Диссертация о православной миссии (стр. 6 )

Составитель Печерского патерика епископ Владимирский Симон так характеризует апостольское значение этой обители: "якоже от Самого Христа Бога нашего апостоли во всю вселенную послани быша, також и от самого монастыря великого Пречистыя Его Богоматере мнози епископы поставлены быша и яко светлая светила осветиша всю русскую землю святым крещением" (6,6).

Как уже говорилось, в период монгольского ига монастыри стали возникать в пустынных местах, что выросло в явление монастырской колонизации, протекавшей среди лесов костромского, ярославского и вологодского Заволжья.

Так, в стране Вологодской, тогда ещё малонаселенной и дикой, начало христианства положил преподобный Герасим, постриженник одной из киевских обителей. Прибыв сюда в 1147 г., он основал недалеко от реки Вологды Свято-Троицкий Кайсировский монастырь, где подвизался около 40 лет (1,301). В северной части Вологодского края центром просвещения стал Спасо-Каменный монастырь на Кубенском озере. В половине XIII в. здесь, на Каменном острове, подвизались 23 отшельника. После молитвенных трудов они обращались с проповедью к диким племенам чуди и карелам, жившим в округе (13, 95). Из-за скудости средств и притеснений идолопоклонников они могли устроить лишь часовню. Их апостольская деятельность случайно стала известна Белозерскому князю Глебу, который помог инокам устроить монастырь в честь Преображения Господня в 1261 г. Потом иноки основали в окрестностях озера ещё два монастыря, а при игумене Дионисии Глушицком монахи Спасо-Каменного монастыря понесли свет Христовой веры дальше в северные пределы Вологодчины, просвещая заволоцкую чудь и карелов. Ревнитель о просвещении язычников князь Глеб с этой целью основал ещё два монастыря, самый древний в Белозерской стране - Устьшехонский Троицкий монастырь и Богоявленский на Белавинском озере. Сам Дионисий основал три обители, в том числе, женский монастырь. Характерной чертой его миссионерской деятельности было строительство приходских храмов в крестьянских поселениях.

В Костромской земле, где жили язычники меря и чудь, монастыри также несли миссионерское служение. Одни из древнейших - Рождественский Богоро-дицкий (XI в.) и Успенско-Николаевский (XII в.) близ Углича, а также Троице-Гледенский близ слияния рек Юга и Сухоны (XII в.), Михаиле-Архангельский (1212 г.) и Иснно-Предтеченский (1250 г.) в Устюге (20,50).

Мощный импульс монашеское движение получило от преподобного Сергия Радонежского и основанного им Троице-Сергиевого монастыря. Если в Киевской Руси возникло около 70 монастырей, в первую половину монгольского ига за годы - всего ещё около 30 монастырей, то с половины Х1У в. за 100 лет появилось 150 новых монастырей. И почти четвертую часть этого числа составляли "колонии Сергиевой обители, монастыри, основанные учениками преподобного или учениками его учеников..." (7,201). Не имея возможности в границах данной главы перечислить все эти обители, ограничимся хотя бы теми из них, которые имели явную миссионерскую направленность.

Прежде всего сама Троице-Сергиева обитель являет собой яркий образец древнерусской монастырской колонизации. Слава о равноангельском житии и подвигах преподобного Сергия быстро распространилась по всей Руси и собирала к нему множество иноков и мирян, ищущих руководства духоносного благодатного старца. Уже через три десятилетия вокруг бывшей пустыни образовалось застроенное пространство.

Троице-Сергиев монастырь воспитал многих монахов-миссионеров. Так, один из первых учеников преподобного Сергия - преподобный Авраамий Галич-ский (+ 1375 г.) по праву считается просветителем двоеверов крещенного уже Чухломского края, который населяла галичская чудь, стойко державшаяся языческих суеверий и обращавшаяся к волхвам. Поселившись на берегу озера, преподобный часто собирал к себе народ и обучал их правой вере. В этом крае переходя с места на место в поисках уединения, Авраамий основал 4 монастыря: Успенский, Ризоположенский, Богородицкии и Покровский Городецкий. Причём последний, уже намеренно посвятив себя апостольскому подвигу, он основал вблизи Чудского города - "гнезда старого чудского суеверия", куда не проникал ещё свет Евангелия Христова. Вскоре в обители оказалось уже до 100 братии, а Чудский город стал христианским (12,185).

Другой ученик преподобного Сергия - Иаков, основал Железноборовский Галичко-Предтеченский монастырь, занимавшийся миссионерской деятельностью в этом регионе.

Друг и собеседник преподобного Сергия - преподобный Стефан Махри-щский со своими учениками - Григорием и Кассианом являются просветителями Вологодского края, где они основали Авнежский Троице-Сергиев монастырь (18,56).

В северной части Вологодского края благовествовали иноки Спасо-Каменного монастыря, о котором уже говорилось выше. Здесь же возле Кубен-ского озера, но уже в Х1У веке был основан Никольский монастырь преподобным Феодором Ростовским, племянником святого Сергия. Он занимался обращением чуди, живущей в тех местах.

В южных пределах Вологодского края подвизались, основывали монастыри и проповедовали христианство такие ученики и собеседники Радонежского игумена, как Павел и Сильвестр Обнорские (соответственно - Троицкий и Воскресенский монастыри на реке Обноре), Сергий Муромский (Спасо-Преображенский монастырь), Дмитрий Прилуцкий. Последний основал сначала пустынь, живя среди язычников и распространяя христианскую веру, а затем Спасо-Прилуцкий монастырь близ Вологды. Иноки Троице-Сергиевой обители - Федосий и Афанасий - основали Воскресенский Череповецкий монастырь.

Наряду с преподобным Сергием духовным отцом другой группы монастырей стал преподобный Кирилл Белозерский (+ 1427 г.). Ещё будучи молодым иноком Симонова монастыря, он нередко беседовал с преподобным Сергием, посещавшим эту обитель. В 1393 г. Кирилл основал свой монастырь на берегу Белого озера. Во время голода по его молитве был чудесным образом умножен хлеб для окрестных жителей-язычников. Святой Кирилл воспитал целую плеяду основателей новых монастырей, и ещё при его жизни Белозерский монастырь стал духовным центром, вокруг которого появилось много малых пустыней.

В тех же местах подвизался ещё один ученик преподобного Сергия - Ферапонт, основавший Ферапонтов Рождественско-Белозерский монастырь. Кириллов и Ферапонтов монастыри стали значительными центрами миссионерской деятельности и духовного просвещения этого края (18,61).

Из Кириллова монастыря вышли Савватий Соловецкий, Мартин Белозерский, Александр Ошевенский, Корнилий Комельский. Ученики последнего в конце ХУ-начале ХУ1 века основали много новых обителей на Севере Руси, рассеянных на огромной территории от Вологды до Белого моря. В основном это были расположенные не очень далеко друг от друга скиты, названные современниками "Лаврой святого Корнилия" (4,58). Наиболее известные из них - это монастыри, основанные Филиппом Иренским, Геннадием Костромским и Кириллом Новозерским.

Таким образом, монастырская колонизация верхнего Заволжья в Х1У и ХУ вв, связана с деятельностью четырех групп подвижников - Сергия Радонежского, Кирилла Белозерского, Корнилия Комельского и иноков Спасо-Каменного монастыря.

В Новгородской земле уже в конце XII в. известны несколько монастырей на берегах Северной Двины, основанные миссионерами-монахами. Это - Архангельский Михайлов Корельский монастырь, занимавшийся просвещением финских племен на крайнем севере Архангельской области, Николаевский Корельский монастырь, основанный преподобным Евфимием, просветителем корелов.

В Х1У в. - Никольский Чухчеремский монастырь близ Холмогор, Воскресенский Кеврольский, иноки которого почитаются просветителями Пинежского края.

В Обонежье наиболее древний - Палеостровский Рождественско-Богородицкий монастырь - основан в XII в. преподобным Корнилием из Пскова. Есть сведения, что палеостровские иноки просвещали местное языческое население. В XIII в. в этих местах блаженный инок Вассиан основал Спасо-Каргопольский монастырь на реке Онеге, бывший здесь оплотом Православия. А в самом конце XIII в. на горе Челме в 57 верстах от Каргополя поселился преподобный Кирилл, основавший Челмогорский монастырь. Он занимался миссионерством свыше 50 лет своей подвижнической жизни и просветил христианской верой всю окрестную чудь (13,95). В Х1У в. близ Каргополя возникли другие монастыри - рассадники христианства: Успенский монастырь Иоанна Власа-того и Успенская Сырьинская пустынь преподобного Кириака, который вместе с учеником своим Киприаном, просвещал местных язычников. В этом же веке подвизался на Онежском озере, на необитаемом острове Мурмане преподобный Лазарь Муромский (+ 1391 г.). Он проповедовал христианство лопарям, живущим на северном берегу озера и далее на север к Белому морю, претерпевая от них всевозможные угрозы, притеснения и побои. После чудесного исцеления слепорожденного сына одного из старейшин лопарского племени, язычники изменили свое отношение к человеку Божьему, многие из них крестились и даже приняли монашество в основанном им монастыре на восточном берегу Онежского озера. Ученики преподобного Лазаря - Феодосии, Елеазар и Назарий продолжили его миссионерские труды, проповедуя также и севернее по берегам реки Онеги. Лопари, не пожелавшие креститься ушли от озера к Белому морю.

Монах Кирилло-Белозерского монастыря Савватий вместе с иноками Германом и Зосимой проповедовали Евангелие язычникам по берегам Белого моря. В 1429 г. они основали Соловецкий монастырь - форпост Православия в северных пределах России. Многие соседние инородцы: "ижора, чудь, лопье, ка-яне и мурмане приходили в обитель Преподобных и, принимая крещение, делались монахами" (9,42). Соловецкий монастырь владел многими земельными угодьями по всему поморскому побережью среди поселений карелов и лопарей. На этих метохах жили обычно монастырские старцы, которые заведовали промыслами и землей. При постоянных сношениях с инородцами эти старцы постепенно знакомили их с православной верой и склоняли ко крещению (2,181).

С ростом монастыря многие иноки основывали по берегам Белого моря и на его островах новые пустыньки, которые одновременно служили делу евангельской проповеди. Особенно прославился своими апостольскими трудами монах Соловецкого монастыря преподобный Феодорит. Он отправился к устью Колы в землю диких лопарей, язык которых он изучил ещё будучи в Соловецком монастыре. Преподобный перевёл на местный язык некоторые молитвы и обучал их истинам христианской веры. Двадцать лет провел он в таких трудах, крестив около двух тысяч лопарей, после чего устроил там монастырь.

Другой монах - миссионер, преподобный Трифон Печенегский, также основал в середине ХУ1 в. на реке Печенге православную обитель, среди насельников которой было немалое число местных жителей - лопарей. Вскоре она стала крупнейшим культурным и хозяйственным центром округи (20,54).

Великий апостол зырян - святитель Стефан Пермский - был также монастырским воспитанником: он подвизался в Ростовском монастыре святителя Григория Богослова. Просвещая Малую Пермь, он основал там несколько обителей: Спасо-Ульяновскую пустынь на реке Усть-Выми (позже превратившуюся в Усть-Сысольский Троицкий монастырь - оплот христианского просвещения на севере Вологодского края), Стефанову, Афанасьеву пустыни, Усть-Вымскую Архангельскую пустынь, при которой было учереждено духовное училище для зырянских детей, и Цилибинский монастырь. Последние две обители святитель Стефан создал для своих ближайших помощников и сотрудников-миссионеров; они также "служили перепутьем для иноков, приходивших впоследствии из Руси, чтобы те могли действеннее проповедовать Евангелие в северо-западной части края и имели возможность для отдыха после трудных путешествий" (18,74). Подобный приют для православных миссионеров создал и ученик святителя Стефана - преподобный Димитрий Цилибинский на основе устроенной им Архангельской пустыни на реке Вычегде. Здесь мы впервые встречаемся с такой функцией миссионерских монастырей, которую потом в масштабах всей России осуществлял Покровский монастырь в Москве.

В Великой Перми зырян, печору, цельму просветили до Пустозерска монахи Троицкой пустыни, основанной в 1397 г, на реке Печоре (преемником святителя Стефана по кафедре - святителем Исаакием), которые служили новообращенным вместо приходских священников. Несколько монастырей устроил в этих краях святитель Иона, епископ Пермский во второй половине ХУ в. Но в Великой Перми долго сохранялись ещё остатки язычества. В ХУ 1 в. здесь благо-вествовали преподобные Лонгин и Симон, основавшие в 1537 г. монастырь в устье реки Коряжемки, недалеко от Сольвычегодска (13,197). Преподобный Симон основал в 1541 г. ещё одну обитель на реке Сойге.

При поселении в Пермском крае промышленников Строгановых, которые способствовали его усиленному хозяйственно-экономическому развитию, иноки вологодских и пермских обителей основали замечательные по просветительскому значению Соликамский, Сольвычегодский и Пыскорский монастыри. Последний дал известного миссионера среди пермских вогулов и остяков преподобного Трифона Вятского (+ 1612 г.). Он водворился на реке Мухе в "священной" языческой роще остяков, где и проповедовал им Евангелие. Не побоявшись злобы язычников, он срубил боготворимые ими деревья и обратил ко крещению многих инородцев, даже семейства вогульских и остяцких князей. Позже он основал обитель на реке Чусовой и Успенский Трифонов монастырь на месте будущей Вятке (13,198).

Особо следует выделять деятельность Валаамского монастыря на Ладожском озере, который предназначен был для миссионерского служения ещё до своего основания: по преданию святой апостол Андрей Первозванный воздрузил здесь крест (17,23). Ученые до сих пор не пришли к единому мнению, к какому сроку отнести начало монастыря - к X, XII или Х1У веку. Так или иначе, широко известна апостольская ревность монахов монастыря в деле христианской проповеди язычникам карелам. Христианство распространяли в окрестных землях, как основатели монастыря, преподобные Сергий и Герман, так и их преемники. Слава о добродетельной жизни насельников Валаама распространялась далеко за его пределы, и это сильно содействовало обращению язычников. На соседнем острове преподобным Арсением был основан Коневский Рождественский монастырь в 1398 г. Жители это Коневца острова, чудские язычники, ежегодно приносили на утесе Конь-камень коня в жертву идолу. Преподобный Арсений, новгородский инок (+ 1447 г.), совершил на том месте молитву, окропил его святой водой и, окрестив местных жителей, избавил их от страха демонов (13,96).

Этим двум монастырям-соседям предстояло ещё сыграть свою роль в истории русского миссионерства. Когда решался вопрос о создании миссии на Аляске среди алеутов на острове Кадьяк, состав для неё был выбран из иноков Валаамского и Коневского монастырей, т. к. они были известны строгостью дисциплины и высокой духовностью.

К началу ХУ1 в. на Севере Руси было основано более ста обителей - очагов духовной, культурной и хозяйственной жизни. Вое эти монастыри "образовали собой единую, духоносную и жизнетворную ткань, которая объединила доселе необжитые и разбросанные земли от Кольского Заполярья и Соловецких островой на Севере до Приуралья на Востоке, положив тем начало духовного просвещения десяткам живущих здесь языческих племен и народов" (17,34).

Хотя с середины ХУ1 в. начинается святительский период в истории миссионерского служения Русской Церкви, однако до ХУП в. вклад монашества в дело распространения веры Христовой на нашем Севере было гораздо значительнее, чем участие иерархии (5,40). С этого времени приоритетным направлением распространения христианства становится Восток. В качестве главного регулятора монастырской колонизации начинает выступать государство. Теперь монастыри опять строятся преимущественно в городах и чаще по приказу государственной и церковной власти, а не по желанию отдельных подвижников. "Основание монастырей было для царя или митрополита одновременно и государственным, и миссионерским делом; их строили, главным образом, на этнографически пестром Востоке с сравнительно многочисленным языческим населением. Христианизация новоприобретенных областей была для московского правительства его благочестивым долгом, и на монашество восточных, новооснованных монастырей ложилась обязанность проведения широкой христианской миссии" (4,115). Т. е., если в XIV - XV вв. миссионерское служение было естественным фактором монастырской жизни, однако довольно второстепенным делом для монастыря, то теперь оно приобретает все более важное значение, и это привело в дальнейшем к образованию специальных монастырей, для которых миссионерство стало главным направлением их деятельности.

В XVI - XVII вв. появилось более 300 новых монастырей, большинство из которых связано с колонизационными мероприятиями московского правительства.

После завоевания Казани и Астрахани на вновь образованную Казанскую епархию был назначен епископ Гурий - воспитанник Иосифо-Волоцкого монастыря. Свою деятельность святитель начал открытием двух монастырей и устройством при них духовных училищ, в которых монахи обучали наряду с христианскими детьми, детей мусульман и язычников. Сотрудники святителя Гурия; архимандриты Герман (из Волоцкого монастыря) и Варсонофий (из Андрони-ковского монастыря) также основали в Казанской епархии монастыри - Богородицко-Успенский в Свияжске и Спасо-Преображенский в Казани соответственно. Позже, став епископом, святой Герман основал ещё четыре монастыря. Все три святителя своей личной жизнью служили примером для язычников, привлекая их делами христианской любви. Сам царь Иван Грозный основал Успенский монастырь в Казани сразу после её покорения. В Астрахани основание в 1568 г. Свято-Троицкого монастыря игуменом Кириллом стало этапом на пути к созданию самостоятельной епархии, которая была открыта в начале следующего столетия.

И позже в Казанском крае монастыри служили миссионерской цели. Казанский митрополит Тихон (Воинов) в 1724 г. восстанавлявает с этой целью запустелый Юнжинский Спасский монастырь, который становится одним из центров миссионерской деятельности. Другим центром служил Свияжский Богоро-дицкий монастырь. Архимандрит этой обители, Алексей Раифский возглавил, по поручению империатрицы Анны Ивановны, Комиссию новокрещенных дел, в которую он включил, главным образом, монашествующих. В 1723 г. по благословению архиепископа Нижегородского Питирима было учереждено несколько общежительных обителей для проповеди христианства язычникам и мусульманам. Их деятельность привела к обращению в христианство нескольких тысяч человек в ближайших Приволжских губерниях (15,292). В XIX веке Казанский митрополит Владимир (Петров) применял в своей миссионерской деятельности опыт работы на Алтае, и эффективным миссионерским методом оказалось создание мужских и женских монастырей, которые принимали к себе инородческих послушников и послушниц и приобщали их к Православию. Так при нем было основано два мужских и четыре женских монастыря для черемисов и один монастырь для татар. Иноки этих монастырей открывали школы для детей и взрослых; в мужских обителях обучали ремеслам, а в женских - домашнему хозяйству и рукоделию. В одном из черемисских монастырей существовало даже училище для подготовки черемисских народных учителей (3,235).

В монастырях совершались крещения новообращенных, хотя это и не соответствовало их уставу. Известен указ Петра 1 1697 года, когда он повелевает отсылать для крещения в монастыри добровольно желающих креститься (15,296). Но монастыри служили и для утверждения в вере: так, например, татар, взятых в плен и крестившихся, раздавали по монастырям для этой цели (1,192).

Все-таки, как отмечают исследователи, миссионерская активность монастырей в Поволжье была не очень высокой. Гораздо лучше в этом плане обстояло дело в Сибири. Там монастыри, начиная с XVII в., становились крупнейшими центрами миссионерства. По словам будущего апостола Камчатки, иеромонаха Нестора, "сибирской нужде в области просвещения прежде всего явились на помощь монахи, подготовленные школою иночества XIV и XV вв., прославившего себя в коренной Руси удивительною культурною предприимчивостью" (22,5-6). Иноки шли из России в новопокоренные земли и основывали монастыри, просвещая окружающие языческие племена. Монастыри возникают уже в самом начале XVII века: в Туринске - Покровский девичий в 1604 г., в Тобольске-во имя Зосимы и Савватия Соловецких в 1610 году., в Верхотурье - Николаевский и Покровский, в Тюмени - Преображенский в 1616 г. Чуть позже, в 20-х - 40-х годах основаны монастыри в Таре (Нерукотворного образа Спасителя), в Тюмени (Успенский), в Енисейске (Рождественский) и Абалакский.

Некоторые монастыри устраивались специально с миссионерскими целями. Это - Красноярский Введенский мужской монастырь (1646 г.), Кузнецкий Христорождественский. Они были созданы как оплоты для дальнейшего распространения христианства на Восток. Также - Туруханский Троицкий (1663 г.) для проповеди среди тунгусов и Кондинский Троицкий (1665 г.) монастыри. Последняя обитель заслуживает особого внимания. Она занималась миссионерской деятельностью на севере Сибири среди идолопоклонников - остяков. Это была целая Кондинская Миссия, по названию деревни Конды, расположенной на Оби в 800 верстах к северу от Тобольска. А монастырь служил её центром. Влияние его на окружающих инородцев трудно переоценить. Настоятели монастырей совмещали в своем лице духовную власть и, как сотрудники правительства, светскую, ведая многими гражданскими делами края. "На дикарей они смотрели, как на своих детей, которым не только нужна вера, но и помощь, защита, обучение, пример...".Иногда настоятель выступал в роли коменданта, организовывая защиту населения своего обширного края от беглых сибирских каторжников (23,116-117). В середине ХУШв. при обители была заведена миссионерская школа. Однако последующая секуляризация монастырских земель 1764 года нанесла ущерб не только миссионерской деятельности этого монастыря, но и всему миссионерскому делу в России (13,644). Теперь насельникам монастырей нужно было волей-неволей заботиться больше о хлебе насущном, чем о просвещении язычников. Многие монастыри, в том числе и Кондинский, запустели и пришли в упадок. Позже, в 1836 г. была попытка Св. Синода восстановить Кондинскую Миссию, устроив при монастыре училище для остяцких детей с целью полготовки толмачей и сотрудников миссионеров. А в 1891 г. он был преобразован в женскую общину и оказывал влияние на инородцев примером жизни инокинь и школою для девочек.

В 1644 г. на берегу Исети монахом Далматом был основан Далматов Успенский монастырь, иноки которого благовествовали Евангелие между Уралом и Обью.

В это же время решался вопрос о Миссии в Восточной Сибири, в Даурии (юго-восточнее Иркутска). Её опорными пунктами должны были служить прежде всего существовавшие там монастыри. Первый монастырь был построен в 1664 г. жителями Якутска. Через несколько лет два монастыря было основано в Иркутске.

В 1681 г. по царскому указу была послана из Московского Темникова монастыря специальная Миссия (Даурская) на реку Селенгу для обращения язычников. Её составили игумен Феодосии и одиннадцать монахов. Они основали два монастыря у Байкала: близ села Посольское - Троицкий и южнее Селенгинска - другой Троицкий. Эти монастыри находились на большом торговом Кяхтинском тракте и позднее играли важную роль в истории Пекинской Миссии. В 1682 г. братство этих монастырей получило пополнение: из России прибыло ещё 14 миссионеров (3,225). Начальник Миссии, игумен Феодосии, получил царскую грамоту на основание и других миссионерских монастырей. Вследствие интенсивной миссионерской деятельности среди тунгусов этого края в 1684 г. крестился сам князь тунгусов Хан - Тимур с многими своими соплеменниками. С учреждением Забайкальской Миссии Посольский монастырь стал резиденцией ее начальника - викария Иркутского епископа, и его иноки несли апостольские труды среди бурят.

Известный сибирский миссионер, митрополит Филофей Лещинский отправил в 1705 г. своего сотрудника архимандрита Мартиана на Камчатку для проповеди Евангелия, и тот воздвиг там Успенскую пустынь. В 1728 г. эта пустынь сделалась центром Камчатской Миссии, успешно трудившейся под начальством игумена Иоанна и обратившей около пяти тысяч камчадалов (13,643).

Наконец, следует сказать о Покровском миссионерском монастыре в Москве. Этот заштатный московский монастырь был приспособлен к миссионерскому делу по ходатайству святителя Иннокентия, митрополита Московского и Коломенского в 1871 г. Монастырь, оставаясь в ведении Московской епархии и имея достаточное число братии для проведения богослужений и исполнения монастырских послушаний, в то же время был призван решать и миссионерские задачи. Настоятель его избирался из заслуженных миссионеров. Братия монастыря набиралась преимущественно из таких иноков, которые, помимо монастырских послушаний, могли быть направлены к миссионерской деятельности, назначены в качестве наставников миссионерского института или каким-то другим образом их труды могли быть употреблены на пользу миссий. В монастыре должны были находить приют и покой миссионеры, утратившие в своих апостольских трудах здоровье и силы; он мог служить пристанищем для благовестников, приезжающих из миссий по служебным или личным делам. Он также давал помещение и содержание для ученых миссионеров, занимающихся переводами, изданиями книг и собственной литературной деятельностью. В монастыре помещался архив миссионерских дел и библиотека (24,18-19). В 1895 г. было решено открыть при Покровском монастыре Миссионерский Институт, и даже был осуществлен первый набор, однако, по каким-то обстоятельствам, Институт так и не был открыт.

Миссионерское служение монастырей обсуждалось и на Поместном Соборе Русской Православной Церкви 1917-18 гг. Специальная Комиссия по миссионерству выработала проект миссионерско-просветительской деятельности монастырей, который вошёл в определение Собора. Согласно этому документу, духовно-просветительное служение монастырей выражается "в истовом уставном совершении церковного Богослужения, в духовничестве и старчестве, в проповедничестве, в совершении молебных пений и крестных ходов, в устройстве внебогослужебных бесед для народа, в раздаче печатных изданий религиозно-нравственного характера, в устройстве школ. В крупных монастырях предполагалось создание кружков или братств вероповедников, которые в праздничные дни должны были проповедовать в других монастырях богомольцам. При большинстве монастырей должны быть открыты церковно-приходские школы с сельскохозяйственным и ремесленным образованием и с обучением искусству церковной живописи и иконописи, а при женских обителях - классы рукоделия для девочек.

В зависимости от обеспеченности монастыри часть своих сил и средств посвящают на издательство религиозно-просветительной литературы - листков, брошюр, книг, календарей и журналов - и распространяют её в народе.

Обязательную миссионерскую направленность должны иметь монастыри, расположенные в краях, неблагоприятных в отношении сектанства и раскола. Обители же, находящиеся среди инородческого населения могут носить специально миссионерский характер и создавать миссионерские школы р7-38).

Таким образом, можно говорить о выдающемся значении русских монастырей в деле православной миссии, о их важной роли в христианизации и рус-сификации народов России, которой они служили, будучи образцом новой, преображенной жизни для окружающих людей.

18. свящ. Миссионерское служение Русской Православной Церкви в XUI-XIV веках.- СП, 1997. - Машинопись.

19. Внутреннее освоение земель в России в XVI в. - Л.: "Наука", 1895.

20. Православная Церковь на севере России: Очерки истории до 1917 г. - Вологда, 1992.

21. Сергий (Страгородский), архим. По Японии: записки миссионера. - М.: Крутицкое Патриаршее подворье, 1998.—229с.

22. Нестор (Анисимов), иеромонах. Православие в Сибири.- СПб., 1910.

23. Кондинскии монастырь и его миссионерская деятельность на Севере //Православный благовестник.- М., 1898. - т. Н, №10.

24. Иннокентий, митрополит Московский и Коломенский. М.: "Фирма Алеся", 1997.-УШ, 769,14 с.

25. Иерофей (Влахос), митр. Православная духовность./Перевод с новогреческого.- СТЛ, 199с.

6. Распространение христианства в Поволжье в XVI - XVIII веках.

Население Поволжья оставалось в неведении истинного Бога до тех пор, пока Казанское царство со всеми подвластными ему народами не было покорено русскому царю в 1552 году. Взятие Казани преследовало не только политические цели, но и религиозные: освобождение христиан из рук неверных и насаждение среди последних православной веры. После победы царь Иоанн /F говорил: "Да познают Бога истинного неверные, новые поданные России, и вместе с нами да славят Святую Троицу во веки веков" (2,93).

Такое же отношение к Казанскому походу было у высшей церковной власти. "Даст ти Господь в руце твои царство, - писал царю накануне похода архиепископ Новгородский Феодосии, - идеже ныне темнии и бесерменстии языцы идолом поклоняются, и твоим бы царским подвигом и тщанием тут Христос славился, и Пречистый Его Мати, и честный Крест Христов, ..и великие чудотворцы Русские и все святии тут жилище имели" (4,3).

Покорив Казань внешним оружием, царь начал покорять её оружием духовным. Он сразу приступил к обращению татар в христианство. Сначала он заложил основание трех церквей в самом городе. Зная из истории русского северного монашества о просветительном значении монастырей на диких обитателей севера и северо-востока, Иоанн Грозный заложил монастырь Зилантов и указал место для Спасо-Преображенского монастыря. При нем основан также Троице-Сергиевский монастырь в Свияжске и начат Богородице-Успенский. В последующее время постепенно один за другим стали возникать в Казанском крае и другие обители: Троицкий монастырь внутри Казанского Кремля при святителе Гурии, в Чебоксарах в 1566 г. при святителе Германе Троицкий монастырь и в 1567 г. в Казани Иоанно-Предтеченский. В начале ХУП в. основаны монастыри: Покровский в Тетюшах, Седмизерная и Раифская пустыни на луговой стороне среди черемисских поселений, Спасо-Юнгинский монастырь среди горной черемисы и др.

Для утверждения в Казанском крае Православия возникла необходимость учредить здесь епархию, что и было сделано на Московском Соборе 1555 года.

Первыми провозвестниками христианства среди инородцев Поволжья были святые Казанские Первосвятители.- архиепископ Гурий и его сотрудники - святые Герман и Варсонофий. В ведении архиепископа находились г. Казань, Свияжск с нагорною стороною, Василь - город и вся Вятская земля (4,11).

Отправляя новопоставленного Казанского архиерея в епархию, государь дал ему "Наказ". В нем заповедовалось святителю иметь особенную любовь и заботу о тех, которые будут принимать святое Крещение, их следовало поучать страху Божию, всевозможно привлекать к себе любовью и лаской располагать ко Крещению. Царь повелевал ему крестить только тех из татар, которые добровольно пожелают этого, "более знатных, лучших из крестившихся держать и наставлять в христианской вере в своем доме, других отсылать для обучения в монастыри" (3,19).

Святитель Гурий ревностию стал исполнять свое равноапостольное служение. Каждый воскресный и праздничный день он говорил поучения. "К верным слово здраво и немятежно и учительно имея, - говорит очевидец его трудов блаженный Гермоген. - С любовью беседуя с неверными о беспредельной любви Божией, святитель Гурий сильно действовал на сердца их, и они крестились во множестве: мужчины и женщины и их дети" (2,71).

Архипастырь занялся устроением монастырей, начатых и указанных царем, основывал и новые обители, которые стали верными и надежными пособниками в деле христианского просвещения инородцев, Главными пунктами миссионерской деятельности служили Спасо-Преображенский монастырь в Казани под руководством архимандрита Варсонофия и Успенский в Свияжске, где настоятелем был архимандрит Герман. Такому распределению поля миссионерских действий соответствовало и административное деление края: Казань была центром луговой половины, а Свияжск - горной.

Особую заботу святитель Гурий проявлял об обучении православной вере детей, которое было поручено старцам Зилантова монастыря.

Святитель привлекал сердца многих неверных ко Христу и своим милосердным отношением к бедным. Святитель Гермоген писал о нем: "Живяше преподобный нищие кормя, неимущия всеми потребами наделяя, и бедные, и вдовицы, и сироты заступая и от бед изымая" (2,72).

Казанский святитель отличался необыкновенным самопожертвованием и готов был переносить все трудности, стоящие на пути христианской проповеди в его епархии. Своей святой жизнью, мудрым словом, кротостью в обхождении он многих обращал ко Господу.

Это духовное богатство, необходимое для пастыря-миссионера, святитель собирал ещё с детства, когда полюбил усердную молитву к Богу, пост и другие подвиги благочестия. В молодости, испытав горечь клеветы и последущего тюремного заключения, он с ещё большим усердием стал нести аскетические труды, стремясь к духовному совершенству. Уже в эти годы проявились задатки просветительской деятельности будущего Казанского архипастыря: он занимался перепиской азбук, через которые дети приучались к чтению и пониманию слова Божия и святоотеческих писаний. Книги в это время были редкой и ценной вещью, т. к. печатных книг ещё не было, а писать умели немногие.

Находясь в заточении, Григорий (имя святителя в святом крещении) дал обет по освобождении принять монашество, который и исполнил, получив свободу чудным образом. Постриг он принял в Иосифо-Волоцком монастыре, известном в то время строгостью своих общежительных правил. Своей подвижнической жизнью Гурий скоро заслужил общее уважение и его сделали игуменом в Иосифовоком монастыре, а затем - в Троице-Селижаровом, где он "неусыпно заботился об обогащении вверенных ему иноков истинным учением и добродетелями, ведущими всех ко спасению" (1,68). Оттуда он и был избран на Казанскую кафедру.

Свято проходя апостольское служание, святитель Гурий после продолжительной болезни почил о Господе 4 декабря 1563 г., передав заботу о просвещении Казанского края своим ближайшим помощникам - архимандритам Варсонофию и Герману.

Первый из них, ещё в молодости во время трехлетнего плена у крымских татар, хорошо познакомился с их языком и обычаями и мог теперь успешно состязаться с приверженцами ислама о вере и убеждать их в истине Православия. В миссионерских трудах ему немало помогло знание медицины. Осматривая приходящих к нему с телесными недугами, святой Варсонофий каждому указывал не только медицинское средство от болезни, но и учил обращаться с молитвой о помощи к Господу Иисусу Христу и "во имя Господа, многая болящия телесне уврачева, мзды не приемля", что, конечно, возбуждало ещё большее к нему доверие (1,77-78).

В 1567 г. архимандрит Варсонофий был поставлен епископом Тверским. После увольнения по болезни на покой он снова прибыл в созданный им Спасо-Преображенский монастырь в Казани и находился здесь до своей мирной кончины 11 апреля 1576 г.

В 1595 г. мощи святых Гурия и Варсонофия были обретены нетленными. Сопровождавшие это обретение чудеса и исцеления также послужили укреплению Православия в Казанском крае.

Преемником святителя Гурия на Казанской кафедре был святой Герман. Они были знакомы еще по Иосифо-Волоцкому монастырю. Будучи ещё молодым монахом, Герман отличался смирением и охотно исполнял все возлагавшиеся на него послушания. Как человек образованный, он особенно много трудился над переписыванием богослужебных книг в течение 20 лет. Эти труды, а также духовная дружба со святым Гурием явились залогом их последующей совместной просветительской деятельности в Казанском крае. На это послушание св. Герман был направлен с должности игумена Старицкого Успенского монастыря.