Стенограмма четвертого заседания Совета Федерации (стр. 12 )

Во-вторых, бесконтрольностью денежных потоков, скрытым перераспределением средств между секторами экономики и предприятиями. В целом денег в хозяйстве достаточно, но у одних они — в избытке, а другие задыхаются от их недостатка.

Тревожно то, что под разными предлогами деньги, которые должны пойти на расчеты с поставщиками, пускают на другие цели — на рост заработной платы, скрывают на других счетах, в том числе третьих фирм, дочерних предприятий.

В итоге возникают цепочки неплатежей. Они нарастают из-за нетребовательности тех, кто, по сути, кредитует неаккуратных должников. Коммерческие банки, в свою очередь, задерживают деньги в расчетах, и их клиенты также не желают проявлять взыскательность. А потом все предпочитают атаковать Правительство.

Должен прямо сказать, что подобные действия во многих случаях находятся на грани преступления, а то и переходят эту грань. Больше мириться с этим уже нельзя. Многие по привычке хотят выглядеть добренькими. Это приятно, конечно, но все это — доброта за счет государства. Всем сегодня должно быть ясно: либо мы все по-настоящему научимся взаимной требовательности и конкретно займемся укреплением финансовой и денежной дисциплины, либо мы никогда не выберемся из болота кризиса.

В-третьих, важнейший фактор тяжелого финансового положения предприятий — неумение многих руководителей всерьез заниматься эффективностью производства, снижением издержек, обновлением продукции, расширением сети ее сбыта. От таких предприятий, первыми попадающих в число несостоятельных должников, начинается и далеко тянется цепочка неплатежей. Не хочу никого обвинять, хотя уже сегодня нам ясно, что во многих регионах (да и вы, наверное, на местах больше знаете) от многих подобных руководителей давно пора освободиться.

Понимаю исключительную трудность ситуации, которая многим оказывается не по силам. Мы вступили сегодня на порог самой тяжелой структурной фазы кризиса. Его придется пережить, приложив все силы к тому, чтобы он принес не новые беды, а ростки оздоровления.

Говорю все это потому, что данную проблему не может решить одно Правительство, даже вместе с Центральным банком Российской Федерации. Это наше общее дело, причем "простых" и "легких" решений, как я уже говорил, здесь нет. Особенно таких, которые нам навязывают порой с разных сторон, — "расшивка" неплатежей за счет кредитной эмиссии, проведение взаимозачета. Ведь именно инфляция порождает нехватку средств у предприятий и тем самым является причиной роста неплатежей. Денежная накачка в лучшем случае ослабит остроту кризиса на 2—3 месяца, но затем придаст ему новую силу, и мы рухнем окончательно. И нам, и вам поэтому не нужно упрощать проблему, искать легких сиюминутных выходов.

А теперь о том, что Правительство намерено делать, чтобы со своей стороны приложить максимум усилий для решения проблемы неплатежей. Прежде всего мы обязаны разделить ее (об этом говорили многие депутаты в своих записках) на два относительно самостоятельных вопроса.

Во-первых, это задолженность по бюджету за прошлый, 1993 год, и, во-вторых, уровень платежной дисциплины и несовершенство системы расчетов в народном хозяйстве.

1. В рамках первой задачи до конца марта будет погашена задолженность бюджета прошлого года в сумме 4600 млрд. рублей, в том числе 1,1 трлн. рублей за счет эмиссии среднесрочных казначейских векселей, о чем уже достигнута договоренность с заинтересованными организациями. Это позволит в определенной степени смягчить платежный кризис. Большая часть задолженности будет возвращена в прямой денежной форме, другая часть возвращается по схеме: налоги за бюджетные долги, то есть будем освобождать от налогов для того, чтобы покрыть эту разницу. Правительство приняло об этом соответствующее решение.

Как вам известно, ведется также систематическая работа по взысканию долгов с государств — участников СНГ за поставленную продукцию. Хотя дается это, конечно, не без проблем, особенно в том, что касается энергоресурсов. Это переросло уже в проблему проблем. Ибо сегодня это уже переходит и в политические наши отношения, чего бы нам не хотелось допускать. Еще раз хочу сказать: серьезнейшая проблема сегодня — неуплата долгов государствами — участниками СНГ.

2. Введен новый порядок предоставления централизованных кредитов, они будут даваться конечным потребителям для целевой оплаты поставок по всей технологической цепочке. Так, кредит, предоставленный предприятиям ТЭКа, уже позволил осуществить зачет взаимных претензий внутри этого комплекса и заметно сократить объем неплатежей в целом по отрасли.

3. В соответствии с Указом Президента от 19 октября прошлого года в ближайшее время вводится механизм переоформления просроченной кредиторской задолженности финансовыми векселями. Вводятся также и товарные, коммерческие векселя, или, иначе говоря, восстанавливается цивилизованная форма коммерческого кредита, естественная для рыночной экономики. Это, по оценкам специалистов, равносильно увеличению как минимум на 10 процентов оборотных средств предприятий.

Переход к обращению векселей означает установление жестких сроков погашения долгов, имущественную ответственность должников. Без этого ключевого элемента инфляцию нам не победить никогда. Однако реализация указа неоправданно затянулась. В этой связи Правительство намерено в ближайшее время представить в Государственную Думу пакет законопроектов, обеспечивающих необходимую юридическую базу для вексельного обращения.

4. У нас в экономике сложилась парадоксальная ситуация, когда у предприятий есть средства на разнообразных счетах в банках, но они не платят ни поставщикам, ни в бюджет, а реальные санкции за это практически отсутствуют. Правительство представило в Государственную Думу проект постановления, который предусматривает ряд практических мер по исправлению создавшегося положения.

В частности, налогоплательщики будут обязаны представлять сведения о всех открытых ими счетах в банках и кредитных учреждениях. Налоговым органам будет дано право взыскивать в бесспорном порядке недоимки по налогам с валютных, депозитных и иных счетов предприятий. Начнем применять санкции за нарушение действующего порядка работы с денежной наличностью. Принятие этих мер укрепит финансовую дисциплину, повысит собираемость налогов. Часть этих вопросов сегодня рассматривается в Государственной Думе.

5. Правительство предпринимает меры по началу процесса остановки неэффективных производств, активнее будет применять процедуру банкротства. Это для нас уже крайняя необходимость. Нежизнеспособные предприятия не должны отнимать ресурсы у тех, кто может встать на ноги и начать нормальную работу.

В настоящее время завершается разработка документов, определяющих критерии несостоятельности и "критическую массу" неплатежей, при которой требуется возбуждение дела о банкротстве. Этим занимается Федеральное агентство по делам несостоятельности, созданное при Госкомимуществе России.

Подчеркну, что перечисленные меры — это единая, согласованная позиция Правительства по неплатежам, учитывающая точки зрения и финансистов, и Минэкономики России, и руководства Центрального банка. Позиция, непосредственно вытекающая из положений президентского Послания и направленная на исполнение поручения Президента.

Конечно, это только основные шаги, так сказать, базовые подходы. Мы не предлагаем каких-либо чрезвычайных мер, какие могли бы в два счета решить эти проблемы. Возможно, это кое-кого и разочарует. Но, к сожалению, какой-то панацеи здесь на сегодня не существует.

Хочу сказать и еще об одном. Очень важную роль в решении проблемы неплатежей должны сыграть сами предприятия, банки, финансовые учреждения. Уже предлагается немало интересных схем. Приведу пример Тверьуниверсалбанка, который разработал и реализует схему "развязки" неплатежей с помощью эмиссии собственных векселей. Есть и другие примеры. То есть многие предприятия и регионы уже нашли или находят решения. Надо, чтобы процесс этот захватил всю страну. В первую очередь, пользуясь случаем, обращаюсь к главам администраций. Не надо ждать нам сегодня взаимозачетов, их не будет. Считаю правильным, если мы начнем работать по-настоящему с предприятиями, с финансовыми органами. Готовьтесь к переходу на векселя. Начинать нужно процедуру банкротств. Необходимо задействовать наши правоохранительные органы, суды. Объяснить нужно всем, что беспредел с открытием десятков счетов заканчивается, все они будут контролироваться, и контролировать будем жестко. Штрафы будем вводить, ужесточать все эти санкции, и искать здесь лазейки будет себе дороже. В конечном счете все скажется на финансовом положении прежде всего самих регионов, коллективов предприятий.

Государство расплатится с долгами. Но по сравнению с просроченной задолженностью предприятий они составляют менее 20 процентов — за остальные 80 процентов Правительство несет ответственность вместе с коллективами предприятий, вместе с организациями. Здесь как раз главные проблемы и главное поле деятельности для самих предприятий, банков, местных органов власти.

Обстановка заставляет проявлять изобретательность в поисках выхода. И я убежден, что найдем мы этот выход. Найдете и вы, кто будет заниматься этими проблемами вплотную и по-настоящему.

Успешное разрешение проблемы неплатежей во многом будет зависеть от постоянной координации действий Федерального Собрания, Правительства, Центрального банка Российской Федерации по выработке единой политики, особенно в бюджетной сфере. Здесь мы должны выступать единым фронтом, понимая, что только реальный бюджет, работающий на финансовую стабилизацию, способен подавить первопричину неплатежей — инфляцию.

Скажу откровенно, я уже говорил это и на заседании Правительства, что сегодня, возможно, впервые Правительство вносит на рассмотрение Государственной Думы, прямо должен сказать, тяжелый, но реальный бюджет. Только что, уезжая сюда, я направил проект бюджета и в адрес Президента, и в адрес Государственной Думы.

Не буду подробно останавливаться на характеристике всего проекта, скажу только, что заложенные в нем параметры предельно жесткие. Порой приходилось резать и по живому, принимая к финансированию только самые жизненно необходимые государственные потребности и программы.

На эти цели в проекте предусматривается выделить не более 183 трлн. рублей. Руководители многих отраслей толкали и на 240 триллионов, но мы не смогли на это пойти и не пошли сознательно.

Альтернатива этому — запуск печатного станка, рост инфляции до 30 процентов к концу года и соответствующий рост цен и неплатежей и снижение жизненного уровня людей. Сейчас дефицит федерального бюджета на этот год планируется в размере 62,4 трлн. рублей. Или, по сути дела, около 9 процентов ВВП, что соответствует заявленным в программе Правительства ориентирам.

Особо хочу сказать о доходной части бюджета. Ее обеспечение в полном объеме потребует осуществления дополнительных мер по нормализации финансовой обстановки в стране, резкого усиления контроля за полнотой и своевременностью сбора налогов, изыскания новых источников доходов. В частности, будем отменять существующие предельные торговые надбавки, передавать право их установления на места, в регионы. Надо, чтобы этими делами занимались главы администраций, руководители сами должны определить, какие должны быть надбавки, сами должны определить, кого освобождать, а кого не нужно, где надо увеличивать, а где надо уменьшать. Не дело это — здесь, в Москве, определять то, как поступать Красноярову на Сахалине. Сам он разберется со своими коллегами.

Кроме того, прирост доходов будет обеспечиваться и за счет восстановления в полной мере государственной монополии на производство ликеро-водочных изделий, лицензирования их продажи. Далеко не исчерпаны все резервы повышения доходов от использования государственной собственности, а также взимания таможенных сборов.

Не имеем мы права и дальше мириться с нарушениями налоговой дисциплины, уходом от налогов. Будем рассматривать это как государственное преступление. Вносим в парламент ряд предложений по упорядочению учета налогоплательщиков в органах налоговой службы, контролю за проведением бартерных сделок и наличных денежных расчетов, открытием и введением бюджетных счетов, а также целевым использованием зачисляемых на них средств. Недопустимо, чтобы бюджетные деньги "гуляли" по валютным биржам и кредитным аукционам. Это серьезнейшие вопросы. Пользуясь случаем, хочу сказать, особенно в адрес руководителей регионов, — обратите на это внимание, не играйте с огнем, чтобы не получилось, что кто-то останется голеньким после "игр" с коммерческим банком.

Предупреждаю еще раз, пользуясь случаем, просто предупреждаю и прошу. В каждом регионе, в каждом областном центре есть отделения Центрального банка. Вот и работать нужно в тех случаях, когда речь идет о бюджетных средствах, именно с Центральным банком.

Будет усилен контроль за работой налоговой службы, налоговой полиции, даны поручения об установлении жесткого графика по сбору налогов по месяцам с обязательным отчетом налоговых органов о его исполнении.

Все эти меры мы предпринимаем в контексте решения задач, поставленных в Послании Президента — упрощения налоговой системы, придания большей стабильности налоговым поступлениям, облегчения слишком тяжелого бремени для налогоплательщиков.

Это генеральная задача, и максимум возможного мы сделаем уже в этом году. В то же время не стоит, конечно, ждать чуда. Это особо деликатный вопрос. Здесь крутых разворотов и поворотов допускать нельзя, они еще больше нам принесут беды. Нам надо, как вы знаете, финансировать социальную сферу, выплачивать пенсии, пособия, бороться с преступностью, обеспечивать обороноспособность страны. Это все надо сделать за счет налоговых поступлений в федеральные органы. Мы без этого не можем оставить сегодня страну, и на все это нужны деньги, причем деньги немалые.

Еще раз хочу подчеркнуть: считаю в корне неверной саму постановку вопроса о банкротстве государства. Российское государство — не банкрот, мы в состоянии расплатиться по сделанным долгам. Однако надо трезво осознавать, что мы должны жить по средствам, не давать невыполнимых обязательств, иначе мы рискуем уже завтра втянуться в новый виток инфляции и "гашения" социальных конфликтов.

Говорю об этом прежде всего в связи с продолжающейся забастовочной кампанией в ряде регионов России. Набор требований, выдвигаемых забастовщиками, практически одинаков. Это погашение бюджетной задолженности за прошлый год, начало этого года и выплата заработной платы, которую на некоторых предприятиях (сейчас только ко мне обращались) уже не получают несколько месяцев. Конечно, это недопустимо.

Не буду сейчас касаться требований, носящих политический характер, которыми иногда сопровождаются законные претензии трудящихся. Это особый разговор, тем более что там нередко отражаются самые противоречивые интересы. Скажу о том, что действительно может и что не может сделать Правительство. Бюджетная задолженность угольщикам, селу, военно-промышленному комплексу и по ряду других статей ликвидируется Правительством. Это предусмотрено в проекте федерального бюджета. Делать это будем по мере реального поступления средств в бюджет, иначе деньги из воздуха породят только воздух в небывалом количестве. Однако проблема задержки с выплатой заработной платы во многом внебюджетная. В большинстве случаев люди страдают из-за общей ситуации с взаимными неплатежами между предприятиями и отраслями. Идем здесь на оперативные меры, которые до упорядочения всей системы расчетов в народном хозяйстве позволят снять остроту проблемы. По ряду отраслей, в том числе и материальному производству, и по всем бюджетным организациям принято решение направлять в обязательном порядке до 50 процентов поступающих на счета денежных средств на выплату заработной платы и только из 50 процентов начислять налоги.

Хотел бы еще раз высказать свою позицию. Трудности у нас огромные, но решить их путем забастовок — это же опасное заблуждение, это не улучшит, а ухудшит и наше положение, да и тех, кто занимается этими делами.

Надеюсь на понимание этой проблемы со стороны Совета Федерации.

Уважаемые члены палаты!

Наряду с финансовыми факторами в проблеме неплатежей важнейшую роль играют структурные особенности российской экономики. Платежный кризис — это и расплата за неэффективную структуру народного хозяйства. Поэтому истинное решение проблемы требует подстраховки усилий по финансовой стабилизации активной структурной политикой и институциональными преобразованиями в самых бюджетоемких секторах народного хозяйства. Именно об этом состоялся подробный разговор на последнем заседании Правительства. В постановлении, принятом по его итогам, предусмотрен ряд конкретных мер. Они касаются прежде всего отладки механизмов государственной селективной структурной политики, определения единого порядка предоставления государственной поддержки и контроля за использованием прежде всего государственных средств. Федеральные целевые программы уже пересмотрены. Из 86 ранее почти уже утвержденных и из 200 представленных мы на этот год оставили только 40. Значительная их часть прямо нацелена на то, чтобы остановить технологический откат российской промышленности.

При этом размещение централизованных инвестиционных ресурсов будем осуществлять на конкурсной основе. Всего на этот год объем государственных капитальных вложений составит 21 трлн. рублей.

Мы создаем Совет по структурной и инвестиционной политике при Правительстве России, где совместно с частным бизнесом, банками будем определять приоритетные проекты для смешанного государственно-частного финансирования. Отрабатываем детальное соглашение Правительства с инвестиционным финансовым консорциумом о выпуске его участниками краткосрочных и среднесрочных ценных бумаг, обеспеченных ими и гарантированных государством. Средства, полученные от эмиссии, пойдут на финансирование инвестиционных проектов, в том числе и в виде инвестиционных кредитов предприятиям.

Главная задача этих инвестиций — ориентация для частного бизнеса, притягивание частных и иностранных капиталовложений в точки роста российской экономики. Все это опять-таки напрямую связано с решением проблемы неплатежей, ибо речь идет о механизмах стимулирования деловой активности, основанных на компромиссе между частным и государственным интересами. Речь идет о проектах, надежно обеспеченных финансовыми ресурсами.

В заключение хотел бы еще раз вернуться к теме социально-экономической ситуации в России. Положение в экономике действительно тревожное, о чем я уже и говорил вначале, однако в целом ситуация находится под контролем и Президента, и Правительства, думаю, что и законодательной власти. Правительство предложило конкретную программу действий, которую будем настойчиво проводить в жизнь. Поэтому нет оснований ставить вопрос о каких-то чрезвычайных мерах, о введении чрезвычайного положения в любых его вариантах или вариациях. Это на сегодняшний день был бы наикратчайший путь выхолащивания сути реформы и в конечном итоге ее свертывания, не говоря уже о политических последствиях такого решения.

В то же время у нас у всех ощущение, что мы подходим к весьма важному рубежу в развитии реформы. Чтобы выбраться из "стагфляционной ловушки", нужны нестандартные решения, а не просто надоедливое повторение набивших оскомину рецептов. По всей видимости, ситуация действительно напоминает лето 1992 года. Но если мы в очередной раз, как говорится, наступим на грабли взаимозачетов и эмиссии, последствия будут куда более разрушительными для экономики России.

Мы в состоянии решить проблему иначе, тем более что политическая атмосфера в обществе меняется к лучшему, и существенно. Этот эффект зарождающегося согласия необходимо нам всем сегодня наращивать. Я за гражданское согласие, за конструктивную работу с Федеральным Собранием. Сегодняшний день — по сути, начало такой работы. Я надеюсь, что это сотрудничество будет иметь самое доброе продолжение.

Спасибо вам. (Аплодисменты.)

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Как мы будем вопросы задавать — от микрофонов или с места?

У меня есть в папке ваши письменные вопросы.

Председательствующий. Дело в том, что я опросил председателей комитетов и вместе с их вопросами направил письмо премьеру, в котором просил на эти вопросы дать письменные ответы. А сейчас давайте предоставим коллегам возможность задать вопросы по неплатежам: у нас времени не так много. Виктор Степанович согласился дать на все письменные вопросы письменные ответы. И это хорошо: они будут проработаны.

Давайте тогда "пройдемся" от микрофонов. Первый микрофон, пожалуйста.

Депутат (не представился). Уважаемые коллеги! Вчера мы говорили о том, что у нас по выступлению Виктора Степановича будут письменные ответы на письменные вопросы, но самое главное — нам удастся обсудить выступление Виктора Степановича Черномырдина. Я так понял, Владимир Филиппович, что будет произведена запись для выступлений в прениях?

Я предлагаю так: сформулируйте вопросы. Могу еще раз приехать, встретиться с вами, или вы к нам приедете. Здесь, по сути дела, присутствуют почти все министры. Надо — и остальных соберем, возможен и этот вариант. А сейчас, может быть, я вас послушаю?

Из зала. Правильно!

А вопросы зададите в следующий раз или как вы сами решите.

Председательствующий. Виктор Степанович, присаживайтесь тогда с нами здесь, в президиуме, чтобы мы были рядом.

С. Спасибо за доверие. (Оживление в зале.)

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Прошу всех присесть и провести электронную запись для выступлений. В процессе выступлений и зададите вопросы: каждый так построит выступление, что сможет задать вопрос. Запишитесь, и все будет нормально. Включена запись.

Первым выступает депутат Цветков. Каждое выступление — до пяти минут. Регламент мы не меняли.

Виктор Степанович, мы слушали Вас, недавно слушали Шохина — никто не знает простых путей выхода из кризиса, то есть как войти — знали, а как выйти — не знают.

Говорят, нет простых решений — вот такой очередной тезис. Так вот, есть простые решения и есть пути выхода. Вот как нечистые духи вылетают в это окно, так тем же путем вылетают и легенды. Предлагают ужесточить налоговую политику. Так чего же ужесточать-то, когда Россия превращена в кладбище заводов и агропредприятий? С кого брать-то? Заводы стоят. Они же не работают и не платят налоги. Гениальному экономисту Егору Гайдару, когда он был в Новгороде в конце 1992 года, экономисты областной ассоциации товаропроизводителей (я избран председателем ее совета) предложили расчеты: давайте введем такую систему налогообложения, такую систему оперативного цикла или оборачиваемости оборотных средств, говоря языком экономики социализма, какая была хотя бы при Рыжкове, ведь мы произведем и товаров почти на 70 процентов больше в Новгородской ассоциации товаропроизводителей (я говорю как председатель ее совета), и налогов больше заплатим. Зачем же давить на последние предприятия еще больше налогами-то? Егор Тимурович внимательно изучал эти цифры, но не смог найти ни одного возражения.

И еще. У нас сейчас оперативный цикл или оборачиваемость средств, примерно в три раза снизилась, то есть искусственно "растягивается" кредитная масса, под 220—240 процентов годовых мы берем кредиты. Тут исполняющий обязанности министра финансов Дубинин толковал, что, дескать, за год эмиссия — 900 процентов, а как же вам давать под меньший процент? Так ведь деньги-то оборачиваются многократно в течение года, и это просто для неосведомленных людей была ламентация вновь назначенного исполняющего обязанности министра финансов.

Кстати, очень интересна "притча" Гайдара о 24 млрд. долларов кредита, он говорил, что если мы не будем вести себя так, как он велит, кредитов нам не дадут.

Давайте эти 24 миллиарда разделим на 43 с лишком миллиона работающих в России и платящих налоги как коллективные — через предприятия, так и личные — на землю и так далее. Разных налогов и поборов сейчас 44 вида. Получится 558 долларов на одного. Я — директор предприятия со смешанной собственностью. Я и частный собственник, у меня есть акции. В год наш работник по официальному курсу платит более 1200 млн. долларов. Об этом и речи быть не может. Эти деньги и брать не надо, ведь их с процентами надо возвращать.

Говорят, нет простых выходов, никто не знает простых решений. Мы же, предприниматели, знаем их, а вы нас слушайте.

Председательствующий. Слово предоставляется депутату Сурикову.

Пока депутат Суриков будет идти, я хочу сказать вот что: вы от меня не слышали никаких цифр — ни 24, ни 48. Я никогда не говорил, что нам кто-то "подаст". И вообще я такого слова не употреблял. Это кто-то где-то сказал... Да, было такое на заре развала.

Председательствующий. Пожалуйста, третий микрофон.

Виктор Степанович, мы все-таки просили бы рассмотреть вопрос о погашении всей государственной задолженности по всему комплексу. По сообщению Минэкономики России она составляет 8,5 трлн. рублей.

7,5 триллиона.

Вы назвали цифру пока 4,6 — по бартеру.

Остальные средства поступят месяцами, так что мы во втором квартале отчитаемся полностью.

Деньги дешевеют, и предприятия быстрее становятся банкротами. И уже есть вопрос. Мы все-таки хотели просить Правительство, чтобы оно приблизилось к системе проведения межведомственного зачета хотя бы по предприятиям, сохранившим государственный статус. То, что есть и вина государства, что мы попали в эту неприятность — большая проблема. Мы бы хотели, чтобы Правительство приблизилось к решению хотя бы в учете возможности регулирования цен и через систему соглашений между производителями, профсоюзами и государством. Многие гибнут как раз из-за этой позиции в нижнем ценообразовании на базовые ресурсы. Хочется, чтобы одной из мер было прекращение создания разных государственных структур (мы их ужас сколько насоздавали!) и начало ликвидации их, особенно в области финансов.

Есть финансовые управления, казначейство, налоговые инспекции, налоговая полиция, различные пенсионные фонды, которые тоже взимают налоги. По Алтайскому краю за прошлый год расходы на содержание этих органов выросли в шесть раз по сравнению с 1990 годом. Сумасшедшая цифра! Это же колоссальный резерв! Мы заплатили за это дело 50 миллиардов, и вся медицина нам 50 миллиардов стоила. И хотелось бы все-таки, чтобы уважаемый Центральный банк разобрался теперь и с внутренним долгом. Мы же не индексируем вклады. Нулевое, не нулевое, есть резервы, нет их, чтобы помочь экономике...

Можно поработать... У нас есть соответствующий комитет в Совете Федерации, есть комитет в Правительстве. Надо сесть вместе и "прощупать" все эти вопросы, возможности, резервы для внутренней экономики.

Председательствующий. Слово предоставляется депутату Филипенко.

, Ханты-Мансийский автономный округ.

Виктор Степанович, я не хотел бы описывать всю ситуацию. Вы знаете, что такое Ханты-Мансийский автономный округ, его база — нефть. Дело в том, что кризис неплатежей особенно остро сказывается как раз на сырьевых отраслях и на сырьевых территориях. Мы стоим у начала технологической цепи, по сути не имеем дела с живыми деньгами. И у нас товар весьма специфический, сырую нефть трудно назвать товаром. В связи с этим и предприятия имеют огромную дебиторскую задолженность — уже 3,5 млрд. рублей, до триллиона рублей сегодня, и бюджет формируется на 10—15 процентов от нормы. Отсюда все сложности в здравоохранении, в народном образовании и так далее.

Я взял слово, чтобы сказать о том, о чем мы уже неоднократно информировали и вносили какие-то предложения. Должен просто проинформировать о том, что в течение четырех месяцев проблемы по нашим обращениям и по множеству Ваших поручений реального разрешения не получили. И каких-то тенденций положительных нет. Более того, ситуация ухудшается.

Несколько предложений я мог бы внести в этой ситуации.

Первое. Безусловно, надо всем, учитывая специфику базовых отраслей, ускорить внедрение безакцептных платежей поставщикам энергоносителей. Иначе мы всегда будем сидеть без денег, а катастрофа базовых отраслей очень близка. Когда страна останется без энергии, без топлива, это будет действительно катастрофа.

Второе. Мы поддерживаем те предложения, которые уже прозвучали, только надо их реализовать. Это целевое погашение тех долгов, которое заложено в федеральном бюджете для аграриев, для оборонных отраслей и так далее. Но надо сформировать механизм, чтобы эти деньги дошли до нефтяников, да и до других базовых отраслей. Они не доходят туда, к сожалению, потому что даже то финансирование, которое начато, по информации Минфина России, мы не ощутили. Ситуация все хуже, а должны быть хотя бы небольшие, но позитивные сдвиги в самой ситуации.

То же самое надо сделать и с целевыми кредитами, которые выдаются предприятиям — потребителям нефтегазового комплекса.

И еще одно — я об этом уже неоднократно просил: надо каким-то образом очень оперативные меры принять по поддержке нашего бюджета. Дело в том, что он всегда был достаточен, у нас была бюджетообеспеченная территория, поэтому наши просьбы никто всерьез не воспринимает, в то время, как он гипотетический, этот бюджет, а фактически денег совершенно нет. А жить надо. Я не хочу объяснять, что каждый день люди едят и лечатся и так далее.

Какие меры перспективного характера? Для экономии времени я просто несколько предложений выскажу.

Да, действительно, надо срочно упрощать систему налогов. Это особенно важно для нас, для добытчиков. И Вы об этом знаете. Сегодня особенно, когда мы начали сотрудничать с иностранными компаниями. Я думаю, для добывающих предприятий, может быть, в качестве эксперимента, на первых порах надо ускорить принятие нормативных документов, например по принципу раздела продукции, так называемый "продакшн шеринг". Это простая, нормальная система, по которой работает весь мир.

Надо внимательно посмотреть на организационно-финансовые принципы созданных акционерных крупных компаний типа "Сургутнефтегаз" и так далее, потому что того технологического цикла и той финансовой взаимосвязи, которые планировались, на мой взгляд, не получается. И вот эта цепочка, от скважины до заправки, не дает пока реальной отдачи, потому что и внутри неплатежи, и цены формируются совершенно, так скажем, независимо от того, что эти компании получили новое качество. А ситуация, по сути, не изменилась. Поэтому надо идти вглубь и уяснять, почему не работает нормальная, на мой взгляд, идея, которая была заложена.

Не могу не сказать буквально два слова на очень острую тему, где мы, сырьевики, почти всегда в одиночестве. Это тема, связанная с так называемым ограничением роста цен на энергоносители. Все мы за то, чтобы эти цены не росли, тем более чтобы не росли, так скажем, хаотически. Но мне кажется, что государственное регулирование цен на энергоносители не может носить административного характера. Это должен быть экономический механизм, поскольку если мы структуру этой цены рассмотрим, то обнаружим, что все-таки эту цену и рост цен стимулирует сегодня государство, и прежде всего Минфин России закладывает туда огромное количество акцизов, налогов и других общегосударственных сборов.

Председательствующий. Извините, Александр Васильевич, 30 секунд осталось.

Я уже закончил.

Председательствующий. Депутат . Вы хотите от микрофона? Четвертый микрофон включите, пожалуйста.

Несколько проблем и среди них основная. Я тоже представитель Крайнего Севера, Эвенкийского автономного округа. Виктор Степанович, если Вы помните, я уже с Вами говорил о голодовке женщин. Там и сумма-то небольшая — 3,9 млрд. рублей. С июля прошлого года зарплату не получают. Я прошу — помогите, только чтобы целевым назначением перечислили.

Вторая проблема — геологическая отрасль финансируется очень плохо. Надо как-то на нее внимание обратить. Я помню 18 сентября, когда Вы встречались с депутатами прежнего созыва на Старой площади, я тоже по этому же вопросу выступал и просил Вас поддержать геологическую отрасль. Вы тогда дали поручение Борису Григорьевичу Федорову поддержать геологическую отрасль, потому что это — стратегическая отрасль, это — наше будущее, наше завтра, особенно нефтяная геология. Но, к сожалению, никакой поддержки не только не было, но дела даже ухудшились. Все-таки на это надо очень серьезное внимание обратить. В Эвенкии находится одно из крупнейших нефтяных месторождений
— Еручунское, запас — 1,2 млрд. тонн нефти (только извлекаемый запас). Это будущая нефтяная база России начала третьего тысячелетия. Но мы абсолютно никакого внимания на нее не обращаем.

Я могу сказать, что где-то в недрах аппарата, в том числе Аппарата Правительства, "гуляет" проект постановления о создании нефтяной компании, которая занималась бы этим месторождением, "гуляет" уже месяцев шесть. Проект готов давным-давно, но просто "застрял" в недрах Вашего аппарата. А число голодовок в тысячу раз увеличилось. Ведь было же, наверное, 20 или 30 Ваших поручений, и Президент давал поручение, Олег Николаевич Сосковец лично тоже давал поручение по этому вопросу. Ну почему они не выполняются? Почему в аппарате плохо работают? Словно где-то, на каком-то уровне — тормоз, и все.

Следующая проблема, Виктор Степанович, тоже очень серьезная. Я на прошлом заседании Совета Федерации поднимал этот вопрос, но, к сожалению, он не нашел поддержки у многих — не знаю почему. Видимо, считают, что это не основная проблема — завоз грузов на Север. Если для селян на сегодняшний день жатва — это все, на нее каким-то образом средства находятся, то для нас на сегодняшний день завоз грузов на Север — это и "жатва", и "посевная". В частности, для моего родного Эвенкийского автономного округа в течение 20 дней по двум рекам — Нижняя и Подкаменная Тунгуска — нужно завезти около 300 тыс. тонн грузов. Но ведь их еще накопить нужно, а у нас на сегодняшний день абсолютно ничего нет. Я понимаю, что сейчас рассматривается проблема неплатежей... (Шум в зале.)

Председательствующий. Он говорит три минуты, еще две осталось. (Шум в зале.)

Но это тоже больные проблемы. (Шум в зале.) Ну, это тоже проблемы платежей. Вы поймите... Неплатежи... Почему мы ничего не можем сделать? Потому, что неплатежи сплошные. Допустим, до сих пор не рассчитана 50-процентная разница за льготные кредиты, которые мы взяли. Вот вам и проблема неплатежей. Как раз это по теме. (Шум в зале.) Почему не по теме? Все по теме. Мы все на сегодняшний день с кредитами не можем рассчитаться. Очень тяжелое положение на Севере. Я не знаю, как будем завозить. Я четвертый раз сюда приезжаю, вот сейчас домой поеду, меня спросят: как мы будем завозить, ведь осталось полтора месяца? А я ничего на это ответить не могу. Это самая страшная на сегодняшний день проблема для северян... Говорите, что не по теме. По теме.

И, наверное, последнее, раз торопят... Это, Виктор Степанович, закон о гарантиях и компенсациях для северян. Закон выполняется очень и очень слабо, прежде всего из-за недостатка финансирования. Я понимаю, и все мы понимаем, что бюджет не резиновый, средств взять неоткуда. Но Вы тоже поймите нас: сегодня на Севере жить невозможно, люди оттуда выехать не могут, контейнер не могут взять. На это тоже нужно обратить внимание. В проекте бюджета (я не знаю — правда или неправда), по крайней мере наш комитет по бюджету ни копейки на эти цели не предусмотрел.