Диссертация о православной миссии (стр. 7 )

В июле 1555 г. архимандрит Герман прибыл в г. Свияжск и сразу занялся устройством здесь монастыря. Здесь он неустанно занимался благовестием слова Божия и примером своей. святой жизни не меньше, чем словами служил делу евангельской проповеди. Количество братии в Свияжской обители постоянно увеличивалось, и она сделалась центром духовного оглашения верою, просвещения святым крещением и утверждением в Православии. Впоследствии этот монастырь был преобразован в миссионерский (1,87).

Став Казанским архиепископом, святитель Герман следовал стопам своего предшественника в деле обращения иноверцев с прежней ревностью до своего отъезда в Москву, где он был вынужден находиться до своей кончины в 1568 г.

Деятельность первых проповедников христианства в Казанском крае была преимущественно обращена на татар-мусульман, как на самое многочисленное и сильное племя, населявшее эти земли. Во всяком случае летописи того времени умалчивают об обращении в христианство других инородцев Казанского царства - черемис, чуваш, мордвы и вотяков. Кроме того, вскоре по покорении Казани возникли сильные волнения со стороны черемис. Этот бунт был усмирен около 1584 г. при Борисе Годунове (3,26). Такая политическая ситуация не могла способствовать христианизации края.

Преждеобращенные инородцы также стали охладевать к принятой ими новой вере. Митрополит Гермоген по вступлении на кафедру так писал об этом в своем донесении царю Феодору Иоанновичу; "В Казани и в Казанском и в Свияжском уездах живут новокрещенные с татары и с чувашею и с черемисою и с вотяки вместе, и едят и пьют с ними с одною, и к церквам Божиим не приходят, и крестов на себе не носят, и в домах своих Божиих образов и крестов не держат, и попов в домы свои не призывают и отцов духовных не имеют; ..крестьянской веры не держатся и не навыкают" (4,24-25). Причины этого митрополит видел в том, что новокрещенные продолжали жить в тесном общении с мусульманами, а также в отсутствии содействия проповеди со стороны гражданских властей. В ответ на донесение митрополита царь Феодор в своей грамоте от 01.01.01 г. указывал меры, которые должны были остановить отпадение от Православия. В ней есть также упоминание об указе Ивана IV о запрещении строительства мечетей.

Святитель Гермоген был уроженцем Казанской земли и хороню знал положение края и нужды местного населения. Он был свидетелем деятельности первых просветитеявй Казани, На миссионерском поприще он трудился будучи настоятелем Спасо-Преображенского монастыря. Став в 1589 г. казанским митрополитом, он мудро управлял своей пестрой по этническому составу епархией, особенно заботясь о просвещении иноверцев.

О миссионерской деятельности преемника святителя Гермогена по Казанской кафедре митрополита Ефрема исторических сведений не имеется. Однако об авторитете его у местного населения говорит тот факт, что когда ополчение князя Пожарского собралось для освобождения Москвы, то по призыву митрополита к ополченцам присоединились многие инородцы.

С XVII в. появляются царские указы (1628, 1654 и 1681 годов), повелевающие представлять новокрещенным различные льготы. В качестве поощрения им дарились деньги, наделы земли, обеспечивался выход из под власти некрещенного хозяина, их освобождали от уголовной ответственности и т. п. До XVII в. все распоряжения правительства и летописные сообщения свидетельствуют о распространении христианства только среди татар, ничего не говоря об обращении других народов, населявших Казанский край. Петр 1, отправляя митрополита Тихона () на Казанскую кафедру, призывал его просвещать святым крещением черемисский народ, проживающий на территории Казанской епархии, "обнадеживая его великою государя милостию и льготными годы" (4,37). Указы о новых льготах новокрещенным последовали в 1713 и 1720-22 годах. Благодаря активной деятельности помощников Казанского митрополита - отборного ключаря Феодора и иеромонаха Алексия Раифского было обращено за двадцать лет несколько тысяч черемис, В 1707 г. митрополит Тихон создал для их детей инородческую школу, в которой обучалось 20 мальчиков; в 1724 г. подобная школа для детей церковнослужителей и инородческях детей разных народностей была учреждена при архиерейском доме. Впоследствии эта школа переросла в духовную семинарию (2Л 09).

Среди чувашских поселений митрополит Тихон в миссионерско-просветительских целях основал Успенский Болгарский монастырь и Ильинскую пустынь, а среди черемисских - возобновил основанный в 1625 г. Космодемьянский Спасо-Юнгинский монастырь.

Митрополит Сильвестр () энергично продолжал дело своего предшественника в области школьного образования. Он поддерживал славянолатинскую школу, основанную митрополитом Тихоном. Одних выпускников этой школы он рукополагал в инородческие новокрещенские приходы, других - брал с собой в качестве переводчиков в миссионерские походы, результатом которых стало обращение 811 человек.

С 1732 г. миссионерская деятельность в Казанской епархии полностью была возложена на архимандрита Свияжского Успенского монастыря Алексея Раифского, а при монастыре образована особая комиссия по делам крещения казанских мусульман и язычников, или Комиссия новокрещенских дел. В гг. членами Комиссии было просвещено святым крещением около пятисот человек разных народностей, кроме татар.

В 1732 г. на Казанскую епархию был поставлен архиепископ Иларион Ро-галевский, который раньше был обер-иеромонахом армии и, будучи в Персии, обогатил себя сведениями об исламе. Он составил проект об учреждении четырех инородческих училищ, который, несмотря на одобрение Св. Синода, не был воплощен в жизнь в связи с перемещением Казанского архиерея в Чернигов. Его преемник мало заботился о просвещении иноверных, за что был удален с кафедры в 1737 г. Одновременно была закрыта и Комиссия новокрещенских дел вследствие злоупотреблений, которые допускали члены Комиссии - помощники отца Алексея Раифского.

В сентябре 1740 г. указом Анны Ивановны последовало образование новой миссии - "Конторы новокрещенских дел", которая ведала миссионерской деятельностью в Казанской, Астраханской, Нижегородской и Воронежской губерниях. Начальником конторы был назначен преподаватель Московской славяно-греко-латинской Академии архимандрит Дмитрий Сеченов, он же был определен и настоятелем Свияжского Успенского монастыря. Казанским епископом в это время был Лука Конашевич - известный ревнитель духовного просвещения. Он возвысил учрежденную архиепископом. Иларионом семинарию, обеспечив её хорошей библиотекой, так что она могла равняться с Московской и Киевской Академиями (3,60). Он вновь открыл школу в Зилантовом монастыре, в которой обучалось до 80 человек из татар, чувашей и черемисов. Еще две школы для новокрещенных детей были устроены при храмах в Казани. Однако епископ Лука отбирал для обучения детей насильно и этим едва не довел инородцев до бунта. В 1755 г. он был переведён в Белорусскую епархию.

С 1742 г. вместо Дмитрия Сеченова новокрещенную контору возглавлял архимандрит Сильвестр Гловацкий. Он осуществил проект архиепископа Ила-риона Рогалевского о создании четырех школ для инородцев, учеба в которых началась с 1750 года. В этих школах были классы татарского, чувашского и черемисского языков, детей обучали также русскому языку, Закону Божию и молитвам. Но вскоре эти школы пришли в упадок. Две из них просуществовали до 1800 года (4,81).

В 1764 г. правительство сочло нужным закрыть Контору новокрещенных дел, а дело распространения и утверждения христианства было возложено на местное духовенство. Казанскому архиерею было вменено в обязанность избирать для этого трёх проповедников.

Новокрещенская контора, снабженная хорошей и подробной инструкцией и внешними средствами, вела активную миссионерскую-деятельность среди иноверцев. За время её существования до закрытия в 1764 г, было крещено более четырехсот тысяч иноверцев (2,121) .Однако качество значительно уступало количественным результатам. Многие инородцы, принимая крещение, оставались со своими прежними верованиями и привычками. Такое средство распространения христианства, как дарование новокрещенным различных льгот, не имело высокой нравственной ценности и не приводило к глубокой мировоззренческой переориентации и нравственному возрождению.

В целом успехи русских миссионеров в Поволжье были незначительны. Если и происходило обращение тысяч неверных ко Христу, то это было следствием личного подвига отдельных выдающихся проповедников, организация же систематической миссионерской деятельности была не на высоком уровне. Однако русские миссионеры следуя традиции Православной Церкви, распространяли христианство в Казанском крае только мирными средствами.

Библиография

1. Никанор (Каменский), архиепископ. Казанские Первосвятители. //Казанский сборник статей.-Казань:издание Церковного историко-археологического общества, 1909. - С .65-92.

2. Никанор (Каменский), архиепископ. Краткий очерк истории распространения христианства в Казанском крае в XVI и XVII вв.- Там же.-С.92-104.

3. Очерк распространения христианства между иноверцами Казанского края.//Миссионерский противомусульманский сборник.-Казань: Казанский Государственный Университет, 1874 г. Выпуск V.- 128 с.

4. Изложение хода миссионерского дела по просвещению казанских инородцев с 1502 по 1867 годы.- Казань, 1878 г. -261с.

7. Миссионерство в Сибири в XVII - XVIII вв.

Успешные походы Ермака в начале 80-х годов XVI в. открыли для русских людей сибирские земли. До начала XVIII в. под словом Сибирь понималась Западная Сибирь. Христианство там появилось лишь с приходом русских: первые пришельцы были и первыми православными христианами. Они селились среди сибирских инородцев небольшими группами при военной и политической поддержке государства. Первой заботой русских людей в этой нехристианской стране было строительство храмов и монастырей для своих религиозных нужд. Это было обычным явлением: "где зимовье ясашное, там и крест или впоследствии часовня; где водворение крепостное, там церковь и пушка; где город, там управление воеводское, огнестрельный снаряд и монастырь, кроме церкви" (9,23). Со временем церковная организация в Сибири усложнялась.

В Тобольске, основанном в 1587 г., первый епископ Тобольский и Сибирский был поставлен в 1620 г. Патриарх Филарет благословил миссионерскую деятельность среди язычников уже первым епископам: Киприану Старорусенко-ву () и его преемнику Макарию Кучину (). Следующим был архиепископ Нектарий (), который после неоднократных явлений Бо-жией Матери одной благочестивой женщине, соорудил в Абалаке, в 25 верстах от Тобольска, Знаменский храм, где был впоследствии основан монастырь.

Архиепископ Герасим () учредил несколько монастырских школ, готовивших и кандидатов в священнослужители. При архиепископе Симеоне () по Сибири насчитывалось уже белого духовенства до 1500 человек и монашествующих до 100 человек. Первый Сибирский митрополит Корнилий основал в Иркутске в 1672 г. Вознесенский мужской монастырь, сделавшийся колыбелью духовного покорения дальневосточной окраины, благодаря вышедшим из него многим знаменитым миссионерам. При митрополите Павле () Православие продвинулось за Иркутск, в пределы Забайкалья. Ещё в 20-х годах XVIII в., когда была открыта Сибирская епархия, владычество русское простиралось только от Урала до Енисея, за 40 лет русское господство утвердилось на низовьях Лены и у верховьях Амура, а при митрополите Павле оно было уже на пороге Камчатки. Его епархия простиралась в длину на 10 тысяч верст.

Этот удивительный успех русского владычества был всецело обязан нравственной силе духовенства, воодушевлявшего русских людей (2,1-2).

В 1644 г. в Западной Сибири на реке Исете был основан Далматский монастырь, монахи которого несли миссионерское служение между Уралом и Обью. Патриарх Иосиф и царь Феодор Алексеевич основали в 1681 г. Даурскую Миссию в Восточной Сибири. Большую заинтересованность в обращении сибирских инородцев проявлял Петр!. Он просил Киевского митрополита поставить на Сибирскую кафедру ученого монаха. Посвященный в 1701 г. в митрополита Тобольского и Сибирского малороссийский архимандрит Димитрий Туптало так понравился царю, что тот оставил его в России, назначив на Ростовскую кафедру. Кроме того, суровый сибирский климат был неблагоприятен для слабого здоровьем святителя Димитрия. Следующим кандидатом был архимандрит Филофей Лещинский, который управлял Сибирской епархией дважды: в и в годах. Он по праву может считаться основателем миссии в Западной Сибири. (1,221-222).

Митрополит Тобольский Филофей, в схиме Феодор, родился в Малороссии в 1650 г. в небогатой дворянской семье. После окончания Киевской Академии, он женился и служил приходским священником. Вскоре овдовел и постригся в Киево-Печерской Лавре, где нес сугубые подвиги послушания, поста и молитвы. В январе 1702 г. уже с должности наместника Брянского Свенского монастыря он был посвящен в митрополита Тобольского (5,149). Святитель хорошо знал святоотеческие творения и жития святых, из которых он особенно почитал прославившихся равноапостольным служением (святитель Савва Сербский и святая равноапостольная МарияМагдалина), что помогло ему в будущем явить Сибири образ истинного пастыря. Он совершил пять миссионерских путешествий в Енисейском крае, дойдя до Туруханска, а в Восточной Сибири достигнув Забайкалья. Его заботами доставлено в Сибирь сотни книг, выстроено 37 церквей, устроены школы для детей, которые" содержались за счет архиерейского дома (5,150).

Уже в 1705 году была снаряжена из Тобольска в далекую Камчатку первая духовная миссия, а в 1711 г. там была основана Успенская пустынь.

В 1706 г. последовал указ Петра I : "Сибирскому митрополиту Филофею ехать во всю землю вогульскую и остяцкую, и в татары и в тунгусы и якуты, и в волостях, где найдет их кумиры и кумирницы и нечестивыя их жилища, и то всё пожечь, и их, вогулов и остяков Божиею помощью и своими труды приводить в Христову веру" (5,151). Инорвродцам, желавшим креститься, объявлялись всякие льготы. Гражданскому начальству повелевалось оказывать помощь проповедникам и способствовать им в средствах передвижения. Митроплит имел хороших сотрудников для проповеди (4,307).

Но первые миссионеры, посланные митрополитом, не имели успеха. В 1707 г. они отправились к березовским остякам, но встретили ожесточение и нежелание слышать о новой для них вере.

В этом же 1707 году было образовано викариатство Тобольской митрополии, куда был поставлен епископ Варлаам (Косовский) Иркутский и Нерчин-ский. В дальнейшем здесь возникла самостоятельная епархия. Владыка Варлаам освятил новую деревянную церковь в 1708 г. Но условия жизни были очень суровы, и пробыв в Иркутске два с половиной года, он без указа уехал в Москву. И так кафедра пустовала до постановления светильника Сибири - святителя Иннокентия (2,4).

В 1709 г. тяжело заболел сам митрополит и принял схиму с именем Фео-дора. На его место был назначен митрополит Иоанн Максимович. Схимник Федор хотел вернуться в Киево-Печерскую Лавру, но в 1711 г. губернатором в Сибирь был назначен князь Гагарин, который предложил уже поправившему здоровье митрополиту Филофею принять на себя миссионерские труды в Сибири, обещая ему помощь. Митрополит решился и начал с остяков, ближе всех живших к Тобольску. В 1712 г. он достиг их поселений в низовьях Иртыша-город Самаров. Народ этот вел полукочевой образ жизни, поклонялся идолам. Но остяки имели понятие и о Высочайшем Существе, Владыке вселенной, хотя считали Его слишком далеким и недоступным. Феодор разъяснил им ничтожество идолов и проповедовал Евангелие. При этом идолы уничтожались, а на их места воздвигались кресты.

Во второе путешествие митрополита в 1713 г. многие остяки, не имея более предметов поклонения и убежденные в их бессилии, охотно крестились. Но даже встречая сильное сопротивление и отказ сменить веру, святитель не отчаивался в успехе, продолжая ежедневно поучать народ. - , .

В 1714 г. было совершено третье путешествие - в город Пелым к вогулам. И здесь проповедь имела успех. До крещения митрополит допускал тех, кто изменял свои религиозные убеждения и принимал истины христианства. Непременным условием было согласие самих обращенных. "Крещению бо согласует соизволение, - проповедовал святитель Филофей.- О нем же и вас молю: не буди вам сердца окамененныя и не чувственныя - крещения, но приклоните чувствия ваша восприять тайну спасения вашего, и аще хощете единоверны с нами быти, повинуйтеся наставлению нашему и нашим христианским учениям, ничтоже сами ведуще" (6,167).

Рядом с вогулами жили татары, которые стремились навязать им ислам. Один татарин хотел убить митрополита по возвращении его в Тобольск, но тот поехал другой дорогой, а злоумышленник был схвачен и доставлен в Тобольск. Старец-миссионер проявил подлинно христианскую любовь к врагу: он взял татарина на поруки и вскоре обратил его в христианство (3,72-73).

Подобными были четвертое в 1714 г. и пятое - в 1715 г. миссионерские путешествия, во время которых святитель проповедывал остякам и вогулам. Часто во время благовестия народу, он говорил, что исполняет волю Государя, который желает, .чтобы все подданные его исповедывали истинную христианскую веру. Благодать Божия явно содействовала делу проповеди, проявляясь в чудесах исцелений от болезней, которые совершались при крещении. Так, например, расслабленная девочка после крещения смогла сама пойти домой и заниматься тяжелым физическим трудом (5,153).

Всего митрополитом было крещено около 40 тысяч инородцев. На исходатайствованные от казны деньги строились церкви, часовни и кресты под навесом. Церкви он снабжал утварью и богослужебными книгами, а народу раздавал иконы и кресты. Священникам было вменено в обязанность не менее трех раз в год объезжать новообращенных и утверждать их в вере. Из инородческих детей избирались более способные мальчики и посылались в мужские монастыри и архиерейский тобольский дом для обучения и подготовки к священнослужению. Они изучали грамоту и Закон Божий. В 1723 г. при архиерейском доме функционировало две школы (6,П2).

Труды митрополита были совершенно бескорыстны. Назначенной от Петра I пенсии в 200 рублей он не получал. Незадолго до своей кончины он писал архиепископу Феофану Прокоповичу: "А я бедняк многи с крещением прошел народы, а хлеба отонка не получил за труды" (6,67).

Для новообращенных митрополит всегда был как любящий отец, покрывая любовью их исконную грубость и темноту. И когда он приезжал в их юрты, они бежали к нему, как дети к отцу и целовали ему руки.

В 1720 г. митрополит Филофей был уволен по прошению на покой, но и тогда занимался обучением инородческих детей, проживая в Тюменском Троицком монастыре. Вот что говорят о нем сами потомки инородцев: "Добрый был старик, народ в обиду не давал; комиссары и воеводы боялись его; остяков сильно любил; верный слуга Божий был; святой был человек" (5,153).

У святителя Филофея был ученик - миссионер Григорий Ильич Новицкий. Он был выходцем из Малороссии и воспитанником Киево-Могилянской Академии. Будучи родственником одного из приближенных Мазепы, после измены последнего Петру I, Григорий вместе с пятнадцатью другими казаками был сослан в 1712 г. в Тобольск. Там он поступил на службу к митрополиту Филофею и в годах сопутствовал ему в миссионерских поездках по Западной Сибири. Позже он был назначен в Кондинскую волость надзирателем за исполнением новокрещенными остяками христианских обязанностей и там претерпел мученическую кончину вместе со священником Сентешевым. (6,71). Григорий Новицкий хорошо понимал существо православного благовестничества и писал, что "обращение невера несть человека хотяща, но Бога милующего". Он составил ценнейший первоисточник по истории христианского просвещения народов Сибири в XVIII столетии под названием "Краткое описание о народе остяцком..." Его можно также назвать дееписателем святителя Филофея, подробно освятившем миссионерские труды последнего (6,77).

В период с 1711 по 1715 годы Сибирской епархией управлял митрополит Иоанн Максимович. Происходил он из известного дворянского малороссийского рода. Родился в 1651 г. в г. Нежине. После окончания Киевской Академии, принял постриг в Киево-Печерский Лавре, где занимал должность эконома и проповедника. Затем он настоятельствовал в Свенском Брянском и других монастырях. Был преемником по кафедре святителя Феодосия Черниговского. Предполагают, что назначение святителя Иоанна в далекую Сибирскую страну, малоподходящую ему по климату, было вызвано происками знаменитого временщика князя Меньшикова.

Митрополит Иоанн прибыл в Тобольск в августе 1711 года. Своей ревностной заботой об умножении образованного духовенства в Сибири он явился продолжателем дела митрополита Филофея. Для Тобольской школы владыка Иоанн выписал ученых монахов из Киева и Чернигова и употреблял на нее свои доходы. Святитель Иоанн оказал большое влияние и на старца-схимника Фео-дора, побудив его принять на себя проповедь о Христе сибирским дикарям. Он обогатил духовенство многими замечательными духовно-нравственными сочинениями ("Илиотропион, или сообразование человеческой воли с Божественною волею", "Феатрон, поучительный царем, князем и владыкам", "Богородице Де-во", "Богомыслие в пользу правоверных") и этим вооружил православные умы для деятельного и разумного распространения просвещения. Ему же принадлежит важная роль послания первой православной миссии в Пекин (2,4). Иоанн Максимович начал борьбу с мусульманской пропагандой в Западной Сибири. Он направил татарина, покушавшегося на жизнь святителя Филофея, после его крещения в родную его волость, где тот в сотрудничестве со священником проповедовал и обратил ко Христу более трехсот душ "от магометова злочестия" (6,79). Скончался святииюня 1715 г.; его нашли в келий в молитвенном положении, стоя на коленях. Хотя и немного времени управлял он Сибирской епархией, но в деле просвещения народов Сибири был ревностным сопастырем и споспешником митрополита Филофея. "Кто не восхвалит пастырские труды твои, Сибирский молитвенниче, кто не восхвалит твоего попечения о язычниках Тобольского края", - так прославляет Церковь святителя Иоанна (6,79).

Ещё при жизни митрополита Филофея Сибирскую кафедру возглавил митрополит Антоний Стаховский (). Особым предметом его заботы было просвещение дальневосточных окраин, лежащих по берегам Охотского моря. В 1725 г. он открыл в Иркутском Вознесенском монастыре русско-монгольскую школу, а в 1727 г. - добился основания самостоятельной Иркутской епархии. При нем и возсиял благодатный светильник Сибири епископ Иннокентий Кульчицкий.

Родился он в Киевской губернии в семье священника, воспитывался и учился в Киево-Печерской Лавре и Академии. Был префектом Московской Академии, а затем соборным иеромонахом Александро-Невской Лавры в Петербурге. Когда Петр I пожелал водворить Православие в пределах Монголии и Китая, он избрал на исполнение этой миссии О. Иннокентия. В 1721 г. тот был посвящен в епископа для Пекина, а в следующем году прибыл в Иркутск, ожидая в пригороде Селенгинске распоряжений от китайского богдыхана. Однако, вероятно* по проискам иезуитов, китайцы его не приняли, а вместо него назначения в Пекин добился архимандрит Антоний Платковский. По смерти Петра I в 1725 г. святителю было повелено пребывать в Вознесенском монастыре, а вскоре он получил назначение в епископа Иркутского (2,4-7).

Первоначально в состав новой епархии вошли Прибайкалье и Забайкалье. В ней имелось 42 церкви и 4 монастыря. В 1731 г. по ходатайству святителя в ее состав вошли западные районы провинции (Илимский уезд), Якутия и побережье Охотского моря. При этом количество храмов возросло до 73, а монастырей до 7(7,14). Святитель Иннокентий управлял Иркутской епархией с 1727 по 1731 гг. Когда святитель заступил на кафедру, то нашёл в большом неустройстве "мунгальскую" школу. Она предназначалась для изучения китайского и монгольского языков, чтобы удобнее действовать в распространении веры среди этих народов. Однако школа не имела переводчика, и Святитель вызвал на эту должность Ивана Постникова из Селинска. В 1730 г. в школе было 35 учеников.

Одним из своих главных дел святитель Иннокентий считал просвещение учением Христовым окружающих Иркутск и населяющих Забайкалье бурят. Эти миссионерские труды его были сопряжены с огромными трудностями. Постоянно не хватало проповедников и материальных средств. Но Святитель неустанно знакомил бурят с христианской верой и многих обращал в Православие. Главным местом крещения бурят был Вознесенский монастырь, и они крестились там целыми семьями.

Архипастырь-миссионер не пользовался никакой поддержкой со стороны власть имущих. По недосмотру Синода, святитель Иннокентий до смерти не получал жалованья, однако переносил всё безропотно и не хлопотал об этом.

Постоянно озабоченный поддержанием порядка и благоустройства в своей епархии он, несмотря на плохие дороги и слабое здоровье, ежегодно обозревал епархию и лично посещал церкви и приходы. Ему удалось обратить в христианство монгольского вождя, языческого мудреца Лавсана. Святитель был строгим подвижником аскетом, он постоянно жил в Вознесенском монастыре, удаляясь для молитвы в пещеру его основателя, старца Герасима. Ночи Владыка часто проводил в изучении святоотеческих творений и сочинении проповедей, а днем его ждали нелегкие миссионерские труды. После телесной болезни он упокоился от своих земных трудов 27 ноября 1731 гола на пятидесятом году жизни, истощив себя ради спасения многих. В 1804 г. он был прославлен в лике святых Русской Православной Церковью.

В преемники святителя Иннокентия был хиротописан в ноябре 1732 года префект Московской славяно-греко-латинской -вич. Им было крещено множество тунгусов. Епархия его простиралась от Саянских гор до вод Тихого и Ледовитого океанов. Он предпринимал по ней частые поездки и всюду призывал инородцев к принятию христианства. Дважды совершил путешествие в Якутскую область; крестив там до 100 язычников, он дальнейшее развитие проповеди поручил архимандриту Нафанаилу (3,129). По требованию Святейшего Синода он отправился в 1746 г. в Петербург, но на пути заболел и умер.

С 1753 г. Иркутской епархией управлял епископ Софроний Кристалев-ский. Это был настолько благодатный человек, что сами люди, без различия веры и племени, шли к нему тысячами и умножали собой церковную семью. Он рассылал во все концы епархии увещание к миссионерской деятельности духовенства, что заметно оживило состояние миссии в Сибири. Скончался Святимарта 1771 года (2,12-13).

В заключение этого исторического экскурса можно дать оценку
православной миссии в Сибири словами её исследователя протоиерея Бориса Пивова-рова: "Деятельность русских миссионеров,-пишет он,- имела самое благотворное влияние на культурное развитие Сибири в целом и, в частности, её коренного населения. Христианство сблизило и сроднило сибирские народы с русским народом, а православные миссионеры явились лучшими представителями русской культуры в этом крае. Именно они стали в прямом и собственном смысле Просветителями Сибири" (6,3).

Библиография

1. Смолич Русской Церкви .-М:Спасо-Преображенский монастырь, 1997.- Книга 8. Частьс.

2. , прот. Православие в Сибири: Иркутская епархия и её архипастыри. Б. м. и г.- Машинопись. -58 с.

3. Догуревич Азии: Распространение христианства в Сибири. - Спб, 1897.-165 с.

4. Аничков-Платонов. О мирном распространении христианства в Ррр-сии.// Прибавление к изданию творений святых отцов. - Сб. Ш. - М, 1845. - С. 300-316.

5. Русская Церковь и русские подвижники 18 века.- Спб, 19с.

6. протодиакон. Деятельность русских миссионеров в Сибири.- Загорск, 1978.- Машинопись.- 318 с.

7. Наумов -территориальное строение РПЦ в Сибири в XVI - первой половине XIX в.// Исторические судьбы Православия в

Сибири.-Иркутск, 1997.-С. 12-16.

8. Проповедь Евангелия сибирским вогулам .// Странник.- Спб, 1865, октябрь.- С.63-75.

9. Краткий очерк миссионерства в Тобольской епархии.// Православный Благовестник.- М, 1893, № 14. - С 22-31.

8. Кадьякская Миссия в Северной Америке и преподобный Герман Аляскинский

Русская Америка была открыта в 1741 г. Второй. Камчатской экспедицией под командованием В. Беринга. Меховые богатства Аляски и прилегающих островов стали привлекать туда сибирских предпринимателей. Первые промышленники стали и первыми миссионерами.

, открывший в 1743 г. Андриановы острова первый начал крестить аборигенов, а мещанин Иван Глотов, открыл Лисьи острова в 1759 г., окрестил сына вождя местного племени (тоена), обучил его русскому языку и грамоте и тот, потом сам будучи тоеном, много содействовал распространению христианства (2,201). К 1791 г. на Лисьих островах, Уналашке и западном побережье Кадяка благодаря промышленникам было крещено 126 человек (3,73).

Поводом к обращению туземцев в христианство были и чисто материальные мотивы; крещенные алеуты почитали своих восприемников и усерд но служили им и не могли перейти к другому хозяину. По свидетельству многих исследователей края алеуты представляли благоприятную почву для евангель ского семени; религиозные воззрения их были не развиты, но сами они отлича лись добрым характером и чистыми возвышенными нравами.

Христианизация Русской Америки стала организованной с появлением на острове Кадьяк в 1783 г. сибирского купца Григория Ивановича Шелехова. Это был не обычный коммерсант, но горячий патриот, человек с обостренным чувством гражданского и христианского долга."Он сознательно поставил главнейшею задачею - упрочить за Россией новооткрытые земли и острова, привести их обитателей в её подданство, завести оседлость и привить гражданственность везде, где только представлялась к тому возможность" (3,68).

Водворившись на острове Кадьяк, Шелехов стал знакомиться и осваивать прилегающие территории. Благодаря его доброму отношению с туземцами, они добровольно приводили к нему своих детей и просили обучать их русскому языку. Он устроил на острове школу для 25 мальчиков.

стал первым инициатором организации Православной Миссии в Русской Америке. Он положил начало созданию Российско-Американской Компании, которая в 1799 г., уже после его кончины, получила монополию на все русские владения в Америке и стала там основным спонсором миссионерской деятельности на протяжении семидесяти лет своего существования.

в 1795 г. в Иркутске, Длинная эпитафия на месте его погребения, составленная поэтом Державиным, заканчивается такими словами: "Христе Спасителю! Причти его к лику благовестников, возжегших на земле свет Твой пред человеки" (5,151).

Итак, в 1793 г., по ходатайству , Святейшим Синодом была снаряжена Духовная Миссия "для проповеди слова Божия народам, приобре таемым под Российскую Державу" (6,23), состоявшая из восьми монахов Ва лаамского и двух - Коневского монастыря во главе с архимандритом Иоасафом (Болотовым)..

"Все эти иноки (за исключением архимандрита Иоасафа), - пишет епископ Григорий (Афонский) в книге "История Православной Церкви на Аляске", - не имели никакого богословского образования, и тем не менее всем им было свойственно стремление к монашеской жизни в Валаамском монастыре, который был известен строгостью дисциплины и высокой духовностью. Простые сердцем, они, быть может, никогда не думали, что могут быть посланы на край земли проповедовать Евангелие. Но тем не менее по первому зову они без колебаний отправились в далекий путь, который даже при современном транспорте вызывает у большинства людей чувство страха.

Вне всякого сомнения, только опыт монашеской жизни на Валааме мог насадить подобное благочестие и самопожертвование. Эти иноки были приготовлены к преодолению многих препятствий и трудностей, вплоть до того, чтобы отдать собственные жизни ради возделывания этой неронутой земли для славы Божией" (3,75).

Осенью 1794 г. русские миссионеры прибыли на остров Кадьяк и ревностно начали свою деятельность. Условия существования миссии были достаточно суровы: холодный климат, отсутствие теплого жидйья, скудость пищи, частые болезни при отсутствии лекарств и врачебной помощи. Позже к этому прибавились притеснения со стороны начальника Компании Баранова. Но закаленные духовно-аскетическими подвигами монашеской жизни проповедники мужественно переносили все лишения и скорби.

Первое время миссия имела большие успехи. Уже в первый год на острове Кадьяк было крещено семь тысяч человек и совершенно две тысячи браковенча-ний. Туземцы очень охотно принимали крещение. О деятельности благовестни-ков свидетельствует их переписка с настоятелем Валаамского монастыря игуменом Назарием.

"Живем хорошо, - писал о. Иоасаф в 1795 г, - они нас любят, а мы их; народ добрый, но бедный. Так усердно приемлют крещение, что все свои шаманские наряды изломали и сожгли". А монах Герман писал в том же году, что при прибытии проповедников на остров Уналашку, "алеуты своею ласковостию и желанием креститься весьма их удивили" (5,155). На острове Кадьяк была выстроена церковь и заведена школа для новокрещенных детей.

Особенно плодотворной была деятельность иеромонахов Макария и Ювеналия. За два месяца, не взирая на непогоду - сильные бури, туман и дождь, они объехали на байдарках весь остров Кадьяк и крестили многих жителей.

Интересно описывает преподобный Герман вызванный апостольской ревностью их спор о распределении между ними территории для благовестия. "Находясь между ведром и ненастьем, меж радостью и скукой, между довольством и недостатком.., при всех моих печалях, обретаю нечто веселящее меня, когда слышу разговоры между братиею о проповеди и о разделении для того себе разных пределов; особливо - прение между иеромонахами Макарием и Юве-налием, ибо они и вокруг Кадьяка пускались на малейших кожаных лодочках, не взирая на все морские опасности... Также и далее простирали те иеромонахи свои мысли... Взошли мы однажды на холмик, сели, смотря на океан, и начали говорить кому из нас куда идти для проповеди..., и вышел между ними в то время спор, для меня убогого утешный и радостный... Отец Макарий начал говорить;., по намерению своему, если Бог изволит, когда буду на Алеутских островах, по пристойности же должен быть и на Аляске, куда меня аляскинцы уже и звали..." А отец Ювеналий, услышавши про Аляску и не давши от ревности более тому говорить, с торопливостью духа сказал: "Аляска по всему моей части подлежит, то прошу покорно меня тем не обижать; как судно ныне отпускается в

Архимандрит Макарий был "проповедником, учителем проповедания и организатором" (2,124). Он понес первые самые тяжелые труды Неистощимое терпение, неисчерпаемая любовь и глубокая вера совмещалась в нем с удивительным искусством действовать на дикарей. Впоследствии Миссия только развивала то, что было положено в основу его трудами и мыслями. Миссионерское дело до о. Макария словам ,- было "механично без определенной мысли и прочного успеха", а он явился "первоначальником сознательного миссионерства" (6,65,16,350).

В его служении любой миссионер может найти побуждение, пример и вразумление для себя и для своего дела.

Сознавая недостаточный уровень развития миссионерского дела в России, архимандрит Макарий много размышлял, какими способами и средствами можно поднять его на должную высоту. Плодом этих раздумий, а также следствием его богатого многолетнего опыта явилась книга "Мысли о способах к успешному распространению Христовой веры между евреями, магометанами и язычниками в Российской державе". Это сочинение представляет собой разносторонне разработанный миссионерский проект; в нем дано и богословское осмысление православной миссией предложено практическое руководство по её организации. Миссионерству о. Макарий считал необходимым предоставить широкую государственную поддержку, экономический базис и глубокий научный фундамент.