Инфраструктура поддержки малого бизнеса в регионе (на примере Северо-Запада России) (стр. 4 )

Обобщенный вариант новой институциональной теории был разработан в серии исследований Д. Норта,19 из которых вырисовывается широкая концепция институтов и институциональной динамики, претендующая на объяснение самых общих закономерностей развития человеческого общества. В составе институтов Норт выделяет три главных составляющих:

а) неформальные ограничения (традиции, обычаи, социальные условности);

б) формальные правила (конституции, законы, судебные прецеденты, административные акты);

в) механизмы принуждения, обеспечивающие соблюдение правил (суды, полиция и т. д.).

Неформальные институты складываются спонтанно, без чьего - либо сознательного замысла, как побочный результат взаимодействия множества людей, преследующих собственные интересы. Многое в этом процессе прояснила теория игр, получившая широкое применение в неоинституциональных исследованиях (работы Р. Аксельрода, Р. Сагдена и др.). Формальные институты и механизмы их защиты устанавливаются и поддерживаются сознательно, чаще всего - силой государства. Формальные правила допускают резкую одномоментную ломку (в периоды революций), тогда как неформальные меняются лишь постепенно.

Согласно Норту, существует два основных источника институциональных изменений. Первый - это сдвиги в структуре относительных цен. Технический прогресс, открытие новых рынков, рост населения - все это ведет либо к изменению цен конечного продукта по отношению к ценам факторов производства, либо к изменению цен одних факторов по отношению к ценам других. Под влиянием таких изменений некоторые из прежних форм организационного и институционального взаимодействия становятся невыгодными, и экономические агенты начинают экспериментировать с новыми формами. Что касается неформальных норм, то они "разъедаются" ценовыми сдвигами постепенно, когда их начинает соблюдать все меньшее и меньшее число людей.

Другой источник институциональных изменений, по Норту, - это идеология. Под идеологией он понимает субъективные модели, через призму которых люди воспринимают и оценивают окружающий мир. Идеологические пристрастия также не свободны от влияния экономических расчетов: чем больше прибыльных возможностей блокирует чья - либо субъективная картина мира, тем сильнее стимулы к ее пересмотру. Вместе с тем идеология, по мнению Норта, нередко действует как самостоятельный фактор. Одним из таких примеров он считает отмену рабства в США, которое к началу гражданской войны оставалось экономически высокоэффективным институтом. Его отмену, полагает Норт, можно объяснить только постепенным проникновением в сознание общества убеждения в аморальности собственности на человеческие существа.

Отсутствие институциональных изменений означает, что никто из агентов не заинтересован в пересмотре действующих "правил игры" (с учетом издержек, которые им пришлось бы понести). Одной из центральных для неоинституционализма оказывается проблема: всегда ли такое состояние институционального равновесия будет одновременно и оптимальным?

Критическое значение при ответе на этот вопрос приобретают издержки, связанные с установлением и поддержанием институтов. Исландский экономист Т. Эггертсон сформулировал "обобщенную теорему Коуза", которая гласит: "если институциональные издержки невелики, то экономика всегда будет развиваться по оптимальной траектории, независимо от имеющегося в ней набора институтов". При отсутствии институциональных издержек оптимальный набор "правил игры" складывался бы везде и всегда, так как любой устаревший институт ничего не стоило бы заменить новым, более эффективным. В подобном случае, как показывают неоинституционалисты, технический прогресс и накопление капитала (физического и человеческого) автоматически и повсеместно обеспечивали бы экономический рост.

Такая "наивная", или "оптимистическая", модель, исходящая из представления, что неэффективные институты всегда вытесняются эффективными, обеспечивающими большую экономию трансакционных издержек, преобладала на ранних стадиях разработки новой институциональной теории, включая и работы Д. Норта. Однако она плохо согласуется с тем очевидным фактом, что в истории человечества экономический рост был, скорее, исключением, чем правилом. Как признал позднее сам Норт, оптимистическая модель институциональной эволюции более или менее соответствует истории развития лишь одной, относительной небольшой части человечества - западной цивилизации.

орта получила широкое признание, причем не только среди экономистов, но и среди представителей других социальных дисциплин (социологов, историков, антропологов). В целом же развитие неоинституционализма далеко не беспроблемно, многие экономисты отнеслись и относятся к его идеям скептически или даже резко критически. Однако неоинституционализму удалось подтвердить перспективность выдвинутой им исследовательской программы, став одним из наиболее бурно развивающихся направлений современной экономической мысли.

Разработке более общей модели, объясняющей, почему силы конкуренции далеко не всегда ведут к отбраковке неэффективных "правил игры" и почему застойные формы экономики могли существовать тысячелетиями, посвящены позднейшие исследования нобелевского лауреата Норта. Главную причину он усматривает в том, что высокие трансакционные издержки делают политические рынки мало похожими на совершенный рынок неоклассической теории. В связи с этим принципиально действия ряда главных факторов:  сохранение неэффективных институтов обеспечивают государства, если это способствует максимизации разницы между доходами и расходами казны; опасные институты поддерживаются могущественными группами со специальными интересами; эволюция общества и, тем более, отдельных народов зависит от однажды избранной институциональной траектории (path dependence); новые, более эффективные "правила игры" могут оставаться незадействованными из-за значительных первоначальных вложений, от которых свободны уже давно укоренившиеся институты.

Все это, по мнению Норта, неизбежно стабилизирует сложившуюся институциональную систему независимо от степени ее эффективности. Институты как бы "заталкивают" общество в определенное русло, с которого потом трудно свернуть. В любом обществе есть  "смесь" из эффективных и неэффективных институтов и именно соотношение между ними определяет в конечном счете траекторию его развития. Это характерно как для экономики России в целом, так для развития Великого Новгорода и области.

Новая институциональная экономическая теория – мощный и перспективный инструмент для анализа, прогнозирования поведения в динамической среде и оптимизации траекторий развития предприятий  малого и среднего бизнеса, а также для оптимизации инфраструктурного обеспечения предпринимательства в регионе.

Инфрастуктура обеспечения предпринимательства – институциональный подход

,

Развитие предпринимательства в Новгородском регионе, как и повсюду в России помимо инвестиций труда и капитала в производственные предпринимательские структуры требует значительных инвестиций в обеспечивающие структуры – в то, что называется инфраструктурой бизнеса. Эпоха централизованного управления характеризовалась недооценкой важности инфраструктурных составляющих, приоритет отдавался основному производству, организация производства на пустом месте, в едва приспособленных помещениях иногда была предметом гордости. Еще одной особенностью советского производства было создание каждым большим предприятием полного комплекса обслуживающих структур. Каждое министерство стремилось стать государством в государстве, некоторые из них достигали в этом больших результатов. Классическим примером такой практики  до сих пор является министерство путей сообщения.

Переход к рыночной экономике потребовал коренной реформы существовавших обслуживающих структур и создания  принципиально новых. Крупный бизнес пошел в этом привычным путем, создавая комплекс обслуживающих структур внутри своих предприятий. Возникают силовые, банковские, информационные, транспортные и др. структуры фирм. Как всякое натуральное хозяйство, эти структуры малоэффективны и дороги. В некоторых случаях они еще и незаконны.  Тем не менее, при всех своих недостатках, им удается удовлетворять жизненные потребности крупного бизнеса. Ситуация в малом и среднем бизнесе радикально иная. Предприятие с пятью – десятью работниками не может позволить себе ни создания охранной структуры, ни финансовой группы. Таким образом, создание развитой инфраструктуры является необходимым условием выживания малого и среднего бизнеса, а эффективность его функционирования напрямую зависит от эффективности этой инфраструктуры.

Малый и средний бизнес работает в инфраструктурной среде, которая определяет его возможности, разрешенные траектории развития и предельные характеристики. Это положение весьма сходно с позицией новой институциональной экономической теории (НИЭТ) (см. предыдущую статью настоящего сборника), модели которой рассматривают экономическую деятельность, развивающуюся в определенной институциональной среде и определяемую этой средой.

Рассмотрим возможность применения институционального подхода к анализу инфраструктуры обеспечения малого и среднего бизнеса. Для этого по возможности подробно рассмотрим широкий круг определений различных видов инфраструктуры, а также институтов, анализируемых в НИЭТ.

Согласно слегка архаичному определению Большой Советской Энциклопедии,

Инфраструктура (от лат. infra - ниже, под и structura - строение, расположение), термин, появившийся в экономической литературе в конце 40-х гг. 20 в. для обозначения комплекса отраслей хозяйства, обслуживающих промышленное и с.-х. производство (строительство шоссейных дорог, каналов, портов, мостов, аэродромов, складов, энергетическое хозяйство, ж.-д. транспорт, связь, водоснабжение и канализация, общее и профессиональное образование, расходы на науку, здравоохранение и т. п.).

Термин "И." заимствован из военного лексикона, где он обозначает комплекс тыловых сооружений, обеспечивающих действия вооружённых сил (склады боеприпасов и других военных материалов, аэродромы, ракетные базы, полигоны, площадки для запуска ракет и т. п.). В НАТО создан специальный комитет по И. (Committee of Infrastructure).