Институциональная экономика (стр. 16 )

Экономисты с самого начала отрицали зависимость индивида от норм, исключающих свободу выбора. По их единодушному мнению, человек экономический абсолютно свободен в своем выборе, в том числе и от ограничений, накладываемых нормами. Экономисты полагают, что даже сложные нормы, предписывающие определенное поведение индивида, в условиях неопределенности требуют от него сложных расчетов, выступающих как результат осознанного и свободного выбора.

 

6.3 Сущность, типы и функции институтов

 

Понятие «институт» является самым распространенным термином, допускающим множество толкований:

1) «Институты действительно важны, институты можно измерить с помощью инструментария экономической теории» (P. Мэттьюз);

2) «Институты, которым дано такое определение, подобны улыбке чеширского кота, застывшей в воздухе после его исчезновения, или правилам игры, без игроков» (Э. Фурубот, Р. Рихтер);

3) «Институты включают в себя как формальные правила и неформальные ограничения (общепризнанные нормы поведения, достигнутые соглашения, внутренние ограничения деятельности), так и определенные характеристики принуждения к выполнению тех и других» (Д. Норт).

Общим элементом в различных определениях данного термина является, пожалуй, то, что экономисты связывают институт с устойчивым стереотипом поведения людей, а также с теми рамками взаимодействия, которые люди осознанно вырабатывают и которых стараются придерживаться.

Норта, по которому любой институт (экономический, социальный, культурный) выступает в виде правил игры в обществе, дополненных механизмами принуждения к их исполнению, в наибольшей мере раскрывает содержание этого понятия [18].

Понятие экономический институт встречается уже в первых работах по классической политической экономии. А. Смит считает, что рынки способствуют формированию выгодных для общества в целом институтов, а негодные институты вытесняются с рынка конкуренцией [19].

Г. Спенсер, анализируя институты с точки зрения их возможностей удовлетворять функциональным нуждам общества, в качестве механизма вытеснения с рынка неэффективных институтов называет социальную селекцию [19].

Т. Веблен пишет об институтах как о регулирующих общественные отношения установившихся социальных правилах и соглашениях, к которым он относит язык общения, деньги, право, системы мер и весов, а также фирмы и иные виды организаций. Эти правила, по его мнению, результат привычки, которая является основой как осознанного, так и неосознанного поведения. А сами привычки формируются за счет повторения действий. Т. Веблен отмечает, что, пока правовые или любые другие нормы не стали привычными для общества, они не включаются в социальную систему, и членов в обществе не принуждают к их исполнению [20].

Сходную с Вебленом позицию занимает Э. Дюркгейм. Он воспринимает институты как любой вид мыслей, действий и чувств, которые ограничивают индивидов. В этом смысле социальные факты (одно из центральных понятий его теории) и институты достаточно схожи. Критикуя утилитарный подход Спенсера, Дюркгейм подчеркивает, что регулятивные институты (например, контракты) создаются людьми, и что часто дизайн институтов определяется не их эффективностью, а моральными и этическими нормами создающих их людей [21].

В несколько ином аспекте рассматривает институты Дж. Коммонс. Анализируя институты как организационные механизмы достижения коллективных целей, и в этом смысле отождествляя их с организациями, он считает, что институт можно определять как коллективную деятельность по контролю индивидуальной деятельности. Диапазон коллективной деятельности велик - от неорганизованных обычаев до множества организованных предприятий, таких как семья, корпорация, холдинг, торговая ассоциация, профсоюз, государство. Общий для всех них принцип - та или иная степень контроля над деятельностью отдельных лиц, который осуществляется коллективным действием [21].

Таким образом, как для традиционных институционалистов, так и для их предшественников было характерно отождествление институтов с организационными формами деятельности людей - индивидуальной (в виде привычных стереотипов поведения) и коллективной (в виде разного рода организаций).

В отличие от традиционных институционалистов, современные институционалисты (неоинституционалисты) не отождествляют институты с организациями. Они интерпретируют институты как нечто, стоящее выше отдельных участников взаимодействия. Тем не менее, в рамках неоинституционального подхода тоже нет единого представления об институте: одни неоинституционалисты рассматривают институты, как правила, другие — как равновесия.

Подход к институтам как к правилам основывается на идеях В. Хофелда и на поздних идеях Дж. Коммонса. Суть этого подхода такова: в большинстве своем институты существуют отдельно от конкретных индивидов, представляя собой правила игры, а не конкретных игроков. Именно на этих позициях стоит Д. Норт, чье определение института было приведено выше.

Одна из попыток классификации правил, лежащих в основе институтов, сделана Э. Остром [21].

Остром, правила определяют, какие действия или ситуации для участников взаимоотношений являются необходимыми, запрещенными или разрешенными. Цель правил - упорядочить конкретные взаимоотношения и сделать их предсказуемыми.

Правила включают:

-возможные позиции, или роли, участников (члена организации, агента, подчиненного и пр.);

-порядок занятия и оставления участниками этих позиций;

-действия, которые сотрудники организации, занимающие те или иные позиции, могут, должны и не должны предпринимать;

-результаты, которых участники, занимающие те или иные позиции, могут, должны и не должны добиваться.

При этом правила лишь задают рамки, в которых участники делают выбор, а не предписывают, какой именно выбор они должны сделать (т. е. их поведение).Э. Остром выделяет правила, задающие:

1) набор возможных позиций и число участников, которые могут занимать ту или иную позицию;

2) технологию выбора среди участников кандидатов на те или иные позиции и оставления этих позиций;

3) результаты, которых можно достичь, и издержки, связанные с каждым из вариантов;

4) набор доступных действий для участника, который занимает определенную позицию (и так для всех позиций), в каждой точке взаимодействия;

5) функцию принятия решений для каждой ситуации;

6) разрешенные каналы коммуникации между участниками, которые занимают те или иные позиции, а также форму их взаимодействия.

Подход к институтам как к правилам позволяет анализировать поведение людей, ограниченное определенными рамками. Однако он не дает ответа на вопросы: почему ожидания, формируемые институтами, стабильны? Каковы потенциальные источники институциональных изменений? Почему в разных экономических системах реализуются разные институциональные решения? Чтобы ответить на них, исследователи предложили еще один подход к институтам - как к равновесиям.

Одна из первых попыток анализа институтов как равновесий была предпринята Э. Шоттером. Он исследовал проблемы устройства и эволюции институтов с помощью теоретико-игрового аппарата. Если экономистов, рассматривающих институты как правила, интересовали, прежде всего, внешние институты, которые извне задают рамки правил взаимодействия, то Э. Шоттер, наоборот, вводит в среду анализа спонтанно возникающие внутренние институты - соглашения, или конвенции.

По Э. Шоттеру, институты - это равновесия в стандартной повторяющейся координационной игре. Его подход основан на предположении о длительной эволюции стратегий постоянно взаимодействующих между собой индивидов, которая происходит под влиянием обучения. Институты, по мнению Э.Шоттера -это свойства равновесного состояния игры, а не свойства самой игры. Важно не содержание правил, а то, как их выполняют игроки [21].

Таким образом, под определение «институт» подходят следующие обобщения:

1) Поступки людей или стереотипы поведения, которые выступают в качестве привычек. Следование привычке не контролируется другими людьми, а отступление от них не вызывает чувства вины или беспокойства. Этим привычки отличаются от норм и правил;

2) Правила (включая привычки, обычаи, нормы). Они определяют взаимоотношения между людьми, устанавливая, что´ каждый из них может или не может, должен или не должен делать, а также опосредуют отношения человека к самому себе;

3) Народные взгляды (или предрассудки). Они оправдывают действия или объясняют, как действия выполняются, почему осуществляются и как связаны между собой. Они важны для осмысленного участия в общественной жизни. Характеристика института обязательно дополняется понятием санкций, которые применяются к нарушителям правил, что предполагает наличие механизма контроля.

Поэтому в новой институциональной экономике принято следующее определение: «Институты – совокупность созданных людьми формальных и неформальных правил, выступающих в виде ограничения для экономических агентов, а также соответствующих механизмов контроля за их соблюдением и защиты. Под механизмом контроля подразумевается набор средств, с помощью которых можно идентифицировать соблюдение и/или нарушение правила, а также применение стимулирующих или дестимулирующих санкций».

С точки зрения происхождения социально-экономические институты можно разделить на два типа – естественный и искусственный. Институт является естественным, если его возникновению и формированию не предшествовал во времени тот или иной план – идеальная нормативная модель, существующая в сознании субъекта или зафиксированная в знаковой форме. К искусственным относят институты, сформированные человеческими действиями, осуществляемыми в соответствии с идеальной нормативной моделью. Иначе говоря, искусственное предполагает предвосхищение действий, а не реакцию на них постфактум.

Анализ исторического материала показывает, что базовые экономические институты, такие, как обмен, собственность и т.п., не являются результатом осуществления какой-либо развернутой и продуманной программы. Напротив, будучи совокупностью массовых действий, эти явления лишь тысячелетия спустя после своего возникновения стали объектом научного анализа и были осознаны как институты. Вместе с тем такой массовый тип экономических институтов, как организации, включил в себя искусственные элементы с начала своего возникновения: естественное разделение труда вызвало необходимость организации взаимодействия производителей, выделения учета и контроля и т.д.