Диссертация о православной миссии (стр. 10 )

В 1840 г. о. Иоанн получает скорбное известие о смерти в Иркутске его супруги. Убеждения митрополита Филарета склоняют его, хотя и не без душевной борьбы, принять монашество. После обеспечения дальнейшей судьбы своих детей о. Иоанн 29 ноября 1840 г. принимает монашеский постриг с именем Иннокентия в честь святителя Иннокентия Иркутского, просветителя Восточной Сибири. В этот же день было принято решение Св. Синода об образовании Камчатской епархии, на которую и был избран новопостриженный священноинок. 15 декабря совершилась его хиротония в епископа Камчатского, Курильского и Алеутского с кафедрой в Новоархангельске. Теперь святитель мог сам проводить в жизнь свои миссионерские планы.

По поручению Св. Синода он составил инструкцию для миссионеров "Наставление священнику, назначаемому для обращения иноверных и руковод-ствования обращенных в христианскую веру". Это сочинение, составленное в апостольском духе, проникнуто христианской любовью к просвещаемым народам. Как "утвержденное первосвятителями Российской Православной Церкви и Св. Синодом ("Наставление") имеет не только историческое, но и каноническое руководственное значение для всех сибирских миссионеров" (6,118).

"Наставление" состоит из краткого воззвания и трех частей. В воззвании говорится о высоте благовестнического подвига, в нем содержится похвала его ревностным служителям и ответственность за нерадивое исполнение долга. Первые две части посвящены духовным обязанностям миссионера. Проповедник должен тщательно подготовиться к благовестию. Эта подготовка включает в себя молитву, которая должна предшествовать всякой проповеди или катехизической беседе, приведение себя в смиренное и спокойное расположение духа и предварительное обдумывание своих действий и слов.

Всякое богослужение или треба должны предваряться хотя бы кратким поучением, которое вообще нужно говорить при всяком удобном случае, везде и всем, но особенно нужно стараться использовать массовые скопления инородцев.

До овладения местным языком нужно внимательно отнестись к выбору переводчика: он должен быть, по возможности, один и тот же из наиболее благочестивых и склонных к христианству.

Далее предлагается порядок самой проповеди или беседы, которая должна соответствовать возрасту, интелектуальному развитию и духовному состоянию слушающих и действовать больше на сердце, чем на ум. Последнее возможно только при наличии глубокой веры и любви у самого миссионера. Для достижения успеха об истинах веры следует говорить обдуманно, ясно, четко и кратко.

Начало проповеди должно быть основано на следующем принципе: от созерцания видимого мира - к познанию невидимого Творца и Его свойств. Затем может следовать краткая история творения, его цель, состав человека и бессмер-. тие его души. Просто и кратко передать смысл нравственного закона Моисеева, необходимость его исполнения и исторические примеры последствий его нарушения. Затем перейти к евангельской проповеди, образ которой дал Сам Иисус Христос: "Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное". На этом этапе очень важно вызвать у язычника чувство раскания и страха Божия, соединенное с надеждой на Спасителя: "Привести в чувство раскания и сокрушения есть одно из труднейших дел проповедника; но это состояние есть одно из важнейших в обращении человека и есть возделанная земля для насаждения семени хрйти-анства. Ибо тогда оно может пасть в самую глубину сердца его и, при последующем содействии благодати, принести обильный плод. Благовествование Спасителя человеку, чувствующему себя виновным пред законом, предварительно и без всякого убеждения поселяет в нем любовь к сему Спасителю, Которого он ещё и не знает. А кто возлюбит Иисуса Христа таким образом, тот особенно возлюбит Его, узнав Его, и поверит всему, что говорил Он и что о Нем будешь говорить и ты" (5,168).

Показав необходимость Искупителя и любовь Божию к человеку, следует передать всё домостроительство спасения - краткую евангельскую историю, истины воскресения мертвых и вечной жизни, а также рассказать о проповеди апостолов, Священном Писании, последователях Христа и явлении святости среди них. Всё учение Спасителя представить в кратких заповедях: необходимость покаяния, веры в Него, бескорыстной чистой любви к Нему и ко всем людям.

После этого уже следует предложение к слушателям вступить в число верующих в Иисуса Христа для спасения души. Необходимые условия для этого: отречение от язычества, оставление шаманства, согласие исполнять евангельские заповеди и исповедь грехов и всё это запечатлеть принятием Крещения. Здесь можно коснуться главных христианских обрядов, почитания Креста и икон.

Обязанности их после Крещения можно свести к следующим: с верою, надеждою и любовию предать себя Иисусу Христу и стараться подражать Ему во всем, а этого никто не может без помощи Божией. "Помощь сия есть Дух Святой, даруемый туне. Его можно получить преимущественно молитвой" (5,170). Далее идет краткое наставление о молитве: её сути, видах и способах исполнения.

Этого учения достаточно для новообращенных. Для возрастающих в христианстве в дальнейшем можно предлагать более глубокое толкование Св. Писания и Предания святых отцов. В учении должна наблюдаться постепенность. Крайне следует остерегаться доказывать истину христианского учения ложными и неподтвержденными чудесами и откровениями, но "если где Господь видимо явит силу Свою или в чудесном исцелении кого или необыкновенном откровении и прочее, то таковых дел Божиих не скрывать" и по тщательном испытании и сборе доказательств докладывать о них начальству (5,173),

Во второй части "Наставления" оговариваются некоторые частные вопросы миссионерской практики: совершение Литургии, соблюдение постов, присутствие на богослужении, заключение браков и т. п. Все они изложены в духе ико-номии, снисходительности к младенцам веры.

Особое внимание уделено совершению Крещения: допускать к нему только обученных начаткам веры, испытанных в искренности и исключительно с их добровольного соглашения; избегать несвойственных духу Евангелия средств обращения (принуждений, угроз, подарков, обещаний льгот и других "суетных обольщений").

В отношении постов: не требовать с них перемены вида пищи, но довольствоваться ограничением количества и времени приема пищи. Ограничить до минимума время говения перед Причащением. Не требовать посещения обычных богослужений, кроме литургий.

Отдавать преимущество поучению слову Божию перед непонятным ещё для них чтением молитв и псалмов. Некрещенных можно допускать присутствовать на всех богослужениях. Запрещения в отношении заключения браков по степеням родства могут быть ограничены правилами книги Левит. Борьбу с полигамией, которая распространена только среди богатых и сильных, вести благоразумно, избегая их ожесточения и раздражения.

В отношении обычаев язычников: "от старых обычаев, не противных христианству, вдруг не отводить, но только объяснять, что им сие дозволяется по снисхождению" (5,172), однако никогда не относиться к любым их обычаям с презрением, а добрым из них отдавать справедливость.

Большое внимание миссионер должен уделить стяжанию уважения среди язычников для успеха своего дела. Он должен показывать им пример своей жизнью, особенно стараться быть бескорыстным: не принимать ни под каким видом от новообращенных подарков, не участвовать в торговых операциях, но не отвергать добровольных приношений на Церковь, объясняя их цель, чтобы "не поселить в них мысли, что Бог, подобно их духам, требует приношений"; со всеми он должен быть кроток, ласков и прост и не показывать "величавого учительского вида", внимательно и терпеливо выслушивать их вопросы и рассудительно и ласково на них отвечать.

Проповедник как можно скорее должен овладеть местным языком и глубже знакомиться с характером, верованиями, бытом и обычаями прихожан. Он может давать им дружеские советы об улучшении их быта и образа жизни, но при этом не входить в разбирательство их мирских дел и не интриговать в отношении племенной верхушки. Он должен так же дистанцироваться от сотрудничества с местной администрацией, никогда не выступать как её представитель, хотя в целом разъяснять инородцам превосходство, могущество и заботу о них Российского правительства. Меры к своей защите принимать только при крайней опасности для жизни, но "стократ блажен будешь, если сподобишься пострадать ради имени Иисуса Христа" (5,178).

Наконец, в третьей части регламентируются внешние обязанности миссионера: отношение к церковным и гражданским властям, материальная ответственность, ведение статистической и финансовой документации и миссионерского журнала.

Благочинный, как "непосредственный начальник всех церквей и миссий", является основной инстанцией в отношении отчетности и решения всех недоуменных вопросов,

Характерны последние слова "Наставления", отражающие важные принципы миссионерства: "Переведение чего-либо из Священного Писания на язык твоих прихожан и научение читать из них, по крайней мере, до 50 человек будет достаточным доказательством твоего усердия и заслугою, стоящею высших наград, коих удостаивается духовенство" (5,181).

В январе 1841 г. архипастырь-миссионер выехал из Петербурга в сторону своей необозримой трансконтинентальной епархии и в сентябре этого года прибыл в Новоархангельск. По пути он уже осуществлял свою архипастырскую деятельность: удачно подбирал миссионерские кадры, дал распоряжение духовенству Камчатки, "чтобы во все воскресные дни дети поучаемы были в церквах христианской нравственности в виде простых безискуственных с ними разговоров" (6,164), а также посылал священника для окормления жителей одного из Курильских островов (Симусиру).

По приезде на остров Ситку первым делом было намечено расширить миссионерскую деятельность на месте прежних трудов святителя. В Новоархан-гельске было открыто духовное училище, преобразованное в 1845 г. в семинарию, которая готовила кадры для миссий. Открыто было несколько новых миссий. В Нушегакской служил миссионер о. Григорий Головин и с 1842 по 1857 гг. окрестил 1448 эскимосов. Квипакской миссией руководил о. Иаков Нецветаев, крестивший за этот период 1320 человек. Здесь успешные занятия с детьми, которые научились хорошо молиться и стали гораздо чистоплотнее, стали привлекать и их родителей. Последние говорили: "дети наши уже знают и читают молитвы, а мы ещё ничего не знаем". Эта миссия была организована за собственные средства епархии без помощи Компании, а территория её влияния отличалась особенно суровым климатом. Члены миссии самостоятельно построили себе жилище и заготовляли запасы рыбы и дров на зиму.

В Кенайской Миссии подвизался игумен Николай. Там было крещено 1432 человек. Кенайцы охотно крестились, в том числе - все их шаманы. Эта народность решительно отказывалась от прежних языческих суеверий и привычек, а национальные пляски и песни они заменили духовными песнопениями на своем языке, которые им очень нравились. Кенайский миссионер впервые стал крестить и горных жителей Аляски - кольчан. К колошам острова Ситки был послан миссионер иеромонах Мисаил (Озеров). Вместе со своим помощником - выпускником Новоархангельской семинарии, он перевел на местный язык Евангелие от Матфея, некоторые места из Апостола, Литургию и основные молитвы. В 1849 г. там был построен и освящен храм.

Прежде враждебные к русским калоши сами искали Крещения. Дажерреди некрещенных представителей этого племени стал искореняться жестокий обычай умерщвлять калгов (рабов) при смерти хозяина. Святитель Иннокентий нашел средство избавлять несчастных от такой участи: для обеспечения епархиального управления и духовного училища обслуживающим персоналом он стал выкупать калгов с их семьями у колошей с тем, чтобы по выслуге 20 лет, отпускать их на волю; как правило, они становились христианами.

Большую заботу проявлял Святитель в окормлении острова Кадьяка, где в прошлом отмечался регресс в отношении новокрещенных к своему христианскому долгу. Архипастырь лично посетил кадьяков, его помощник-выпускник Иркутской семинарии Илья Тыжов сделал переводы на местный диалект Еван-; гелия от Матфея и Краткий катехизис. Жители одного селения здесь, услышав i молитву на родном языке, заплакали от умиления. Уровень религиозно-1 нравственной жизни на острове быстро возрос.

С 1842 г. Святитель ежегодно командирует священника с острова Ситки на Курильские острова. В 1850 г. иеромонаху Сергию удалось посетить все острова архипелага. Здесь через него Господь сотворил чудо. О. Сергий совершил на одном из островов великое освящение воды на озере, которое служило единственным источником водоснабжения, но было малопригодным для этого из-за обилия водившихся в нем насекомых. Буквально с этого времени насекомых в озере не стало (10,4). В других миссиях бывали случаи чудесных исцелении от неизлечимых болезней после Крещения, что вызывало обращение свидетелей, до этого не склонных к христианству.

Миссионеры часто посещали своих подопечных, путешествуя летом на байдарках, а зимой проходя пешком сотни верст порою по совершенно диким местам. Архипастырь внимательно следил за христианизацией края, заставляя миссионеров представлять ему подробные сведения о результатах работы, чтобы вовремя реагироватть открытием новых миссий и рациональным распределением благовестников.

Все трудившиеся здесь миссионеры действовали в духе правил своего местного архипастыря: ревностно, благоразумно и бескорыстно. Им была чужда погоня за формальным увеличением числа крещенных, напротив, даже приходящих креститься они принимали с немалым испытанием. О каких-либо подарках, льготах или привилегиях для новокрещенных не могло быть и речи (6,246).

Всем священникам-миссионерам даны были следующие распоряжения: "собирать детей в праздники в церкви или лично, или через дьячка, знающего алеутский язык, учить их обязанностям, требовать исполнения и проч.; второе: во время Литургии, после обыкновенного чтения Евангелия на славянском языке, читать из Алеутского Евангелия от Матфея, вместо поучения - читать из книжицы Алеутской под названием "Указание пути в Царствие Небесное", а во время говения и другие дни читать из Алеутского Катехизиса (2,64). Сам Владыка преподавал Закон Божий в епархиальном доме, по вторникам - девочкам, а по средам - мальчикам; всего собиралось 150 человек. Проповедничество и учительство он считал первым пастырским делом: "Мы, как пастыри, учители, наследники Апостолов, должны быть верны своему призванию, а значит - учить. Иначе мы будем словно языческие жрецы - просто совершители таинств и обрядов" (6,222).

Алеуты очень хорошо помнили своего просветителя и встречали везде с большой любовью. "Первое, чем я был особенно порадован и утешен, - писал Святитель в своих путевых дневниках, - что переводы мои на Алеутский язык не лежат в укладке, а читаются даже женщинами, из коих одна креолка удивляет всех своим ясным, вразумительным и толковым чтением" (2,59).

В мае 1842 г. преосвященный Иннокентий предпринимает продолжительное путешествие на Камчатку. Сначала он объехал ряд островов севера Америки, обозрев новооткрытые миссии. Когда судно с путешественниками находилось вблизи острова Елового, вследствие землетрясения случился сильный шторм, продолжавшийся 28 дней. В этом событии было явлено духовное общение двух знаменитых миссионеров. Святитель так описывает происшедшее: "В сильную бурю 28 дней лавировали в виду острова Елового. Все были в опасности от недостатка воды. Я сказал в уме: "если ты, отец Герман, угодил Господу, то пусть переменится ветер". И точно,- ни прошло и четверти часа, сделался попутный ветер. Вскоре, на могиле старца, я служил панихиду" (6,173).

Наконец, в августе, архипастырь прибыл в Петропавловск. Сопровождала его скромная свита: священник-миссионер, диакон и небольшой хор певчих. После ревизии и устройства епархиальных дел и экзаменации учеников духовного училища Святитель в ноябре 1842 г. отправился в миссионерское путешествие по всему камчатскому краю. Оно продолжалось четыре месяца и было исключительно трудным, как по суровому климату, так и по способу передвижения. Расстояние более пяти тысяч верст пройдено на собаках (в нартах) и отчасти на оленях по пустынным местам и при жестоких морозах. 25 суток путешественники провели под открытым небом, вне всяких жилищ. В пути приходилось спускаться с обрыва в глубокое ущелье: Владыку опускали на ремнях.

"Невозможно вообразить себе всех бедствий путешественника, едущего на одних собаках несколько сот верст по непрохоженной снежной степи, в мороз, часто превосходящий 40 градусов. Как описать мучения его во время вьюги, продолжающейся иногда несколько дней сряду в снежной, беспредельной, безлесной пустыне",- вспоминает один из путешественников в тех местах (6,199).

Помимо риска заблудиться или получить повреждение саней, путнику угрожает опасность от встречи хищных зверей.

Интересно, что на Камчатке с 1834 г. трудился брат преосвященного Иннокентия, священник Стефан Вениаминов, который в глубине полуострова построил храм и новое селение из деревянных домов для камчадалов, ютившихся до этого в. болотистой местности в холодных земляных юртах. Предварительно он обучил их разным ремеслам: плотничному и печному делу, деланию кирпичей, сапожному и портному мастерству. Он сам пек хлеб переселенцам и просфоры для Литургии. Т. к. о. Стефан плохо знал местный язык, переводчиком служил ему его малолетний сын, который в играх с детьми-камчадалами, легко обучился их языку.

В это путешествие святитель Иннокентий постарался побывать во всех приходах Камчатки. Наконец, 3 июля 1843 г. миссионеры прибыли в Охотск, а в сентябре благополучно возвратился в Новоархангельск. Подобные путешествия были совершены Святителем ещё в 1845 , 1846 и 1849 годах.

Помимо камчадалов он просвещал здесь чукчей, тунгусов и коряков. Последние были наименее склонны ко крещению, имея неблаговидный пример , которые отличались плутовством и распутством.

У диких народов Камчатской епархии Святитель нашел много добрых свойств и обычаев: гостеприимство, простодушие, честность, самоотверженная взаимопомощь. У коряков нарушение целомудрия наказывалось смертью. Во всей Камчатской епархии практически не было среди коренного населения воровства и убийств.

"Чем более знакомлюсь с дикими, - писал Святитель, - тем более люблю их, и тем более убеждаюсь, .что мы с нашим просвещением далеко уклонились от пути к совершенству, почти не замечая того; ибо многие, так называемые, дикие гораздо лучше многих, так называемых, просвещенных, в нравственном отно шении" (6,203). .

Во время объезда епархии Владыка возобновлял миссии, начатые его предшественниками, и устраивал новые. Например, была организована Анадырская Миссия для просвещения чукчей. Занимался он и церковно-приходскими проблемами, старался более рационально разместить храмы, заботился о материальном благополучии клира.

Крещенные туземцы, как ещё младенцы в вере, а также и непросвещенные не могли отделить сущности веры от обрядов и большое внимание обращали на внешнюю сторону. Поэтому Святитель подходил с большими требованиями к причту в отношении соблюдения им строгого благочестия и благочиния в храмах.

Особенным попечением его было утверждение проповеди на родном для туземцев языке. Позднее под его руководством были сделаны переводы на тунгусский язык Четвероевангелия, составлена грамматика и почти полный тунгус-ско-русский словарь. По мнению Владыки, хорошо было бы иметь и священника из тунгусов, чтобы он мог странствовать с этим народом (тунгусы совершали 7-8 месячные кочевья по снеговым пустыням) (2,134).

"Во всех церквах, мною посещенных я отправлял Литургии, а в часовне - молебны или бдения, и после оных предлагал поучения; а также ни одного селения, через которые я проезжал, не оставил без того, чтобы не напомнить о главной цели существования на земле. И, кроме того, не оставлял без поучения встречавшихся тунгусов в местах пустынных, я служил для них молебны под открытым небом" (4,269-270).

В евхаристической жизни новокрещенной паствы Святитель видел залог её стойкости в вере и духовного роста. Он старался> как только можно, облегчить местным священникам совершение литургии в неординарных условиях его епархии. В 1845 г. он ввел в употребление переносные антиминсы, которые раздавались священникам-миссионерам, чтобы во время их поездокйаждый право-, славный житель имел возможность безотлагательно причаститься Святых Тайн при возможности" (14,35). Совершать литургии Владыка разрешал в часовнях, в палатках, под открытым небом (только не в жилом помещении). В последнем случае ставился крест с простой оградой. Но такие места он не рекомендовал умножать. Большое миссионерское значение придавал он и всем церковным обрядам.

Проповедь перед Исповедью и Причастием Владыка вменял в непременную обязанность священникам и сам всегда следовал этому правилу. Он писал: "Проповедь слова Божия есть всегда лучшая подготовка к Причастию" (13,256).

Заслуживает внимания решение вопроса об исповеди самих священников в условиях их большой отдаленности друг от друга. Сам святитель Иннокентий предлагал письменную исповедь с таким же ответом о разрешении грехов. Однако, митрополит Московский Филарет, сознавая недостатки этой формы, предложил по нужде совершать чин исповеди священнику над самим собою и даже сочинил для этого такую молитвенную формулу: "Господи Боже наш, Иисусе Христе! Благодатию и щедротами Твоего человеколюбия прости ми вся согрешения моя, и понеже не имам ныне служителя Твоего, приемлющаго мое покаяние, невидимая благодать Твоя да разрешит мя от всех грехов моих, во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь. (6,535).

Владыка Иннокентий, чтобы не допустить умирания младенцев некрещенными, предложил священникам выбрать в каждом селении наиболее благоговейного и понятливого мирянина и научить его крестить кратким чином. Предварительно священник должен был торжественно освятить воду, которую потом бы использовали для крещения младенцев (2,177).

Особо важное внимание уделял Святитель повсеместному обучению детей. В школах он велел ввести два класса: в первый год учить читать, писать и петь, во второй - преподавать грамматику, Священную историю, катехизис и нотное пение. Владыка считал, что главным показателем для учеников должны быть нравственность и христианское благочестие, а не умственные способности. Поэтому "ученик доброго поведения, кроткого характера и показывающий знание благочестия никогда не должен быть исключен из училища, хотя был он был самых слабых способностей. Напротив, ученик с самыми счастливыми способностями, но худого поведения и который не исправляется - не должен быть терпим" (2,174). По такому же принципу должно быть распределение учащихся по разрядам. Владыка был безусловным противником телесного наказания учеников (12,249),

Святителем Иннокентием была устранена обременительная и неудобная для камчадалов практика браковенчаний. Последние совершались только в храмах, для чего туземцам приходилось совершать сотни верст. Святитель распорядился построить во всех селениях небольшие часовенки, снабдить подвижным антиминсом и в них совершать Таинство Брака. Дни, в которые запрещались венчания, для туземцев сокращены до Страстной седмицы и первых дней Пасхи (хотя воздерживаться должны были согласно Уставу). Родство для них было ограничено книгой Левит, а возраст невест уменьшен на один год.

Каждое последующее путешествие Святителя было более продолжительным из-за расширения епархии. Учение Христово стало" распространяться даже за пределами китайской границы - в Удском крае среди обитавших там ниги-дальцев и других народностей. Везде преосвященный Иннокентий своей отеческой приветливостью и кротостью располагал к себе души инородцев. Его трудно было застать в каком-то определенном месте: он беспрерывно находился в продолжительных путешествиях и неустанных апостольских трудах.

В 1850 г. Святитель, возвратившись с очередного благовестнического путешествия, представил Св. Синоду отчет о состоянии Камчатской епархии за десять лет её существования. Наряду с констатацией положения там миссионерского дела, им были высказаны мудрые замечания и даны ценные предложения.

Для характеристики религиозно-нравственного состояния паствы Владыке служили следующие показатели: усердие туземцев к храму и к исполнению своего христианского долга, число незаконнорожденных-детей и благотворительность. Благочестие аборигенов, как правило, находилось в прямой зависимости от близости к ним миссионеров и частоты их посещений. За истекший период значительно возросло число храмов, часовен и молитвенных домов в епархии. В большинстве приходов священники постоянно проводили катехизические поучения, на которых всегда бывало достаточно слушателей. Святитель не считал зазорным для привлечения на эти беседы детей, в крайних случаях, пользоваться содействием светских властей, вплоть До применения мер взыскания к нет радивым родителям. Все миссионеры поучали своих духовных чад не по книгам, а в форме простых, непосредственных бесед. При многих храмах существовали церковно-приходские школы. Возникали проблемы с переводчиками, особенно в тех местах, где население совсем не владело русским языком. Святитель предлагал посылать учеников Ситкинской семинарии на два-три года в селения туземцев или принимать в семинарию детей инородцев.

Ввиду значительных успехов миссионерской деятельности в исключительно трудных условиях существования Камчатской епархии, как всегда, стоял вопрос о кадрах и материальных средствах. Ни один приход и его причт не мог существовать одними своими доходами без жалования. Американская Компания также не могла бесконечно расширять свою помощь миссиям. Святитель приводит пример Английского Миссионерского Общества, владевшего миллионами на распространение христианства. С горечью высказывает он свои мечты об устроении подобного заведения в России, чтобы удовлетворить святое желание всех требующих оТправославных познания веры и Крещения. Миссионеров для своей епархии Святитель хотел иметь из России, опытных в пастырском деле и видевших в этом свое призвание. Туземцы и креолы по своему умственному развитию и характеру были мало способны к самостоятельной миссионерской работе, а воспитанники семинарии (из детей Камчатского духовенства) были ещё малы возрастом и немногочисленны.

В целях создания постоянного "депо" миссионеров и испытания их пригодности Святййль предлагает устроить при доме Камчатского епископа Миссионерское Братство с монашеским уставом в числе 8-15 человек, в которое принимались бы лица, желавшие послужить на апостольском поприще в Камчатской епархии. В братство могли бы поступать и семейные священнослужители. Члены братства одновременно бы исполняли роль наставников в местной семинарии. Одно из необходимых качеств, которое требовалось от миссионеров в экстремальных условиях епархии - это великое терпение с безропотной, смиренной преданностью Богу и с готовностью переносить и преодолевать все трудности (6,305).

Исключительно успешное и ревностное служение святителя Иннокентия (к тому времени уже архиепископа) по распространению христианства в Камчатской епархии склонило Св. Синод в начале 50-х годов присоединить к ней Якутскую область. В домыслы Святителя давно уже входило просвещение якутов. Он был знаком - с ними с детства - с их наречием, образом жизни, верованиями и бытом, т. к. якуты располагались в бассейне реки Лены, в котором находилось его родное село.

Среди якутов христианство распространялось уже двести лет - со времени основания Спасского монастыря в Якутском остроге. Но якуты, и называясь христианами, не оставляли идолопоклонства. Крещение они часто принимали из корыстных побуждений, т. к. правительство освобождало их на три года от всяких повинностей и податей и давало подарки (одежду и даже деньги). Отсутствие грамотности инородцев лишало их возможности достаточно хорошо усвоить начало христианского вероучения и нравственности. Поэтому архиепископ Иннокентий главную заботу устремил на сознательное восприятие якутами христианских истин.

Очень помогло архиепископу в его миссионерских трудах в Якутии и в Амурском крае искренняя дружба с , членом государственной администрадии Восточной Сибири. Он много содействовал архипастырю в духовном просвещении Восточной Сибири и умело устранял препоны, которые нередко подставляли враждебно-настроенные к Православию другие члены администрации края. Будучи человеком широкого государственного ума, Владыка участвовал в решении политических и хозяйственно-экономических задач в вопросах присоединения к России и освоения Приамурья.

В сентябре 1853 г. Святитель переехал в Якутск на постоянное жительство и место своих новых миссионерских трудов. С настойчивостью и отеческой любовью взялся он за просвещение этого двухсоттысячного народа. Передвигался он не только по реке Лене, но проникал и вглубь края и хорошо узнал духовные нужды своей новой паствы. Святитель возбудил в якутах стремление к строительству храмов, часовен и церковных домов. За несколько лет число приходов возросло в несколько раз, при церквах были заведены школы.

Но главное внимание Святитель уделял переводам Священного Писания и богослужения на якутский язык. Под его руководством был создан целый комитет, который занимался переводами и их редакцией. Уже в середине 50-х годов был переведен весь Новый Завет (кроме Апокалипсиса), катехизис, Бытие, Псалтирь, ряд богослужебных книг, "Указание пути в Царствие Небесное" и другие поучения, а также составлена грамматика якутского языка. Этот же комитет занимался переводами на тунгусский язык, о которых говорилось выше. Все переводы были изданы синодальной типографией в 1859 г. В этом же году в Якутском Троицком соборе впервые было совершено богослужение на якутском язы-ке, а 19 июля - день совершения Святителем литургии на местном языке, когда якуты впервые услышали на нем Слово Божие, был назначен праздничным церковным днем.

Появление печатных книг на якутском языке возбудило во многих священнослужителях ревность к новым переводам. Были переведены краткая Священная история, службы некоторым святым и поучения святителя Тихона За-донского.

Занимаясь просвещением Якутии, святитель Иннокентий начал осваивать и Амурский край. Идею просвещения Приамурья он вынашивал уже с 40-х го - дов. С 1851 г. он периодически посещал этот край, проповедуя Евангелие нигидальцам, маньчжурам и китайцам. Особенно продолжительным было путешествие с февраля 1856 г., которое продолжалось почти целый год. Следующий, 1857 г., Святитель посвятил обозрению дальних рубежей своей епархии, в т. ч. и Америки.

Переводчик, бывший с Владыкой на Алеутских островах, так описывает труды шестидесятилетнего старца-миссионера: "Трудно высказать вполне о тех подвигах, которые подъял на себя этот великий подвижник! Путешествие на оленях, недостаток иной раз пищи, суровая природа, непогодь, враждебность дикарей и оскорбления с их стороны - всё это старец переносил терпеливо и бла - IH годушно... Неутомимо, в течение 9 месяцев, великий старец пред сотнями дика - рей проповедовал истинного Бога, с одушевлением, ревностью, часто со слезами на глазах поучал их истинам Евангелия, и труды его не остались бесплодными: за это время крестилось дикарей обоего пола около 1800 душ ( с Владыкой было ещё два помощника). В конце концов переводчик-еврей не вынес лишений и отпросился домой. Но впоследствии пример великого подвижника повлиял на обращение его в Православие.

В 1858 г. Святитель вновь посетил Амур. Судьба Амурского края выявила патриотические черты в личности святителя Иннокентия. Здесь же, в Николаевске, успешно проходил пастырско-миссионерское служение сын Владыки - священник Гавриил Вениаминов.

В эти годы у Святителя созрел проект, одобренный Св. Синодом, о перенесении кафедры из Якутска на Амур и об учереждении викариатств в Ситке и в Якутске. Станция Усть-Зейская на Амуре была переименована в город Благовещенск, который и должен был стать кафедральным цернтром. По Айгунскому договору 16 мая 1858 г. к России отходил весь Амурский и Уссурийский край.

До своего окончательного переселения в Благовещенск святитель Иннокентий решил посетить Камчатку в августе 1861 г. К этому времени в Камчатской епархии существовало уже 11 миссий - три в Америке и восемь в Азии (в числе последних две на Амуре и две в Якутии). Во время плавания судно с путешественниками вследствие сильной бури село на мель и разбилось. К счастью, никто не пострадал. Владыка во время кораблекрушения сохранял невозмутимое спокойствие. Продолжая путешествие на другом корабле, Святитель, по пути на Камчатку, заехал в Японию, где встретился с иеромонахом Николаем (Касаткиным), будущим апостолом Японской Церкви, имевшим в то время уже 16 учеников.

Обозрев Камчатку, Святитель побывал в Якутске и в сентябре 1862 г. прибыл в Благовещенск на постоянное жительство. О своих замечаниях по епархии он писал святителю Филарету: "Да, теперь я вижу ясно, что как ни труднол как ни убыточно для казны, но необходимо архиерею посещать свои епархии, и если возможно, то и каждое место. Долго не было архиерея в Америке, и самые лучшие люди ослабли и изменились; точно тоже и в Камчатке. Впрочем в последнем месте не все не хорошо, только в самом Петропавловске; но слишком худого и вредного нет. Слава Богу! Камчадалы и Тунгусы... не изменились в худую сторону по вере и обязанностям христианским, и даже вероломные коряки... Бог даст скоро и они будут чадами нашей Церкви. Что же касается до якутов, то не без утешения могу сказать, что Якутская паства довольно хорошо устроена во всех отношениях" (6,507-508).

С переездом в Благовещенск начались почти беспрерывные плавания Святителя по Амуру. Совершал он их на особом, специально устроенном для него катере, которым всегда сам-и правил. Останавливался Владыка непременно во всех селениях, проповедовал Евангелие своей юной пастве, совершал богослужения и требы и говорил поучения под открытым небом. В поучениях, помимо христианских истин, он всегда предлагал слушателям и практические жизненные советы в области земледелия, садоводства, пчеловодства
, разведения скота и т. п.

В 1863 г. он впервые познакомился с гольдами, обитавшими по берегам Амура в количестве пяти тысяч человек. Владыка был удивлен, не найдя у них практически никакой веры. Однако они охотно слушали его проповедь, молились вместе с ним и согласились иметь у себя Церковь и священника. Число кандидатов ко крещению среди них могло исчисляться сотнями. "Не столько затрудняют меня средства к построению церкви, - писал Владыка по этому поводу, - сколько то, что я не имею людей, способных на это дело. Молодые, по неопытности и по неутвердившемуся характеру, могут повредить делу в самом начале, а надзор за ними далёк; да и что за миссионеры, за которыми надо глядеть на всяком шагу? а пожилых и опытных у меня нет" (6,516). Наконец, он решил послать к ним кенайского миссионера игумена Николая. Проповедовал Святитель также нигидальцам, самогирцам и голякам. В обратный путь, против течения Амура, катер Владыки буксировал пароход. В мае 1867 г. Святитель предпринял особенно продолжительное путешествие по Амуру, посетив и дальние порты восточного поморья. Это было его последнее апостольское странствование.

В Приамурье его попечением было устроено 30 церквей, основано несколько школ и две миссии.

18 октября 1867 г. Аляска и все Российские владения в Америке были проданы Соединенным Штатам/Святитель быстро среагировал на это и уже 5 декабря писал обер-прокурору Св. Синода о своих планах устроения Церкви в Америке. Он предлагал следующее: оставить там викариатство с перенесением резиденции в Сан-Франциско и подчинением его Петербургскому архиерею; заменить нынешнего викария, клир и его окружение лицами, знающими английский язык; дать местному епископу полномочия совершать богослужение на английском языке и рукополагать духовенство из американских граждан, обращенных в Православие; во всех церковно-приходских и миссионерских школах предпочесть английский язык русскому. К сожалению, этот проект не был принят тогда Св. Синодом, что привело впоследствии ко многим проблемам и нестроениям в церковной жизни (11,152-153).