Работа о правильном дыхании во время нагрузок, комплексном физиологическом и психологическом здоровье человека, вредные привычки, активный отдых, профилактика кариеса (стр. 10 )

Особую роль играл древний институт проксении. Проксения, как и асилия, оформлялась декретом. Проксен в своем родном городе представлял интересы граждан избравшего его государства.

Критически оценив существующую в научной литературе характеристику проксении как своеобразного соглашения о гостеприимстве между государством и частным лицом - гражданином другого государства, по которому данное лицо принимало на себя защиту интересов иностранного государства, диссертант отмечает, что при такой трактовке смешиваются понятия частно - и публично-правовых отношений. Проксения чаще всего фигурирует как институт частноправовой, поэтому взаимоотношения в его рамках строятся в русле оказания услуг отдельным гражданам иностранного государства, которое могло в ответ на это предоставить определенные почести проксену. Это не означает, что проксен поощряется за проведение политики иностранного государства на территории своей державы. И даже в том случае, когда данный институт распространяется на межгосударственные публичные отношения, проксен все равно является выразителем интересов, прежде всего, своего государства посредством оказания помощи гражданам союзной державы.

Следует также считать неверным мнение некоторых ученых в отношении того, что функции проксена уже с IV в. до н. э. сошли на нет, и данный институт сохранился только как почетный титул. На самом деле все зависело от конкретного государства и обстоятельств. Возможно, что в некоторых случаях четко разработанные формы межгосударственных договоров могли заменить отдельные обязанности проксенов, однако это еще не отменяло самой должности. Со временем трансформировались лишь формулы проксенических актов, что касается введения в их содержание понятий права гражданства, политии, или равноправия в гражданских правах, исополитии.

В диссертации исследуется вопрос: насколько предоставление исополитии затрагивало межгосударственные отношения и сказывалось

27

на их регулировании? Например, несмотря на то, что все жители Селевкии специальным декретом будут наделены гражданством Милета, ничто принципиально не изменится в государственно-правовом статусе самих городов по сравнению с предыдущим состоянием: они сохраняются как независимые субъекты межгосударственных отношений и права. Документ лишь предоставляет всем селевкийцам гражданские права Милета, то есть только индивидуально жители Селевкии становятся членами милетского гражданского союза. Данный факт не сопровождается более тесным сближением самих государств-полисов. С этого момента от реальных действий и индивидуальной воли каждого исополита зависит эффективность исполнения всего объема соответствующих

правомочий. С точки зрения отдельного человека это право гражданства привлекательно только при условии, что он, в самом деле, хочет быть гражданином города-побратима. Если он, однако, не хочет этого, а право было предоставлено ему, то существенно ничто вообще не меняется в его отношениях с наделяющим исополитией городом. В таких случаях гражданин остается для предоставляющего города иностранцем, а тамошнее гражданство является практически не больше чем почетным правом.

Исследованный фактический материал позволил сделать вывод о том, что развитие институтов асилий, проксении и исополитии в эпоху эллинизма имело ряд закономерностей. Таковыми являются: формальное закрепление за счет фиксации в договорах, декретах и прочих юридических актах; универсализация и расширение пределов действия в пространстве путем распространения единой практики правового регулирования

межгосударственных отношений в рамках всей системы эллинистических государств, способность выполнять регулятивные функции на внутригосударственном и межгосударственном уровнях.

Во втором параграфе «Договор как источник права в регулировании отношений между субъектами эллинистической системы» рассматривается практика заключения договоров, представлявших собой базу правового регулирования межгосударственных отношений. В диссертации ставится задача выявить типизацию договоров, что позволило бы говорить о складывании определенной системы данных источников права.

Анализ сохранившихся эпиграфических памятников позволяет констатировать, что основу эллинистической договорной практики составляли традиционные для Эллады нормы соглашений, восходившие еще к обычаям. Предметом многих договоров традиционно с классической эпохи оставались эпимахия и симмахия. Первое понятие означает оборонительный союз, предполагавший совместные действия на случай нападения на любую из сторон договора. Второе подразумевает наступательно-оборонительный союз.

28

В договорах эллинистической эпохи обращает на себя внимание стремление точно соблюсти равенство обязательств независимо от политического статуса сторон.

Содержание учредительных договоров как правило предусматривало в качестве обязательного условия их действие «на все времена», что можно расценивать как устойчивую формулу, скреплявшую союз наподобие клятвы. В договоре 237/6 г. до н. э. Деметрия II Македонского с Гортиной и ее союзниками указывается: «...следующее постановили гортинцы и те, кто состоит с ними в союзе, и царь Деметрий: чтобы на все времена у царя Деметрия и гортинцев и других союзников были бы дружба и военный союз....»[23].

Сохранившийся эпиграфический материал позволяет разделить историю договорных отношений эллинистической эпохи на два периода. Для первого характерно развитие и модификация традиционных форм договорных отношений. Наступление второго периода связано с появлением на востоке Средиземноморья Рима и его стремлением навязать эллинистическому обществу свою систему правовых отношений.

На первом этапе договор по своей сути отражал субъективистский подход и прагматизм политических лидеров. Это было связано с тем, что эллинизм, реализовав на практике панэллинскую идею, вызвал к жизни своеобразный прецедент, выразившийся в развитии на эллинской почве абсолютизма[24]. Персонификация политики не могла не повлечь изменения в оценках значения и задач договорной практики.

Постепенно эволюция договорной практики привела к изменению как представлений о назначении договоров, так и их формы и технического оформления. Со временем утвердилась процедура их заключения. Обмен посольствами, подарки должны были знаменовать взаимную расположенность сторон (см.: Polyb. XXIV. 6. 1-3). Во избежание возможных в последующем пререканий по предметам соглашения договоры фиксировались письменно и скреплялись печатями (Polyb. XXIII. 4. 10-16). Взаимные клятвы, дававшиеся в подтверждение договоров, также неоднократно упоминаются в источниках (Polyb. IV. 24. 8; 33. 2-3; VII. 9. 1-17)[25].

В случае прекращения действия договора стороны высказывали друг другу претензии и разъясняли, в силу чего, по их мнению, договор терял силу. Иногда старый договор аннулировался в результате заключения нового соглашения с третьей стороной. Так, Эвмен II Пергамский и Ариарат Каппадокийский при заключении мирного договора с боспорским царем Фарнаком потребовали от последнего признать все его прежние договоры с галатами недействительными (Polyb. XXV. 2. 1-5).

29

Постепенное втягивание Рима, начиная с конца III в. до н. э., в орбиту восточно-средиземноморской политики влекло за собой переосмысление роли, задач и средств правового регулирования.

Из римских известны относящиеся, вероятно, к числу наиболее древних союзнические договоры, отличающиеся конкретностью, постоянством и сопровождаемые клятвами. Они подразделялись на foedera aequa и foedera iniqua [26], то есть на равноправные и неравноправные. Foedera aequa мог служить основанием союзнических отношений, предполагающих оборонительное и наступательное содействие. Foedera iniqua (foedera non aequa) предполагал создание правовой базы взаимоотношений победителя и побежденного, при условии, что побежденное государство остается самостоятельным.

Со своими потенциальными союзниками, например Родосом, Рим изначально определял отношения в договорах по старинному типу foedera aequa, который в Западном Средиземноморье к этому времени уже не применялся. Союзники в рамках такого договора определялись точно так же, как и побежденные по договорам foedera non aequa: liberae civitates, liberi populi. Эта, казалось бы, техническая особенность имела вполне определенный политический и правовой смысл. Рим любого партнера по договору рассматривал как потенциального клиента, а себя в качестве патрона. Данные договоры делились на мирные (заключавшиеся по окончании войны) и союзные (с чужими государствами и царями, которые присоединялись добровольно).

Самым древним из сохранившихся оригинальных договоров Рима и наиболее ранним документом о связях с греческим Востоком является договор с Этолийской Лигой 212 или 211 г. до н. э. В содержании договора присутствует прямое указание на разграничение между союзниками по войне сфер контроля над завоеванными территориями[27]. В данном случае мы имеем как бы образец союзнического договора в чистом виде.

Со временем договоры с эллинистическими державами все более походили на foedera iniqua, при которых вторая сторона должна была принимать условия Рима и попадала фактически в зависимое положение. Диссертант считает, что впервые в истории в эллинистический период правовая практика, в том числе и договорная, базировалась на негласно признанном принципе сохранения баланса сил в огромном регионе. Это, в свою очередь, обусловило высокую культуру процедуры заключения, формального закрепления договоров и гарантий реализации их условий. Тем не менее, Рим сумел навязать эллинистическим государствам свои правила договорной практики. Однако и для римского договора эллинистический этап стал переломным. Изменилось внутреннее содержание договоров. Какими бы они ни были по статусу (союзными, мирными), они оказались

30

нацеленными на реализацию имперских планов. Мотивация договоров и их сущность полностью изменяются именно в эпоху эллинизма. Происходит отход от практики заключения устных соглашений. Договоры приобретают вид сложного документа или документов, скрепленных клятвами сторон и в большинстве случаев придаваемых гласности посредством фиксации на долговечном материале и рассылкой в почитаемые святилища. Появляются комплексные, многосторонние договоры, толкование и реализация которых предполагают согласованные действия сторон. Согласование содержания обязательств по таким договорам происходит на конгрессах (Коринфский), собраниях, конференциях.