Чтения памяти профессора Евгения Петровича Сычевского (стр. 3 )

 

, БГПУ

БОРЬБА С ТОРГОВЛЕЙ НАРКОТИКАМИ В КОЛУМБИИ:

ТРИ ВАРИАНТА РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ

Проблема производства, распространения и потребления наркотиков была одной из острейших проблем XX в. и таковой она, судя по всему, останется и в веке XXI. В числе главных стран - производителей наркотиков находится Колумбия. СМИ, как зарубежные, так и наши, сформировали устойчивый образ Колумбии как страны, полностью находящейся под контролем наркомафии, где производство и торговля наркотиками носит массовый характер, где эта сфера деятельности определяет почти все важнейшие события в общественной и политической жизни страны.

Вполне понятно, что общественность Колумбии, политические партии и организации, государственные органы также озабочены этой проблемой и пытаются предложить свои варианты её решения. Ознакомить с тремя точками зрения по этому поводу и является целью данной статьи.

Это тем более имеет и смысл и актуальность, потому что, как известно, в настоящее время на планете возникают всё новые центры массового производства наркотиков (например Афганистан). Кроме того, я буду очень рад, если меня обвинят в преувеличении, но в последнее время Амурская область тоже постепенно выдвигается на первое место, по крайней мере, в региональном масштабе, по выращиванию конопли. Кстати, в прошлогодних милицейских сводках речь идёт уже о настоящих плантациях. В связи с этим меры, предлагаемые и реализуемые в Колумбии, представляют определённый интерес.

Итак, прежде всего, о том, как предполагает бороться с незаконными посевами коки колумбийское правительство. В прошлом году правительство президента Андреса Пастраны одобрило предложенный США, так называемый, «План Колумбия». Фактически, этот План уже реализуется в южных районах Колумбии, и есть первые «позитивные» результаты. Американская помощь составляет 1 млрд. 600 млн. дол. Она распределяется следующим образом:

·  600 млн. долл. направляется на обеспечение функционирования трех новых батальонов по борьбе с наркотиками;

·  326 млн. долл. - на закупку военной техники, прежде всего, боевых вертолётов и средств электронной разведки;

·  96 млн. долл. - на обеспечение деятельности полиции;

·  341 млн. долл. - на обеспечение спецслужб, флота и ВВС;

·  145 млн. долл. - на реализацию плана альтернативного развития, который должен ликвидировать в Колумбии проблему голода;

·  92 млн. долл. - на усиление демократических институтов страны.

Даже из этого простого перечня цифр становится ясно, что подлинной целью «Плана Колумбии» является ликвидация партизанского движения в Колумбии, которое имеет прочную основу и уходит своими корнями в конец 40-х гг. XX в. Одновременно это означает, что колумбийские власти, вслед за правительством США, исходят из тезиса о том, что главным источником финансирования деятельности партизанских организаций страны являются доходы от реализации сырья для производства наркотиков и что, следовательно, борьба против незаконных посевов наркосодержащих культур позволит решить сразу две проблемы: торговля наркотиками и партизаны.

Это идея активно тиражируется в СМИ, в том числе и наших, но при этом не обращается внимание на один любопытный момент: данная позиция почти полностью совпадает с мнением колумбийских ультраправых, колумбийских «эскадронов смерти», от которых всячески открещивается и правительство Колумбии, и правительство США

Формально, само название - «эскадроны смерти» - в Колумбии никогда не использовалось и не используется сейчас. В Колумбии их именуют либо «полувоенными формированиями», либо как они сами называют себя, «Подразделения Самообороны Колумбии». Они стараются предстать перед национальной и международной общественностью в образе праворадикального партизанского движения, возникшего в ответ на насилие левых партизанских группировок по отношению к представителям среднего класса. Возглавляет их Карлос Кастаньо Хиль, выходец из семьи антиокийских латифундистов, с 80-х гг. ведущий активную вооружённую борьбу против партизан. Как и любое политическое движение в Колумбии, ПСК не могли просто обойти молчанием проблему борьбы с торговлей наркотиками и её причины. Как видят её ПСК?

В Открытом письме послам и консулам иностранных держав Карлос Кастаньо с ходу отвергает всякие долговременные социальные программы, предлагаемые партизанами, которые хоть в какой-то степени могут затронуть существующие в стране социально-экономические условия. «Прежде всего, необходимо исходить из того основополагающего и абсолютно достоверного факта, что происхождение проблемы незаконного выращивания наркосодержащих культур, вне всякого сомнения, связано с пребыванием до этого в данных регионах партизан, в результате чего сегодня эти районы представляют собой обширные плантации коки и мака». Таким образом, для руководителя ультраправых данный факт является настолько очевидным, что он не требует никаких доказательств. И именно поэтому ультраправые крайне негативно оценивают любую иностранную помощь Колумбии, кроме военной. Именно поэтому Карлос Кастаньо с большим энтузиазмом приветствует «План Колумбия».

Но какова же позитивная программа ПСК? Фактически, она сводится к уничтожению того населения, которое сейчас проживает на территориях, контролируемых партизанами, ибо оно, по мнению ПСК, окончательно утратило навыки общественно полезного и честного труда и даже «самоидентичность», а потому уже не подлежит перевоспитанию.

Более того, для всего крестьянства юга Колумбии ультраправые предлагают вновь возродить в стране практику концлагерей, которые уже существовали в конце 50-х гг., в эпоху диктатуры генерала Рохаса Пинильи. «Искоренение и перемещение» - вот основная идея ПСК.

Справедливости ради отметим, что предложения ПСК появились уже после того, как свой план решения проблемы незаконного выращивания наркосодержащих культур был объявлен крупнейшей и старейшей партизанской организацией Колумбии - Революционными Вооружёнными Силами Колумбии - Армией Народа (РВСК-АН).

Прежде всего, РВСК-АН считают, что сама проблема наркомании является закономерным порождением капиталистического общества, свойственного ему товарного фетишизма, кризиса его духовных ценностей. Особо подчёркивается, что это проблема богатых стран, что в самой Колумбии количество наркоманов, по сравнению с развитыми странами Запада, ничтожно мало, а если они и есть, то это, опять-таки, по преимуществу представители правящего класса. РВСК-АН приводят факты тесного альянса правительства, наркомафии, армии и ультраправых, которые стремятся использовать все допустимые и недопустимые средства для подавления широкого общественного протеста против засилья коррумпированной и мафиозной олигархии в стране. А для того, чтобы сохранить перед лицом мировой общественности образ одной из старейших демократий в Латинской Америки, правительство имитирует борьбу с наркомафией, на деньги которой оно проводятся избирательные кампании и выигрывается выборы, чему есть масса подтверждений.

Однако РВСК-АН занимается не только обличениями.10 марта 1999 г. ими был обнародован «5-летний план РВСК-АН по замещению нелегально выращиваемой коки в муниципалитете Картахена дель Чайра (департамент Какета, Колумбия)». Это один из 5 муниципалитетов, где правительство официально передало власть партизанам. Он занимает площадь в 1 га и имеет население вчеловек. План замещения нелегально выращиваемых наркосодержащих культур охватывает площадь примерно в 8 765 га.

Главная задача, как она определяется в Плане, - «сделать процесс замещения нелегально выращиваемых наркосодержащих культур экономически выгодным, улучшить условия жизни населения муниципалитета и тем самым показать всей Колумбии и международному сообществу, что капиталовложения именно в социальную сферу являются эффективным решением проблемы торговли наркотиками, причём без насилия и репрессий над народом». План предполагает создание механизмов директивного управления муниципалитетом и механизмов прямого участия местных жителей в реализации указанной программы.

С экономической точки зрения, главный упор делается на альтернативное развитие сельского хозяйства и потому первоначально должно состояться комплексное обследование региона для определения оптимальных новых культур для выращивания. В Плане точно оговаривается, какие именно нужны специалисты и каково должно быть их количество. Второй по важности проблемой является создание инфраструктуры, прежде всего, сети шоссейных дорог, которые позволили бы упростить доставку сельхозпродукции на рынки страны, для чего уже сейчас партизаны РВСК-АН, не дожидаясь окончания переговоров с правительством, приступили к такому строительству. Для создания материальной заинтересованности среди крестьян партизаны предлагают правительству привести оплату крестьянского труда в соответствие не с рыночными ценами на коку, а с реальным прожиточным минимумом в стране, выделить средства на строительство больниц, школ, развитие экологического туризма (все перечисленные пункты содержат совершенно конкретные расчёты и указание конкретных мест приложения капиталов).

В случае привлечения средств иностранных инвесторов, РВСК-АН готовы создать все условия для многостороннего национального и международного контроля, разумеется, на равноправной основе и без диктата со стороны какой-либо одной стороны или организации при решающем слове жителей муниципалитета. Партизаны гарантируют обеспечить борьбу с коррупцией на местном уровне, причём не столько с помощью каких-либо репрессивных мер, сколько посредством процедуры смещения любого должностного лица любого уровня через собрания избирателей.

Общественный порядок и безопасность местного населения будет осуществлять гражданская полиция, сформированная во всех муниципалитетах и в муниципалитете Картахена дель Чайра на гласной основе, и 14 Фронт РВСК-АН, который базируется в этом регионе.

В итоговых параграфах данного документа подчёркивается, что по своим финансовым затратам 5-летний план намного дешевле и эффективней, чем предложенный США «План Колумбия», который является ничем иным, как планом финансирования войны.

Но судя по последним событиям, имевшим место на юге Колумбии, правительство президента Пастраны без широкого оповещения общественности приступило к реализации именно американского плана, а это значит, что ещё одна возможность достижения мира Колумбии может быть упущена.

 

, БГПУ

К ВОПРОСУ ОБ ИСТОКАХ ЕВРОПЕЙСКОЙ РЕФОРМАЦИИ И ПРОТЕСТАНТИЗМА XVI В.

Возрождение и Реформация – особые эпохи в истории стран Западной Европы периода позднего средневековья, различные аспекты проблемы которых давно и активно исследуются как в зарубежных, так и отечественных гуманитарных дисциплинах.

В отличие от возрожденческого гуманизма, идеологии Ренессанса, явившегося философским осмыслением бытия и имевшего сравнительно узкую социальную базу, идеология Реформации – протестантизм, приобрела характер массового сознания, во многом ориентируясь на повседневную жизнь человека. Содержание понятия «Реформация» изменялось на протяжении XV – XX вв. в диапазоне менее узкого или более широкого его истолкования.

·  В XV в. данный термин имел широкое звучание. Его использовали применительно к различным проектам политических, государственных, общественных, культурных преобразований, в том числе и церковной сферы.

·  В XVI – XVII вв., когда в интеллектуальной среде интенсивно шли богословско-догматические споры, смысл понятия «Реформация» сузился. Термином «реформация» теперь стали обозначать преимущественно церковные преобразования, совершавшиеся в то время. Реформацией называют и сам этот период (1517 – 1648). Церковно-религиозный аспект превалировал и в историографии европейского реформационного движения.

·  В XIX в. немецкие ученые расширили аспекты и проблематику данной темы. В научной литературе Реформация стала рассматриваться и как политическое (Л. фон Ранке. Немецкая история в эпоху Реформации, ), и историко-культурное, наравне с гуманизмом (Гаген. Литературные и религиозные отношения Германии в эпоху Реформации. ), и социальное (В. Циммерман. История крестьянской войны в Германии, 1840) событие германской истории, имевшее общеевропейское значение.

·  В настоящее время понятие «Реформация», как правило, интерпретируется в двух значениях. В широком – как идеологическое и социально-политическое движение XVI-XVII вв., охватившее большинство стран Западной и Центральной Европы, направленное не только против католической церкви, но и на преобразование всех сторон жизни средневекового общества. И в узком – как пересмотр основных догматов, принципов организации, культа и обрядности католической церкви, который привел в XVI в. к появлению нового направления в христианстве – протестантизма. Реформация, начавшаяся в Германии, стала не только фактом немецкой истории, но и важнейшим общеевропейским событием XVI – пер. пол. XVII вв.

Предпосылки и факторы Реформации сложны, многогранны, взаимосвязаны и взаимообусловлены. Они имеют длительную предысторию и могут быть рассмотрены в различных ракурсах или с различных точек зрения. Изучение проблемы в комплексе предполагает вычленение тех компонентов, которые в свою очередь обусловлены, с одной стороны, спецификой католицизма как христианского вероисповедания и особым положением католической церкви в структуре западноевропейского средневекового общества. С другой, той хозяйственной и социально-политической ситуацией, складывавшейся в Европе к XVI в. (генеральная линия которой – начавшийся системный кризис феодализма и процесс первоначального накопления капитала) и предопределившей поиски новых ориентиров и жизненных ценностей, нашедших своё выражение в возрожденческом гуманизме и протестантизме. Таким образом, к узловым вопросам заявленной темы можно отнести:

1)  рассмотрение одной из основных тенденций эпохи – от универсализма к индивидуализму и национально-политическому разъединению;

2)  проблему человека в католической антропологии и поиски новых путей спасения, «очеловечение» жизни и истории;

3)  проблему «порчи церкви» в буквальном и метафорическом смысле. Буквально – это упадок нравов и невежество духовенства, противостояние низшего духовенства и прелатов церкви, особо проявившиеся в период Авиньонского пленения пап и Великой схизмы. Оппозиция такой «порче» вызрела в самой церкви и вылилась в соборное движение первой половины XV в. (церковные соборы в Пизе 1409 г., в Констанце гг. и Базеле гг.). Метафорический смысл этой фразы более широкий. Он предполагает необходимость исследования той потребности времени, которую можно охарактеризовать как признание приоритета и утверждение светских начал в жизни общества и государства. Распространению антиклерикальных настроений в Европе XIV-XV вв. способствовали труды Марсилия Падуанского (ок.1280-ок.1343), французских легистов, богословов-номиналистов, францисканцев и гуманистов.

4)  историю формирования и идеи книг новозаветного канона, поскольку идеологи Реформации, отрицая конституциональную набожность католицизма, ставили целью возрождение традиций раннего христианства и возврат к новозаветному учению.

Именно этот историко-религиозный аспект предпосылок Реформации, то есть характеристика канона Нового Завета (процесс его складывания и состояние в средние века), а также желание и возможности для реформаторов XVI в. найти «истинное» христианское учение и новые пути спасения душ, составляют содержание данного выступления.

Процесс формирования канона новозаветных книг как историческое явление отразил несколько направлений в становлении и развитии раннего христианства. В истории церкви – этапы её эволюции от церкви пророческой и апостольской (профетической) до 180 г. к церкви епископальной, а также пестроту её жизни. В истории богословия – складывание устойчивых взглядов по той или иной проблеме учения, на основе которых вырабатывалась христианская ортодоксия. Свидетельствами протяженности этого процесса являются и составленные христианскими писателями, и принимаемые церковными соборами на Западе и Востоке списки канона авторитетных книг. Они демонстрируют неустойчивость канона и отсутствие стандарта новозаветных писаний, которые разнятся количеством текстов (принятием или исключением отдельных книг) и последовательностью их расположения. Среди списков перечислим некоторые.

На Востоке

1.  Канон Муратори (греческий оригинал относится ко II в. по Р. Х.)

2.  Классификация новозаветных книг Евсевия Памфила в его «Церковной истории» (5-е прижизненное издание 20-е гг. IV в.)

3.  Синайский кодекс Библии (пер. пол. IVв.)

4.  Огласительные поучения Кирилла Иерусалимского (ок. 350 г.)

5.  Канон, принятый на Лаодикийском соборе (ок. 363 г.)

6.  (367 г.)

7.  Канон Григория Богослова (329-389 гг.)

8.  85-е правило т. н. апостольских постановлений (380 г.)

9.  Первое постановление Трулльского или Пятишестого собора (691-692 гг.)

На Западе

1.  Канон, включенный в Кларомонтанский кодекс (видимо, 300 г.)

2.  Челтнэмский канон (ок. 360 г.)

3.  Канон Иринея Лионского (ум. ок.202 г.)

4.  Канон Тертуллиана Карфагенского (ум. ок.220 г.)

5.  Канон Иеронима Стридонского (346/50-420)

6.  Канон Августина Аврелия («О христианском учении», 396-426 гг.)

7.  Канон, принятый на соборе в Гиппоне (393 г.)

8.  Каноны, принятые на соборах в Карфагене (в 397 г. и 419 г.)

Критерии, которыми руководствовались отцы и писатели древней церкви, определяя статус книги и причисляя её к разряду священного писания, чаще всего были следующие:

·  соответствие «правилу веры» или «истине веры»; то есть содержание книги не должно было противоречить существу христианского учения и традициям;

·  реальное или предполагаемое апостольское происхождение книги;

·  «согласие церкви», то есть широкое признание книги в церквах.

Уже к началу III в. в качестве авторитетных книг были названы 4 Евангелия (Матфея, Марка, Луки и Иоанна), 13 посланий Павла, из соборных посланий – 1-е Петра и 1-е Иоанна, кроме того, Апокалипсис Иоанна и Деяния апостольские. К спорным писаниям относили – Павлово послание к Евреям, из соборных – послание Иуды, 2-е и 3-е Иоанна, 2-е Петра и послание Иакова. В тесной связи с каноном находился Апокалипсис Петра, Пастырь Ерма, Дидахе, 1-е послание Климента и послание Варнавы. Что примечательно, христианские авторы, как правило, не называли одну форму текста книг канонической, а другую – неканонической. Для их стиля определений характерны размышления о том, какую из книг и почему следует предпочесть. Поэтому они пишут о книгах «первостепенных и второстепенных», как Кирилл Иерусалимский, о книгах «подлинных», как Григорий Назианзин. Или делают заключение следующего содержания: «только в этих книгах возвещено благочестивое учение» (канон Афанасия).

Как видно, в древней церкви в связи с факторами исторического и богословского характера сохранились различные точки зрения по проблеме каноничности. В связи с чем консервации текстов канонических книг не произошло. По сути, границы новозаветного канона оказались неопределенными. Неопределенность эта сохранялась на всем протяжении средневековья. Какие же последствия она порождала?

Во-первых. Менялся статус отдельных книг канона и даже включались новые писания. Так на Востоке не принимали Апокалипсис Иоанна, а на Западе вспыхивали споры о посланиях Павла. В частности о 15-м – послании Павла к Лаодикийцам, которое было включено во все долютеровские издания Библии в Германии и в чешскую (богемскую) Библию. Дискутировался также вопрос об авторстве послания к Евреям. Кардинальному пересмотру подвергли Новый Завет гуманисты и протестанты.

Во-вторых, рукописи, а потом и печатные издания новозаветных книг имели текстуальные расхождения. Специалисты выделяют несколько характерных типов текста – византийский или греческий, александрийский (Египет и Восток) и западный. Отличаясь друг от друга в незначительных деталях, как в греческой церкви, где в начале X в. было не менее шести разных списков канонических книг, или существенно, как в западном тексте, все они имели хождение и считались одинаково авторитетными. Факт известный, что латинский текст книги Деяний почти на 8,5% длиннее того, который обычно считается канонической формой. Известно также, что «длинное окончание» Евангелия от Марка [16, 9-20] отсутствует в древнейших греческих, латинских, сирийских, коптских и армянских рукописях. В других эти стихи помечены специальными символами, указывающими на их сомнительность и недостоверность [7, С.261, 263]. История переводов Библии на Западе до XV в. свидетельствует о значительном количестве, начиная с VI в., «исправлений» текста иеронимовой Вульгаты. С XIII в. положение усугубилось, так как появились correctoria, первая из которых вышла в 1226 г. на богословском факультете Парижского университета. Издавали их доминиканцы и францисканцы. В борьбе с папской курией в XIV и особенно в XV вв. начались переводы Библии на народные языки. Необходимо иметь в виду, что в раннее средневековье появились стихотворные формы Библии и библейские истории для назидательного чтения нередко с подробностями апокрифического происхождения [11, Т.1, С. 233-235].

В-третьих, списки Нового Завета на Западе и Востоке отличались порядком следования канонических книг. Можно выделить восемь вариантов расположения четырех признанных каноническими Евангелий. Иногда Апокалипсис следовал сразу за Евангелиями. Практически во всех греческих рукописях соборные (общие) послания расположены за Деяниями перед Павловыми посланиями. Но не всегда. Так, в Синайском кодексе (IV в.) порядок новозаветных книг следующий – Евангелия, послания Павла, Деяния, соборные послания, Апокалипсис. Обычный порядок соборных посланий: Иаков, Петр, Иоанн, Иуда, но во многих списках, особенно на Западе, зафиксировано первенство Петра.

Вся эта в известной степени неопределенность периодически порождала желание определить канон внутри канона (отсюда «исправления» и «корректировки»). Иначе говоря, предпринимались попытки выделить в Св. Писании то, что имело авторитет, и то, что авторитета не имело. Критическое отношение к текстам латинской Библии и официальной церкви – то общее, что сближало гуманистов и реформаторов XVI в. Раннее христианство признавало разнообразие версий текста священных книг, подразумевая под «каноничностью» их апостольское происхождение и внутреннее единство [7, С.268, прим. 15]. Но 27 книг Нового Завета отличаются внутренней противоречивостью. В новозаветном каноне одинаково значимы и оправданы эсхатология Луки и эсхатология Павла, описание ветхозаветного закона в послании Павла Римлянам и описание этого же закона Матфеем, идея спасения в послании Иакова и в учении Павла, которые рассуждают о вере в разных политических ситуациях. Любопытно, что Мартин Лютер, критикуя Иакова, не исключает его послание из своей Библии.

Таким образом, богословский плюрализм, существовавший в раннехристианских общинах, проявился в новозаветном каноне и заложил основания для будущих церковных расколов – на католичество, православие и протестантство, причины которых следует искать в каждом отдельном случае в конкретной исторической ситуации.

Сложившееся к XIII в. в Западной Европе ортодоксальное и неортодоксальное христианство апеллировало к традициям ранней церкви. Официальная церковь подчеркивала свою наследственную связь с апостольской традицией. Тогда как ереси осуждали её за то, что она «извратила» чистоту христианского учения и отошла от принципов веры. Конфликтная ситуация обострилась к XVI в., ставшего началом европейской Реформации и положившего начало протестантизму.

Краткий список литературы по истории новозаветного канона

1.  Библия: Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Междунар. издат. центр православ. Литер.,1994.

2.  Введение в Новый Завет. СПб.: Изд-во «Библия для всех»,1998.

3.  Евсевий Памфил. Церковная история. Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря,1993.

4.  Ключ к пониманию Св. Писания. Брюссель: Изд-во «Жизнь с Богом»,1982.

5.  Карсавин отцы и учители церкви (раскрытие православия в их творениях). М.: Изд-во Моск. ун-та,1994.

6.  Майоров средневековой философии (латинская патристика). М.: Мысль, 1979.

7.  Мецгер Канон Нового Завета: Возникновение, развитие, значение. М.: Изд-во Библейско-богословского ин-та св. ап. Андрея,1998.

8.  Мецгер Текстология Нового Завета. М.: Изд-во Библейско-богословского ин-та св. ап. Андрея,1998.

9.  Писарев из истории христианского вероучения патристического периода. Казань,1915.

10.  Словарь библейского богословия: аннотированный справочник /Под ред. Ксавье Леон-Дюфура. Киев-Москва: Изд-во Кайрос,1998.

11.  Христианство: Энциклопедический словарь: В 3-х т. /Глав. ред. . М.: Большая Российская энциклопедия,1993 – 1995.

 

, БГПУ

ДИНАМИКА АРАБО-ИЗРАИЛЬСКОГО КОНФЛИКТА

Уже в течение долгого периода времени решающее влияние на развитие ситуации на Ближнем Востоке оказывает арабо-израильский конфликт, и его урегулирование является главным условием для нормализации положения на Ближнем Востоке.

Исходным моментом для начала арабо-израильского конфликта стало обострение обстановки на Ближнем Востоке после Второй мировой войны гг. Резолюция № 000 (II) «План раздела Палестины на основе экономического союза» от 01.01.01 г.1, которая была принята на II (Внеочередной) сессии ГА ООН, еще более обострила ситуацию на Ближнем Востоке. В Палестине начались вооруженные столкновения между арабами и евреями. А с созданием в ночь с 14 на 15 мая 1948 г. государства Израиль арабо-израильский конфликт вступил в остро конфронтационную стадию.

В рамках этой 1-й фазы в развитии конфликта на Ближнем Востоке произошло 6 крупных вспышек вооруженной борьбы между палестинцами-арабами, поддерживавшими их странами Арабского Востока2 и государством Израиль:

1.  Арабо-израильская война гг.

2. Англо-франко-израильская агрессия против Египта в 1956 году.

3.  «Шестидневная война» 1967 г.

4.  «Октябрьская война» 1973 г.3.

5.  Агрессия Израиля против Ливана в 1982 году.

6.  «Интифада».

Результатом явилось то, что уже в ходе арабо-израильской войны гг. Израиль захватил значительную часть территории Палестины (6,7 тысяч кв. км), которая предназначалась для создания Арабского государства (за исключением арабских земель к западу от реки Иордан и небольшой полосы земли в районе Газы, вдоль побережья Средиземного моря)4. В ходе же «Шестидневной войны» 1967 г. Израиль захватил 68,7 тысяч кв. км – сектор Газа, Синайский полуостров с нефтеносным районом Абу-Рудайс, которые принадлежали Египту, западный берег реки Иордан, контролировавшийся Иорданией, и Голанские высоты, входившие в состав Сирии.

Таким образом, уже в ходе арабо-израильской войны гг. и «Шестидневной войны» 1967 г. Израиль оккупировал всю отведенную для Арабского государства, согласно Резолюции ГА ООН № 000 (II) от 01.01.01 г., территорию Палестины (11,1 тысяч кв. км).

Международное сообщество, и прежде всего ООН, неоднократно пыталось в ходе 1-й фазы арабо-израильского конфликта найти выход из кризисной ситуации на Ближнем Востоке. В этой связи наибольшего внимания, с точки зрения перспективы урегулирования Ближневосточного кризиса, заслуживают Резолюция № 000 от 01.01.01 г. и Резолюция № 000 от 01.01.01 г., которые были разработаны и приняты СБ ООН.

Так, Резолюция СБ ООН № 000 от 01.01.01 г. предусматривает «установление справедливого и прочного мира на Ближнем Востоке» в основе которого должен лежать «вывод израильских вооруженных сил с территорий, оккупированных в ходе недавнего конфликта», а также «прекращение всех претензий или состояния войны и уважение и признание суверенитета, территориальной целостности и политической независимости каждого государства в данном районе и их права жить в мире и безопасных и признанных границах, не подвергаясь угрозам силой или её применению»5. Резолюция № 000 СБ ООН от 01.01.01 г. также призывала установить мир на Ближнем Востоке на условиях, которые открывали бы путь к возвращению оккупированных Израилем территорий в ходе «Шестидневной войны» 1967 г.6

После «Октябрьской войны» 1973 г., при активном участии США, в политике урегулирования конфликта на Ближнем Востоке был взят курс на заключение сепаратных сделок между государством Израиль, который являлся стратегическим союзником США на Ближнем Востоке, с одной стороны, и странами Арабского Востока – с другой. Фактически надо признать, что этот курс был противопоставлен «всеобщему урегулированию», которое предлагал СССР.

Таким образом, своей деятельностью США как бы «монополизировали» процесс мирного урегулирования на Ближнем Востоке, но кроме того они стремились также не допустить участия в этом процессе прежде всего СССР. Все это свидетельствовало о том, что на региональном уровне (прежде всего в рамках Ближнего Востока) в очередной раз, с начала «Холодной войны», столкнулись интересы СССР и США. В данном случае различными оказались подходы СССР и США по вопросу урегулирования Ближневосточного конфликта. В этом смысле арабо-израильский конфликт в известной мере приобрел глобальный характер. Ранее же глобализация Ближневосточного конфликта была связана только с поддержкой СССР и США той или иной стороны в арабо-израильских противоречиях, соответственно, стран Арабского Востока и государства Израиль.

Итогом деятельности США стало подписание 26 марта 1979 г. в Кэмп-Дэвиде египетско-израильского мирного договора и, таким образом, выход Египта из конфликтной ситуации на Ближнем Востоке7.

Следует признать, что курс на усиление миротворческих действий в рамках Ближневосточного кризиса был взят сразу же после «Октябрьской войны» 1973 г. И хотя первым шагом на пути к урегулированию конфликта на Ближнем Востоке стала международная конференция (1973 г.) в Женеве, на которой в качестве её сопредседателей рассматривались СССР и США, тем не менее в дальнейшем лидирующее положение в процессе урегулирования Ближневосточного конфликта, по крайней мере в 1970-е гг., оказалось у США с их «дипломатией малых шагов», направленной на достижение при посредничестве США сепаратных сделок между Израилем и противостоящими ему государствами Арабского Востока. Осуществлялась же она с помощью т. н. «челночных операций», т. е. визитов Государственного секретаря США в Израиль и страны Арабского Востока для согласования условий договоренности.

Можно было бы говорить и о том, что конфронтация, которая долгое время определяла развитие арабо-израильского конфликта, в 1970-е гг. постепенно стала сходить на нет. Однако это в известной степени касалось лишь стран Арабского Востока (и то главным образом Египта) и государства Израиль. Агрессия Израиля против Ливана в 1982 году, а также «интифада» были связаны уже прежде всего с т. н. палестинской проблемой. Таким образом, конфронтация в рамках Ближневосточного конфликта не только не ослабла, но и вышла на глобальный уровень, поскольку на Ближнем Востоке столкнулись интересы СССР и США. И 1980-е гг. прошли именно под знаком обострения ситуации на Ближнем Востоке.

Новый этап в развитии арабо-израильского конфликта наступил с 1991 г. Уже 6 марта 1991 г. президент США Д. Буш предложил начать урегулирование Ближневосточного конфликта вне рамок ООН, хотя и на основе Резолюции СБ ООН № 000 от 01.01.01 г. и Резолюции СБ ООН № 000 от 01.01.01 г., а кроме того, используя принцип «Мир в обмен на землю».

В связи с этим 30 октября по 1 ноября 1991 г. в Мадриде состоялась мирная конференция по Ближнему Востоку с участием СССР, США (в качестве посредников), государства Израиль, многочисленных стран Арабского Востока и, наконец, представителей Организации Освобождения Палестины (ООП). Фактически она явилась важнейшим шагом на пути мирного решения конфликта на Ближнем Востоке. С этого момента, т. е. с конца 1991 г., процесс мирного урегулирования Ближневосточного конфликта приобрел вполне реальные очертания.

В целом, в 1990-е гг. развитие мирного процесса на Ближнем Востоке осуществлялось по 4 направлениям.

Прежде всего, результатом переговоров между государством Израиль и Иорданией, при активном участии США, стало подписание 26 октября 1994 г. иордано-израильского мирного договора, что свидетельствовало о том, что еще одно из государств Арабского Востока (после Египта в 1979 г.) вышло из состояния конфликта на Ближнем Востоке.

С другой стороны, в процессе урегулирования остаются взаимоотношения государства Израиль с Сирией. В принципе Сирия готова к установлению с государством Израиль «нормальных мирных отношений», но при условии возвращения ей Голанских высот. Однако пока Сирии не удалось добиться от Израиля гарантии ухода его войск с оккупированных в ходе «Шестидневной войны» 1967 г. Голанских высот, которые израильтяне продолжают удерживать под предлогом обеспечения собственной безопасности8. Наряду с главной территориальной проблемой, урегулирование между государством Израиль и Сирией сопряжено также с выработкой непростых договоренностей по мерам безопасности, срокам и этапам отвода войск в увязке с фазами нормализации отношений. В частности, Сирия возражает против того, чтобы отношения с Израилем были установлены уже на начальных этапах отвода войск, на чем настаивает Израиль.

Кроме того, неурегулированными остаются и отношения между государством Израиль и Ливаном. Ливан неоднократно подчеркивал, что подпишет мирный договор с Израилем только после того, как это сделает Сирия, с которой Ливан связывают «особые» отношения. Ливан еще не добился от Израиля возвращения ему оккупированных с 1982 г. территорий Южного Ливана. Ливан добивается от Израиля и того, чтобы израильтяне отвели свои войска из т. н. «зоны безопасности» шириной от 10 до 25 км на юге Ливана9. В свою очередь, Израиль выдвигает требование разоружения шиитской Организации «Хизбалла», а также других антиизраильских военно-политических группировок, которые, находясь в Южном Ливане, осуществляют акции против ВС Израиля. Таким образом, все миротворческие усилия здесь сводятся к тому, чтобы локализовать очаг напряженности в Южном Ливане, а также воспрепятствовать нанесению ударов по гражданским объектам по обе стороны контролируемой Израилем «зоны безопасности».

Наконец, центральным, узловым пунктом в процессе мирного урегулирования на Ближнем Востоке является т. н. палестинская проблема.

В ходе арабо-израильской войны гг. и «Шестидневной войны» 1967 г. Израиль оккупировал всю территорию Палестины, которая, согласно Резолюции ГА ООН № 000 (II) от 01.01.01 г., должна была войти в состав Арабского государства (11,1 тысяч кв. км). Однако этот захват повлек за собой и изгнание основной части палестинцев-арабов, проживавших на оккупированных Израилем арабских землях Палестины, создав т. н. проблему палестинских беженцев. Проживавшие же в Израиле, впрочем как и оставшиеся жить на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа, палестинцы-арабы стали жертвами расовой дискриминации, преследований и ограничений10.

В рамках 1-й фазы в развитии арабо-израильского конфликта т. н. палестинская проблема (в узком смысле слова) долгое время не являлась главным, основополагающим фактором. Ее актуализация приходится на период, который наступил в истории Ближневосточного конфликта после «Октябрьской войны» 1973 г., тогда как до этого момента шло лишь становление Палестинского Движения Сопротивления (ПДС)11. В результате, в х гг. т. н. палестинская проблема превращается в центральный, узловой момент в рамках конфликта на Ближнем Востоке. С этим связаны и агрессия Израиля против Ливана в 1982 году, и вспыхнувшая в декабре 1987 г. «интифада», и объявление на внеочередной сессии Национального совета Палестины в Алжире 15 ноября 1988 г. о создании Палестинского государства.