Разные типы инференций при чтении. Психолингвистическое исследование (стр. 5 )

·  Катя младше рассказчицы.

Этот вывод можно сделать из того, что Катя обращается к рассказчице по имени-отчеству, а та обращается к ней по имени. Тем не менее, подобное обращение может быть обусловлено не возрастным, а статусным соотношением (например, Марина Юрьевна – молодой преподаватель) или нормой общения данных двух людей.

Некоторые исследователи (напр., Mey 1993: 152) называют выводы из этикетных моделей (чаще всего рассматривают примеры с “Tu – Vous” и “Du – Sie”) конвенциональными импликатурами. Но в рамках данной работы мы рассматриваем конвенциональные импликатуры как вид формально-логических инференций, к которым этот пример не относится.

·  Катя и рассказчица – близкие подруги.

Ожидаемым ответом здесь будет отрицательный. Эта инференция, как и предыдущая, основана на обращениях. Как правило, близкие друзья обращаются друг к другу на «ты» и по имени, но встречаются исключения.

·  Вопрос о том, завтракала ли Катя, был предложением позавтракать вместе.

«-- Катя, Вы завтракали?

Если бы красотка не выглядела такой несчастной, я бы ей не подмигнула».

Приписывание иллокуции теоретики релевантности называют экспликатурой высшего уровня (Carston 2004c: 3). Вывод о том, что данный вопрос является предложением, вероятен, поскольку из любопытства такие вещи спрашивают редко. Кроме того, в пользу трактовки этого вопроса как предложения свидетельствует то, что в результате герои пошли пить чай вместе. (Хотя последнее не означает, что перлокутивный эффект и иллокуция высказывания определяют друг друга).

Однако рассказчица вполне могла задать вопрос потому, что Катя плохо выглядела, как будто не позавтракала, или с еще каким-либо смыслом. Таким образом, приписывание иллокуции является вероятностно-индуктивной инференцией.

·  Катя улыбнулась потому, что рассказчица ей подмигнула.

«Если бы красотка не выглядела такой несчастной, я бы ей не подмигнула. Она улыбнулась».

Этот вывод основан на принципе «естественной логики» (термин Кербрат-Ореккьони), формулируемом как “Post hoc ergo propter hoc” («После этого – значит, вследствие этого») – правило, которое входит в список распространенных формально-логических ошибок, а следовательно, часто служит основой для умозаключений.

·  Мать рассказчицы знакома с Катей.

«В общем, мы пошли пить чай. Думаю, мама бы меня за это не осудила».

Здесь ход мысли можно представить так: «не осудила бы» -- значит, могла и осудить (исходя из постулата информативности). А раз мать может осудить общение рассказчицы с Катей, то, скорее всего, потому, что она хорошо знает эту Катю и настроена против нее. Между тем, в отрывке не говорится, какой именно круг явлений входит в «это». Вполне возможно, что мать осудила бы рассказчицу за то, что она пьет чай (хотя доктор прописал ей пить только воду), или же за то, что она приглашает гостей и веселится, в то время как у нее недавно кто-то умер, и т. д. Совершенно необязательно, что мать рассказчицы знакома с Катей.

·  Мать рассказчицы разведена.

«После развода она перестала мной интересоваться».

В приведенном отрывке содержится семантическая пресуппозиция «произошел развод». Однако кто именно развелся, не уточняется. Таким образом, инференция «мать рассказчицы разведена» является вероятностно-индуктивной.

·  Если телефонный разговор с матерью продлится менее десяти минут, рассказчица не расплачется.

«Я тоже притворяюсь успешной и самодостаточной, но понимаю, что если очередной разговор продлится дольше десяти минут, я расплачусь».

Здесь ставится вопрос о том, какое понимание союза «если» преобладает: логическое или прагматическое. В лингвистике распространено мнение, что семантика условности не может быть сведена к логическим отношениям причины и следствия. Суждение выражает логическое понимание союза.

a.  Молодой человек, с которым Катя встречается вечером – ее родственник.

«Катя сообщила, что вечером встречается с молодым человеком».

Это пример, аналогичный классическому примеру общей импликатуры по Грайсу, разобранному в главе 1 (“X is meeting a woman this evening”). Ожидаемый ответ – отрицательный.

b.  У Кати покраснела только одна щека.

«Катина левая щека покраснела».

Это пример «естественно-логического» умозаключения, которое Кербрат-Ореккьони (1986) называет «если х есть р, то у есть не-р». К этому умозаключению можно прийти, например, опираясь на постулат информативности Грайса: если у Кати покраснели обе щеки, то зачем говорить только про одну?

В то же время, этот вывод вполне устраним расширением контекста: может быть, Катя сидела боком к рассказчице, и той была видна только одна ее щека.

c.  Катя попыталась дать понять, что вопрос рассказчицы неуместен.

«-- А он лучше водит машину, чем Гоша? – спросила я.

Катина левая щека покраснела.

-- Мне еще вчера Ваша мама звонила».

Этикет, максима вежливости и постулат Отношения Грайса предписывают собеседнику на вопрос дать ответ. Но Катя не дает ответа на вопрос, тем самым демонстративно нарушая Принцип Кооперации.

Это пример импликатуры, аналогичный тому, который приводил в статье «Логика и речевое общение» как пример эксплуатации постулата Отношения. («Миссис Х - старая карга». -- «Не правда ли, погода этим летом была восхитительная?»): «Б совершенно неприкрыто отказался сделать свое высказывание релевантным по отношению к предыдущей реплике А; тем самым он имплицировал, что слова А не следует обсуждать, или, более конкретно, что А совершил социальную оплошность» (Грайс 1985: 235).

Заметим, что слово «релевантный» в статье Грайса употребляется совсем не в том смысле, в каком оно используется последователями Теории Релевантности. Согласно Теории Релевантности, высказывание Кати (как и любое другое) не может быть интерпретировано однозначно, поскольку для каждого воспринимающего субъекта оно будет обладать своей степенью релевантности. Так, рассказчица, по-видимому, не восприняла Катину реплику как намек на бестактность, так как содержание, касающееся мамы, вызвало у нее больший когнитивный эффект. Если же читающего этот диалог больше интересуют тонкости взаимоотношений рассказчицы с Катей, он, возможно, будет более склонен к первому варианту интерпретации.

В любом случае, мы не знаем, намеренно ли Катя сменила тему разговора: может быть и так, что она заранее собиралась сообщить рассказчице несколько новостей, или же новость о маме как-то связана с рассказом о молодом человеке, с которым она встречается вечером. Интерпретация данного высказывания, таким образом, может быть изменена расширением контекста.

Проведение эксперимента.

Экспериментальный текст был размещен в Интернет[8] на нескольких веб-страницах, по которым испытуемые перемещались в заданном порядке (текст с вопросами и инструкциями можно увидеть в Приложении 1). Эксперимент состоял из двух частей. В первой части испытуемых просили прочитать текст один раз и оценить достоверность каждого из приведенных 26 суждений по 7-балльной шкале, где «+3» означало «совершенно точно, да», «-3» -- «совершенно точно, нет», «0» -- «данных текста недостаточно для ответа на вопрос». Возвращаться к тексту перед ответом было нельзя. Во второй части вопросы и задание были те же, но испытуемые могли перед ответом возвращаться к тексту сколько угодно раз.

В эксперименте приняли участие 333 человека. При этом в силу некоторых экспериментальных недочетов, а также вследствие самого способа проведения эксперимента (Интернет-голосование) не все из них ответили на все вопросы. Так, в первом варианте опроса ссылка на следующую страницу была выделена недостаточно ярко, и около 60 человек ее не заметили. Кроме этого, как показала обратная связь, некоторые испытуемые не понимали, в котором месте нужно нажать на кнопку «отослать опрос» или просто забывали это сделать перед тем, как перейти на следующую страницу, из-за чего также было утеряно некоторое количество ответов. Часть испытуемых просто пропустила отдельные вопросы из-за невнимательности. Наконец, не все захотели указывать сведения о себе.

Было бы странно не засчитывать большую часть ответов из-за того, что у нас отсутствуют полные сведения об испытуемых. В то же время, изучение связанных выборок позволяет применить дополнительные критерии при анализе результатов. Поэтому в главе «Результаты эксперимента» приводятся результаты по двум выборкам: полной и контрольной. На первых двух диаграммах под каждым вопросом отображены ответы всех испытуемых, принявших участие в голосовании по данному вопросу. На третьей диаграмме отображены результаты по контрольной выборке.

В контрольную выборку вошли только те испытуемые, которые указали свой пол. Далее из них были выбраны те, которые ответили на все 52 вопроса по тексту. В результате контрольная выборка составила 62 человека, 14 мужчин и 48 женщин, от 17 до 53 лет, с высшим и неполным высшим образованием. Более подробные сведения об испытуемых приводятся в Приложении 2.

Методы обработки данных

При анализе результатов эксперимента использовались программы обработки опросов платформы и статистический пакет StatSoft Statistica 6.0.

В качестве меры центральной тенденции распределения оценок мы выбрали медиану (Ме) как наиболее адекватный показатель, отражающий измерение субъективных расстояний между ощущениями на шкале порядка (см., например, Фрумкина 1971: 132).

Формальным показателем единодушия ответов на тот или иной вопрос было выбрано стандартное отклонение оценок.

Для проверки корреляции между отдельными параметрами использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена (R). Согласно Сидоренко (2001), сильной считается корреляция при R≥0,7, средней при 0,5≤R≤0,69, умеренной – при 0,3≤R≤0,49, слабой – при 0,2≤R≤0,29, и очень слабой – при R<0,19.

Для сопоставления показателей по двум независимым выборкам (таким, как мужчины и женщины, студенты и люди с высшим образованием) использовался U-критерий Манна-Уитни. Различие признавалось значимым при p<0,05.

Для сравнения показателей в связанных выборках (оценки при первом и втором чтении текста) использовался Т-критерий Уилкинсона. Сдвиг в оценках признавался достоверным при p<0,05.