Проблемы развития марийского языка как государственного (стр. 11 )

Слово тоштер неудачно потому, что оно образовано неверно, не соответствует установившимся в марийском языке словообразовательным нормам и противоречит им, поэтому богатству литературного языка оно ничего прибавить не может. Иначе говоря, слово тоштер, означающее ’старьë’, не раскрывает семантическую сущность лексемы музей - учреждения, занимающегося собиранием, изучением, хранением и экспонированием предметов - памятников истории, материальной и духовной культуры, а также просветительской и популяризаторской деятельностью (ТСРЯ, 361). Поэтому в современных финно-угорских языках, как, впрочем, и в любых других языках, латинское слово museum, восходящее к греческому museion ’храм муз’, стало весьма важной и неотъемлемой частью словарного состава, сравните, например: венгерское muzeum, финское museo, эстонское muuseum.

Слово тумдыш является видоизменëнной формой горномарийского слова тымдаш ’учить, обучать; учительствовать, преподавать’. В говорах лугового и восточного наречий марийского языка ему соответствует лексема туныкташ с идентичным значением. Образования подобного типа относятся к разряду асистемных, механизм которых нарушает строгую и логическую упорядоченность словообразования. Субстантивация глаголов с одновременной модификацией их фонетического облика не свойственна марийскому языку, поэтому такой способ словообразования вызывает много вопросов и недоумений, причëм не только у любителей языка, но также и у профессионалов-лингвистов. По существу, оно является копией русского слова образование, в частности его семантико-словообразовательной модели, построенной, однако, не на русском, а на марийском диалектном материале. Это слово является столь неудачным, что было встречено передовой марийской общественностью весьма критически.

Слово культура, относящееся к разряду широко распространëнной интернациональной лексики, заменено инновационным лексическим элементом тÿвыра. Видимо, слово культура, имеющее латинское происхождение и выступающее в близкой форме и в тех же значениях во многих языках народов Европы, Азии и других континентов (сравните, например: французское cultura, английское culture, испанское cultura, венгерское kultura, финское kulttuuri) не понравилось реформаторам марийского языка, оценившим его как "засорение" чистоты языка.

Имя существительное тÿвыра образовано от прилагательного тÿвыргö ’дружный (о всходах) ’ , восходящего к глаголу тÿвыргаш ’всходить (взойти) дружно (о всходах) ’. Следовательно, вновь образованное слово тÿвыра и латинская лексема культура в плане смыслового содержания не имеют между собой ничего общего.

Подобного рода примеров значительное количество. Для иллюстрации можно взять перечень наименований объединений, союзов, предприятий, переведëнных на марийский язык (см. газету "Марий Эл" за 29 апреля 1994 г.). Так, объединение переведено как ушык, союз - ушем, предприятие - ыштык. Для выражения понятия объединение более подходящим является инновационная лексема ушнем, образованная от глагола ушнаш ’объединяться, соединяться’.

Создание других номинативно значимых слов-лексем и словообразовательных формативов подчиняется этим же правилам, хотя механизм их образования не всегда укладывается в прокрустово ложе заранее заготовленных схем и шаблонов. На самом деле, в процессе словотворчества возникают значительные затруднения, когда дело касается не самих слов, а обозначаемых ими предметов. Например, смысловую структуру лексемы предприятие не раскрывает семантико-словообразовательная модель слова ыштык. Возможность для реализации значения "производственное учреждение: завод, фабрика, мастерская" имеет лексема ыштыш, являющаяся усечëнной формой причастия ыштыше, восходящего к глаголу ышташ ’делать, создавать, вырабатывать’. Причëм лексема ыштем, судя по семантическим данным, наполнена смысловым содержанием  производство.

Чем менее подготовлен в лингвистическом отношении тот или иной дилетант, тем категоричнее высказывает он свои суждения о "серийном производстве" новых слов. Справедливость высказанного положения может быть подтверждена примерами, извлечëнными из "Марийского философского словаря", опубликованного в нескольких номерах газеты "Кугарня" №№ 4 (171), 8 (175) за 1995 год. Возьмите такой ряд слов, как аврат - поучение; авре - могущество; артамле - подсознательное; асыл - прекрасное; вак - предмет; вершыш - распределение; женя, ладык - состояние; истыш - принуждение; картыш - потребление; катар - несчастье; катыртыш - память; кере - истина; кÿйлыш - настроение; леге (лулеге) - система; мартарыш - презрение; ората, тÿча - масса; пужыктыш - искажение; рава - приличие; со - постоянный; сон - осязание; сот - правило; сул - способ; топлот - константа; тöртык - закон; туштыш - замысел; тÿсак - изящное; уткын - препятствие; чок - порядок; юзыш - мистика и мн. др.

Как явствуют примеры, среди искусственных новообразований фигурируют татаризмы, встречающиеся лишь в говорах восточного наречия марийского языка, ср.: слово аврат является модифицированной формой татарской лексемы ейрэтγ ’поучать’, башкирское ейрэтеγ; артамле ’подсознательное’ восходит к марийскому слову артам ’толк, умение’, являющемуся тюркизмом, ср. уйгурское ärdäm (Räsänen 1923:23); асыл от татарского асыл ’хороший, красивый; драгоценный’ ; вак ’предмет’ от татарского вак ’мелкий, некрупный’ ; катыртыш от татарского хэтер ’опасность’ ; кÿйлыш ’настроение’ от татарского кейлэγ ’настроить’ ; рава ’приличие’ от татарского рэвеш ’вид, образ; манера’ ; сул ’способ’ от татарского ысул ’способ’ и т.д.

Оторванные от реальной жизни искусственные новообразования относятся к числу весьма шатких лексических единиц и, не успев заполнить пустую клетку в словарном составе марийского языка, легко исчезают из разговорной практики. Замена же интернационализмов и укоренившихся русизмов тюркизмами не решит проблему восполнения лексикона языка, а лишь портит его экологические параметры. Между тем, как показывает экстраполяция лингвистических данных в более ранние хронологические срезы марийского языка, указанные слова имеют исконные эквиваленты, имеющие определëнные сдвиги в семантических блоках и не всегда совпадающие по своим значениям с философскими понятиями. Сближение же расхождения в семантических плоскостях терминологической лексемы можно решить привлечением законов теории семантики и морфонологических приëмов, корректирующих внешний облик лексем.

В заключение следует подчеркнуть, что выше были охарактеризованы лишь наиболее типичные недостатки в словотворчестве и объяснении смыслового содержания лексем. Однако они наглядно показывают, что процедура словотворчества должна опираться на системность языковой материи, ориентирующую лингвиста учитывать как культурно-исторический фон функционирования лексемы, так и интра- и экстралингвистические импульсы, которые могут вступить в противоречие с экологией языка.

 

 

ЛИТЕРАТУРА

ССИС - Современный словарь иностранных слов. - СПб, 1994. - 752 с.

ТСРЯ - , Шведова словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений (Российская АН; Российский фонд культуры; 2-е изд., испр. и доп. - М., 1994. - 928 с.

Meillet,A. Linguistique historide et linguistidue generale. - Paris,1926.

Räsänen,M. Die tatarischen lehnwörter im tscheremissischen. - Helsinki, 1923 (MSFOu L).

 

,

МарНИИ, исторический наука кандидат

 

МАРИЙ ЙЫЛМЕ ДА МЕР ИЛЫШ

 

“Марий Эл Республикысе йылме-влак нерген” законым марий калык, моло Российысе калык семынак, шочмо йылмын праважым кугемдаш, тудым шыгыремдымаш деч утараш, илышын чыла йыжыҥлашкыже шараш ситыше окса полышым муаш да кугыжаныш йöн ден кызытсе илышлан келшышын вияҥдаш манын 1995 ийыште пеҥгыдемден. Тиде пунчал дене республикысе моло калык-влакат келшеныт.

Тиддеч вара ынде вич ий эртыш. Мо вашталтмым иктешлашат лиеш. Тунам марий йылмым пагалыдымаш, шотлыдымаш койышын удалыкшым шукын раш ужыныт. Марий Элыште 1989 ийыште шкенжым марийлан шотлышо-влак кокла гыч 11,6% марла ойлен моштен огыл, Татарстаныште тыгайже 14,3%, Удмуртийыште –21,1%, Свердловский областьыште –24,6%, Кировский областьыште –25,2%, а Угарман кундемыште гын –35,5% лийыныт. 1979-1989 ийлаште марий тунемше йоча кок процент утлалан шагалемын, а марла ойлен моштыдымо-влакше кок пачаш шукемыныт.

Законым пеҥгыдемдыме деч вара шуко еҥ шочмо йылмым арам шыгыремдымын, тÿрлö шонен лукмо шоя дене марла ойлаш, туныкташ чарыме шучко койышын кушко марий калыкнам шуктен кертмыжым умылаш тÿҥале. Но “аҥыртарыме”, “тодылалтше кумылан”, чыным умылен моштыдымо-влак эше ятыр кодыныт. Нуно тошто семынак “молан мылам марий йылме кÿлеш” але “марий йылме палымашыже илышым вораҥдараш ок полшо вет” ойлаш толашат. Тыгай йÿк ожнысо деч ынде шагалрак шокта.

Шочмо йылмылан кугыжаныш статус пуымеке, южо еҥже марий йылме ынде писын вияҥаш тÿҥалеш шонен. Но тидыже декрет почеш огеш ышталт. Кугу вашталтыш укелан кöра нуно таче законын вийжылан ÿшанымым чарненыт.