Хрестоматия по логопедии (стр. 11 )

занимались вопросом об афазии. Можно указать на работы Кор­нилова, Чижа, Фейнберга, Ярошевского... Из итальянских авто­ров последних 10 лет этим вопросом особенно занимались Banti, Bianchi, Sepilli.

При афазии природа представляет нам поразительное явление, разделяя способности, так близко между собой связанные — ум и речь. Природа разрушает звено, соединяющее духовный мир с материальным и материальный с духовным. В первом случае боль­ной не в состоянии заставить другого понимать себя обычным способом, т. е. речью, во втором случае он сам не понимает слов, обращенных к нему. В первом случае он страдает так называе­мой моторной афазией, а во втором — сенсорной.

Речь имеет две главные функции: 1) экспрессивную — а) речь, в) письмо; и 2) импрессивную — а) слушание, в) чтение. Афазия, которая обозначает потерю каждой из этих функций, распадает­ся поэтому на потерю:

1.  Экспрессивной функции по­терю словесной речи — мотор­ная или двигательная афазия; потерю способности писать — аграфия

2.  Импресеивной функции по­терю понимания слов — словес­ная глухота, потерю понимания печатного и писаного — словес­ная слепота

Моторные или двигательные формы афазии

Сенсорные или чувствитель­ные формы афазии

Моторная афазия есть впервые изученная и наиболее известная форма афазии. Kussmaul называет ее атактической афазией и опре­деляет ее как составные абсолютной потери речи, при которой боль­ные, несмотря на здравый ум, свободу движений языка и сохране­ние звуковых слов в памяти, все-таки абсолютно неспособны их произносить. Французы дали этой форме название Broca: «aphemie», и Bernard (1885) определяет ее как потерю памяти координирован­ных движений, необходимых для артикуляции слова... Типическая моторная афазия таким образом заключается в потере произволь­ной речи, между тем как способность понимать слышанное, на­писанное или напечатанное, повторение слов, произвольное на­писание сохранены. Такие типичные случаи встречаются очень редко. Больше всего подходят к типичной форме афазии случаи, описанные под именем транскортикальной и субкортикальной моторной афазии. При первой форме способность повторения слов, чтение, писание, понимание устной и письменной речи

сохранены, между тем как произвольная речь и произвольное писание потеряны. При второй форме потеряны, кроме произ­вольной речи, повторение слов и чтение, между тем как больные могут выражаться письменно. Наконец, есть такие формы, при которых чтение и даже понимание слышанных слов невозможны. Моторная афазия обыкновенно наступает вдруг, вслед за апоп-лектическим ударом. Обыкновенно присоединяется паралич пра­вой стороны. Часто паралич поражает также язык и губы, в боль­шинстве случаев через некоторое время является вновь возмож­ность двигать ими... Запас слов ограничивается в лучшем случае лишь несколькими слогами, как напр. а, о или восклицаниями: оде, да, нет. Такие восклицания не зависят от интеллектуальной речи и могут быть обусловлены правой гемисферой, между тем, как интеллектуальная речь зависит от левой. Таким образом надо объяснить сохранение отдельных слов, восклицаний и таких фраз, которые не имеют особенного интеллектуального значения, кото­рые как элементы эмоциональной речи гораздо глубже укрепи­лись в мозговой коре, чем выученная речь. Несмотря на потерю необходимых для произношения слов движений, больные все-таки почти всегда в состоянии свободно двигать ртом, губами и язы­ком. Благодаря этому, а также и отсутствию затруднений при гло­тании, можно между прочим легко отличить афазию от потери речи при параличе продолговатого мозга. У некоторых больных способность пения сохранена.

Словесная глухота (Kussmaut) есть то расстройство речи, при котором больные не понимают обращенных к ним слов, хотя и слышат их. Словесная глухота редко наступает одна; обык­новенно ее сопровождают расстройства речи. Великая заслуга Wernicke заключается в том, что он ясно определил эту форму и отличил ее от моторной афазии. Словесная глухота со вре­мени работы Wernicke привлекла внимание всех наблюдате­лей. Описаны бесчисленные варианты этой формы. Можно упомянуть о частом осложнении словесной глухоты словесной слепотой, моторной афазией и парафазией... Надо упомянуть о частных формах словесной глухоты. Бывают случаи, при ко­торых расстройство не абсолютно, и значения слова в конце концов понимается... Модификация словесной глухоты состо­ит в том, что больной понимает слова только тогда, когда они произносятся медленно и ясно.

Словесная слепота находится в таком же отношении к сло­весной глухоте, как аграфия к моторной афазии. Она характери­зуется потерей больным способности читать писаные или печат­ные слова, которые он видит перед собой, или, другими слова­ми, он не в состоянии переводить эти письменные знаки в зву­

ковую речь... Словесную слепоту называли также алексией, но последняя не всегда тождественна с первой. Бывает также иног­да, что алексия, т. е. неспособность читать, не существует при словесной слепоте. Следует заметить, что словесная слепота очень часто осложняется правосторонней гомонимной гемианопсией, так что больные вдруг прерывает письмо на середине строки или вдруг теряют из виду предметы, которые вступают в правую по­ловину поля зрения из левой. При абсолютной типичной словес­ной слепоте даже буквы не узнаются... при частичной же форме не понимается все слово, между тем как отдельные буквы пони­маются. Между вариациями словесной слепоты замечены следу­ющие случаи. Некоторые больные узнают слово, как таковое, но не как комплекс отдельных букв. Другие узнают только в письме свое имя, не узнавая составных букв его в другом слове. Иные же читают только печатные, другие только писаное. Иногда на­блюдается паралексия-рсстройство, аналогичное парафазии.

Учение об афазии в Германии

Оно находится в тесной связи с именами KussmauVn, Lichtheim 'а, Wernicke, Grashey'a.

Схема Wernicke. По пути а впечатления, переданные слухом, доходят до аА, где они укладываются и образуют центр звуковых образов. Подражанием слов ребенок приобретает двигатель­ные представления речи, которые заключаются в М. Речь есть мозговой рефлекс; центростремительный путь есть аА, центро­бежный — Mm. Когда возникает понимание слышанных слов, то употребляется путь АВ, соединяющий звуковые образы с поня­тиями. В В, таким образом, заключаются все понятия, которые собственно распространены по всей мозговой коре, но которые для ясности сосредоточены в схеме в одной точке В. Произволь­ная речь совершается по пути ВМ, т. е. через моторный центр М.

Расстройства речи при перерыве пу­тей проводимости в известных мес­тах по схеме должны быть следующие (по Wernicke)'.

1. Кортикальная моторная афазия.

—  5. Субкортикальная — " —

—  4. Транскортикальная — —

— 2. Кортикальная сенсорная афа­зия.

— 7 Субкортикальная — —

—  6. Транскортикальная —

—  3. Проводниковая афазия.

1. Кортикальная моторная афазия. Так как двигательный центр
разрушен и таким образом прерван путь, ведущий к мышцам
речи, произвольная речь и повторение слов невозможны. Пони-
мание нормально.

5. Субкортикальная моторная афазия. Здесь тоже произволь-
ная речь и повторение слышанных слов становится невозмож-
ным вследствие перерыва пути к ядрам Medullae oblongatae. Эта
форма отличается от предыдущей тем, что способность писания
сохранена.

4. Транскортикальная моторная афазия. Главный путь для про­извольной речи прерван (ВМ). По пути же аА Mm можно повто­рить слышанные слова. Понимание нормально.

2. Кортикальная сенсорная афазия. Больной не понимает, что
ему говорят, так как разрушен центр звуковых образов. Он и не
может повторить слышанные слова, но произвольно говорить он
в состоянии. При этом замечается парафазия.

7 Субкортикальная сенсорная афазия. Слышанные слова и при этой форме не понимаются, так как вследствие перерыва пути аА, звуковые образы в А не могут быть возбуждаемы слышанны­ми словами. Эта форма различается от предыдущей отсутствием парафазии.

6. Транскортикальная сенсорная афазия. При этой форме слы-
шанные слова также не понимаются, хотя звуковые образы в А
вполне возбуждаются. Причина лежит в перерыве пути АВ, про-
водящего к центру понятия. Этим и объясняется парафазия; по-
вторение слов происходит без понимания.

3. Проводниковая афазия. Все функции сохранны; только вслед-
ствие отсутствия исправляющего влияния центра В получается
парафазия.

Существует афазия, которая не обусловливается ни повреж­дением функций центров, ни путей проводимости, а только по­ниженной продолжительностью чувственных впечатлений и рас­стройствами восприятия и ассоциации, вытекающими из этого понижения (drashey). Работа вводит для объяснения афазии мо­менты, которые немецкими авторами до сих пор не были вовсе принимаемы во внимание, а именно — функциональное рас­стройство. Существует расстройство речи, которое является по­следствием не разрушительного процесса, но только слегка заде­вающего. Однако в этом случае повреждение ограничивается не одним только центром, но целой областью мозговой коры: выде­ленный предмет, слышанное слово скоро исчезают из памяти. Особенно легко выразилось это расстройство в области чувства зрения — сужение поля зрения указывает на глубокое поврежде­ние центральной части зрительного аппарата; оно выражалось у

больного тем, что он должен был пристально смотреть на пред­мет до тех пор, пока мог его назвать. Имя предмету он находил только благодаря письму.

Учение об афазии во Франции

С именем Charcot связана новая эпоха в учении об афазии. Заслуга Charcot и многих его соотечественников состоит в том, что они из многочисленных описанных случаев афазии выбрали те, которые представляли собой самые простые формы расстрой­ства речи. Существует память для двигательных образов речи, затем память для двигательных образов письменной речи, па­мять слышанных слов-звуковых образов и память для зритель­ных образов букв. Потеря памяти (amnesie) ведет и к уничтоже­нию соответствующих способностей. Таким образом:

1.  Потеря двигательных образов речи — моторная афазия.

2.  Потеря двигательных образов письма — апраксия.

3.  Потеря звуковых образов — словесная глухота.

4.  Потеря зрительных образов — словесная слепота.

1 и 2 — центробежные функции, 3 и 4-центростремительные функции.

Локализация расстройств речи

Речь — как умственный процесс — находится в зависимости от всей мозговой коры; поэтому нельзя локализовать ее. Едва ли какой-нибудь разлитой процесс в мозговой коре (месте нахож­дения всех психических функций), который не сопровождался бы расстройством речи. Каждая форма психических болезней и различные настроения духа отражаются и в речи, влияя на ее внешний характер или на содержание. Нельзя поэтому говорить о центре речи, локализованном в известном месте мозговой коры/ Места, которые обозначаются как центры речи, это ничто иное, как места, где происходит переход психического процесса в ме­ханизм речи, который дает ему в образной форме жизненность и силу, или те места, где материальный физический процесс пере­ходит в психический акт понимания, уразумения.

При вскрытиях после афазии находили повреждения на всей поверхности гемисферы. Но вместе с тем мы замечаем, что из­вестные места, расположенные ближе к краю гемисферы, пора­жены чаще других. Повреждение этих определенных мест все­гда вызывает афазию, поражение же какой-нибудь другой части мозга — сравнительно гораздо реже. Мы поэтому вправе утверж­дать, что те вышеупомянутые места стоят в совершенно особен­

ной связи с речью и могут быть рассматриваемы как центры речи в патологическом смысле, между тем как физиологическая об­ласть речи находится посреди этих центров и ограничивается ими, как конечными точками. Где же находятся эти центры? Они расположены, как известно со времени у преобладающего большинства людей в левой гемисфере, у левшей же в правой.

Предсказание

Предсказание при афазии зависит от этиологии. Если афазия является следствием функционального расстройства, то оно бла­гоприятно. При органических поражениях предсказание для де­тей благоприятно, для взрослых же оно зависит от основной бо­лезни и предсказания при последней.

Лечение и течение болезни

Так как афазия есть симптом заболевания мозговой коры, то при лечении ее придется прибегать ко всем тем терапевтическим средствам, которые обыкновенно применяются при болезнях мозговой коры. Проявления афазии можно только лечить, как расстройство памяти. Больные снова должны систематически обучаться речи или письму. Этот способ лечения у детей почти всегда приводит к желанному успеху; детский мозг обнаружива­ет более легкую восприимчивость, чем мозг взрослого. Афазия есть болезнь хроническая, которая может тянуться без измене­ния десятилетиями; внезапные улучшения не известны, но зато наблюдалось внезапное возвращение речи.

Резюме

1.  Мышление совершается путем звуковых, двигательных или зрительных образов речи. Большая часть людей пользуются пер­выми.

2.  Значительное большинство людей принадлежит к типу пользующихся вперемежку разными элементами речи, но пред­почитает все-таки звуковые образы.

3.  Чтение совершается главным образом по буквам, хотя не­которые слова читаются как нечто целое.

4.  Писание — не самостоятельная функция. Оно находится главным образом в зависимости от активной речи и совершается исключительно сознательно.

5.  При произвольной речи главную роль у большинства людей играют звуковые образы, значение которых индивидуально, так

что при потере их может остаться способность говорить безоши­бочно.

6.  Можно лишиться всякой функции речи в отдельности: толь­ко возможность потери способности писать, как неосложненное заболевание, с точностью еще не доказано.

7.  Все формы афазии должны быть приняты за расстройства памяти.

8.  Субкортикальная сенсорная афазия по всей вероятности основана на расстройстве слуха.

9.  Парафазия — это симптом, который нельзя локализиро­вать.

10.  Амнестическая афазия представляет легкую форму мотор­ной или является следствием словесной глухоты. Она, может быть, соответствует пониженному состоянию функциональных отправ­лений всей мозговой коры.

11.  Амнестическую афазию локализировать нельзя.

12.  Афазии проводимости представляют только более легкую форму центральных.

13.  Ни один путь проводимости, который бы служил исклю­чительно речи анатомически не доказан.

14.  Можно обойтись без гипотезы об «афазиях проводимос­ти», если принять во внимание «внутреннюю речь» и ее приме­нить к теориям об афазии.

15.  Схема Lichthein — Wernicke имеет главным образом дидак­тическое значение.

16.  Нельзя построить схемы, которая заключала бы все фор­мы афазии.

17 «Речи» нельзя локализировать.

18. Локализация допустима только для расстройств речи.

19.  Моторная афазия локализирована в третьей лобной изви­лине.

20.  Словесная глухота локализирована в первой левой височ­ной извилине и в верхнем краю второй.

21.  Словесная слепота является последствием поражения ле­вого Gyrus angularis и проводящих туда оптических путей.

22.  Исчезновение зрительных образов слов влечет за собою аграфию и словесную слепоту.

23.  Для речи служит главным образом левое полушарие.

24.  Центр исключительно для аграфии не допустим.

25.  Влияние поражения мозговой коры на аппарат речи мо­жет выразиться не в прекращении функций речи, а только в по­нижении их.

26.  Во многих случаях может прекратиться какая-нибудь фун­кция речи, хотя соответствующий центр не поражен.

27 Сенсорные центры простирают почти во всех случаях свое влияние и на моторные афазии.

28.  Значение и месторасположение «двигательных образов» еще не выяснено.

29.  Гипотеза Charcot также не дает объяснения расстройств речи, свободного от всяких возражений.

30.  Частное осложнение одной формы афазии другой и ге-миплегией объясняется топографией центров и распределением крови артерий fossae sylvti.

31. При остальных осложнениях вступают в силу законы о
функцирональных отношениях центров друг к другу.

32. Поражение insulae R. редко влечет за собою парафазию.

33. Для всех форм афазии можно найти аналогичные приме-
ры в обыденной жизни.

Неврологический вестник./ Под ред. проф. ­рева, проф. . — 1896, 1897.

Обзор работ об афазии

Wernicke установил 1-ю форму (афазии — Г В.), когда нару­шен центростремительный слуховой проводник, вследствие чего происходит глухота и в детстве глухонемота от невозможности восприятия и собрания звуковых образов в коре большого мозга, а следовательно и образования звуковых представлений.

2-й формой афазии будет тот случай, когда нарушен центр — место звуковых образов, что не тождественно с поражением все--го центрального распространения слухового нерва, так как при чувственной афазии получается полная потеря звуковых образов при совершенно сохранившемся слухе с обеих сторон. Wernicke объясняет это тем, что, разрушается центральное место распро­странения слухового нерва, содержащее словесные звуки, между тем как всякий шум и музыкальный тон может восприниматься.

3-я форма афазии, установленная Wernicke, так называемая проводниковая афазия, зависит от перерыва ассоциационных волокон, идущих через остров Reilii и соединяющих центр звуко­вых образов с центром двигательных представлений, которые сами остаются целыми. Больной понимает все, говорит все, но сильно смешивает слова. Больной при некотором внимании узнает, что он говорит фальшиво и что его смущает.

Как 4-й тип афазии, Wernicke описывает двигательную афа­зию Вгоса, зависящую от поражения 3-й лобной извилины или центра двигательных образов. Больной внезапно делается немым или говорит немногие отдельные слова, которые он употребляет по большей части для обозначения всевозможных вещей, но это зависит не от незнания их значения, а от потребности реагиро­вать на вопросы звуками, все равно как собака отвечает на все лаем, выражая им всякое чувство. Больной может хорошо объяс­няться жестами.

5-й тип афазии Wernicke проявляется как предыдущий тип дви­гательной афазии. К этому типу Wernicke причисляет афазию от поражения волокон, идущих через левые чечевичное и полосатое ядра от центров двигательных представлений из лобных долей. Здесь он указывает, что может быть частичная афазия от малых фокусов в чечевичном ядре, если же поражено левое чечевичное ядро, то наступает так называемая афазия чечевичного ядра.

Первую эпоху в изучении афазии сделали французы Gall, Boilland, два Дах'а и Вгоса, разработавшие отдел двигательной афазии. Хотя второй отдел чувственной афазии начали выяснять уже во Франции Charcot и другие, натыкаясь при вскрытии афа-зиков на поражение только височных областей, но окончательно выяснена и разработана эта форма в Германии Wernicke, соста­вившим своими исследованиями вторую эпоху в развитии уче­ния об афазии. Дальнейшей разработкой последней формы за­нимались, как в Германии Kussmaul, Lichtheim, Riedel, так и в Австрии Kahler и Pick и S. Freud, в Англии Broadbent, Grashey, Bastian, Gairdner, Hughlings, Jackson, Ross, Bateman, Gowers, во Франции Charcot, Скворцова, Bernard, Ballet, Grasset, в Италии Banti, Bianchi, Seppilli и Tamburini, а в России Корнилов, Чиж, Фейберг, Ярошевский и Идельсон.

3-ю эпоху в изучении, как справедливо считают авторы Blocg и Идельсон начал проф. Charcot. Он первый клинически доказал существование чистой ее (чувственной) формы, т. е. поражение одного центра звуковых образов слов Wernicke при сохранении способности говорить, читать и писать. Немецкие авторы Wernicke, Kussmaul, Lichtheim (в начале) и французские — Trousseau и Ga-rdines утверждали, что афазики обыкновенно плохо пишут, чита­ют и страдают парафазией. Таким образом, до Charcot пути от центров зрительных образов к двигательным центрам письма про­водили через центры Wernicke и Вгоса, а не минуя их. По Charcot, типичная словесная глухота состоит только в потере понимания слов. Исследованиями Charcot и других французских авторов (Ballet, Magnan, Dejerine, Bernard и Serieux) косвенным образом была доказана также самостоятельность центра идеации или по-

нятий... Итак заслуга Charcot и его многих соплеменников состо­яла в том, что они доказали самостоятельность 4 центров речи: центров памяти звуковых, зрительных и двигательных образов речи и письма, сопоставив с поражением каждого из них совер­шенно отдельную форму афазии, как-то: с поражением 1-й ви­сочной извилины словесную глухоту, с поражением gyrus angylaris словесную слепоту, с поражением 2-й левой лобной извилины — аграфию и с поражением 3-й левой лобной извилины — двига­тельную афазию. Charcot соответственно четырем самостоятель­ным функциям речи разделил людей на 4 класса, смотря по тому, какой центр у кого сильнее работает, именно на «слушателей», «читателей», «двигателей» и «двигателей-писателей». Поэтому, по Charcot, и мышление у разных людей совершается различно при посредстве «внутренней речи». Одни слышат тихий внутренний голос, другие видят то, о чем мыслят, в письменных образах, третьи про себя говорят то, что думают, а четвертые как бы мыс­ленно пишут.

Проф. Lichtheim берет за основание своей схемы рефлектор­ную дугу. Wernicke, по которой ребенок учится говорить и кото­рая служит взрослому для бессознательной речи или повторе­ния... Громадная заслуга Lichtheim'а состоит в том, что в учении об афазии он отвел выдающуюся роль, как важному компонен­ту, без которого невозможна разумная речь, центру понятий. Lichtheim, придавая важную роль центру понятий, установил так называемые транскортикальные формы, вследствие перерыва путей между центром Wernicke или Вгоса и центром понятий. Семь возможных перерывов путей и центров обусловливает семь различных расстройств речи.

1.  При поражении двигательного центра теряются: волевая речь, повторение слов, громкое чтение, волевое письмо и пись­мо под диктовку, сохраняются: понимание сказанных слов, по­нимание написанных слов и способность списывать. Эти при­падки бывают при двигательной афазии Вгоса.

2.  При поражении слухового центра слов теряются: понима­ние устной речи, понимание письменной речи, способность по­вторения слов, способность письма под диктовку и громкого чте­ния и сохраняются: способность писать, списывать слова и спо­собность волевой речи. Этими припадками сопровождается чув­ственная афазия Wernicke.

3.  При проводниковой афазии Wernicke, наблюдались при по­вторении слов и громком чтении парафазия, а при письме под диктовку параграфия или смешивание слов.

4.  Разновидность двигательной афазии сопровождается поте­рей волевой речи и волевого письма, остальное все нормально.

Это припадки афазии Вгоса, но здесь сохраняется способность повторять слова, писать под диктовку и читать громко.

5.  Потеря волевой речи, повторения слов, громкого чтения, но при этом сохраняются: понимание речи, понимание письма и спо­собность списывать; от типа Вгоса эта форма отличается сохра­ненною способностью волевого письма и письма под диктовку.

6.  Повреждение пути от центра слуховых образов к центру понятий ведет к потере понимания устной и письменной речи, с сохранением волевой речи, но с парафазией, с сохранением во­левого письма, но с параграфией, со способностью повторять слова, читать громко, писать под диктовку и списывать слова. Повторение слов, чтение и письмо под диктовку совсем не по­нимаются, т. е. производятся бессмысленно.

7 «Изолированная глухота речи». Lichtheim не причисляет её к афазии. При этом теряются: понимание речи, способность по­вторять и писать под диктовку, но сохраняется: волевая речь, волевое письмо, понимание его, громкое чтение и списывание слов без парафазии и параграфии.

Freud так же, как и Lichtheim, считает представления рассеян­ными по коре большого мозга, а наше сознание за «скрытый об­раз воспоминания» и вместе с Pickou признает, что ассоциацион-ные пути речи идут через самую кору, так что размягчения коры могут отдалять один центр речи от другого. Freud признает 4 центра речи: центр Вгоса в 3-й лобной извилине, чувственный центр Wernicke в задней 1/2 1-й височной извилины, центр зрительных представлений в gyrus angularis и центр движений при письме во 2-й лобной извилине. В этих же местах Freud признает и образо­вание представлений, которые ассоциируются через корковые свя­зи, а не через волокна белого вещества, как это, будто бы, видно из схемы Lichtheima.. В то же время он предлагает оставить вовсе названия «центральная» и «проводниковая» афазия, так как вся­кая афазия сопровождается перерывом ассоциационных путей. Freud афазии делит на 3 вида: 1) чистую словесную, 2) асимволи-ческую и 3) агностическую. Словесная афазия зависит от пора­жения словесного комплекса, асимволическая афазия вследствие отделения словесного комплекса от объективных ассоциаций и агностическая — чисто функциональное поражение речевого аппарата.

Проф. Bastian говорит, что двигательные возбуждения для ак­тов речи переходят из одного полушария через коммиссураль-ные волокна corporis callesi в другое, а из какого переходит в дру­гое, это зависит от господства или большего развития правого или левого полушария. Этого же взгляда держатся на основании выводов Hughlings Jackson 'а, проф. Ross и Gowers, утверждающие,

что волевая сознательная речь зависит у правшей от левого полу­шария, а непроизвольная, автоматическая от правого полушария. При поражении левого полушария, по этим авторам, у правшей исчезает сознательная речь и остается речь чувств и жестов час­тицы, «да», «нет», клятвы — принадлежат к эмотивной речи, т. е., отправлению правого полушария, почему при поражении левого полушария и возможны бессознательные восклицания. Проф. Bastian не признает точных отдельных центров в коре большого мозга, но все-таки принужден признать существование групп клеток и называет их для удобства центрами, которые связаны друг с другом, на чем основывается память. По Bastiany, слухо­вые и зрительные впечатления получаются в каждом полушарии равномерно, т. е., в соответственной области противоположного полушария, отчего каждое полушарие воспитывается одинаково, но исполнительная функция, волевые импульсы идут из левого полушария вследствие лучшей его организации, но с годами, ве­роятно, и воспринимающие центры слева сильнее развиваются. Bastian различает 4 рода памяти, как и Charcot 1) слуховую па­мять звуков слов, память слухового впечатления, соответствен­ного словам, 2) зрительную память, память зрительных образов слов печатных или рукописных, 3) глосо-кинестетическую па­мять от чувственных впечатлений вследствие движения вокаль­ных органов при произнесении слов, и 4) хейрокинестетическую память от движений руки при писании букв и слов... Он вполне признает двойной соединительный пучок между слуховым и зри­тельным центрами слов, 1 пучок, соединяющий слуховой центр с глоссо-кинестетическим центром и 1 пучок для соединения зрительного центра слов с хейрокинестетическим центром. Он признает следующие поврежден™ при расстройстве речи: а) в различных центрах слов, в) в различных коммиссурах, соединя­ющих центры, с) в межядерных волокнах, соединяющих 2 кине­стетических центра слов с их соответственными двигательными центрами в продолговатом мозгу и шейной части спинного моз­га, и d) в двигательных центрах речи и письме.

Если бросить общий взгляд на локализацию центров речи, то определение психологов и физиологов психической деятельности большого мозга окажется совершенно правильным, именно, де­ление на роды психической деятельности: 1) ощущение, 2) вос­приятие, 3) представление и 4) понятие, составляющееся из пред­ставлений. Если перевести эти роды психической деятельности на центры, то 1. Центром зрительных ощущений будет переднее двухолмие; 2. Центром зрительных восприятий (зрительных пред­метных образов) будет cuneus, а центром зрительных восприя­тий букв и слов (зрительных образов слов) будет gyrus angularis;

3. Центром зрительных представлений (чувственных предметных понятий) будет общий задний ассоциационный центр Flechsig'a и 1. Центром вообще слуховых ощущений будет заднее двухол­мие; 2. Центром слуховых восприятий музыкальных тонов и шумов будет задняя 1/2 островка и передняя 1/2 1-й и 2-й ви­сочных извилин, т. е. музыкальный центр, а центром слуховых восприятий слов или слуховых образов слов — задняя 1/2 1-й височной извилины, центр Wernicke; (слова как бы разыгрыва­ются в основных тонах и обертонах скалы или как бы клавиату­ры речевого слухового центра, согласно интересным исследо­ваниям Berold'a, и как конечный отзвук запечатлеваются в сле­дующем сзади лежащем, смежном центре представлений); 3. Центр слуховых представлений или чувственных слуховых по­нятий (центр памяти слов) — общий задний ассоциационный центр Flechsig'a.. 4. Лобный ассоциационный центр Flechsiga бу­дет общий центр всех отвлеченных понятий, составляющихся из представлений путем связи заднего ассоциационного центра с передним и выработки самостоятельных, отвлеченных понятий, идей или мыслей. Этот центр идеации или отвлеченных понятий есть как бы высший объединяющий центр, составляющий общие понятия о сущности, качествах, отношениях предметов, лиц и дей­ствиях последнего, центр предложений или глаголов, прилагатель­ных, числительных, предлогов, в отличие от заднего ассоционного центра, собирающего имена существительные и собственные.

Транскортикальные формы хорошо объясняют значение в активной речи центра понятий. Этих форм мало описано пото­му, что их описывали часто как простые чувственные. Дело в том, что при описании афазий часто не упоминают важного при­знака, именно повторения слов, на основании которого устанав­ливается различие между простой чувственной и транскортикаль­ной чувственной афазией. Что касается до аграфии, то Ехпег при ней заметил в случаях со вскрытием поражение задней части 2-й лобной извилины, но, правда, с сопутствующей афазией, какой не сказано, может быть транскортикальной формы вследствие перерыва проходящих через эту извилину путей к лобному ассо-циационному центру от 3-ей лобной извилины. Ballet считает в высшей степени вероятным, что центр письменных образов нахо­дится в ножке 2-ой лобной извилины. Ballet говорит, что уже Ма-гсе в 1856 г. доказывал независимость письменного выражения от двигательной речевой способности на двух случаях, где больные говорить не могли, а писать могли бегло. Письмо, по Магсе, неза­висимо и от движения руки: она может сохранить всю свою под-жвижность, а письменная способность может отсутствовать. Ballet говорит, что, по Charcot, аграфия есть афазия руки, s

...Поражения двух главных речевых центров, Вгоса и Wernicke, и двух дополнительных центров, чтения и письма, разработаны авторами с клинической и патологоанатомической стороны сравнительно хорошо. Самый же главный руководящий так ска­зать, речевой способностью центр, именно, центр понятий оста­вался почти до последнего времени как бы в тени или даже почти в неизвестности. И вот только транскортикальные формы афазии и новое учение проф. Flechsig'a об отдельных ассоциационных цен­трах выдвигают на очередь важный вопрос о локализации центра понятий и отношении последнего к другим центрам речи. Случаи амнезической афазии и не многочисленные пока случаи транс­кортикальных афазий блестяще подтверждают схему Lichtheim 'а и новое учение Flechsig'a.

Височно-теменные задние ассоциационные центры Flechsig'a составляют центры понятий, на это указывают выводы из опы­тов над животными Goltz'a, Luciani и Sepilli, Мипк'а и моих, а также выводы из клинических и патологоанатомических дан­ных Kahler'a и Pick'a, Wernicke, Hughlins Lackson'a, Bastian'а и Flechsig'a. ...Надо предполагать, что в нижней теменной изви­лине и в задней половине 2-й и 3-й височных извилин у чело­века находятся центры конкретных понятий, при поражении которых развивается амнезия слов, амнезическая афазия или асимволия. Bischoff... говорит, что амнезическая афазия или амнезия характеризуется ограничением произвольной речи вследствие уменьшения запаса слов. Больной, будто бы, зна­ет, что он хочет сказать, но ему не попадается слово, при чем он ловит сразу правильное слово, если ему подсказывать раз­ные слова. Ограничение запаса слов касается главным образом конкретных понятий, именно, имен существительных, в то вре­мя, как имена прилагательные и глаголы по большей части не выпадают и употребление наречий, предлогов и союзов не подвергается никакому ограничению. По-моему, такая двой­ственность в выпадении отвлеченных и предметных (конкрет­ных) понятий, на что я особенно указываю при разборе транс­кортикальных форм афазии, прямо доказывает, что действи­тельно должны быть два центра высшей душевной деятельно­сти, как учат Broadbent и Flechsig. В задней большом ассоцион-ном центре Flechsig'a. должен быть центр конкретных представ­лений слов, а в переднем лобном ассоциационном центре этого же автора должен находиться высший, обобщающий центр отвлеченных понятий и идей.

Из всего вышеизложенного можно усмотреть, что самой вер­ной схемой речи является схема Lichtheim'а, хорошо объясняю­щая все случаи афазии и что одни авторы распространяют поня­

тия на всю кору большого мозга, другие — на все речевые цент­ры и, наконец, третьи — на отдельные, особые центры. Broadbent первый дал схему особых центров понятий, локализуя в мозгу их особо. Flechsig распространил их на свои передний и задний ас-социационные центры, a Bastian считает центры понятий пере­ходящими исподволь не заметно от чувственных и двигательных центров речи в сторону ассоционных центров Flechsig'а, т. е. как бы сливающимися с ними. Авторы, распространяющие понятия на всю кору и рисуя при этом, в своих схемах особый центр понятий (Lichtheim), впадает в ясное противоречие, забывая, что центр, распространяющийся на всю кору, не есть уже центр и не может при этом объяснить случаев транскортикальной афазии. Другие авторы, распространяющие понятия на всю кору (Charcot, Ballet и др.), рисующие при этом на схеме особый ассоциацион­ный центр идей и вместе с тем считающие одновременно, что понятия помещаются в центрах речи, впадают уже в двойное противоречие сами с собой, как бы не замечая этого. Из этих трех мнений надо считать самым верным мнение проф. Flechsig'а, так как кроме вышеизложенного особенно рельефно указыва­ют на самостоятельность центра конкретных понятий или зад­него ассоциационного центра Flechsig'а транскортикальные чув­ственные афазии.

Обозрение психиатрии, неврологии и эксперименталь­ной психологии / Под. ред. проф. . — М., 1898.

Клинические и экспериментально-психологические исследования речевой функции

В 1885 г. появилась работа Lichtheim'a, имевшая большое зна­чение для последующего развития учения об афазии. В этой ра­боте Lichtheim впервые устанавливает формы афатического рас­стройства, зависящие от перерыва связей между корковыми ре­чевыми центрами и «центром понятий». Обозначая этим терми­ном «место образования понятий», автор указывает, что центр, в данном случае, надо представлять себе не ограниченным опре­деленной областью мозговой коры, а «разсеянными в различных местах», ибо образование понятий не есть функция одного како-

го-либо участка коры, а представляет собой «результат комбини­рованной деятельности всей сенсорной сферы.»

...Введение понятия об ассоциативных афазиях принадлежит Wernicke. Еще в первой своей работе об афазии, относящейся к 1874 г. Wernicke описывает два случая (случай 3-й и 7-й), анализ которых приводит к убеждению, что сущность расстройства в этих случаях сводилась к перерыву «связей между моторным и сенсорным центрами, в то время как сами эти центры остава­лись неповрежденными». Эта форма афазии, представляющая собой элементарное ассоциативное расстройство речи, была на­звана Wernicke «Leitungs—Aphasie».