Влияние православной культуры на духовную жизнь в сибири в XVII-начале ХХ веков (стр. 8 )

Первая миссионерская экспедиция к березовским хантам состоялась в 1707 г. Члены миссии использовали только проповедь в качестве метода убеждения. Миссия, посланная Филофеем, оказалась малоуспешной. Митрополит Филофей собирался лично отправиться с проповедью евангелия к остякам и вогулам, но по причине болезненного состояния он был вынужден удалиться в Тюменский монастырь, где принял схимну под именем Фёдор.17 Постепенно его здоровье поправилось. Схимонах Фёдор в 1712 г. с новой миссией отправился на север по Иртышу и Оби. В 1713 г. схимонах Фёдор вновь совершает миссионерскую поездку по прежнему маршруту. Это свидетельствует о том, что первая попытка была не совсем удачной. Проповедь Филофея (Лещинского) строилась на том, что идолы не имеют силы. Особо упорствовали шаманы, главным доводом которых был тот, что идолам поклонялись их предки. Некоторая часть остяков, поверив проповеди миссионеров, была научена основам веры и крестилась. Разрушались идолы с капищами, где должны были появиться православные храмы. На основе реального путешествия Филофея (Лещинского) в последствии возникло множество легенд. Одно из описаний связано с остяками селения Буренькие юрты. Местные остяки стали обстреливать миссионеров и только схимник Федор продолжил проповедь. Он подверг себя смертельной опасности. Дальнейшие события по легенде развивались следующим образом: «Наконец гнев остяков достиг высшей степени. Некто из них Ушанко выстрелил из пищали в неумолкавшего архиерея, и он мог пасть жертвой своей ревности. Но тот, чьё имя он проповедовал, сохранил его. Пуля, направленная прямо в грудь его, коснулась только рясы схимника и мимо пролетела. Все удивились его спасению. … Вскоре все буренькие остяки, познав суетность учения Магомета и правоту и святость христианской веры, приняли святое крещение».18

6 августа 1712 г. почти все жители Малого Атлыма крестились. В сентябре состоялось массовое крещение остяков в Березове, где был оставлен православный священник. В 1713 г. были окрещены остяки Белогорских, Сухоруковских, Кеушинских и прочих юрт. В 1714 г. состоялось миссионерское путешествие в Березов, но основной целью стала христианская проповедь жителям Ляпинской, Куноватской и Сосвинской волостей. Для того, чтобы богоугодное дело шло успешней, были уничтожены наиболее чтимые идолы: «Обский старик» был сожжен, «Медного Гуся» расплавили, а металл выбросили в Обь. «Обский старик» имел антропоморфную форму с ужасным лицом, а на голове идола были рога. «Медный гусь» являлся божеством птиц, он помогал остякам загонять птиц в ловушки. Остяки ожидали мести со стороны поруганных идолов, но этого, естественно, не произошло. На местах бывших капищ ставились православные кресты. Крестились почти все жители Малого Атлыма.

Зимой 1714 г. Филофей проповедовал вогулам в Пелыме. Вогулы не спешили принимать крещение. С большим трудом удалось окрестить старшину «со многими единоплеменниками» Ваглинской волости. 17 марта добровольно окрестилось около двухсот вогулов из Тахтанской волости. Представители других волостей после этого также стали принимать крещение. Таким образом, в 1714 г. большинство пелымских вогулов было окрещено.

С 13 сентября 1720 г. схимонах Федор постоянно находился в Тюменском монастыре, где «провождал остаток дней своих в молитве о спасении души, в трудах и внутреннем созерцании».19 В ходе девятнадцатилетней миссионерской деятельности () Филофею (Лещинскому) и его помощникам удалось окрестить до 40000 инородцев и построить 37 церквей.20 Сам Филофей (Лещинский) считал, что при нем было крещено до тридцати тысяч язычников и мусульман, для инородцев было открыто тридцать церквей. В остяцких селениях основывались церкви. Так появились Святотроицкий Белгородский, Духосошественский в Малом Алтыме, Спасский в Шоркалах храмы. Церкви строились на средства казны и пожертвования сибирского генерал-губернатора . Все нарымские и кетские остяки были окрещены до 1917 г., а в самом нарымском уезде насчитывалось семь приходов.

Важная роль по распространению христианства в Сибири принадлежала местным монастырям. Такие монастыри, как Воскресенский Березовский, Троицкий Селенгинский, Троицкий Кондинский изначально открывались в качестве миссионерских. Для миссионерской деятельности митрополит Филофей способствовал открытию Воскресенского Березовского монастыря в 1706 г. Игумен Гедеон был ответственным миссионером в Березовском крае. 21 Преображенский Посольский мужской монастырь особенно активно привлекался к христианизации бурят в первой половине XVIII в., а Спасский Якутский монастырь был вообще «обречен» на миссионерскую деятельность в Якутии, т. к. более значительных духовных центров православия здесь просто не было. Миссионерская деятельность монастыря была успешной, т. к. только за 1735 г. архимандриту Нафанаилу удалось крестить 65 якутов.22

С 1721 г. миссионерская деятельность в Сибири находится в ведении Сильвестра - архимандрита Верхотурского Николаевского монастыря; игумена Березовского Воскресенского монастыря Гедеона; иеромонаха Кондинского монастыря Зиновия; пелымского священника Михаила Степанова и архимандрита Сильвестра из Томска.23

24 марта 1740 г. получен указ императора под № 000 «О распространении христианского закона восточной церкви и предания славы и хвалы божия».24 Этот указ в июне распространен по Сибири. Известен Указ Сенату об обращении в православие от 01.01.01 г. «… Новообратившимся в христианскую веру рассказывать о едином триипостастном Боге, о воплощении сына Божия, о спасительном его за нас страдании … о святом крещении … кратко говоря о всех наших христианских догмах – во время посещения их жилища».25 Для утверждения детей в христианской вере восприемниками и восприемницами быть русским людям «и тех новокрещенных увещевать, чтобы они по крещении детей восприемниками брали русских людей».26 Для обучения новокрещенных детей учреждались четыре школы.

Особая роль в евангельской проповеди принадлежит митрополиту Иоанну (Максимовичу). Он родился в январе 1653 г. в городе Нежине Черниговской губернии, получил образование в Киевской духовной академии и был оставлен при ней в качестве преподавателя. Затем он принял постриг в Киево-Печерской лавре и стремился к уединенному образу жизни. В 1712 г. в жизни Иоанна наступает совершенно новый этап – он становится митрополитом Сибирским и Тобольским.27 За двадцать пять лет руководства сибирской епархией он крестил двадцать тысяч язычников и мусульман. Митрополит Иоанн особое внимание уделял тайной непрестанной молитве, т. к. был исихастом.

До 1720 г. с новокрещённых снимались все ясачные недоимки, а по новому Положению 1720 г. предусматривалось трёхлетнее освобождение от ясака и иных платежей. В 1744 г. срок льготы уменьшается до одного года, но с 1751 г. вновь появляется трёхлетнее освобождение от ясака. Новокрещенному полагались следующие подарки: медный крест, рубаха с портами, сермяжный кафтан, шапка и рукавицы. Некоторым дарили: серебряный крест, суконный кафтан, сапоги. Женщинам выдавались «волостники», холщовые рубахи. Кроме того, мужчины получали 1р.50к., мальчики 10-15 лет – 1р., остальным – 50к. Некоторые ханты «ради сей обновки» по нескольку раз приходили «просить святого крещения».28 Известно об освобождении новокрещенных от рекрутской повинности.29

К сороковым годам XVIII в. северообские аборигены Березовского и Сургутского уездов, кроме ненцев и обдорских хантов, перешли в православную веру. Попытки христианизации ненцев и обдорских хантов в 20-30-е гг. XVIII в. оказались неудачными, хотя местные князьки приняли православие – Василий Тайкин в 1726 г. и Василий Мурзин в 1742 г.30 Митрополиту Тобольской епархии Антонию Нарожницкому ( в должности с 1742 г.) не удалась даже формальная христианизация ненцев и большей части обдорских хантов в XVIII в. С 1789 г. Сенат вообще приостановил деятельность миссий по причине волнения ненцев. Таким образом, в тридцатые годы XIХ в. на севере Березовского края проживало 1158 ревизских душ некрещёных хантов и 2398 ненцев – идолопоклонников.

Редкое общение подавляющей части крещённых аборигенов с пастырями объясняется отдалённостью церквей от ясашных юрт. В XVIII в. в Обдорской волости Войкарские юрты – в 114 верстах от церкви, Шурышкарские – в 274 верстах, Вандказские – в 54, Собские и Пельважские – в 29 верстах.31 Шаманы оказывали стойкое сопротивление распространению христианства. В 1754 г. «христиане» села Уватовского обвинялись в том, что «бросали и топтали святого образа … понеже сего году зимним временем и весною при происходящих их промыслах как на зверя, так и рыбы у них было мало».32

20 февраля 1764 г. Синод издал указ, согласно которому были назначены миссионеры в следующих сибирских епархиях: Тобольской, Томской и Иркутской. Однако проповедническая деятельность была приостановлена в конце восьмидесятых годов XVIII в. по причине недостатка миссионерских кадров, нехватки средств и недовольства некоторой части сибирских народов. В 1764 г. Сенат утвердил две должности проповедников для Иркутска и Якутска. Григорий Ноговицин становится миссионером для Якутского края в 1765 г. Двадцать лет он служил в Колымских и Верхневилюйском зимовьях. Зная якутский язык, он стремился выработать наиболее приемлемые способы постановки миссионерской деятельности. С 1766 г. Гавриил, родной брат Григория Ноговицына, становится миссионером в Якутском, Олекминском и Вилюйском округах. Хотя денежные подарки были отменены, но новокрещенные на три года освобождались от сбора ясака и прочих платежей. После конца действия льготного периода новокрещенный приписывался к государственным крестьянам.

Таким образом, в XVIII в. миссионерская деятельность осуществлялась через кратковременные и непериодические поездки миссионеров. Неофиты, не имея возможности более приобщиться к православной вере, утрачивали духовную связь с церковью и поддавались соблазну языческих культов. Православный священник был далеко, а «всесильный» шаман рядом. Это приводило к тому, что «православные» из инородцев не стыдились участвовать в языческих обрядах, не помня имени Бога и христианских молитв. У православной церкви в Сибири не хватало сил и средств для организации систематической миссионерской работы. Положение меняется во второй половине XVIII в. В 1733 г. епископом Иркутским становится Иннокентий в миру Нерукович. Будучи человеком духовно образованным, он разработал план по придаче миссионерской работе систематического характера. Успех этого дела он видел в активном использовании инородческих языков и наречий при проповедях. Епископ Иннокентий лично посещал Якутский край в 1735 и 1741 гг.

Последний приезд архиерея Иннокентия оказался продолжительным, почти два года. При нем была построена церковь во имя святого Николая Чудотворца, которую он лично освятил. Обширный суровый край остро нуждался в священниках. Для Шиверской церкви Иннокентий поставил в священники Алексея Слепцова, который также стал настоятелем Троицкой церкви в Колымске. В Охотск был определён иереем Анисим Абрамов. Наводится порядок в руководстве Якутского Спасского монастыря, который возглавил архимандрит Нафанаил. Епископ Иннокентий особо активно приводил в лоно православной церкви жителей Якутска. При Якутском Спасском монастыре стала действовать школа, основная цель которой состояла в подготовке священнических кадров. Церковная школа содержалась на средства местного духовенства. В школе обучались дети священников и новокрещенных якутов.

Архиерей Иннокентий окрестил якутов с устья реки Витим, около Якутска и Верхневилюйского острога. Положение складывалось таким образом, что многие соглашались креститься только при условии получения подарков. В сложившихся условиях Иннокентий на свои средства покупал неофитам нательные крестики. При Якутском Спасском монастыре открывается богадельня для престарелых крещеных якутов. По его настоянию Синод выделил средства на строительство храма в Верхневилюйском остроге.

Епископ Иннокентий выступал против притеснения инородцев со стороны недобросовестных чиновников. Когда дело касалось новокрещеных, он стремился обуздать произвол сборщиков ясака. В своих указах он предписывал священникам оберегать новокрещеных от тлетворного влияния шаманов. В 1747 г. владыка Иннокентий был отозван в Петербург, и архиерейская кафедра в Иркутске была упразднена. Это привело к расстройству и даже упадку миссионерской деятельности в Якутском крае. Иркутскую кафедру восстанавливают в 1754 г., которую возглавляет епископ Софроний, который посещает Иркутский уезд, Забайкалье и Якутский край. Он ставит две задачи: создать профессиональный миссионерский корпус и вести борьбу со злоупотреблениями сборщиков ясака. Потому что, во-первых, проповедь среди инородцев требовала специфических знаний. Во-вторых, неофиты из инородцев не должны были подвергаться дополнительным тяготам со стороны чиновничества, т. к. это являлось основной причиной отказа инородцев от православного вероисповедания.

Ещё при Филофее Лещинском в 1705 г. была отправлена миссия на Камчатку, но она не принесла желаемого результата. Камчадалы достаточно враждебно отнеслись к христианской проповеди.33 Первым миссионером на Камчатке был архимандрит Мартиан, который приехал в этот суровый край 1705 г. Вслед за ним служилый человек Иван Козыревский становится иеромонахом с именем Игнатий и в 20-е гг. XVIII в. несёт свет евангельской истины камчадалам. Благодаря его деятельности появилась Успенская пустынь. В 1733 г. на место уволенного и лишённого священства Игнатия Козыревского за «неблаговидные поступки» на Камчатку прибыли игумен Филевский, дьякон Александр и иеромонах Александр, став костяком православной миссионерской миссии. Вред миссионерской деятельности нанёс арест игумена Филевского по ложному доносу в 1736 г. После мытарств в конторе Тайных розыскных дел он умирает в Москве в 1737 г. Миссионерская деятельность приостанавливается. Но обращение Иркутского епископа Иннокентия и донесение члена Второй Камчатской экспедиции о наличии крещенных инородцев в этом крае вновь поставили вопрос о направлении на Камчатку священников с миссионерской целью.

В Сибири был недостаток в священниках, вот почему Иркутский епископ Иннокентий предложил отправить на Камчатку сосланных в Сибирь бывшего митрополита Казанского Сильвестра, бывшего митрополита Коломенского Игнатия и бывшего архимандрита Спасо-Казанского монастыря Питирима, но 19 августа 1741г. Синод назначил миссионером на Камчатку иеромонаха Занкевича из Тобольской епархии, который, впрочем, отказался, т. к. был уже стар. В феврале стала известна новая кандидатура – иеромонах Иоасаф (Хотунцев), бывший проповедником в Московской духовной академии. Он взялся за подготовку к миссионерской работе весьма основательно, причём основной упор был сделан на подбор кадров. Синод выделяет ему иеромонаха Заиконоспасского монастыря Иосафа, иеродьякона Богоявленского монастыря Пахомия и иеродьякона Донского монастыря Александра. Иоасаф Хотунцев просит отправить ему церковнослужителей, специалиста по врачебной части, охрану и церковную утварь. Синод же предложил ему уже в Сибири на месте подыскать охотников до миссионерской деятельности. Ему даже разрешалось взять в дьячки и пономари крещеных камчадалов и якутских казачьих детей.

Иннокентий направил в миссионерскую экспедицию на Камчатку иеродьякона Гавриила Притчина в 1741 г., который крестил около 900 камчадалов.34 В 1743 г. начинает активную работу Камчатская духовная миссия, состоявшая из архимандрита Иоасафа Хотунцевского, иеромонаха Пахомия, иеромонаха Иоасафа, иеродьякона Александра, студентов Петра Логинова, Василия Кочурова, Степана Никифорова, Фёдора Серебреникова, Алексея Ласточкина, Дмитрия Камшигина и Пётра Грязнова. Для детей камчадалов были открыты школы грамоты в Большерецке, Верхнекамчатске и Нижнекамчатскеавгуста миссионеры прибыли в Большерецкий острог на Камчатке. Удивительно, но первыми крещенными на Камчатке оказались десять японцев, которые были выброшены на берег при кораблекрушении.

Инструкции Синода категорически запрещали крестить насильно. Предписывалось обратить особое внимание на воспитание детей через преподавание им Закона Божия. Основная цель состояла в объяснении инородцам основ православия. Предполагалось, что инородцы будут не формально переходить в православие, а осознанно. Для этого миссионеры должны были на доступном для них языке излагать основы православия. Новокрещённые освобождались на один год от уплаты податей и в подарок им давали медный крест. В 1743 г. из Иркутской епархии был прислан отчёт о том, что на Камчатке многие инородцы желают креститься. Из ведомости следовало, что на 1742 г. было крещено 902 инородца: 409 крещеных из Верхне-Камчатского острога, 272 – из Большерецкого острога, 109 – из Нижне-Камчатского острога и 24 – из Охотска.36

При миссии было создано три школы, обучение в которых вели бывшие учащиеся Московской духовной академии. Основные предметы для изучения: Закон Божий, основы церковного пения и русского языка. В начале 60-х гг. XVIII в. на Камчатке в миссионерских школах обучалось уже до 250-300 крещеных детей.37 Миссионерские школы действовали в Забайкалье и Якутии. В 1745 г. было крещено 2709 человек. Следует учитывать, что до этого крещеных инородцев было 5697.38 С момента крещения начинался длительный процесс воцерковления. На тех, кто редко посещал храмы по причине лени и небрежения, накладывались легкие епитимии. Закрепление православной культуры на Камчатке произошло в ходе строительства новых церквей и обеспечения их клиром. Миссия на Камчатке была полностью выполнена – большинство местных инородцев стало христианами.

В 1750 г. православную миссию на Камчатке возглавил иеромонах Пахомий. К концу 50-х гг. XIХ в. миссия реализовала возложенные на неё задачи. Большая часть камчадалов, около 11 тысяч человек, была крещена. В 1758 г. Синод прекратил деятельность миссии, а в 1760 г. Камчатка стала особой частью Иркутской епархии под управлением протоиерея Нижнекамчатской церкви Стефана Никифорова. Отцу Стефану удалось увеличить количество учащихся в бывших миссионерских школах. Это была целенаправленная политика на закрепление православия среди молодого поколения камчадалов.39

На рубеже XVIII-XIX вв. миссионерская работа разворачивается на севере Якутского края. Именно в этом районе проявил себя православный миссионер Григорий Слепцов, который в церковных кругах считается одним из выдающихся просветителей Сибири. Г. Слепцов хорошо знал Якутский край, т. к. он был родом из тех мест. Нет проверенных сведений о его родителях и детстве, но, скорее всего, он получил образование в школе Якутского Спасского монастыря.

К концу XVIII в. сложились все предпосылки для перехода ко второму этапу миссионерской деятельности, связанному с работой православных миссий. Нельзя сказать, что попытки организации духовных миссий не предпринимались, но именно в XIХ в. благодаря систематической работе миссий удалось достигнуть выдающихся результатов. В XIX в. Русская православная церковь активизировала миссионерскую деятельность среди сибирских народов, которые в большинстве поклонялись языческим культам.

3.2 Деятельность духовных миссий и христианизация

сибирских народов в ХIХ – начале ХХ вв.

В XIХ в. происходит расширение миссионерской деятельности Русской православной церкви. Следует отметить, что в Сибири была не одна-две миссии, а целая сеть: Алтайская (1828), Обдорская (1832), Кондинская (1844), Сургутская (1867), Туруханская (1850) и др. В предыдущие два столетия были созданы предпосылки для более глубокого и широкого распространения православной культуры в Сибири. Основной формой распространения христианства среди инородцев становится создание православных миссий, действовавших на постоянной основе и активно использовавших печатную литературу религиозного характера.

По инициативе Тобольского архиепископа Евгения была создана Алтайская духовная миссия. Тобольский архиерей, учтя опыт миссионерской деятельности Иркутского архиепископа Михаила (Бурдукова), решил найти для евангельской проповеди подготовленных людей, но таковых среди местного духовенства не оказалось. У владыки Евгения даже возникла идея самому возглавить миссионерскую работу.1 Позднее преосвященный Евгений отказался от этой идеи, т. к. за короткий промежуток времени невозможно «создать» достойных священников из представителей местных народов. Вот почему он ходатайствует перед Синодом об учреждении в Тобольской епархии особой православной миссии со своей структурой управления и достаточно автономной в своей деятельности.

15 декабря 1828 г. император Николай I утвердил решение Святейшего Синода об открытии миссии. Синод обязал архиепископа Евгения «составить проект к образованию миссионеров для более прочного успеха в деле распространения христианства в Сибири».2 Консистория провела предварительную работу по выявлению желающих стать миссионерами. Таковых оказалось всего трое. Архиепископ Евгений посылал письма в Европейскую Россию к некоторым архипастырям и настоятелям монастырей с просьбой выявить достойных и способных людей для миссионерской деятельности. Данную работу возглавил иеромонах Пафнутьева Боровского монастыря (Калужская епархия) Макарий.

Будущий миссионер родился в 1792 г. в городе Вязьме Смоленской губернии. При крещении священник Яков Глухарёв назвал сына Михаилом. Михаил Глухарёв получил образование в Вяземском духовном училище, Смоленской семинарии и Санкт-Петербургской духовной академии. Особое влияние на Михаила оказал ректор академии архимандрит Филарет. В 1817 г. он заканчивает полный курс академии и становится монахом с именем Макарий. Дальнейшая его церковная карьера складывалась удачно. Некоторое время Макарий был ректором Костромской семинарии, но с 1825 г. удалился в монастырь. Отец Макарий, переводясь в Киево-Печерскую лавру, посетил Серафима Саровского, который предсказал ему трудный путь. После краткосрочного пребывания на Украине его направляют в Глинскую пустынь.

17 февраля 1829 г. Макарий подает прошение о желании заняться миссионерством в Сибири.3 Указом Синода от 01.01.01 г. его назначают начальником Алтайской духовной миссии.4 Он хотел отправиться к остякам и самоедам Обдорского и Березовского краёв, но этому помешало его слабое здоровье. Наконец выбор архимандрита Макария пал на алтайцев. У него появились первые помошники . С общего согласия они выработали нормы совместного жительства. Из правил следовало, что все имущество у них общее: «деньги, пища, одеянье, книги и прочие вещи, и сия мера да будет для нас удобностью в стремлении к единодушию». Также следует отметить: «Желаем быть пред ним искренними и откровенными в частом исповедании помыслов и искушений наших и вместе с ним учиться у Господа уклоняться от зла и творить благое…».5

В феврале 1830 г. Макарий Глухарёв отправился в Сандыпский казачий форпост, но осознав, что для большего влияния на алтайцев необходимо жить с ними, в мае переезжает в селение, называемое Улала. В Улале в 1830 г. Макарий отстроил деревянную церковь, что позволило превратить посёлок в крупную деревню с большим числом православного населения. Некоторая часть жителей этого улуса недоверчиво встретила миссионеров и, решив, что их будут крестить насильно, перекочевала в Бачат, недалеко от Кузнецка. Это вынудило архимандрита Макария перебраться в деревню Майминскую, где он прожил до1834 г. Процесс открытия новых церквей был перманентным. Так в деревне Челухоево была воздвигнута деревянная церковь, при которой через два года открылась начальная школа.6 В 1834 г. Алтайская духовная миссия перешла в ведение Томской епархии.

Представители инородческих элит по экономическим и религиозным причинам стали притеснять христиан-однородцев. Это вынудило Алтайскую духовную миссию искать способы защиты своих подопечных. Выход был найден в переселении христиан в отдельные селения или в поселки с русским (православным) населением.7 К сороковым годам XIХ в. миссия полностью окрепла, хотя ей выделялись весьма скромные суммы на самые необходимые расходы.8 Бюджет миссии в 1837 г. был определён в 571 рублей 41 копеек. В то же время каждому миссионеру отпускалось жалование в размере 80 рублей в год.

Отец Макарий лично окрестил 675 взрослых алтайцев и 1047 детей, создав костяк православного населения среди инородцев на Алтае.9 Не случайно Макария Глухарева в православной церкви именуют - «Апостол Алтая». Подготовка к крещению состояла в заучивании молитв на алтайском языке, правильному изображению крестного знамения и в рассказах из Священной истории. Более того, перед принятием таинства крещения миссионер Макарий брал с инородцев письменное обязательство «о вечной верности своей Церкви Христовой».10 Миссионеры стремились к тому, чтобы подопечные не вернулись к язычеству, поэтому старались поселить новокрещенных в русских крестьянских селениях.11

В станах миссии строились церкви и молитвенные дома, которые стали центрами распространения христианства. Каждый миссионер жил в определенном пункте и выполнял пастырский долг как среди новокрещенных, так и среди местного населения. Миссионеры совершали поездки в большинство пунктов своей территории, причем некоторые из поселений находились на расстоянии до 200 верст от стана. В каждой деревне священник-миссионер находился некоторое время, учил с крещеными молитвы, совершал таинства исповеди и причащал верующих.

В 1836 г. появились новые миссионеры – Стефан Ландышев и Михаил Нигрицкий, что позволило Макарию заняться переводом Евангелия. Макарий перевел на телеутский язык значительную часть Нового завета, катехизис, символ веры, часть церковного песнопения и многое другое.12 Для закрепления миссионерской деятельности Макарий в 1832 г. исхлопотал разрешение освободить новокрещенных от уплаты ясака и иных повинностей сроком до трёх лет.13 Более того, им было дано распоряжение: «Все православные обряды (крещение, отпевание) для инородцев исполнять безвозмездно и не требовать с них хлебной руги».14

Отец Макарий искал себе достойную замену. По этому поводу он писал: «Силы мои со дня на день очевидно оскудевают, и я совершенно уверен в том, что для поддержания и утверждения миссии имею крайнюю нужду в таком сотруднике, …и в котором я имел бы благонадежного и верного помощника во всех делах, составляющих миссионерскую службу. Такого помощника искать в настоящем сотруднике моем С. Ландышеве заставляет сама необходимость».15 В 1844 г. архимандрит Макарий Глухарев серьезно заболев, уехал с Алтая настоятелем Болховского монастыря в Орловской гу­бернии.

Работа Алтайской духовной миссии активизируется при Стефане Ландышеве. Это проявилось в создании Кузнецкого отделения миссии в 1857 г., руководителем которой становится Василий Иванович Вербицкий. Центром Кузнецкого отделения миссии определяется улус Кузедеевский, в котором в 1861 г. открывается миссионерская школа для детей. Лучшие ученики продолжали обучение в Улалинском миссионерском училище. Это училище, открытое в 1867 г., готовило для миссии кадры псаломщиков и миссионеров. Создание Бийского катехизаторского училища способствовало появлению духовно-образованных кадров среди местных инородцев.

С 1857 г. Алтайская духовная миссия стала получать из государственной казны две тысячи ассигнаций в год, которые предназначались на все расходы миссии, в том числе и на содержание самих миссионеров. Следует учесть, что миссия покупала для новокрещенных семена огородных и полевых культур, а также содержала за свой счет всех учащихся в школе.16 В 1857 г. Синод принял решение о выделении для Алтайской духовной миссии ежегодно 4000 рублей, однако каждый год на личное содержание миссионеров не хватало около 1000 рублей. Не учитывались такие хозяйственные расходы миссии: отопление, освещение, ремонт культовых строений, канцелярские и другие нужды. Вот почему важную лепту в стабильное функционирование Алтайской духовной миссии вносили пожертвования.

Миссионеры из молодых священников довольно часто менялись по причине бытовых и иных трудностей, но несмотря на тяготы и проблемы, основная группа миссионеров сформировалась к середине тридцатых годов XIX в. Проверку на прочность прошел такой замечательный проповедник, как Василий Иванович Вербицкий. , выходец из духовного сословия, получил образование в Нижегородской семинарии. По предложению своего родственника Стефана Ландышева 12 января 1853 г. он приезжает в Алтайскую духовную миссию. В следующем году его рукополагают в священники.

В его службе наиболее трудное время наступает с декабря 1858 г., когда его определяют на службу в улус Кузедеевский. Местный шаман Оське оказался непримиримым противником отца Василия. Шаманы всегда старались помешать процессу крещения. Проблема состояла в том, что шорцы, находясь на стадии разложения родовых отношений, в значительной степени зависели от паштыка - главы рода. Паштык Карачерской волости Эбиск прямо заявил , что в Кузедеевском улусе он никому не даст креститься. Отец Василий понял, что добиться успеха можно только при условии более глубокого знания шорской культуры. Он усиленно занимается изучением языка и местных обычаев, строит церковь и дома для миссионеров. В 1865 г. Синод принял положение, разрешающее принимать алтайцев в миссию в качестве проповедников. А также появилась возможность проведения богослужения на родном языке, что стало возможным после издания религиозной служебной литературы на алтайском языке, подготовленной отцом Макарием и отцом Василием.

Барнаульский купец посетил Алтайскую миссию с целью передать ей копию с чудотворной иконы Божией Матери «Споручница грешных», полученную им из Москвы в 1860 г. Он это сделал по просьбе томской юродивой Домны Карповны, сказавшей увести икону на Алтай. А. Мальков стал хлопотать в Москве по просьбе Стефана Ландышева об организации на Алтае миссионерского монастыря и женской миссионерской общины. Такое разрешение было получено в 1863 г. Для организации материальной помощи А. Мальков воспользовался советом архимандрита Владимира организовать миссионерское общество, которое будет помогать миссионерским организациям по всей России. Более того, архимандрит Владимир передал купцу Малькову готовый проект миссионерского общества.

В ноябре 1865 г. в петербургском доме начинает работу «Миссионерское общество для содействия распространению христианства между язычниками». В апреле 1866 г. Российское миссионерское общество назначает А. Малькова «попечителем Алтайской миссии». Вместо того, чтобы оказать Алтайской духовной миссии действенную помощь, Совет Российского миссионерского общества стал требовать отчеты. Алтайские миссионеры выступили с критикой бюрократических методов работы А. Малькова «как человека «действительно неблагонадежного, недобросовестного и вредного для миссионерского дела» и умоляли всех христолюбивых покровителей и ревнителей «не допустить разрушения святого дела на Алтае».17 После этого конфликт между А. Мальковым и Алтайской миссией углубился, что нанесло вред миссионерскому делу.

Работой Алтайской духовной миссии с 1830 по 1910 гг. руководили архимандрит Макарий Глухарев, протоиерей Стефан Ландышев и епископы: Владимир (Петров), Макарий (Невский), Владимир (Синьковский), Мефодий (Герасимов), Сергей (Петров), Макарий (Павлов), Иннокентий (Соколов). В период управления миссией архимандритом Владимиром ( гг.) было открыто три дополнительных отделения (Мрасское, Катандинское и Чулышманское ); для улучшения хозяйственного быта новокрещенных, перешедших к оседлому образу жизни, основано 19 селений и построены дома для них; появилось дополнительно 28 церквей и молитвенных домов.18 Рядовой миссионер ежемесячно в письменном виде предоставлял руководителю миссии отчет о количестве крещеных, а в конце года – о работе в целом. С 1870 г. в миссии стали вести метрические росписи и запись браков. Для личного ознакомления с состоянием дел начальник миссии посещал все станы раз в год, а некоторые гораздо чаще. Он выступал в качестве защитника новокрещенных перед властями и сородичами-язычниками.

Большое значение для миссионерства в Сибири имели взгляды . Николай Иванович Ильминский родился в семье пензенского священника. Образование он получил в Казанской духовной академии, по окончании которой был оставлен при ней в качестве преподавателя арабского и татарского языков. Главным орудием миссионерства среди инородцев Ильминский считал знание их языка. К концу 1860-х гг. разработал просветительскую систему, основанную на приобщении инородцев к духовной культуре православия через их родной язык и учителей. Основные положения системы: священники и церковнослужители в инородческих приходах должны быть из лиц ему одноплеменных, церковные службы должны производиться на местном языке, богослужебные книги и литература религиозно-нравственного содержания должна быть переведена на местные языки, миссионерские школы должны воспитывать детей в духе церковности, учителя в инородческих школах должны хорошо знать инородческие языки. Хотя система инородческого обучения вызывала у власти некоторые опасения, но постепенно она была признана, стал пользоваться уважением. В январе 1866 г. начальник Алтайской духовной миссии архимандрит Владимир Петров познакомился в Казани с и посетил его миссионерскую школу.19 Между Алтайской духовной миссией и была налажена тесная связь. На Алтае были рады его письмам, которые всегда поддерживали и ободряли миссионеров.20

В 1875 г. в Бийском миссионерском округе было 8 станов и столько же миссионеров. Хотя Кузнецкий округ по территории и количеству этнических групп только немного уступал Бийскому, но в нём был только один стан во главе с миссионером . Вот почему возникла необходимость открытия нового стана в Бачатских улусах Кузнецкого округа, где проживали Улалинские телеуты. Мрасский миссионер, отвечавший за данный район, ввиду больших расстояний и чрезвычайно плохих дорог, не мог оказывать на крещеных соответствующего влияния.

В 80-е годы XIХ в. появилась возможность открыть Бачатское отделение миссии с центром в улусе Челухоевском. В этом улусе удалось построить даже каменную церковь и школу. Миссионерскую деятельность кроме начальника миссии выполняли протоиерей Стефан Ландышев; игумен Акакий, иеромонахи Макарий, Дометион, Платон; священники Василий Вербицкий, Александр Гусев, Иоанн Смоляников, Василий Постников, Арсений Ивановский. Также обязанности миссионера выполнял иеромонах Благовещенского монастыря Варсонофий. В 1878 г. Алтайская духовная миссия направила в Казань двух учеников из инородцев - Михаила Ташкынова и Степана Тодогошева. В 1882 г. стипендиаты окончили семинарский курс. Ташкынов стал учителем в Улалинском училище, а Тодогошев был послан в Киргизскую миссию.

Миссионерская деятельность в основном делилась на два вида: просвещение «язычников» и приобщение к культуре православия новокрещенных. Миссионеры лояльно относились к обрядам и обычаям местных народов. Важное значение они уделяли изучению языка сибирских народов. Вот почему удалось создать алфавит и букварь для алтайцев, телеутов и шорцев.

14 декабря 1883 г. начальником Алтайской духовной миссии становится отец Макарий, обладавший значительным опытом миссионерской работы. Он был учителем в миссионерских школах, вел успешную переводческую и проповедническую деятельность. За особые заслуги перед церковью он в 1864 г. пожалован Синодом наперстным крестом и в том же году стал наместником Чулышманского Благовещенского монастыря. В 1871 г. он возводится в сан игумена, а в 1883 г. стал архимандритом. 14 декабря того же года утверждён начальником АДМ, а уже в феврале 1884 г. был рукоположен в сан епископа Бийского.21 В 1900 г. на территории Алтайской духовной миссии находилось всего 69 церквей и молитвенных домов. В Улале расположился женский монастырь, в котором занимались иконописанием.