Стенограмма парламентских слушаний Комитета Государственной Думы по труду, социальной политике и делам ветеранов на тему: "Перспективы ратификации Российской Федерацией Конвенции Международной организации труда № 000 "О минимальных нормах социального обеспечения" (стр. 6 )

И вот в центре все технические стандарты, которые параметрирует институт социального обеспечения в рыночной экономике, Российская Федерация не ратифицировала. Вот здесь слабина. Вот почему мы настаиваем на том, что ратификация 102 конвенции заложит эти параметры, рыночные параметры в идеологию российской системы социального обеспечения. Это важно.

И я думаю, что вы видите, что конвенция 102 по этой схеме, она систематизирует все правовое поле международных норм социального обеспечения, придает отраслевую структуру международному праву социального обеспечения, наполняет права человека на социальную защиту конкретным содержанием и минимальными гарантиями, придает правовую устойчивость системам социального обеспечения, основанным на принципе социальной солидарности.

По мнению МОТ ратификация конвенции 102 была бы хорошим подарком стране к новому году, к которому мы и присоединяемся с большим удовольствием. И вот этот подарок. Спасибо за внимание.

Председательствующий. Спасибо.

               . Вопрос можно?

Председательствующий. Давайте мы это сделаем в финале, потому что нам будет сложно удержать регламент, коллеги.

Переходим к выступлениям участников наших парламентских слушаний.

Слово для выступления предоставляется Воронину Юрию Викторовичу - руководителю аппарата Счетной палаты Российской Федерации.

Я предлагаю выслушать сначала все выступления и доклады, возможно, следующий выступающий отчасти ответит на вопросы, которые возникают, а в конце мы оставим время и возможность задать вопросы.

               . Письменно вам пришлю...

Председательствующий. Письменно это лучший вариант. У всех есть блокноты, ручки, и я полагаю, можно было бы это сделать и передать в президиум.

, уважаемые участники настоящих парламентских слушаний. Я думаю, что я несколько отрезвлю ту благостную атмосферу, которая возникла у вас после заслушивания доклада и содоклада. Ну, и потому что такая роль Счетной палаты - докладывать правду, тем более парламенту, являясь органов парламентского контроля.

И, во-вторых, занимаясь социальным обеспечением более 30 лет, я все-таки позволю себе тоже высказать определенные суждения по тем подходам, которые заложены, особенно в методике. 

Вы же знаете, Россия такая страна, тут недаром известный классик сказал: неважно, кто выиграл, важно, как посчитают. И это является ключевым на самом деле моментом с точки зрения определения.

Тем не менее я являюсь давним и последовательным сторонником того, чтобы Российская Федерация ратифицировала 102-ю конвенцию. Мне представляется, что в настоящий период времени это особенно актуально, потому что не секрет, и вы это видите, идёт определенная политика, как это называют мягко, оптимизации социальных обязательств, попросту говоря сокращения. И вот в таких условиях очень важно, чтобы эта политика, она осуществлялась не вслепую, не на ощупь, не наобум, а чтобы она осуществлялась с пониманием того, а где предел, до которого можно дойти в этой оптимизации, где предел терпения, где предел чувствительности? И, не имея минимальных нормативов, отработанных в международной практике, этот предел определить невозможно.

В России, к сожалению, нет таких нормативов, потому что за все годы современного существования России были попытки разработать свои минимальные показатели, так они ничем не увенчались. Поэтому за неимением простой или... поэтому есть минимальные стандарты МОТ образца 1952 года, вот это единственное, чем мы располагаем с точки зрения определения минимальных стандартов, минимальных индикаторов, минимальных норм, ниже которых все виды социального обеспечения осуществляться не могут.

102-я конвенция – это, безусловно, ценз на цивилизованность любого государства, тем более, государства, которое определяет себя конституционно как государство социальное, как государство правовое.

И, конечно, отдавая себе отчет в  важности и нужности ратификации 102-й конвенции, мы должны четко понимать с открытыми глазами, на что мы идем и какие обязательства на себя принимаем.

Счётная палата представила официально в правительство свое заключение, когда законопроект, если он поступит в стены Государственной Думы, мы, естественно, в Государственную Думу по запросу представим наш анализ на этот счет.

Но мне бы хотелось сразу сказать, что, конечно, ратификация столь важного документа не может не сопровождаться серьезными аналитическими расчётными материалами, которых мы в пакете к данному законопроекту, к сожалению, не увидели.

Методика, о которой здесь говорилось очень много, она разработана только в отношении пенсионного обеспечения, хотя Россия принимает через этот законопроект на себя обязательства в отношении соответствия и по другим социальным выплатам, по которым тоже есть нормативы. Но каким образом они рассчитаны, совершенно понять невозможно и выводы сделать нельзя, потому что разработчики законопроекта ограничились только, по сути, двумя такими очень лукавыми формулами о том, что никак не отразится ратификация на расходах государства – это первый тезис.

И второй тезис, что в Российской Федерации размеры предоставляемого социального обеспечения не ниже размеров по конвенции.

Ну, собственно, это надо доказать цифрами и данными, а не, при всем уважении к Александру Юрьевичу наплывающими желтыми и зелеными квадратиками.

Поэтому мы такую работу сделали, проанализировали. Повторяю, здесь крайне важно, чтобы была единообразная методика определения показателей, единообразная.

Можно говорить, что вот мы взяли на себя повышенные обязательства, сделали такую методику. На самом деле она нам самим нужна, не МОТу.

В России у нас все считают коэффициент замещения той же пенсии утраченного заработка, как кому придет в голову. Нет единообразного подхода.

Ну, наиболее общая методология, которая сегодня существует и по которой считается этот показатель, – это соотношение среднего размера пенсии по всему контингенту либо пенсионеров по старости, либо трудовых пенсий, страховых к средней заработной плате, той, которую определяет Росстат. Вот это оценочный  показатель, другого сегодня нет в России. По этому показателю у нас 40 процентов нет. Мы этот показатель не выполняем по наиболее, повторяю, такому, который находится на поверхности. Можно считать, что, конечно,  наверное, это показатель универсальный, но тем не менее вот это то, что сегодня применяется.

Что касается подходов, которые предложены к расчету коэффициента замещения, я начну с пенсий, как наиболее проблемной области в ратификации конвенции.

Методика представлена. Она является как бы составной частью тех документов, которые будут представляться на ратификацию вместе с Конвенцией.

По её поводу, конечно бы хотелось, чтобы она была каким-то образом легализована, не обязательно это должен быть нормативно-правовой акт, но тем не менее он должен всё-таки иметь обязательную силу для статистического определения. На мой взгляд, будет достаточно, если методика будет утверждена Пенсионным фондом совместно с Росстатом, и по этой методике Пенсионный фонд и Росстат будут официально считать данный оценочный показатель.

Я повторяю: такие оценочные показатели нужны и по другим видам социального обеспечения и по тем, которые применяются в Фонде социального страхования, даже в Фонде обязательного медицинского страхования. 

Момент второй. Вы слышали из доклада и содоклада, что предлагается оценивать методику на основе определения так называемого "типичного бенефициария" или "типичного работника".

Если бы Россия ратифицировала эту Конвенцию в 1952 году или в 1955 году, когда она вступила в силу, наверное, это было бы актуально. Сейчас всё-таки на дворе у нас XXI век и мы прекрасно понимаем, что такой оценочный инструментарий как ориентировка на типичного работника, она соответствовала техническим возможностям 50-ых годов прошлого века. Другого инструментария просто не было.

Понимаете, за это время несколько всё-таки ситуация изменилась и мы сегодня имеем возможность считать средний размер пенсий и других выплат не по типичному работнику, а по всему контингенту: и пенсионеров, и получателей различных выплат. У нас нет тех ограничений, которые были у органов социального обеспечения в 1952 году.

И мы с Александром Юрьевичем обсуждали, нет никаких противопоказаний в Конвенции тому, чтобы считать методику по всему контингенту получателей социальных выплат - это более объективно и это более точно, потому что выбор типового работника - это тоже отдельная дискуссия и отдельный спор, поскольку  он типовой для страны.

Разумеется, это для того, чтобы мы не допускали, чтобы сверхвысокие размеры или сверхнизкие размеры здесь эту картину искажали, что имеет место при сегодняшнем подходе, когда просто средний размер пенсии определяется без учёта, какие размеры пенсий? Конечно, необходимо определять так называемый "средневзвешенный" или "медианный" размер как заработной платы, так и социальных выплат, прежде всего, пенсий. Это тоже сделать элементарно.

Наша техническая база и Пенсионного фонда, и Фонда социального страхования прекрасно позволяют при соответствующей настройке и легализации методики такой расчёт произвести. И мы будем располагать современным оценочным инструментарием, а не мучиться с тем, чтобы подгонять всех под этого самого типичного работника.

Момент следующий очень сложный  и очень спорный, поэтому на нём, считаю, необходимо, обязательно остановиться. Вот тот подход, о котором подробно рассказывал и иллюстрировал картинками весёлыми Александр Юрьевич про старика и старуху, про пожилого мужчину и пожилую супружескую пару, он был актуален для Западной Европы, реально в 50-ые годы прошлого века, когда не существовало ещё всеобщности пенсионного обеспечения. То есть когда были категории людей, которые не обеспечивались собственной пенсией.

Россия и Советский Союз тоже были в таком положении, но в нашей стране всеобщность пенсионного обеспечения была введена в 1991 году с появлением социальной пенсии и два типа пенсий: трудовые, которые ныне называются страховыми и социальными и создали эту всеобщность, всеобщность пенсионного обеспечения, которое, кстати, гарантировано нашей Конституцией, совершенно однозначно.