Разные типы инференций при чтении. Психолингвистическое исследование (стр. 1 )

Санкт-Петербургский Государственный Университет

Филологический факультет

Отделение теории языкознания

Разные типы инференций при чтении

Психолингвистическое исследование

Дипломная работа

студентки 5 курса

отделения теории языкознания

Кононовой Антонины Михайловны

научный руководитель:

д. ф.н.

Санкт-Петербург

2007 г.

Оглавление

Оглавление. 2

Введение. 3

I. Проблемы классификации текстовых инференций. 6

Роль инференций в восприятии текста. 6

О принципах классификации инференций. 9

Пресуппозиция. 11

Импликатура, экспликатура, имплицитура. 14

Теория релевантности. 18

Выводы.. 21

II. Психолингвистическое исследование восприятия имплицитных смыслов 22

Анализ экспериментального материала. 22

Проведение эксперимента. 31

Методы обработки данных. 33

Результаты эксперимента. 34

Восприятие лексических пресуппозиций. 34

Восприятие структурных пресуппозиций. 42

Выведение силлогизма. 44

Конвенциональная импликатура. 45

Вероятностно-индуктивные инференции. 46

Выводы.. 62

Заключение. 63

Список литературы.. 65

Введение

Как заметил С. Левинсон, «нельзя так разрезать семиотический пирог, чтобы сказанное исключало подразумеваемое»[1]. Но где проходит граница между первым и вторым? Существует ли разница между значением и смыслом для рядового носителя языка? Справедливо ли противопоставление семантики и прагматики?

При восприятии текста адресат неизбежно осуществляет акт инференции, то есть «додумывания» за адресанта (Макаров 2003:125). Инференция необходима для понимания смысла сообщения наравне с декодированием лингвистических сигналов. Все более распространенным становится мнение, что адекватное описание вербальной коммуникации должно показывать взаимодействие этих двух процессов (Wilson 1998b).

Объектом нашего исследования было понимание смысла высказывания в нарративе. Предмет исследования – различие в восприятии разных типов инференций при чтении текста.

Общепринятой классификации смыслов высказывания на данный момент не существует, но наиболее общие оппозиции, описанные различными исследователями, во многом схожи. Так, (там же) пишет о принятом разделении инференций на формально-логические и вероятностно-индуктивные. Это разделение практически полностью совпадает с введенным французской исследовательницей Кербрат-Ореккьони противопоставлением “presupposes – sous-entendus”, а также с двумя видами текстовых квазиимпликаций по И. Беллерт. Первый член каждой оппозиции обладает свойством неустранимости под воздействием контекста[2], вторые устранимы расширением контекста, то есть адресант может отказаться от них, продолжив и объяснив свое высказывание. Первые -- часть того, что сказано, вторые -- то, что подразумевается. Таким образом, это разделение, в общем, соответствует оппозициям «семантика – прагматика» и «значение – смысл».

Цель данной работы – определить, как различные типы смыслов воспринимаются и сохраняются в памяти, и, в частности, существует ли перцептивное отличие вероятностно-индуктивных инференций читателя от формально-логических, заложенных текстом.

Эта цель подразумевала решение следующих задач:

- обобщить существующие на данный момент подходы к типологии смыслов высказывания;

- выяснить, как выявленные типы смыслов воспринимаются при чтении текста;

- определить, как разные типы смыслов сохраняются в памяти.

Основным методом решения поставленных задач был эксперимент. Был создан текст, содержащий определенные типы смыслов. Затем был создан список высказываний, каждое из которых эксплицировало один из заложенных смыслов. Экспериментальный текст был размещен в Интернет на нескольких веб-страницах, по которым испытуемые перемещались в заданном порядке. Задание состояло из двух частей. В первой части испытуемых просили прочитать текст один раз и оценить достоверность каждого из приведенных 26 суждений по 7-балльной шкале, где «+3» означало «совершенно точно, да», «-3» -- «совершенно точно, нет», «0» -- «данных текста недостаточно для ответа на вопрос». Возвращаться к тексту перед ответом было нельзя. Во второй части вопросы и инструкция были теми же, но испытуемые могли перед ответом возвращаться к тексту сколько угодно раз.

Теоретическая значимость данного исследования заключается в том, что оно позволяет взглянуть на существующие классификации смыслов высказывания с психолингвистической точки зрения. Результаты могут иметь широкое практическое применение, поскольку особенности восприятия текста должны учитываться как в преподавании языков, так и при написании текстов самого разного характера, а также в сфере оценки и тестирования способностей, где все чаще применяются вербальные тесты.

Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы и двух приложений. Первая глава посвящена обзору существующих подходов к классификации смыслов высказывания, а также предыдущих экспериментальных исследований в области восприятия смыслов. Во второй главе рассказывается о проведенном нами эксперименте и его результатах.

I. Проблемы классификации текстовых инференций

Роль инференций в восприятии текста

Существует достаточно большое количество работ по теории текста конца 70- начала 80х годов, основанных на одном и том же предположении: чтобы понять текст, мы должны представлять себе, о чем он. Эта концепция разрабатывалась при помощи таких понятий, как «возможные миры» и «модели дискурса» (Ван Дейк), «дневники референции» (Кларк и Маршалл) «референты дискурса» (Картунен), «дискурсивные сущности» (Нэш-Веббер), «сети референции» (Хабель), «теория текста—мира» Петефи, «репрезентации дискурса» (Камп) и «ментальные модели» Джонсона-Лэрда. (Ван Дейк, Кинч 1988).

Здесь мы подробнее остановимся на взглядах Ф. Джонсона-Лэрда. Исследователь развивал идею о том, что из значений предложений в связном дискурсе слушатель создает сильно сокращенную и необязательно языковую модель повествования и что воспроизведение текста по памяти в большой мере является активной реконструкцией, базирующейся на этой модели. В понимании дискурса, по мнению исследователя, можно выделить две стадии: 1. Возникает пропозициональная репрезентация, близкая к поверхностной форме предложения. 2. На основе пропозициональных репрезентаций реципиент строит ментальную модель, структура которой подобна положению дел, описываемому дискурсом (Скребцова 2000: 50).

Построение ментальной модели на основе пропозициональной репрезентации требует дополнительных когнитивных усилий по сравнению с формированием одной лишь пропозициональной репрезентации, поэтому модели запоминаются лучше, чем пропозиции. С другой стороны, поскольку модель выходит за рамки буквальных значений, включая в себя умозаключения и отсылки, реципиент нередко путает содержание сказанного с собственными выводами. (Скребцова 2000: 51).

Р. де Богранд, в свою очередь, показывает, что построение ментальных моделей является условием, обеспечивающим связность текста (Beaugrande 1980: 26-27).

Как пишет Богранд, текстовый мир имеет тенденцию к непрерывности. Интервалы между присутствующими в тексте концептами и отношениями заполняются и обогащаются бытовыми знаниями о том, как организованы события, действия, предметы и ситуации.

Исследователь различает три вида такого смыслового обогащения:

1.  Расширяющая активация (spreading activation) возникает, когда материал, активированный текстом, контактирует с ассоциативным материалом, хранящимся в памяти читателя (например, чтобы восстановить сцену по нескольким деталям, упомянутым в тексте).

2. Выведение инференций (inferencing) происходит, когда замечены разрывы между объектами концептуального пространства (например, чтобы найти разгадку в детективе).

3.  Обновление (updating) меняет текстовый мир в отношении того, что истинно, в любой момент, когда ход событий влияет на ситуацию.

Эти процессы делают излишним эксплицитное объяснение всего текстового материала, необходимого для связности текста. Соотношение же ролей каждого из факторов варьирует от человека к человеку.

Также автор отмечает, что в зависимости от контекста и ко-текста, выбор соответствующей модели мира может быть затруднителен. Алгоритм состоит в том, что реципиент ищет «зацепки», или ключи (cues) и их подтверждение. «Очевидно, что реципиент не может позволить себе подождать и собрать большое количество ключей: в этом случае модель не будет выбрана вовремя и не принесет пользы. Гипотезы должны сформироваться рано и использоваться до тех пор, пока читатель не встретится с противоречием» (Beaugrande 1980: 165). Р. Богранд выделяет три вида ключей: определенные, типичные и случайные. Определенные ключи (determinate cues) заслуживают большего доверия, чем типичные, а типичные (typical) – большего, чем случайные (accidental). (Beaugrande 1980: 165).

Наличие в тексте ключей значительно упрощает построение ментальной модели, а следовательно, понимание. Тексты с высокой степенью неопределенности воспринимаются как непонятные. Так, в широко известном эксперименте Брэнсфорда и Джонсона (1973) испытуемым была предложена техническая инструкция по эксплуатации воображаемого механизма. В ней попадались «воздушные шары», «окна», «электричество», и другие редко встречающиеся рядом предметы и понятия. Испытуемые, которым вместе с текстом предъявлялось изображение механизма, поняли и запомнили в два раза больше информации, чем те, которые просто читали текст (Beaugrande 1980: 166).

Выбрав какую-то модель, читатель не может позволить себе отказаться от нее при малейшем затруднении. Когда текст полностью противоречит фреймам читателя, может возникнуть операция защиты фрейма: текст отвергается или просто не понимается. (Beaugrande 1980: 168).

На основе серии экспериментов, в которых испытуемые должны были запоминать и пересказывать тексты разных типов, Р. Богранд выводит шесть тезисов о взаимодействии текстовой информации с той, что уже хранится в памяти (Beaugrande 1980: 231-233):

1.  Присутствующие в тексте элементы лучше запоминаются, если они совпадают с уже имеющимися рабочими моделями (work-knowledge patterns).

2.  Текстовые элементы лучше воспринимаются и запоминаются, если они совместимы с основными узлами и связями глобальной ментальной модели (global stored knowledge pattern), такой, как фрейм или схема.