Макрозообентос шельфовой и глубоководной зон в азербайджанской части среднего Каспия (стр. 3 )

Осадко накопление дна Каспийского моря происходит за счёт терригенного, биогенного и хемогенного карбонатного материала [92, 153]. Терригенный материал на две трети привносится реками, а остальное – за счёт эолового переноса и абразии берегов. Основное осадконакопление приурочено к средней части Каспия, а северная (мелководный шельф) в целом является областью сноса. Процесс осадконакопления в Каспийском море протекает при очень сложных условиях. Основное значение имеют течения и волнения, которые обусловливают перенос и сортировку материала, а так же распределение осадков по механическому составу.

Характерные особенности гидрохимического режима моря – перенасыщение каспийской воды карбонатами, высокой щелочной резерв и повышенные величины pH (8,3-8,6) создают благоприятные условия для хемогенного выпадения карбанатов в осадок., особенно в мелководных, хорошо прогреваемых районах [30]. Дно центральной котловины Среднего Каспия покрыто слабоизвестковым глинистым илом, обрамленным слабоизвестковым алевритово-глинистыми илами, переходящими на склоне и шельфе в слабоизвестковые мелкоалевритовые илы, имеющие наибольшее распрстранение на узком западном шельфе. Илистые отложения Среднего Каспия значительно обогощены аутигенным пиритом и гидротроилитом. Образование пирита связано с разложением органического вещества диатомовых водорослей в условиях восстановительной среды и высокого содержания железа.

Для западного прибрежья Среднего Каспия наиболее характерны ракушечные грунты [20, 153]. Чистая ракуша или в сочетании с песком и илом встречаются почти на всех разрезах и станциях до глубины 25 м. Глубже илистый грунт становится больше, но до глубины 50 м ракуша превалирует над илом. С дальнейшим увеличением глубины количество ила еще возрастает и на изобате 100 м уже основным компонентом грунта является чистый ил.

В Среднем Каспии в открытом море и у западного побережья во все сезоны наблюдаются ветры с севера. Средняя скорость ветра составляет 5-8 м/с. Повторяемость штилей колеблется от 5 до 20% , штормов – 5-15% [139].

1.2. Макрозообентос Каспийского моря

Каспий – это единственный в своем роде уникальный водоем, не имеющий в течение более полутора миллионов лет связи с океаном и сохранивший фауну морского происхождения. Воды Каспия отличаются по своему гидрохимическому составу от морской воды и от вод внутриконтинентальных бессточных озер. Его размеры, соленость воды, характер течений и структура водных масс схожи с другими внутренними морями с неполной соленостью, а процессы продуцирования органического вещества в пелагиали и осадконакопления – типично морские. Еще более уникальна фауна Каспия. Такого количества эндемиков в абсолютном значении трудно найти еще где-либо. А существование осетровых рыб, сохранившихся без изменений в течение почти 300 миллионов лет, еще более удивительно [77].

Каспийское море в силу своеобразного происхождения и изолированного положения, особенностей физико-географических условий и уникальности своей фауны всегда привлекало внимание исследователей. Его уникальная фауна сформировалась в условиях длительной изоляции в основном из морских видов и состоит на 46% из эндемиков Каспия, а еще 20% видов встречаются только в Понто-Каспийском регионе [60].

Принято считать, что современная автохтонная каспийская фауна и флора формировались приблизительно в течение 1,8 млн. лет из очень ограниченного количества видов в условиях солоноватоводности и длительной изоляции без конкуренции с морскими видами [77]. Считается, что произошло это после того, как Акчагыльский бассейн, трансформировавшийся в современный Каспий, утратил связь с океаном, а его богатая морская фауна, по мере опреснения водоема, почти полностью вымерла. Многие виды объединились в близкородственные группы, имеющие слабую морфологическую разобщенность и образующие переходные формы, что свидетельствует об их происхождении от одного предка. Большая морфологическая близость видов позволяет предполагать, что процесс видообразования берет начало от одной или нескольких начальных форм [77].

Слабая морфологическая разобщенность многих образовавшихся видов свидетельствует, что фауна Каспийского моря молода и находится в состоянии дальнейшего развития. В результате таких особенностей автохтонные каспийские виды приобрели качества универсальных, но с низкой степенью специализации, а потому менее конкурентоспособных. По мнению Карпинского, небольшое разнообразие современных видов и их слабая специализация обеспечили большую стабильность и устойчивость сообществ к изменениям факторов среды. Однако солоноватоводные автохтонные каспийские виды уступают вселенцам, морским видам, которые лучше приспосабливаются к новым условиям. При равных условиях вселенцы имеют значительное преимущество перед аборигенными видами [73].

Основы исследований биологии Каспийского моря были заложены во время проведенных экспедиций знаменитым зоологом и путешественником в 1770-1773 гг. и в 1771-1774 гг., которые носили в основном фаунистический характер [117, 41]. В трудах появляются первые сведения о фауне червей, моллюсков, ракообразных и рыб. первым высказывает мысль о сходстве фауны Черного и Каспийского морей. Наиболее ценные дополнения по видовому составу моллюсков были сделаны Э. Эйхвальдом, который одним из первых натуралистов обратил внимание на данную проблему [176].

Далее последовали экспедиции Карла Бэра, занимавшегося рыбохозяйственными исследованиями, но одновременно описавшего и некоторые прибрежные организмы [168]. Обширный материал по фауне Каспийского моря был накоплен в результате экспедициий в 1874-1876 гг. [43]. Исследования охватывают как мелководные, так и глубоководные зоны моря. В частности, характеризуя фауну Каспия, указывает, что ракообразные спускаются глубже, чем моллюски и черви, а в своем распространении они достигают больших глубин [43]. На основании найденных новых видов им было опровергнуто предположение [176] о бедности фауны Каспийского моря. Однако накопленный материал по ракообразным в течение 20 лет оставался необработанным и затем был передан для обработки выдающемуся норвежскому исследователю . Результатами его работ стали не утратившие и поныне своего значения описания и рисунки амфипод, кумовых и мизид [202]. На основе этих материалов были проведены фундаментальные исследования по двустворчатым моллюскам [15]. Как результат этих исследований в 1904 г выходит труд «Введение в изучение фауны Понто-Каспийско-Аральского морского бассейна», в котором автор на основании накопившихся фаунистических данных приводит список организмов, дает краткую их зоогеографическую оценку и определительные таблицы кумовых ракообразных [135].

Исследования биологических ресурсов Каспийского моря активизировались в начале ХХ века в период экспедиций 1904-1921 гг., организованных и возглавляемых [83]. Эти экспедиции дали физико-географическую, гидрологическую и биологическую основу, на которых в дальнейшем базировались развернутые и углубленные исследования. В результате были заложены основы современных исследований Каспия и была организована Бакинская рыбохозяйственная станция (ныне Азербайджанский Научно-Исследовательский Институт Рыбного Хозяйства, АзерНИРХ). В дальнейшем на Каспии была создана целая сеть рыбохозяйственных институтов и их филиалов – в Астрахани, Баку, Махачкале, Гурьеве, Красноводске, работавших в сотрудничестве с академическими институтами в Баку, Махачкале и других городах и научных центрах. В этот период проводилось систематическое исследование зообентоса Каспийского моря.

Начиная с 1930-х г. исследования фауны Каспия принимают научно-промысловый характер, что позволило оценить зообентос в качестве кормовой базы наиболее ценных промысловых рыб-бентофагов: осетровых, карповых и др. [17, 28, 46, 50]. Более того, это позволило оценить общие сырьевые ресурсы Каспия. Для этого на Каспий был перенесен разработанный на Баренцевом море метод комплексного изучения функционального единства среды и живого населения моря [62]. Суть этого метода применительно к зообентосу заключается в определении качественных (видовой состав) и количественных показателей, характиризующих состояние зообентоса по участкам моря и сезонам года в многолетней динамике. В 1939 году впервые Инструкция сбора и обработки зообентоса была составлена специалистами Всесоюзного Научно-Исследовательского Института Рыбного Хозяйства и Океанологии (ВНИРО) к применению для получения сравнимых результатов по районам моря, сезонам года по унифицированной методике [65].

Основываясь на данном методе в 1956 г., было изучено состояние зообентоса после зарегулирования крупных рек, впадающих в Каспийское море – Волги и Куры [122]. В 1962 г. аналогичные работы были проведены для определения результатов акклиматизации хедистеа и абры [124], а в 1976 г. – в условиях понижения уровня моря, сопровождающегося повышением солености морских вод [128]. В дальнейшем, углубляясь и расширяясь, исследования зообентоса принимают мониторинговый характер, освещая особенности биологической продуктивности зообентоса по районам моря, его роль в создании и формировании промысловых популяций рыб, изменения под воздействием экологических и антропогенных факторов и т. д. [72].

Поледующие фаунистические исследования [61, 47, 26] пополнили списки видов отдельных систематических групп населения Каспия, не изменив общего представления о разнородности источников формирования его фауны, характерной особенностью которой является преобладание видов автохтонной солоноватоводной фауны.

-Болтовской, сопоставляя состав реликтовой (каспийской) фауны Каспия и Понто-Азова, отметил, что, хотя в обоих бассейнах в составе этой фауны преобладают одни и те же систематические группы (главным образом ракообразные и рыбы), число видов автохтонного комплекса в фауне Каспия в 2,3 раза больше, чем в фауне Азово-Черноморского бассейна [111].

Обобщение работ по истории изучения, составу и распределению донной фауны Каспийского моря подробно рассмотрены в работах [60], который выделяет в фауне Каспийского моря среди донных беспозвоночных четыре фаунистических комплекса: