Повторяю: вам будут розданы более детальные материалы — схема прохождения бюджета, информация о ходе его прохождения. Все дополнительные данные мы предоставим.
Председательствующий. Теперь вопросы. Депутат Тихомиров, пожалуйста.
! У меня два вопроса.
Первый: как учитывалась реальность получения доходов, то есть доходная часть (кто, как и что)? Кто давал прогноз, кто делал расчеты? Сами-то Вы верите в эти расчеты, касающиеся доходной части бюджета, которые к Вам поступили?
Можно я сразу отвечу на Ваш вопрос?
Пожалуйста.
Мы оперируем не категориями веры, а расчетами. Неслучайно из года в год в преддверии обсуждения очередного бюджета начинаются разговоры о финансовой стабилизации. В связи с этим в расчетные показатели закладываются заниженные темпы роста инфляции. К чему это приводит? Элементарная арифметика: налоги у нас исчисляются в процентах, а в расходной части бюджета (например, если речь идет о пенсиях) стоят абсолютные величины. Когда реальная цифра инфляции превышает прогнозируемые показатели, доходная часть, которая оказывается своего рода неконтролируемой (цены растут, НДС считают в процентах), увеличивается, а расходная часть, записанная в абсолютных величинах (реальная покупательная способность денег падает), уменьшается. Это отмечено и в тех материалах, которые вам розданы. Считаю, что, обсуждая бюджет в рамках согласительной комиссии (если она будет создана), мы должны обратить внимание и на эту сторону вопроса.
Тогда еще один вопрос. Мне известно, что многие области, края полностью выполняют свои обязательства перед федеральным бюджетом (я имею в виду налоговое бремя и перевод денег через федеральные казначейства). Федеральный же бюджет "ведет себя" просто беспардонно. Из 207 млрд. рублей, которые должны были перечислить нам в регион, на 1 сентября не перечислено ни копейки. Поэтому я и задаю вопрос. Какая взаимная ответственность предусматривается сегодня между бюджетами краев, областей и федеральным бюджетом? Какие меры мы можем в таком случае предпринять по отношению к тем, кто распоряжается средствами из федерального бюджета?
В 1995 году — никаких мер, а в 1996 году — те, которые мы предусмотрим в законе о федеральном бюджете. Я уже говорил о том, что этот фонд сейчас увязан с НДС и любые неувязки с его сбором являются, с моей точки зрения, необоснованными, чтобы мотивировать задержку перечисления средств в бюджеты субъектов Российской Федерации. Именно по этой причине мы поддерживаем предложение об отказе от прежней практики и переходе на 15-процентный принцип сбора налогов.
И еще одно — в порядке пожелания, Николай Николаевич. Не надо записывать в проекте, что деньги, выделенные на строительство жилья для беженцев, предназначены только для тех, кто выехал из Чечни. У нас ведь много беженцев из всех бывших республик. Из Азербайджана, из Казахстана сейчас идет массовый поток людей. А им как помогать? Просил бы это учесть в проекте.
Председательствующий. Депутат Суриков, пожалуйста.
Я просто хотел, если можно, коротко высказаться...
Председательствующий. Тогда тех, кто хотел бы высказаться, мы запишем для выступлений, а пока — вопросы.
Депутат Магомедов, Ваш вопрос.
, Республика Дагестан.
! Когда Вы называли территории, где большой дефицит трансферта, Вы не сказали о Республике Дагестан, где дефицит непокрытого трансферта составляет 34 процента. Я задаю этот вопрос и для того, чтобы обратить внимание Совета Федерации на необъективный, несправедливый подход к Республике Дагестан при составлении проекта бюджета, где не учтены особые условия нашей республики. Почему Вы ее не назвали? Это просто упущение или Вы не считаете, что Республика Дагестан находится в особо трудом положении?
Я говорил об анализе (подчеркиваю это) предварительного варианта бюджета, представленного Государственной Думой в Совет Федерации. И приводил те цифры, которые указаны здесь. Хочу повторить, что в Республике Дагестан, в которой с трансфертом сложилось очень тяжелое положение, и в Калужской области, и во многих других регионах ситуация достаточно непростая. Например, в Калужской области есть "чернобыльские пятна". Вопрос заключается в следующем. Та методика, которую, как я считаю, нам удалось выработать, принимая закон перед парламентскими каникулами, позволяет нам вмешаться и принять участие в подготовке текста закона о бюджете для повторного первого чтения (если оно состоится). Это очень важно. Поэтому и Ваше предложение, и любые другие предложения представителей регионов мы обязательно учтем при работе согласительной комиссии, в которой наши коллеги будут принимать участие. Это будет сделано обязательно.
Председательствующий. Депутат Премьяк, пожалуйста, Ваш вопрос.
! Существует ли сейчас какой-либо механизм контроля за исполнением бюджета? Работают ли в этом плане наша Счетная палата и комитет Михаила Михайловича Задорнова в Госдуме? Есть ли возможность какого-то контроля у нас и у Государственной Думы?
Контролировать мы можем. По сравнению с прошлым годом мы получаем более подробную информацию. Если хотите, в Правительстве уже смирились с этим. А Счетная палата работает и сейчас готовит серьезный аналитический документ по бюджету. Вопрос в другом: имеем ли мы возможность вмешиваться в бюджетный процесс в случае, если закон нарушается? Например, в отношении того, как, на что и с какой степенью контроля идут деньги в Чечню. Идет вопиющее нарушение федерального закона, подписанного Президентом, а норма, на которую ссылаются представители Министерства финансов, апеллируя к указам Президента, действует тогда, когда по данному вопросу нет федерального закона. Но в данном случае он есть. Возможности вмешиваться в ситуацию, когда мы считаем, что нарушается федеральный закон, у нас нет.
Председательствующий. В дополнение к вопросу, который задал Петр Григорьевич, хочу сказать следующее. Если бы мы решили посвятить отдельное заседание рассмотрению бюджета, то, на мой взгляд, должны были бы начать с того, чтобы заслушать аудиторов. Сначала надо узнать, как все-таки выполняется бюджет 1995 года, а потом уже приглашать сюда Правительство. В таком случае мы сможем сопоставить показатели Счетной палаты по каждому пункту бюджета и пояснения Правительства. Так и надо будет готовить следующее заседание. Начнем его с того, что Счетная палата доложит об исполнении бюджета.
Я с Вами согласен, Владимир Филиппович, но я-то имел в виду приглашение представителя Министерства финансов по вопросу о бюджете на 1996 год и о системе трансфертов.
Председательствующий. Все равно сначала надо получить подробный анализ того, что выполнено.
Согласен.
Председательствующий. Депутат Любимов, пожалуйста.
Я, как аудитор, хочу сказать, что Счетная палата работает, и в понедельник на коллегии был утвержден анализ проекта бюджета на 50 страницах. Просил бы (как только он сюда поступит) распространить его среди депутатов Совета Федерации.
Председательствующий. Мы его немедленно вышлем каждому депутату.
Отвечая на вопрос коллеги Премьяка, могу сказать, что проверки идут, хотя и малыми силами. Но Счетная палата до сих пор (спустя практически год) не имеет своего помещения. Те сотрудники Счетной палаты, которые являются депутатами Совета Федерации (Николай Иванович, Юрий Юрьевич, я), работают в своих кабинетах здесь, а остальные — в гостинице "Москва". Мне кажется, что контрольному органу Российской Федерации, высшему и единственному по Конституции, неудобно работать в гостинице "Москва". Это реплика для стенограммы. Просил бы Совет Федерации найти возможность повлиять на Правительство, на Администрацию Президента для положительного решения этого вопроса.
, я хотел бы уточнить одну позицию. Вы работали с комитетом Государственной Думы и с Правительством. Во-первых, какова реакция тех людей, которые представляют бюджет, заведомо зная, что сельское хозяйство переживает глубокий кризис? Во-вторых, каким образом закладываются деньги в приватизацию ведомством господина Чубайса и господина Беляева, если по приватизации нет закона Российской Федерации, нет согласования с субъектами Федерации? В-третьих, какова реакция Правительства на недовольство депутатов, связанное с односторонним регулированием внешнеэкономической деятельности? Мы выплачиваем долги, в том числе Советского Союза, а России долги (когда не мы должны, а должны нам) никто не собирается выплачивать.
Специально вопрос о долгах не поднимался. Не хотелось бы забегать вперед, потому что реакцию сотрудников того или иного департамента Министерства финансов считать реакцией Правительства я бы не стал. Представители Министерства финансов на этих заседаниях реагируют достаточно адекватно. Они понимают недостатки бюджета и соглашаются с той точкой зрения, которую высказывает депутатский корпус Государственной Думы, Совета Федерации. Но этого недостаточно. Все это мы уже проходили в 1995 году.
Если Вы помните, мы даже проводили совместные заседания двух комитетов, до чего-то договаривались, но результатов это не давало.
Именно по этой причине я смогу ответить на Ваши вопросы только после создания согласительной комиссии, в которой будут работать официально направленные представители Правительства. Только тогда можно будет говорить об официальных точках зрения. Если мне в кулуарах говорят: мы понимаем, все это правильно, то я не могу оперировать этим как точкой зрения Правительства.
Николай Николаевич, о приватизации скажите хотя бы два слова. Здесь присутствует господин Зеленкин. Вы могли бы осветить этот вопрос как председатели двух комитетов.
Если законы по каким-либо вопросам не принимаются, то Президент по Конституции вправе регулировать эти вопросы своими указами. Чтобы внести ясность в этот вопрос, нужно ускорить принятие закона о приватизации Государственной Думой и одобрение его Советом Федерации. Ситуация напоминает вчерашнюю, когда мы решили не преодолевать вето Президента по закону о банках и банковской деятельности. Непринятие закона позволяет регулировать эти вопросы указами, и это — конституционная норма.
Что касается бюджета на 1995 год, то, если помните, — около 9 триллионов, по последним официальным данным — 200 миллиардов, хотя, как Правительство считает, до конца года эту сумму можно восполнить за счет приватизации некоторых предприятий. Возникает два вопроса. Первый: согласована ли эта процедура с субъектами Федерации? И второй: в какие сроки придут эти деньги? Не получится ли так, что они будут зачтены в бюджет 1996 года? Такое ощущение, что задержка потому и происходит: нужно дотянуть до декабря, чтобы деньги автоматически ушли в бюджет на 1996 год. Это реальная проблема.
Председательствующий. Депутат Эттырынтына, пожалуйста.
Николай Николаевич, у нас с Вами хороший деловой контакт, тем не менее задам один довольно серьезный вопрос. Вы правильно говорите, что не мешало бы "притормозить" средства, направляемые на восстановление экономики в Чечне. Те, кто уезжает с Севера (в том числе из Чукотского автономного округа) тоже беженцы. По-другому их нельзя назвать. И эта ситуация не находит своего отражения ни в бюджете 1995 года, ни в проекте бюджета на 1996 год.
У Вас — постоянные контакты с Правительством. Хотела бы уточнить, какова позиция Правительства по программам переселения? Очень много слов сказано, а фактически прииски закрываются, целые города и поселки уже опустели, людей выбрасывают на улицу. Люди в отчаянии, они не получают пособий, им не выдают денег даже на то, чтобы оплатить дорогу. Билет от Билибино до Москвы стоит 2500 тысяч. Невозможно оплатить эту дорогу человеку неработающему, а предприятие закрыто, ничем не может ему помочь. Какова позиция Правительства относительно программ переселения северян в центральные районы страны? По Чукотке я отдельно уточню.
Эта позиция была высказана здесь при обсуждении бюджета на 1995 год Анатолием Борисовичем Чубайсом. Если помните, принимая постановление, мы записали ряд позиций, включая выполнение закона, касающегося Севера. По стенограмме можно уточнить, о чем мы тогда договорились, и только одна проблема как-то решается — погашение задолженности по северным кредитам и кредитам по селу. А что касается остального, то в Правительстве отвечают следующим образом: в бюджете этого нет.
Тогда мы говорим: но в бюджете нет и Чечни. И тем не менее средства, которые возникают благодаря сознательному занижению ожидаемых показателей инфляции, Правительство распределяет по своему усмотрению.
Считаю такую практику порочной. Мы можем сделать реальный шаг по исправлению положения дел, приняв в нашем постановлении формулировку, о которой я сказал.
Согласен с Вами, что нужно бы назвать здесь и закон, касающийся Севера. Сумма 2,3 трлн. рублей — это большие деньги, ее есть куда направить. Причем направить туда, где можно проконтролировать, как расходуются средства.
Председательствующий. Депутат Овсянников, Ваш вопрос.
! У меня два вопроса. Первый. В печати периодически появляются сообщения о том, что многие параметры макроэкономики нам диктуются требованиями Международного валютного фонда и других международных финансовых организаций. В какой степени это ущемляет нашу свободу при составлении бюджета в интересах развития экономики? Не могли бы Вы привести конкретные примеры?
Конечно, связывает. Если Вы помните закон о бюджетном процессе, сначала мы должны утвердить три цифры: доходы, расходы и размер бюджетного дефицита. Естественно, что размер бюджетного дефицита, соотношение расходной части к объему валового внутреннего продукта... Я не читал тот меморандум, который Вы имеете в виду: его не публиковали. Но тем не менее все это взаимосвязано. Международный валютный фонд, решая вопрос о предоставлении кредитов, эти вопросы учитывает.
Если помните, когда этот кредит был разбит поквартально, порциями, траншами, все это там оговаривалось. Вы правы. Что касается того вопроса, о котором Вы сказали... Например, на заседании комитета по бюджету представитель Министерства финансов доложил о том, что акцизы на нефть будут увеличены, а таможенные платежи при экспорте нефти — уменьшены. Есть необходимость дальше развивать эту мысль? Акцизы — это то, что платит покупатель нефти внутри страны. Таким образом создаются, с моей точки зрения, условия для того, чтобы увеличивать экспорт и соответствующим образом вести себя на внутреннем рынке.
Ситуация в нефтяной промышленности непростая, неоднозначная. С моей точки зрения, да и с точки зрения присутствовавших при обсуждении членов нашего комитета, это достаточно показательная позиция.
Второй вопрос. Что было бы, если бы в нашем государстве вновь ввели достаточно жесткую винно-водочную государственную "монопольку" по сравнению с тем, что есть сейчас?
Это же риторический вопрос.
А по сути? Есть официальное сообщение: в прошлом году от винно-водочной торговли в бюджет поступил только 1 млрд. долларов, а раньше поступало 10—15 миллиардов. Речь идет об огромных потерях для бюджета.
Из зала. (Не слышно.)
Нет. Мы должны смотреть, за счет чего увеличивать доходы бюджета.
Согласен с Вами. Об этом говорил, в частности, на одном из последних заседаний соответствующей комиссии Анатолий Борисович Чубайс. Почему это не делалось и не делается, и Вам, и мне, и всем присутствующим понятно.
Председательствующий. Депутат Головатов, пожалуйста.
, Республика Калмыкия.
Николай Николаевич, в проекте бюджета предусмотрено на финансирование федеральных программ по развитию регионов 2175 миллиардов. Не знаю, как другие, но я не получил пояснения, что это за программы. Кто, где, когда и по каким критериям будет формировать набор этих программ?
Проинформирует об этих программах Министерство экономики, представляющее Правительство. Уже есть заключение об их перечне. Потом они поступят (в случае отклонения при обсуждении в первом чтении) в согласительную комиссию. И мы вместе с вами будем работать над этим перечнем.
Председательствующий. Депутат Арбузов, Ваш вопрос.
Поскольку трансферт, видимо, будет определяющим при взаимных расчетах по бюджету, не предполагается ли в 1996 году прекратить порочную практику "гонять" деньги то туда, то обратно с территорий? Это первое.
Предполагается. В наших предложениях это есть.
И второе. Расчет трансферта определяется поквартально, и каждый месяц очень большая задержка. Но никогда не было, чтобы перечислили средств больше, чем причитается территории. Нельзя ли, допустим, процентов 70 трансферта ставить для предварительных расчетов и перечисления территориям, а потом подводить итоги, чтобы упростить дело?
Есть и такое предложение, есть и другие. То, что Правительство предложило отказ от привязки трансфертного фонда к НДС и переход к 15 процентам, отчасти может позволить так сделать. Но у нас будут более детальные предложения. Мы их доложим и вам на слушаниях, и в Государственной Думе.
Председательствующий. Депутат Эстерлейн, пожалуйста.
, Республика Саха (Якутия).
Николай Николаевич, не можете ли Вы сказать, хотя бы приблизительно, какова доля налогов, получаемых государством за газ и нефть в процентах, в абсолютных цифрах?
Не могу сказать. Называть ориентировочные цифры не могу.
Председательствующий. Пожалуйста, депутат Тулеев.
Владимир Филиппович, у меня вопрос к Вам и к Николаю Николаевичу. И еще хочу поблагодарить своих коллег: Счетная палата проверила Кемеровскую область (я имею в виду бюджет). Какие были высказаны замечания? Финансовая система разрушена (это не я пишу, а они), из оборота бюджета области вытеснен 1 трлн. рублей. Да плюс еще дотации, уголь и так далее. В чем вопрос? Вот я получил материалы Счетной палаты. Мы должны здесь или в комитете рассмотреть... Если все это расхищается, то куда уходит? Какой вообще порядок?
Председательствующий. Думаю, нужно обязательно в комитете рассмотреть, а затем внести в повестку дня заседания Совета Федерации и принять по этому поводу постановление.
Тогда у меня просьба к Вам, Владимир Филиппович, и к Вам, Николай Николаевич. Убедительно прошу материалы проверки Счетной палаты по Кемеровской области рассмотреть на ближайшем заседании комитета.
Председательствующий. Кроме Совета Федерации все равно негде это рассматривать.
Депутат Григорьева, пожалуйста.
, Камчатская область.
Уважаемые коллеги! Конечно, не время сегодня обсуждать этот вопрос. В комитете мы решили создать рабочую комиссию с привлечением представителей регионов, потому что бюджет действительно (извините за непарламентское выражение) смешной. Я такое выражение применила на заседании комитета, потому что Камчатская область из дотационной, из остро нуждающейся превратилась в донорскую. По законопроекту мы должны федеральному бюджету 309 млрд. рублей. Смешнее не придумаешь. Какие уж программы, касающиеся Севера, какой уж закон о Севере, какие инвестиционные программы?! Ни одной буквально цифры. Поэтому я думаю, что нам не нужно решать этот вопрос, тратить время. Необходимо создать рабочую согласительную комиссию с привлечением представителей регионов, садиться за стол и работать. А так мы только время тратим.
Председательствующий. Депутат Гуркалов, Ваш вопрос.
Николай Николаевич, у меня к Вам традиционный вопрос. Думаю, коллеги меня поддержат. Скажите, пожалуйста, какую часть поступлений в бюджет составляют платежи от предприятий? Хотя бы приблизительно.
Для этого нужно посчитать НДС (это первое поступление), налог на прибыль и так далее. Вычленить из этих поступлений то, что идет от предприятий, а что не от предприятий.
Здесь находятся все главы администраций, и я должен сказать, что 80 процентов поступлений идет от предприятий. Сейчас на предприятиях доля налогов составляет уже более 100 процентов. Поэтому, начиная с прошлого года, предприятия не производят выплаты, кругом они должники, а вы делите шкуру неубитого медведя. Вот с чего нужно начинать разговор.
Приведу пример. Мое предприятие за полугодие произвело продукцию на сумму 1300 млрд. рублей и получило всего 127 миллиардов прибыли, но налогов начислено на сумму 210 миллиардов. Как же я заплачу эти деньги?! Вот над чем надо думать. А это делается специально (вы прекрасно знаете), чтобы довести предприятия до разорения, а потом их скупить.
Хотел бы задать вопрос: когда это кончится? Мы должны думать о налоговой системе, потому что мы никому не сможем выплатить пенсии и так далее. Уже сейчас в регионах начинаются столкновения. И главы администраций (не хочу никого обвинить и плохого сказать) не находят ничего другого, как посоветовать: идите на завод и берите там деньги. Над этим нужно всем подумать. Я говорю не о каких-то предложениях, а просто для протокола.
Вопрос о налогах поднимался. И наш комитет, если вы помните, восемь месяцев тому назад внес проект закона об основах налогообложения. Помните, депутат Степанов вчера говорил: дайте возможность ввести налог на водку. Все это в том проекте закона содержалось. К сожалению, мы его тогда не отправили, и при расчетах бюджета на 1995 год сохранилась старая налоговая система. Правительство воспользовалось тем, что мы не успели предложить альтернативу, и весь 1995 год мы жили по налоговым предложениям Правительства.
Единственная просьба, Владимир Филиппович. В пункте 1 нашего постановления записана, по предложению ряда депутатов, такая формулировка: рекомендовать Государственной Думе отклонить в первом чтении. Мы предварительно поговорили с депутатами Государственной Думы, знаем их настроения. Предлагаю от своего имени этот пункт исключить. Это может быть истолковано как желание помочь завалить бюджет в первом чтении. Такого рода формулировки, может быть, нам и не стоило бы принимать.
Председательствующий. Собственно говоря, перед тем, как высказываться и принимать постановление, мы должны решить, что выбираем. С одной стороны, если мы сейчас заблокируем принятие бюджета, будет еще хуже. Опять будет указ Президента или пролонгация нами расходов за четвертый квартал. Эти 15 процентов трансфертов мы потеряем.
Наша цель совершенно другая: создать рабочую группу, отметить недостатки, как Людмила Алексеевна Григорьева говорит, смешные стороны, совместно поработать изначально, чтобы бюджет был таким, какой нужен. Поэтому когда мы будем обсуждать проект постановления, можем начать его фразой: "В случае отклонения проекта..."
Депутат Суриков, пожалуйста.
Уважаемые коллеги! Завтра в 10 часов Государственная Дума проводит официальные слушания о бюджете, приглашая туда представителей государственной власти субъектов Федерации. Это предварительно, перед первым чтением проекта бюджета.
На мой взгляд, представленный бюджет (я в большей степени разделяю точку зрения Николая Николаевича Гончара) — это попытка четвертой стабилизации в государстве. Третья стабилизация, заканчивающаяся в этом году, никаких успехов не принесла. За восемь месяцев в Российской Федерации уровень инфляции превысил показатели прошлого года. Если дальше говорить о стабилизации, то можно сказать об одном: доходы населения примерно в полтора раза сократились по сравнению с ростом цен. То есть население получило ощутимый удар. Оно стало жить хуже, больше людей оказалось за чертой прожиточного минимума.
В бюджете на 1996 год надо навести порядок, то есть увеличить, безусловно, инфляционные проценты. Иначе четвертую стабилизацию мы можем не выдержать. Надо читать так: сейчас мы не платим зарплату два месяца, давайте не будем платить четыре. Месяц пенсию не платим, давайте не будем платить два. И тогда принимаем бюджет.
С точки зрения трансфертов или фонда поддержки субъектов Федерации, который определен вроде бы хорошей цифрой — более 37 трлн. рублей (при декларации подхода к бюджету 1996 года по сравнению с бюджетом 1991 года, когда мы имели все-таки минимально защищенный с точки зрения потребления бюджет), законопроект не выдерживает никакой критики. Если накладывать проект бюджета 1996 года на бюджет 1991 года, то в фонде поддержки субъектов Федерации должен быть 61 трлн. рублей, но никак не 37 триллионов. То есть теоретический подход Правительства и цифровые материалы расходятся. Это тоже довольно опасное явление, которое ведет к сокращению уровня жизни населения в субъектах Федерации.
Есть вопросы к доходной части Федерального дорожного фонда. Она явно занижена на 40 процентов. Есть опасные для нас вещи: замена налога на превышение фонда оплаты труда штрафами, передаваемыми в федеральный бюджет. Субъекты это теряют сразу. Не говорю уже о моральной стороне этого вопроса, о "расслоении" уровня жизни населения. Надо, видимо, это сохранить и увеличить доход федерального бюджета. Есть настоятельные предложения доходы Пенсионного фонда записать в доходы федерального бюджета и в безакцептном порядке снимать средства для выплаты пенсий, потому что мы можем опять попасть в большую неприятность уже в 1996 году. Но это все проблемы обсуждения бюджета, который мы договорились на следующем заседании более осмысленно (в отношении цифр) проработать.
Сегодня, считаю, действительно пока не надо давить на Госдуму. Надо зафиксировать наше отношение: в случае отклонения проекта бюджета... Тут я поддерживаю высказывание Председателя нашей палаты. Но надо где-то сказать, что мы тоже не можем одобрить те вещи, которые заложены в проекте бюджета. Это должно быть сказано.
Предлагаю, если это возможно, включить в проект состава согласительной комиссии представителей законодательных собраний и органов исполнительной власти субъектов Федерации, которые на встрече с представителями Правительства и Министерства финансов (если таковая будет на уровне согласительных комиссий Госдумы и Совета Федерации) будут разговаривать более предметно и жестко по тем нуждам и проблемам, которые этим бюджетом не решаются.
Безусловно, необходимо поддержать предложения нашего комитета. Только не о запрете расходов на Чечню, потому что в структуре бюджета на 1995 год есть 965 млрд. рублей из правительственного резерва, из которых 800 миллиардов было изначально выделено на Чечню. То есть записать, что расходы нужно производить в расписанном объеме 800 миллиардов, а что касается 5,3 трлн. рублей расходов, то необходимо рассмотреть состояние бюджета хотя бы за девять месяцев.
Председательствующий. Депутат Густов, Ваши предложения.
, председатель Комитета Совета Федерации по делам Содружества Независимых Государств.
Уважаемые депутаты! Я случайно бросил реплику, что то, что мы сегодня обсуждаем, нам практически ничего не дает. Прежде чем строить "новый сарай", наверное, надо сначала ответить на вопрос: почему в течение 1994, 1995 годов мы не можем построить старый? Должны были уже два построить за это время. Пока мы не дадим ответ на этот вопрос, обсуждать бюджет будет сложно.
Мы должны подтвердить, что доходная часть бюджета в Российской Федерации в абсолютных цифрах перевыполняется, но понятно, за счет чего. В то же время есть задолженность по бюджету. Это касается чернобыльцев (Кингисеппский, Волосовский районы) — полтора миллиарда рублей за счет компенсаций. Военным Ленинградского пограничного округа задолженность составляет 37 миллиардов; Ленинградскому военному округу — более 300 млрд. рублей. Это цифры, которые заложены в бюджете. Но говорить, что бюджет перевыполняется, когда статьи расходов не наполняются реальными финансами, просто невозможно.
Вчера на заседании нашего комитета мы рассматривали российские программы, утвержденные Правительством: это программа, касающаяся беженцев, программа, касающаяся космоса, миграционная программа и другие. Ведь ни одна программа в этом году не выполнена. Я говорю о тех цифрах, которые в принципе заложены в бюджете. Сюда же можно отнести и закон о ветеранах, и десятки других законов. Правительство должно четко нам сказать, что на всех программах поставили крест и есть другая концепция формирования бюджета с учетом этих программ и тех законов, которые мы уже приняли. В противном случае мы, как Совет Федерации, будем выглядеть очень "бледно".
У меня предложение. Есть результат работы Счетной комиссии. Необходимо пригласить сюда представителя Правительства. Не для того, чтобы устроить здесь "пальбу". У нас есть главы администраций, которые сегодня в какой-то степени будут "заложниками" того, что бюджет не выполняется.
Задолженность по Ленинградской области сегодня порядка 1 трлн. рублей. Это подтверждено, подписано министрами (Черномырдиным и другими). Расходы по бюджету подписываются, но не выполняются — год, второй, третий. Возникает вопрос: что тогда в этом случае надо делать? Надо ставить вопрос очень остро. Значит, мы не можем работать с таким Правительством... Я говорил Виктору Степановичу Черномырдину, что мы проживем без этих денег, не надо подписывать, чтобы себя не обманывать и не ставить руководителей областей в дурацкое положение, потому что им говорят: раз ты руководитель области — иди и "выбивай" деньги. Как он может "выбивать", когда деньги сегодня "загоняются" на Чечню.
Могу сказать еще как председатель комитета по делам СНГ: нам должны 16 триллионов. Россия стала донором всех стран СНГ. Надо ли продолжать эту политику? Это нужно в интересах России, но тогда должна быть четкая и ясная концепция: кому мы даем деньги, подо что даем — под собственность или под какие-то обязательства, и так далее. Сегодня эта концепция формируется, но, к сожалению, медленно, и большинство депутатов об этом просто не знают.
Сегодня в бюджете заложено 250 миллиардов кредитов, мы предлагаем 750 миллионов, но под четкую, понятную систему, чтобы соблюдались интересы России.
Не буду больше говорить о политической ситуации, хотя, я считаю, следует отменить один момент. Выборная кампания, на мой взгляд, должна закончиться в 1996 году — по всем уровням власти, чтобы была создана нормальная законная государственность. К сожалению, пока у нас такого нет. Думаю, это тема отдельного разговора.
Председательствующий. Депутат Россель, пожалуйста.
Уважаемые коллеги! Хотел бы обратить ваше внимание на несколько принципиальных вопросов, касающихся формирования бюджета вообще, а также бюджетных отношений между субъектами Федерации и федеральным Правительством. Согласно Конституции это предмет совместного ведения. А какое было совместное ведение в прошлом году? Давайте вспомним, что никакого совместного ведения не было. Ведь оно предусматривает, что два человека садятся и договариваются по вопросу бюджетных отношений. Ничего этого не произошло, бюджеты "отдали" в Госдуму, мы с вами голосовали, на этом все закончилось.
Начинается 1996 год. Происходит то же самое: субъектами Федерации бюджет не отработан, он опять передается в Госдуму, мы с вами опять обсуждаем... Скажем, по Свердловской области вопрос не обсуждался. Многие субъекты Федерации тоже не "прошли" через Минфин. Думаю, практика должна быть такая: Минфин рассматривает, подписываются протоколы (конечно, желательно, чтобы все было, так сказать, отработано), затем все материалы передаются в Государственную Думу и в комитет по бюджету Совета Федерации, где окончательно рассматриваются эти вопросы. Только тогда начнутся конституционные бюджетные отношения. Сегодня говорить о бюджете в том виде, в каком он представлен, невозможно, потому что он рассматривается в одностороннем порядке.
Думаю, в законе о бюджете на 1996 год должно быть предусмотрено невмешательство Правительства в процесс регулирования бюджета. Приведу такой пример: в 1995 году были 10-процентные отчисления с обещанием вернуть эти деньги на содержание социальной сферы. 10 процентов забрали, но ни копейки не вернули. Куда? Зачем? Ничего не понятно.
Неотработанность механизма трансфертных отношений приводит к региональной несправедливости, особенно ущемляются доноры.
Нет никакой заинтересованности субъектов Федерации, являющихся донорами, работать лучше. Как бы ты хорошо ни работал, 50 процентов, а то и больше, у тебя забирают. Если вы посмотрите данные по Свердловской области и по другим областям-донорам, то увидите: чем лучше вы работаете, тем меньше денег получаете. Вот какие взаимоотношения складываются.
Следующий момент. Многие из нас говорили: мы исправно перечисляем полагающиеся нам налоги (мы — законопослушные). Есть 19 федеральных программ. Финансируются они на 10—15—20 процентов, мы отчисляем налоги исправно. Почему бы не учесть в законе о бюджете, чтобы эти средства оставались субъекту Федерации? Мы с вами берем на себя и политическую, и экономическую ответственность по исполнению федеральных программ. Сегодня происходит капитализация московских банков, разрушение банков субъектов Федерации. Все это можно в законе предусмотреть.
Что делает Минфин? Думаю, что тот, кто через это "прошел", уже ощутил: резко завышаются доходы 1996 года. Бюджет исчисляется из якобы высоких доходов, а потом эти доходы не подтверждаются, и мы с вами остаемся, как говорится, один на один с людьми.
И последнее, что хотелось бы сказать. Правильно говорили о том, что нам надо предусмотреть ответственность Правительства за выполнение закона о бюджете, чтобы мы имели право... Свердловская область не получила полтора триллиона рублей от Правительства. Кому и через какой суд можно предъявить иск? Не предъявите никогда: я пытался это сделать. Думаю, что в законе это тоже надо предусмотреть.
Председательствующий. Пожалуйста, депутат Суслов.
, уважаемые коллеги! Думаю, можно сделать краткое добавление. Согласен с тем, что пункт 1 надо убрать, как говорил Владимир Филиппович, и начать со слов "в случае отклонения", чтобы не создавать лишний прецедент и не осуществлять нажим на Госдуму.
Считаю, что в пункте 2, где идет речь о предложениях Правительству, перед словом "прекратить" надо вставить фразу: "рекомендовать Правительству согласовать проект бюджета в части взаимоотношений субъектов Федерации с исполнительными органами субъектов Федерации". Коллега Россель говорил сейчас, что такое согласование не проводилось, поэтому считаю, что это очень важно.
Это можно даже отдельным пунктом сформулировать, чтобы такое собеседование прошло по графику и были бы составлены соответствующие протоколы.
В остальном поддерживаю проект решения, подготовленный комитетом, и считаю, что депутаты должны активно вносить свои замечания, чтобы комитет смог бы их обобщить.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 |
