Работа о правильном дыхании во время нагрузок, комплексном физиологическом и психологическом здоровье человека, вредные привычки, активный отдых, профилактика кариеса (стр. 7 )

7. Для эллинистической эпохи характерно ускорение перехода религиозных норм в разряд развитых регуляторов правового характера, что наглядно прослеживается на примерах эволюции института асилии, сакрализации власти монархов. Религиозные нормы, активно восполняя недостаток правового регулирования, одновременно служили базой для выделения и оформления конкретных правовых норм. Присущая религии развитая формализация правил поведения, регулирующих взаимоотношения эллинов, служила образцом правотворческому процессу, осуществлявшемуся в повседневной светской практике.

8. Наиболее активно происходило развитие регуляторов, связанных с определением статуса морских пространств, что диктовалось региональными особенностями и экономической необходимостью. Именно в данной сфере раньше всего проявились примеры прямого правотворчества, нацеленного на урегулирование публичных отношений. Оно осуществлялось ведущими морскими державами, например Родосом, и выражало их стремление играть ведущую роль в морской торговле и поддержании баланса сил на море. Можно считать, что именно морское право в его зачаточном состоянии стало первым примером цивилизованного регулирования отношений между государствами в античную эпоху.

9. В эллинистическую эпоху в силу переустройства политической карты всего региона получила активное развитие практика межгосударственных договоров. Разнообразие их форм, сложная структура содержания, упорядоченность процедур заключения стимулировали развитие юридического делопроизводства. Межгосударственными договорами обеспечивалась правовая регламентация всех форм взаимодействия государств, согласованное упорядочение отношений, относящихся к совмещенному предмету регулирования. Договоры эллинистической эпохи отличает наличие гарантий их реализации, в первую очередь, посредством межгосударственного арбитража, благодаря чему имел реальную силу принцип добросовестного выполнения взаимных обязательств.

10. Важнейшим показателем наличия развитой системы регулирования отношений в рамках эллинистической системы является характерная для эллинизма практика судопроизводства. Важной ее особенностью стала объективно существовавшая и осознававшаяся всем эллинистическим сообществом потребность сохранения паритета сил в регионе. Отсюда проистекали основные принципы судопроизводства: равноправие сторон в ходе осуществления судебной процедуры, независимо от политического статуса и потенциала конкретного государства; обязательность решений

16

судебных комиссий для тяжущихся сторон, осуществление процедуры доказывания путем ссылки на общепризнанные нормы.

11. Существовавшее задолго до эллинизма «право войны» получило на данном этапе свое логическое оформление. Это выразилось в признании норм, порожденных войной, в качестве ведущего фактора политической жизни эллинистических государств, общепризнанного регулятора, активно применявшегося в судебной практике. «Право войны» наряду с религиозными нормами и межгосударственными договорами являлось ведущим регулятором межгосударственных отношений в рамках эллинистической системы, что позволяет выделить его в самостоятельную научную категорию.

12. Важнейшим стимулом развития правового регулирования в эпоху эллинизма являлась необходимость экономического сотрудничества государств. Именно в данной сфере получили развитие регуляторы, нацеленные на обеспечение интересов не только целых государств, но и индивидов, непосредственно участвовавших в межгосударственном торговом обороте и в финансовых отношениях. Это позволяет говорить о развитии элементов и принципов частного права в общей системе правового регулирования межгосударственных отношений эллинизма.

Теоретическая и практическая значимость работы состоит в постановке новых теоретико-методологических проблем изучения истории развития правового регулирования античной эпохи, формирования отдельных его механизмов и институтов.

В научный оборот вводятся документы и информация, позволяющие внести изменения в систему традиционных взглядов на общий процесс развития практики регулирования как публично-правовых, так и частноправовых отношений, закономерностей их развития.

Основные положения, материалы и выводы работы могут быть использованы в преподавании истории государства и права зарубежных стран, римского права, международного публичного права и других гуманитарных наук в средних и высших учебных заведениях.

Положения диссертационного исследования также могут быть применены при разработке спецкурсов и спецсеминаров по проблемам истории права, римского права, при подготовке соответствующих учебных пособий.

Апробация работы. Тема диссертации утверждена кафедрой истории государства и права Московской государственной юридической академии.

Основные положения диссертации изложены автором в докладах и выступлениях на всероссийских и международных конференциях в Великом Новгороде, Сочи, Самаре (Российское историко-правовое общество), а также в публикациях.

Структура диссертации определяется ее целями, задачами, логикой исследования и включает в себя введение, три главы, заключение, список использованных источников и литературы.

17

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность и новизна проблемы, сформулированы предмет, цель и задачи исследования, охарактеризованы источники, раскрывается научная новизна, практическая значимость работы и основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Основные субъекты правового регулирования

отношений в рамках эллинистической системы» состоит из трех параграфов и посвящена анализу причин и закономерностей формирования новой для античного мира системы субъектов правовых отношений, самим своим существованием порождавших новые институты регулирования, обусловивших специфику таковых на весь период с конца IV в. до н. э. по конец I в. до н. э.

В первом параграфе «Монархии: способы легитимизации царской власти и роль в правообразовании» рассматривается проблема легитимизации царской власти и ее роль в регулировании отношений в рамках системы эллинистических государств. Наиболее значительные эллинистические государства были монархиями. Не вызывает сомнения тот факт, что в эллинистических монархиях законодательная инициатива принадлежала царю. Поэтому важно определить, в какой мере монархия являлась правообразующим фактором и в какой степени она признавалась таковым в общественном мнении. Основная проблема, связанная с эллинистическими монархиями, заключается в несоответствии и даже противоречии монархии как формы правления греческим политико-правовым традициям. Типологические признаки эллинистической монархии были заложены в ходе азиатских завоеваний Александра Македонского и ориентированы на обеспечение эффективного управления многонациональным государством, дальнейшее развитие которого предполагало продолжение активной военной экспансии в отношении окружающих народов. С момента смерти основателя империи в 323 г. до н. э. доминирующей тенденцией политического развития региона стала борьба преемников Александра за раздел государства, утверждение собственных династий в отдельных его частях и поиск путей легитимизации своей власти в качестве самостоятельных монархов. Все это обусловило становление совершенно новой, не имевшей исторических аналогов системы правовых отношений, опорой которых могли стать только новаторские, в определенной степени революционные, принципы регулирования.

Основу правовой базы взаимоотношений выделившихся из состава империи самостоятельных государств составили договоры, заключавшиеся правителями между собой и имевшие целью посредством легальных, ненасильственных методов разграничить сферы влияния и разрешить взаимные претензии. Наряду с двусторонними договорами, присутствовали попытки закрепить рамки уже сформировавшейся в ходе войн диадохов

18

системы эллинистических государств и разграничить сферы влияния посредством подписания общего соглашения. В 311 г. до н. э. таковое было принято по инициативе управлявшего Македонией Антигона Одноглазого. Данный документ предусматривал взаимную ответственность всех участников соглашения. Это был серьезный шаг, демонстрировавший важность фактора признания всем эллинистическим сообществом права на создание собственных государств новыми греко-македонскими династиями.

Важным фактором утверждения царской власти являлось «право войны», уходившее корнями в глубокую архаику. В период эллинизма оно стало одним из ведущих регуляторов межгосударственных отношений, так как война являлась непосредственным орудием создания империи Александра Великого, а затем ее раздела на отдельные царства. С правовой точки зрения это означает то, что властители обосновывают свои права на определенные территории военными победами. «Право войны» эллинистической эпохи несло в себе две составляющие: право армии на наделение кого-либо верховной властью; наличие факта военных успехов, которые дают возможность полководцу обоснованно апеллировать к войску о наделении его прерогативами царской власти.

Упорядоченность отношений в рамках эллинистической системы во многом зависела от внутренней стабильности государств, главными гарантами которой выступали монархи, устанавливавшие законы и не нуждавшиеся в подтверждении и одобрении своих решений каким-либо советом или собранием. В этом заключалось главное отличие эпохи эллинизма от классического периода, когда закон был выражением воли общины. Правотворческая деятельность царя выражалась в издании законов (nomoi), установлении (diagrammata), указов (prostagmata). Роль личной инициативы и правового творчества монарха были велики. Цари несли значительную рабочую нагрузку. Без помощи сведущих в праве специалистов справиться с ней было бы невозможно. Это, в свою очередь, способствовало формированию квалифицированных юридических кадров.

Умело налаженное юридическое делопроизводство становилось эффективным средством донесения воли и инициативы монарха до собственных подданных и других государств. Воля властителя была высшим законом: сам монарх воспринимался как воплощение закона. Может сложиться впечатление, что эллинистические монархи ничем не ограничивали себя на правовом поле. В действительности это было далеко не так. В диссертации обращается внимание на то, что судьба самих монархий во многом зависела от следования устоявшимся общепризнанным правилам.