки изолированность я считаю, она служила подспудным, но важнейшим фактором его будущего развала советского союза, даже такая мощная держава как СССР она, и то не выдержала, потому что замыкала собственное развитие. Кроме того, пыталась поднять по своей модели еще Восточно-европейские, и ряд других государств. Поэтому сам по себе интеграционный процесс, то, что мы называем выход на мировой рынок. Почему мы требуем от закона мирового сообщества общеэкономическим тенденциям, течениям, это процесс объективный и все политики должны это понимать…».

В высказываниях по этой теме эксперты затрагивали и вопросы движущих сил интеграции.

- Понимание и видение целей интеграции

«…на мой взгляд, все-таки интеграция нужна, но интеграция она не ради интеграции, а интеграция ради того, чтобы эффективно работала экономика, обеспечивалась безопасность государств. Вот в этом плане мне представляется, что так такая интеграция необходима. Но, опять же я повторюсь, интеграция будет эффективна, если будут соблюдены определенные условия».

- Неприемлемость искусственных конструкций

«Но это нужно при том не каких-то расчетах, или там методологий, только путем естественного развития, мне кажется нужно вот так, и ошибки здесь тоже будут, конечно, обязательно».

- Соображения безопасности

«… я истинный сторонник, я убежден в том, что интеграция нам нужна. Дело в том, что, ну, во-первых, есть как бы силы, которые, ну, заинтересованы в дезинтеграции этого пространства и тогда, значит, грубо говоря, мы можем стать добычей воронья».

Лидеры мнения

Отмеченный выше спектр мнений представлен и в группе лидеров мнения, но в менее развернутой форме. Это вызвано, по-видимому, естественной отстраненностью респондентов от процесса принятия решений. Заметнее выражена политизация оценок, как отголосок борьбы оппозиции с властью. Присутствует момент благих пожеланий и морализаторства.

Сомнений в необходимости интеграции не высказано.

«…то, что она всем необходима, это все признают».

Исторический аспект восприятия данного процесса представлен:

- общностью истории

«Объективная потребность в интеграции есть, тем более что в отличие, может быть, от других регионов мира, мы все-таки жили, в одном государстве, да? И резкий разрыв всех связей культурных, экономических и т. д., конечно, ни к чему хорошему не привел. У нас, кстати, как это ни странно есть то, чего не было у Европейского союза – это общая история. И по некоторым интеграционным сферам мы действительно могли бы достичь больше успехов, чем, например, в других регионы мира».

- соображениями реального состояния стран Центральной Азии, уровня их развития, незавершенности инерции распада

«Да, конечно, нужны. Дело в том, что страны Центральной Азии на данном этапе объективно друг с другом не смогли создать более-менее эффективную структуру, которая могла бы воздействовать на решение региональных проблем не только в сфере безопасности, но и в экономическом плане. Решение хотя бы той же транспортной проблемы, международных транспортных коридоров и т. д. А участие таких стран как Россия, Китай и другие крупные страны, тот же Иран, привлечение в свое время Турции. Это, наверное, вопрос просто жизненной необходимости для стран нашего региона и для стран постсоветского пространства в целом. Инерция распада еще не завершена, поэтому мы должны будем амортизировать эти удары, которые в экономическом плане, в политическом даже плане возможны и вероятно происходят сейчас».

- общей неконкурентоспособностью экономик стран СНГ на данный момент

«…но она, конечно, необходима еще не с точки зрения политических интересов и конъектуры, да, а с точки зрения создания полноценного экономического пространства. И здесь тоже есть важный момент, потому что за десять с лишним лет все осознали, все осознали, что на Западе или на мировом рынке товаров и услуг мы не нужны. Всех интересует только наше сырье, в основном. И понятно, что только в рамках бывшего Советского союза мы и нужны друг другу».

Геополитический и территориально-транспортный аспекты, продиктованные географией собственно Казахстана

«С Россией в принципе для нас, для Казахстана в силу геополитических причин интеграция необходима, но геополитика понимаемой не субъективно, с точки зрения неких интересов великих держав, а геополитика с точки зрения территориального размещения. Нам нужна большая общая граница…».

«…есть соседи, приоритетность которых очевидна в силу того, что они являются для нас транзитной территорией. В данном случае Россия – транзит для экспортной и импортной кооперации, для транспортировки наших углеводородных ресурсов и прочее, прочее, прочее».

Экономический аспект интеграции

Отмечено своеобразное смешение инерционных советских представлений о концентрации и специализации производства с преимуществами доступа к уже имеющимся возможностям других стран. В завуалированной форме транслируются привычные для времен СССР соображения рациональности для развития производства, имеющего единый центр управления.

«Пусть в одной стране будет и металл пусть для всех идет. Если у нас есть большой политехнический институт, а кто-то в каждой стране хочет создать, ну зачем? Сейчас со всего мира мы ездим в Кембридж, Бостон, не обязательно в своей стране открывать…то есть у нас пять республик в Центрально-азиатском союзе: Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан, Казахстан, ну может Азербайджан, там, по конституционному признаку – 5-6 республик, условно говоря, или как прикаспийские государства. И нет необходимости на какие-то структуры всем пятерым выделять средства. Вот, это интеграционный процесс. Целесообразность… А мы, каждая страна, хоти все создать: ракетодром, свой политехнический, свой гуманитарный, свою науку…то есть понятно, да? Вот почему интеграционные процессы всем выгодны. Почему? Потому что, когда ты в рамках этого союза, ты во многом для себя и для своего бюджета экономишь, потому что общерегиональные соглашения позволяют тебе пользоваться благами уже другой…ну, или ты свои открываешь и у тебя идет эта (нпт), а что тут непонятного?».

Характерно при этом, что «по умолчанию» имеются в виду интересы Казахстана, где имеет место накопление капитала, не имеющего достаточно прибыльных сфер приложения, что вызывается узостью национального рынка.

«Первое – это рынок сбыта. Это, естественное желание, и мы тоже не на обочине стоим, мы хотим, чтобы мы могли заранее определить, где будет сфера применения нашего капитала, наших технологий, экспортных товаров. Мы все хотим заработать и дать возможность современному, соответствующе современному рынку технологического развития страны».

Тема прошлых связей отдельными экспертами воспринимается как наличие реальных «точек роста» интеграции, где совпадают интересы участников.

«Это вообще-то провокационный вопрос, который должен быть в любой анкете, для того чтобы проверить все предыдущие вопросы. Но я бы хотела вам сказать, что мир интегрируется по направлениям: по экономическим, политическим, культурным. То есть сегодня интеграция – это, как бы, основа всей жизни на земле. И, поэтому, без интеграции это просто невозможно. Но интегрируются по разным признакам. И, мне кажется, что, выйдя из Союза, мы должны вспомнить и наши прошлые интеграционные взаимообусловленные связи и найти какие-нибудь новые. Ну, например, очаги интеграции или пункты интеграции – Каспий, нефть – один очаг интеграции. Космос. Если говорить об интеграционных процессах, об уровнях... Потом опять же проблемы, для того чтобы интегрироваться вообще на всем постсоветском пространстве. То есть интеграционных моментов у нас более чем достаточно. И если посмотреть на весь мир, то мир интегрируется тоже многообразно. Потом борьба против терроризма – это тоже интеграционный узел для каждого из государств. Без этого, я считаю, не обойтись».

В данной группе экспертов отмечено стремление понять диалектику интеграционного развития.

«Для этого и создаются эти структуры. Никто не говорит, что они будут долговечны, они, может быть, трансформируются, как в свое время Таможенный союз преобразовался, на базе него была ЕврАзЭС. Как в свое время из Шанхайской пятерки выросла ШОС, как в свое время из ЦАС появилась нынешняя ЦАС в другой интерпретации, с другим содержанием букв. Может быть, это даже будет институциональный регресс, откат назад. Но, тем не менее, этот процесс должен идти, потому что это неизбежно, я думаю, в нашем регионе».

При этом, разграничивается политическая конъюнктура и политическая стратегия.

«…серьезных интересов между Россией Путина и Казахстаном Назарбаева нет. А в целом, Россия-Казахстан – да, есть определенные связанные с трансграничными вопросами, с транзитными вопросами интересы, но это долговременные, как бы… . Но в рамках России Путина и Казахстана Назарбаева - все это нереально».

Отмечается при этом актуальность проблемы преподнесения преимуществ интеграции самим политикам, в том числе посредством экспертного сообщества.

«Я считаю, тут сильная такая парадигма восприятия для экономистов, международников, политиков, чтобы они воздействовали на умы политиков, которые должны понимать для чего…, а то, каждый раз новая волна политиков приходит, а до нюансов не доходит. В целом, вот, такое восприятие приносит очень много таких элементов и непонимание системности характера: для чего, для каких этапов интеграция создается. Может быть виноваты наши руководители, они это чувствуют интуитивно, а объяснить не могут. Может виновато ЕврАзЭС, они давно объясняли, когда объединились, и сейчас для них это все (нпт), они об этом не говорят, а потом не понимают, почему вы сами против интеграции. Т. е. для них это, как для трехлетнего. А нам надо все это еще разъяснять, разжевывать, и мы на этапе трансформации этих процессов, и нам все это сложнее, конечно. Это же понятно?!».

Бизнесмены

Эксперты-предприниматели также отмечают в качестве аргумента в пользу интеграции историческое сходство стран постсоветского пространства по основным параметрам развития общества. Одновременно выражается неприятие нынешнего состояния интеграции.

«Очень даже необходима. Она не просто необходима, она как воздух необходима, потому что у нас единое пространство – и языковое, и культурное, и социальное, и экономическое, и политическое, вообще во всех смыслах, мы все с одного огорода. Мы друг друга понимаем, у нас даже психология одинаковая. Но сейчас мы все разорваны, у каждого свое законодательство, каждый по-своему с ума сходит, как говорится. И все преграды только мешают и поэтому она просто необходима как воздух, как воздух. Но не в таком виде как сейчас, конечно».

В качестве конкретных экономических аргументов, отмечаются транспортные императивы для Казахстана и соседних с ним стран Центральной Азии.

«Я думаю, что она необходима… . Не только в казахстанском, но и в российский, я же общаюсь, со всеми сторонами. В интеграции есть большая необходимость для всех народов. То, что …, в любом случае мы пересекаемся, не в вопросах, допустим, экономики, в вопросах транспортирования пересекаемся, в вопросах пересечения границ пересекаемся. Думаю, что сегодня можем нефтепродукты везти, но в любом случае мимо России не проедешь. Очень много вопросов, которые связывают, и друг от друга никуда не денемся. Пересечений очень много: наземное, воздушное, подводное, водное, какие хочешь».

Развитие производства само по себе интерпретируется как происходящее в интересах бизнеса и общества.

«…движущей силой сейчас являются предприниматели да (?), то для предпринимателей, вообще объединение рынка всегда на благо. То есть, если это для предпринимателей выгодно, то выгодно же ведь…, любой предприниматель это в первую очередь работодатель да, то есть он обеспечивает определенное количество людей работой, бытом, социальными…. Значит, это благоприятно будет сказываться на весь коллектив, в том числе на население».

1.2 Оценка работы органов интеграции

Данный вопрос вызвал наибольшее количество откликов респондентов. Отдельные высказывания не совпадают по тональности и оценочному содержанию.

В разных категориях опрашиваемых достаточно четко выявляются различия в степени оценок эффективности деятельности высших и рабочих органов интеграционных образований на постсоветском пространстве. При этом степень критичности наиболее высока в группе бизнесменов и у отдельных представителей группы лидеров общественного мнения.

Госчиновники и парламентарии

Эксперты из этой группы склонны давать более развернутые, конкретные и уравновешенные оценки, не в последнюю очередь постольку, поскольку косвенным образом речь идет и об эффективности их собственной работы.

«Рабочие органы, по сути своей, это главы государств или главы правительств или министры иностранных дел. Соответственно, они выражают волю своих государств, поэтому они не могут работать эффективнее, чем та политика, которую проводят те или иные государства. В этой связи, естественно, если брать уровень встреч, которые проходят, то уровень встреч достаточно высок, и вопросы обсуждаются интересные. Но ведь главное чтоб как выполнялись эти решения. Поэтому, если говорить в целом, то органы встречаются, органы работают, органы принимают какие-то решения, но многое остается потом за бортом, многие решения не выполняются».

«Совокупная оценка, все-таки эффективность в рамках органов СНГ, ЕврАзЭС и пока вот ЕЭП, поскольку все-таки встречи достаточно частые, достаточно высока. Все остальные это, все-таки, это больше…».

«Ну, то, что я знаю, с чем я сталкиваюсь по постоянной работе это вот два объединения это ЕврАзЭС и ЕЭП, там идут постоянные, практически каждодневная работа на уровне экспертов, на уровне руководителей правительства этих государств. Прорабатываются очень серьезные, глубокие документы, встречи группы высокого уровня проходят очень систематически и, причем от этапа к этапу идет продвижение, и в немалой степени это связано именно с деятельностью структур, которые созданы в рамках вот этих двух объединений».

Представлена и точка зрения представителей новой генерации казахстанских чиновников, вышедших из предпринимательской среды, которая более критична. При этом причина недостаточной эффективности руководящих органов интеграционных образований видится здесь в субъективном факторе.

«Вот, практически никому нельзя поставить отлично. … я вижу эти рабочие органы, что там работают люди отставные, которые помнят Совдепию. Там должны люди работать с интересом другим совершенно, и которые в ключе находятся, а там работают в основном те, кто не выполнит забой(?), ну его и держат там, и он там работает. И отсюда его взгляд вот этот. Штаб-квартира СНГ в Минске - жалкое зрелище. Ну, Флорида, ну склад пенсионеров – ну что это такое. То есть вот эти вещи они же и играют свою роль. И они помнят, что такой-то завод на тот завод что-то поставляют. Я считаю, это очень хорошее знание для архива. Сегодня не важно кто, что кому поставлял. Теперь совсем другое важно, возможности и можно новое создать – вот таких людей в этих штаб-квартирах не хватает, и они видимо туда и не идут, зная, что эти объединения, в общем-то…. Никто не ставит себе задачу номер один – объединиться серьезно, кроме Казахстана. Россия почему-то тоже считает, что это как бы задача – все это… . Эффективность оценить сложно, да. Потому что назначают туда высших представителей, вот от нас, вице-премьер, казалось бы, да, но дальше кто сидит там, вот рабочий орган. По-моему, дается время на пробуксовку».

В оценке деятельности конкретных интеграционных образований этой группы экспертов наблюдаются расходящиеся мнения.

СНГ. Преобладающая оценка его деятельности – низкая степень эффективности, доказываемая низким уровнем исполнения решений и большим количеством неработающих документов.

«Э: Что же касается, например, СНГ, такого доверия и у депутатов, и видимо, у исполнительных органов нет. СНГ все формально.

И: А как Вы полагаете, почему такое восприятие?

Э: Потому что СНГ себя показал неработающей организацией, потому что было принято более тысячи документов, более тысячи, а работают только 10-15. Это уже говорит о том, что это неработающая организация. Это формально. Вот, я вам скажу, не знаю, сейчас функционирует или нет(?), был экономический суд стран СНГ. Я как-то интересовался, дело рассматривали, это вообще скучное …, а, казалось бы, каких-то противоречий в экономической сфере, разбирательств очень много, но они решались либо так чисто на джентльменской основе или там договаривались, но до суда дело не доходило. Хотя столько противоречий и проблем, а дел нет, потому что этим органам не совсем доверяли. Что нельзя сказать о ЕврАзЭСе. Там другая ситуация».

«В СНГ собираются, но там по повестке можно судить, что она все сужается, все сужается и практически декларированного документа нет, не в полном составе…».

«Ну, я считаю, что, конечно, в СНГ высшие органы не активны. И текущее руководство не видно и не слышно. Я думаю, что исполнительный комитет СНГ должен более активно работать».

«Вот СНГ, это результат его был развод, результативность у него высочайшая. Все развелись».

Некоторые эксперты видят в качестве причины такого положения дел объективные факторы.

«Что касается СНГ там, конечно, пока структура, не смотря на усилия которые предприняты в последнее время два-три года, она пока остается весьма «слабоватенькой» я бы так сказал… Вот это связано, естественно, и с затратами, ну, у каждого государства, свои интересы в разных институтах, где в большей степени, где в меньшей степени и этим продиктовано их, так сказать, наполнение аппаратов этих органов. Наверно это тоже в какой-то степени объективный процесс».

Отмечены отдельные пессимистические прогнозы на перспективу в связи с этим.

«Вот, СНГ, мне кажется, что в последнее время СНГ… ну как-то ослабло, то есть оно было очень интенсивным течением в первые десять лет организации, а теперь, мне кажется, что это будет слабым СНГ. Не хочу говорить, но вот в Казани станет ясно, что дальше надо будет делать с исполнительными органами СНГ. Мне кажется, что это приведет к сокращению, а раз к сокращению, то и, естественно, к распаду».

ЕврАзЭс. Опрос показал, что эта структура пользуется наибольшим признанием, степень оценки ее сравнительной эффективности – самая высокая. При этом развернутую оценку смогли дать, в первую очередь, эксперты, непосредственно связанные с ней.

«Наиболее эффективная из структур - это ЕврАзЭС у нас. Вот, там учредитель работает в структуре, в которой постоянно идет работа с учетом, по графику. У нас главы государств собираются ежегодно, главы правительств - два раза в год, премьеры – четыре раза в год, это железно и ежемесячно занимаются (нпт), которые представляют эти страны каждый месяц. И мы каждый сезон, раз мы собираемся, ну, 30-40 вопросов рассматриваем, вы понимаете, накоплены - громадная правовая база, которую формируем. Поэтому в этом плане у нас механизм работает четко».

«То, что касается ЕврАзЭС, ну, здесь…не потому, что я здесь работаю, а потому, что она очень высокая. Во-первых, регулярная, раз в год собираются у нас президенты, два раза в год премьер министры, раз в квартал собираются вице-премьер министры – я считаю, что это очень высокая активность. Постоянно работает секретариат ЕврАзЭС, я уже не говорю о (нпт), что у нас 16 советов и комиссий, которые работаю, заседают, почти ежемесячно, происходит какое-то мероприятие на пространстве ЕврАзЭС в одном из государств. И многочисленное количество экспертов, которые работают над проектными соглашениями…».

«По ЕврАзЭСу интеграционный комитет, он очень продуктивно работает. Мероприятия, которые проводятся, и заседания самого интеграционного совета, заседания совета глав правительства, совета глав государств. На каждом этапе, э, идет продвижение вперед, иногда мелкими шагами, иногда крупными. Принимаются серьезные документы, идет обсуждение, идет такая масштабная «мозговая» атака, я считаю, что здесь продвижение наиболее такое характерное».

С ними солидарны и депутаты Парламента.

«…почему я говорю ЕврАзЭС, как депутат, мы конкретно работаем именно над нормализацией текстов, сближение … . Когда изучаем документы, которые требуют ратификации, мы вникаем в это дело и парламенты почти всех пяти стран работают в этом направлении активно».

«И здесь вот как раз эффективность принятия решений в рамках ЕврАзЭС выше».

«Да, я вот так и расположил, что исполнительные органы ЕврАзЭС работают хорошо…».

Отмечена положительная оценка среднего звена исполнительной власти, в том числе с точки зрения «кадровой эффективности».

«Что по плотности, вот допустим, плотность контактов, мы видим высочайшую по линии господина, ЕврАзЭС, допустим, Рапота, но это просто он же здесь, уже, он же знает все здесь. Говорит, слушайте, а это что за гостиница, я здесь не останавливался. То есть он до того уже, плотность контактов высочайшая. Результативность».

ЕЭП. Позиции экспертов здесь менее однозначны. Отмечены как позитивные, так и критические оценки, неопределенность данного образования.

«Если удастся выйти на Единое Экономическое Пространство, то там эффективность реализации решений будет еще выше. Тем более там предусматривается создание определенного наднационального органа, это комиссия по тарифам, решение, которого будет обязательны для всех государств, то есть решения будут прямого действия. То есть вот главное не оттого, сколько решений принимаются, а главное оттого, как эти решения выполняются».

«Вот, что касается ЕЭПа, там высочайшая активность, на высшем уровне. Да, они хотят, это видно… я не говорю про президентов, но группа высокого уровня собирается даже чаще, чем ЕврАзЭС. И они поставили такую задачу, что у них прошлый год был неимоверно активный и неимоверно тяжелый. Проработать 90 с лишним соглашений – это очень большая активность. Но, к сожалению, здесь видимо преобладание каких-то политических амбиций Украины не дает довести до логического завершения процесс. И второе, что там давно пора создавать реально действующую, постоянно действующую группу, а не десять человек, которая сейчас над этим работает, да и то, они работают, сидят в ЕврАзЭС».

«Мне кажется, гораздо слабее осуществляются контакты по линии ЕЭП…».

ЦАС. Несмотря на отдельные высокие оценки потенциала ЦАС в перспективе, содержащиеся в ряде интервью в целом, текущая деятельность руководящих органов ЦАС оценивается преимущественно критически.

«Ну, у ЦАС нет такой структуры, там собираются президенты, довольно таки редко, по крайней мере, пока эффективность очень низкая в этой ЦАС. Постоянно структуры трансформируют из одного объединения в другое и, мне кажется, что Казахстан (нпт) инициативу, допустим, на базе этого ЦАСа создать Центрально-азиатский союз. Если идея пройдет сейчас, смена лидера, я думаю, в ближайшей перспективе может что-то получиться, а пока, вот, в формате ЦАС мало вероятно, что получится».

«Ну, что касается ЦАСа, то я считаю, что у отдельных пяти государств точка зрения…да, все пусть так как будет. Если говорить здесь…то явным лидером является Нурсултан Абишевич, если брать Кыргызстан, Таджикистан…ну, в Кыргызстане события Вы сами понимаете, в Узбекистане тоже, это все причинно следственные события, этого надо было ожидать, потому что нельзя народ держать в бедности, в нищете. То что мы прошли в 95-97 годах в Казахстане, им еще предстоит пройти, например. Еще не ясно как пройдут все эти события. Поэтому эти образования нужно было делать раньше».

«И мне кажется, что сейчас пока не действуют исполнительные органы ЦАС. Ну, то есть, они находятся в таком латентном состоянии, но если сейчас идея Назарбаева… значит, за нее примутся всерьез, то, мне кажется, ЦАС может наращивать свою активность, поэтому я его поставил внутри».