Первообразные предлоги русского языка в свете теории грамматикализации (стр. 2 )

II. Предлоги русского языка в свете теории грамматикализации

Грамматикализация — постепенный процесс изменений, в ходе которого знаменательные единицы приобретают грамматические функции и становятся служебными единицами, а служебные единицы развивают свои грамматические функции[6]. В ходе грамматикализационных изменений значение единицы становится более обобщенным, сочетаемость расширяется, план выражения претерпевает редукцию, происходит приобретение новых грамматических функций.

Грамматикализационный путь, по которому происходит развитие предлогов во многих языках, ведет от знаменательного слова к предлогу, который может далее грамматикализоваться до падежного показателя.

Этап развития предлога от знаменательного слова описан для многих единиц разных языков[7]; переход от предлога к аффиксу также зафиксирован во многих языках, однако он характерен прежде всего для языков с послелогами.

В русском языке можно найти многочисленные примеры появления новых предложных единиц из знаменательных слов. Прежде всего это относится к группе непервообразных предлогов, для которых связи с источниками особенно очевидны. Эта группа отличается по свойствам от знаменательных слов-источников, с одной стороны, и первообразных предлогов, с другой стороны. Рассматривающиеся ниже свойства, во-первых, так или иначе позволяют ограничить группу непервообразных предлогов, и во-вторых, показывают, что и внутри группы непервообразных предлогов единицы различаются между собой по степени грамматикализованности, в разной мере продвинулись по пути развития от периферии к центру категории.

Одним из свойств, позволяющих показать, что единицы в группе непервообразных предлогов различаются по степени близости к ядерным членам группы предлогов, является степень связанности, спаянности предлога с зависимой именной группой, т. е. невозможность вставки каких-либо единиц, например, частиц, внутрь предложной группы[8]. Для первообразных предлогов такая вставка невозможна: для выделения участника, выраженного в составе предложной группы, частица помещается в препозиции к предлогу (*на именно шкафу vs. именно на шкафу). С непервообразными предлогами она более приемлема: благодаря именно друзьям; кроме того, в данном случае неясно, полностью ли синонимичными являются варианты благодаря именно друзьям и именно благодаря друзьям. Это формальное свойство является следствием семантических свойств предлога: чем менее специфицированным является значение предлога, чем более обобщенную семантическую роль он выражает, тем большей будет степень его синтаксической спаянности с зависимым.

В небольшой выборке предлоги и похожие на них единицы упорядочены по степени допустимости вставки частиц именно и только в предложную группу: в, ради, через, вследствие, благодаря, несмотря на, исходя из, в полном соответствии с. Наименее приемлемой вставка оказывается для предложных групп с первообразными предлогами, для непервообразного предлога вследствие оба положения частицы (перед предложной группой и внутри нее) будут примерно одинаково приемлемы, в то время как для сочетания в полном соответствии с предпочтительной будет вставка частицы (т. е. вариант в полном соответствии именно с). Приемлемость вставки частицы — градуальное свойство, которое позволяет упорядочить предлоги по степени грамматикализованности от наиболее грамматикализованных представителей класса предлогов до крайне периферийных членов.

Существуют и другие формальные свойства, которые свидетельствуют о значительном грамматикализационном развитии единицы. Одним из таких свойств является изменение управления единицы в ходе отдаления от источника; примером такого изменения является предлог благодаря, управляющий дательным падежом, в отличие от переходного глагола-источника. Такое изменение не обязательно сопровождает грамматикализацию предлогов. Если же оно происходит, можно определенно говорить о появлении нового предлога как единицы лексикона, так как у предлога и источника тогда различается набор лексически заданных характеристик. Падеж зависимого в данном случае позволяет провести четкую границу между употреблениями в тексте предлогов и их источников, поскольку появляются такие контексты, в которых статус единицы (например, деепричастие vs. предлог) не вызывает сомнений.

Границу между непервообразными и первообразными предлогами позволяет наметить важное и часто упоминаемое формальное свойство, заключающееся в способности разрывать местоимения типа кое-кто и никто: определенно возможен разрыв таких местоимений в случаях кое на чем, ни для кого, кажется, менее допустим в случаях?кое без кого, ?ни через кого, ?кое ради чего, полностью исключен в случаях *кое вслед кому, *кое вместо чего. При этом способность разрывать сочетание друг друга характеризует несколько большее число предлогов — не только первообразные, как в случаях друг над другом, друг через друга, друг против друга, друг относительно друга, в соответствии друг с другом, но не ??друг в соответствии с другом. Единицы, способные разрывать местоимения кое-кто и никто, составляют достаточно узкий класс (в который входят все односложные безударные предлоги), и являются подмножеством предлогов, способных разрывать сочетание друг друга. Таким образом, с помощью этого формального критерия можно приблизительно провести две различные границы, ни одна из которых не будет совпадать с намеченной выше границей между первообразными и непервообразными предлогами.

Интересной особенностью предлогов русского языка является также появление эпентетического ­н - в сочетаниях с местоимениями третьего лица (в нем, с ней, под ними). Как известно, появление подобных вариантов местоимений связано с переразложением сочетания местоимения с несколькими предлогами с конечным носовым (вън, сън), после чего произошло распространение варианта местоимений с начальным носовым на другие предлоги, этимологически не имевшие конечного носового (например, из, у, по). При этом еще в XIX в. многие непервообразные и даже некоторые первообразные предлоги, сейчас употребляющиеся с вариантом местоимений со вставным н-, использовались с вариантами местоимений без него. «Эпентетическое (вставное) н при местоимениях третьего лица в практике литературного языка первых четырех десятилетий XIX века ограничено употреблением только при предлогах в точном значении слова (т. е. при первообразных предлогах — М. О.); при наречиях-предлогах его обыкновенно еще нет. К наречиям-предлогам в частности относятся в этом отношении между и меж» [Булаховский 1954: 114]. Предлоги между и ради, считающиеся первообразными, действительно могли употребляться в XVIII и XIX вв. в сочетаниях между ими, ради их (1), (2) [9].

(1) ...но и между ими есть разница, ибо то поле, которое лежит без скатов, равниною, имеет во мнении земледелателей преимущество, по той, может быть, причине, что более может иметь влажности. [. Описание моего владения (1800-1801)]

(2) При всем том, однако, он не стоил столь великой жертвы, чтоб ради его запалить свой дом и самому обратиться в головешку. [. Повесть о рождении моем,...(1788-1822)]

Для предлога между варианты между ими и между ними следующим образом распределяются для трех периодов:

Таблица 1. Сочетания между ими и между ними в НКРЯ

		между ими	между ними
между	1700-1800	100	56
1801-1850	148	381
1960-1990	3	835

В современном русском языке вариант с эпентетическим н используется с гораздо более широким кругом предлогов, а вариант без него допустим далеко не для всех непервообразных предлогов.

Таблица 2. Распределение вариантов местоимений

	1	2	3	4	5
	в, на, с, от, без, перед, через	ради, между	после, около, подле, вокруг	вблизи, внутрь	навстречу, вопреки, благодаря, вслед
н (него, ним)	+	+	+	+	–
без н (ее, ими )	–	–	–	+	+

В столбцах 1 и 2 находятся первообразные предлоги; предлоги ради и между выделены в отдельную группу, поскольку в XVIII-XIX вв. они могли употребляться и с вариантом без н. Непервообразные предлоги, помещенные в столбцы 3, 4, 5, различаются по сочетаемости с различными вариантами местоимений. Примеры показывают, что граница распространения варианта местоимения с н значительно сдвинулась с XVIII в., и группа единиц, сочетающихся именно с этим вариантом, значительно расширилась, включив в себя многие непервообразные предлоги. Как и изменение управления, способность сочетаться с вариантом местоимений с н не является прямым проявлением грамматикализационных изменений предлога. Скорее приобретение такой способности следует рассматривать как индикатор включения единиц в класс предлогов с приобретением характеных для этого класса морфонологических особенностей, иными словами, включение в парадигму предлогов[10].

В целом все указанные свойства (наличие связей со знаменательными словами, возможность разрыва предложной группы, поведение с различными разрывными единицами, выбор варианта местоимения) показывают, что класс предлогов является достаточно разнообразным. Эти свойства бинарны, т. е. каждое позволяет разбить предлоги на две группы, хотя и здесь границы относительны, потому что чаще всего приходится говорить не о запрете и допустимости, а о степени приемлемости. Границы, которые намечают различные критерии, не совпадают, однако нельзя сказать, что они полностью случайны: единицы, находящиеся ближе к центру категории по одному из свойств, и по другому также будут проявлять большую степень грамматикализованности. Таким образом, даже на основании небольшого набора семантических и формальных свойств можно говорить об относительной упорядоченности предлогов, отражающей постепенность переходов от периферии к центру.