Процесс международных переговоров (стр. 7 )

1.2. Основные характеристики переговорного процесса.

Говоря о переговорном процессе, необходимо выделить те его особенности, которые отличают переговоры от других видов деятельности и являются специфическими только для них, причем в данном случае не только в сфере международных отношений, но и в более широком плане. Представляется, что, прежде всего, эти особенности следует выявить, ориентируясь на главную функцию переговоров, т. е. на то, для чего переговоры предназначены.

Как отмечалось в предыдущем разделе, основной функцией переговоров является решение проблем, в том числе и международных, причем (что крайне важно) не в одностороннем порядке, а совместно с противоположной стороной []. Совместная с партнером деятельность, ориентированная, главным образом, на поиск взаимоприемлемого решения, является важнейшей характеристикой переговорного процесса и в этом смысле противостоит односторонним действиям участников. Надо отметить, что многие исследователи вообще рассматривают переговоры именно как процесс совместного с партнером решения проблемы []. Для того, чтобы подчеркнуть важность этого момента, Р. Фишер и У. Юри ввели специальный термин "BATNA", являющимся аббревиатурой от английского "Best Alternative To а Negotiated Agreement" (лучшая альтернатива переговорному решению) в качестве одного из основных элементов переговорного процесса []. Переговоры двух сторон не состоятся в том случае, если хотя бы один из участников имеет БАТНА, т. е. альтернативу, которая рассматривается им как более выгодная, чем переговорное решение. По крайней мере, эти переговоры не будут нацелены на принятие совместного решения по проблеме, а значит они будут являться квази-переговорами. Разумеется, в ходе обсуждения сторона (стороны) может обнаружить наличие у себя такой альтернативы (или напротив - ее отсутствие) и, в соответствии с этим, прервать переговоры, предприняв односторонние шаги, либо превратить квази-переговоры в реальный переговорный процесс. Иными словами, БАТНА не является раз и навсегда заданной участникам переговоров, а меняется вместе с развитием отношений сторон.

Решение проблемы путем переговоров, однако не обязательно означает ее окончательного разрешения в конфликтных ситуациях, хотя ряд авторов скорее склонны видеть смысл переговоров именно в этом или, в крайнем случае, если не в разрешении, то в глубинном понимании того, что разделяет стороны. Это глубинное понимание в свою очередь выступает как основа для полного разрешения проблемы []. Примечательны в этой связи наблюдения бывшего помощника государственного секретаря США по Ближневосточным проблемам, а также проблемам Южной андерса по поводу урегулирования и разрешения конфликтов. Он считает, что у европейцев сформировался ошибочный стереотип, согласно которому американцы заинтересованы лишь в разрешении конфликтных ситуаций, в то время как сами европейцы скептически относятся к таким возможностям и ориентированы скорее на урегулирование конфликтов [, с. 48].

Такое понимание переговоров, основанное на анализе глубинной мотивации, базируется, во многом, на неофрейдистской ориентации, в рамках которой осознание, рационализация проблемы, вызывающей тревогу и дискомфорт, означает ее фактическое разрешение. Во многом он оправдывает себя, если речь идет о публичной дипломатии. Этот подход открывает возможность для более глубокого понимания, например, национальных противоречий, имеющих многовековую историю, с целью дальнейшего смягчения их. Так, геноцид армянского народа в 1915 г. является значимым психологическим фактором для целого комплекса отношений в Кавказском регионе. В ситуациях, когда конфликт обусловлен по терминологии американского исследователя В. Волкана сильной "психической травмой", лежащей в основе межнациональных отношений, контакты и переговоры на неофициальном уровне помогают изменить общественное мнение, делают его более толерантным [], что в свою очередь облегчает дальнейший поиск договоренностей на официальном уровне.

Применительно же непосредственно к процессу международных переговоров, которые ведутся на профессиональном уровне, влияние глубинных психологических мотивов, обусловленных историческими событиями, представляются более ограниченным, поскольку переговоры в значительной степени рационализированы и менее поддаются влиянию иррациональных, эмоциональных компонентов [], хотя их участники, являясь представителями своего государства, не могут быть вне своей культуры. Кроме того, принимая решения на переговорах, они должны учитывать, как достигнутые договоренности будут восприниматься.

Неотъемлемой частью переговоров является общение. Именно посредством общения, через обсуждение участники переговоров ищут взаимоприемлемые решения, которые являются эффективными, - как пишет Дж. Бертон, - тогда, когда им предшедствует предварительное взаимодействие сторон, направленное на его поиск [, с. 57]. Р. Фишер и У. Юри, определив общение в качестве одного из семи элементов переговоров, отмечают: что "без общения не бывает переговоров. Переговоры являются процессом взаимного общения для достижения совместного решения" [, p. 33]. Близкое к этому понимание международных переговоров имеется у Я. Стейна, который указывает, что "суть международных переговоров - в общении" [, с.222], а шведский исследователь Кристер Йонссон посвящает коммуникативному аспекту международных переговоров специальное монографическое исследование [].

В результате (на это недостаточно обращают внимание как исследователи, так и участники переговоров) общение, совместная работа сторон над проблемой ведет не только к ее решению, но и к более глубокому пониманию сторонами друг друга; подходов к проблеме, а также международных проблем в целом. В этом смысле процесс переговоров в значительной степени формирует их участников, меняя их представления и о предмете переговоров, и друг о друге. Причем речь идет не только и даже не столько о том, что участники международных переговоров создают некую единую "культуру", в результате чего им оказывается легче понимать друг друга, чем свои собственные правительства []. На этот феномен обращал внимание также Р. Фишер, видя его истоки в том, что участникам переговоров приходится выполнять двоякую роль: с одной стороны - отстаивать интересы представляемого им государства, с другой - быть посредником между своим правительством и правительством другого государства []. Данный феномен действительно присутствует на многих переговорных форумов, особенно тех, которые длятся годами, что может оказывать очень сильное влияние как на сам процесс переговоров, так и на его конечный результат. Однако здесь хотелось бы обратить внимание на иное явление, анализ которого получил наибольшее развитие в трудах []. показал, что только в процессе общения, построенного по принципу диалога, происходит подлинное развитие субъектов. Очевидно, что далеко не всегда удается построить переговорный процесс по принципу диалога. Следовательно, взаимное развитие сторон вовсе не является обязательной характеристикой переговоров, а представляется всего лишь такой возможностью. Несколько подробнее этот вопрос будет затронут в следующем разделе, сейчас же важно подчеркнуть, что в принципе переговоры дают широкое поле для диалогового общения, ведущего к взаимному развитию их участников. Отсюда, коммуникативно-информационная функция переговоров может приобретать более важное значение, нежели просто обеспечение поиска взаимоприемлемого решения, а именно, порождать новое видение ситуации, новый уровень взаимоотношений участников и т. д. Не случайно, на переговорах порой затрагиваются вопросы, выходящие за рамки существующей повестки дня.

Из характеристики переговоров как совместной с партнером деятельности следует два важных момента. Во-первых, решение, принимаемое участниками переговоров, - это всегда их совместное решение в том смысле, что оно подразумевает согласие на него обеих сторон, даже в том случае, если одна из них считает, что оно более выгодно ее партнеру. Во-вторых, переговоры предполагают отношения в системе субъект - субъект, что, в отличие от отношений в системе субъект - объект, характерных, например, для таких видов деятельности, как диспетчерская, конструкторская и другие, требует учета интересов, целей и намерений противоположной стороны.

К этому следует добавить, что данная деятельность в системе субъектно-субъектных отношений носит практический характер. В этом смысле она предъявляет определенные требования к участникам переговоров: необходимо оперативно реагировать на ситуацию, которая постоянно меняется; действовать приходится в условиях недостаточной и неполной информации, нередко отчасти искажаемой; нельзя изменить "ход", т. е. "переходить", поскольку любое действие, в том числе и неверное, меняет ситуацию. На эти моменты особое внимание обращают непосредственные участники переговоров, описывая конкретные эпизоды из своей практики [].

Следующая особенность переговоров заключается в том, что интересы их участников частично совпадают, а частично - расходятся, причем противореча друг другу. Этот аспект переговоров подчеркивается многими исследователями. Так, Р. Фишер и У. Юри указывают, что переговоры направлены на достижение договоренности в условиях, когда "ваши интересы и интересы противоположной стороны частично совпадают, а частично расходятся" [, с. XI]. Близкая к этой мысль содержится в работе "Как государства ведут переговоры", где он отмечает, что для начала переговоров у их потенциальных участников должны быть общие интересы и одновременно конфликт интересов []. В иных случаях: при полном совпадении интересов или полном их расхождении - мы имеем дело с другими видами взаимодействия сторон, которое и строится по-другому. Именно совпадение интересов делает переговоры возможными, а их расхождение побуждает стороны к проведению переговоров.

Независимо от того, являются ли интересы содержательными или чисто процессуальными [], их совпадение в любом случае имеется. В последнем случае оно состоит, по крайней мере, в заинтересованности сторон в том, чтобы данные переговоры состоялись. К процессуальным интересам относится также стремление сторон в поддержании нормальных отношений, которые также могут совпадать даже при расхождении содержательных интересов. При полном совпадении интересов участников, а также согласии относительно путей достижения целей, переговоры не требуются: стороны переходят к совместным действиям, к кооперации. При полном противоречии интересов наблюдается конкуренция, состязание, противоборство, конфронтация и, наконец, войны.