Стенограмма (стр. 3 )

Сложнейшей проблемой было и остается исправление ошибок, допущенных в ходе приватизации перерабатывающих предприятий, особенно производящих хлебопродукты. Принят ряд указов по этому вопросу с целью исправления перекосов. Надо прямо сказать, что и закон, ранее принятый Верховным Советом, являлся ошибочным (это все потом признали). Ведь в принципе перерабатывающие предприятия стали монополистами по отношению к товаропроизводителям, и разговора о какой-то интеграции быть не могло.

Самым отрицательным, если можно так назвать, итогом реформы является по-прежнему низкая эффективность сельскохозяйственного производства. И здесь виноват не только недостаток средств. Просто в последнее время, с предоставлением самостоятельности товаропроизводителям, многие перестали заниматься производством сельскохозяйственных продуктов. И это на всех уровнях — от производителей, специалистов, руководителей объединений до руководителей регионов.

Нам надо уяснить, что основой оценки работы агропромышленного комплекса, особенно сельского хозяйства, был, есть и будет конечный результат, то есть продукция. А цены, деньги и все вытекающее отсюда благополучие — на втором месте.

Уклад жизни медленно, но меняется. Пожалуй, самым главным достоянием реформы является то, что наши товаропроизводители приобрели экономическую самостоятельность. Сегодня 94 процента сельских товаропроизводителей пусть формально, но акционеры. Нет противостояния фермеров и коллективных хозяйств. У нас на деле существуют многоукладность экономики, разнообразие форм собственности. Но мы пока просто не подступались к сложнейшим процессам реформирования агропромышленного комплекса, а нужно подступаться. Около 20—30 процентов хозяйств не могут жить в этих сложнейших финансово-экономических условиях, даже средние и сильные тяжело их переживают. И нужно, конечно, заниматься реформированием этих хозяйств. Эта работа идет, но медленно.

1995 год должен стать годом перемен. Смена ориентиров товаропроизводителя на первом этапе, как известно, происходила у нас болезненно, наблюдались шок, апатия. Сегодня есть примеры, когда ряд хозяйств, фермеров адаптируется к рыночным условиям. Есть и такие примеры, когда налажены производство, переработка, реализация этой продукции. Хозяйства, что называется, живут и выживают. Мы должны создавать правовые условия для проведения реформ, осуществлять государственную поддержку на федеральном и региональном уровнях. На протяжении двух последних лет эту работу мы с регионами проводим.

Формирование продовольственного рынка идет по двум направлениям — федеральные продовольственные фонды и региональные продовольственные фонды. Работа по формированию региональных фондов возложена на глав администраций и на руководство регионов. Эта работа началась и идет везде по-разному.

Исполнительная власть на местах получила больше финансовых прав. Имеется в виду, что сегодня право решения социальных вопросов передано в регионы, что регионам переданы практически все дотации, что были выделены средства в размере 2,2 трлн. рублей на формирование региональных продовольственных фондов.

Коротко хочу сказать о средствах, выделеных сельскому хозяйству в 1994 году. Из бюджета было выделено 13 трлн. рублей, выделены кредиты в размере 8 трлн. рублей, они пролонгированы на 10 лет. Таким образом, 21 трлн. рублей мы вложили в сельское хозяйство. Много это или мало? Наверное, мало. Но сегодня необходимо посмотреть, куда пошли средства, как они сработали, какова, так сказать, эффективность вложения этих средств.

В большинстве регионов проводятся серьезные проверки использования этих возможностей. Однако, как показывает анализ отчетных данных, многими регионами эти средства используются неэффективно. Скажем, 14 регионам в общей сложности был выделен 181 млрд. рублей. Такие области, как Вологодская, Псковская, Астраханская, Свердловская, Камчатская, Магаданская, Сахалинская, Еврейская автономная область, закупили по 2—3 тыс. тонн зерна. В то же время они получили на эти же цели порядка 69 млрд. рублей и с самого начала стали заявлять о том, что у них практически нет продовольственного зерна на региональные нужды — для обеспечения населения своими продуктами. В то же время они могли закупить на 69 млрд. рублей порядка 300 тыс. тонн зерна еще осенью, когда стоимость зерна была 180—200 тыс. рублей.

В 1995 году нам предстоит многое сделать в плане совершенствования аграрной реформы. И самое главное — нам необходимо обеспечить законодательную базу для проведения реформ. Основной проблемой для нас остается принятие Земельного кодекса. В течение семи месяцев в Государственной Думе ведется над ним работа. Мы считаем, что это — основной, рамочный закон, обеспечивающий аграрную реформу. Сегодня можно обвинять Правительство в медлительности при проведении реформ или наоборот, что и делается до хрипоты и слева, и справа. Но ведь мы строим правовое государство. И пора земельные отношения налаживать цивилизованно. Нам срочно нужны законы о сельскохозяйственной кооперации, о государственном регулировании агропромышленного производства, о государственном сельскохозяйственном предприятии, о крестьянском (фермерском) хозяйстве, нужны другие законодательные акты, которые обеспечат создание необходимых предпосылок для постепенного перехода агропромышленного комплекса в режим устойчивого развития.

Важнейшим направлением обеспечения реформ была и есть финансовая поддержка агропромышленного комплекса, защита сельских товаропроизводителей от импорта продовольствия, а может быть, даже еще в большей степени — от отечественных монополистов, которые сегодня соревнуются, кто выше поднимет цены, тарифы. К примеру, в декабре за 1 трлн. рублей мы могли поставить 1,3 млн. тонн удобрений по известному постановлению (его теперь уже все в регионах получили), в январе — 800 тыс. тонн, в феврале — уже порядка 550 тыс. тонн. Таким образом, только одни железнодорожные тарифы в феврале поднялись на 26 процентов. Стоимость электроэнергии, газа постоянно повышается один-два раза в месяц, коэффициент примерно такой — 1:10, 1:14, 1:26.

Думаю, по-прежнему основой поддержки агропромышленного комплекса является бюджет на 1995 год. Мы считаем его основой. В третьем чтении практически приняты те 13 трлн. рублей, которые позволят нам поддержать село. Если бюджет будет исполняться не так, как в прошлом году, то мы сможем решить определенные вопросы поддержки сельского хозяйства.

Мы подготовили (у министра сельского хозяйства был разговор, сегодня на заседании Президиума еще раз будет слушаться, мы уже на протяжении полутора месяцев работаем) постановление об экономическом функционировании агропромышленного комплекса в 1995 году. Там есть ряд принципиальных вопросов поддержки агропромышленного комплекса. В этом постановлении будет изложен механизм доведения всех бюджетных средств непосредственно до товаропроизводителей. Мы предусматриваем (как я уже говорил) около 1 трлн. рублей на поставку удобрений по 50-процентной стоимости. В принципе этот механизм уже заработал, предприятия начали отгружать удобрения, особенно в регионы Юга. Думаю, что мы, зафиксировав цены на удобрения по состоянию на 1 января 1995 года и поставив предприятия в жесткие рамки, сможем около 1 млн. тонн поставить под социально важные, как мы их называем, культуры: продовольственную пшеницу, свеклу и масличные культуры.

В этом постановлении мы сохраняем 30-процентную компенсацию стоимости минеральных удобрений. В постановлении также определены объемы поставок дизельного топлива и бензина, масел на первое полугодие текущего года. Заложены объемы финансирования (помимо бюджетных средств): ссуды, льготные кредиты, определен механизм направления средств, ранее выделенных на формирование федеральных, региональных фондов, в том числе и части средств в объеме 2,8 трлн. рублей на весенний сев.

В постановлении предусматривается сохранение на текущий год дотаций, компенсаций, других мер государственной поддержки сельскохозяйственных производителей. Скажем, дотации на поддержку племенного животноводства, ведение элитного семеноводства, производство гибридных семян кукурузы, подсолнечника, сахарной свеклы, 30-процентные компенсации затрат на электрическую, тепловую энергию, природный газ, выращивание овощей в закрытом грунте и компенсации (как я уже говорил) затрат на удобрения, дотации на сырье льна и конопли, а также на производство шерсти. Компенсацию 25 процентов страховых платежей мы также определили в бюджете. Минсельхозпроду России поручено направить эти средства в первую очередь на поддержку эффективно работающих сельскохозяйственных производителей и на программы развития приоритетных отраслей.

В первом квартале 1995 года предусматривается финансирование (пока в процентном отношении) годового объема на уровне, предусмотренном в целом по Российской Федерации. В срок до 1 мая будет погашена задолженность предприятиям, организациям агропромышленного комплекса за фактически выполненные в 1994 году работы по капитальному строительству в сумме 1 трлн. рублей. Определены меры государственной поддержки крестьянских (фермерских) хозяйств, на эти цели предусмотрено выделить 314 млрд. рублей.

Говоря о весеннем севе, хотел бы подчеркнуть, что нам предстоит посеять в этом году. Площади ярового сева составляют 91 млн. гектаров, сахарной свеклы — 1,1 млн. гектаров, масличных — 4,2 млн. гектаров, картофеля — 3,2 млн. гектаров, овощей — 700 тыс. гектаров. Нам также необходимо провести посевы озимых и уход за ними на площади 13 млн. гектаров и многолетних трав на площади 18 млн. гектаров. Для проведения сева имеются в полном объеме семена зерновых культур, сахарной свеклы, кукурузы, подсолнечника, картофеля, овощных культур. В настоящее время производится переброска семян в районы, где их недостает. В принципе резервы, особенно по зерновым, есть. Да и с семенами кукурузы практически все вопросы решены. Думаю, что эта переброска до начала весенних полевых работ будет осуществлена.

Хуже обстоит дело с ремонтом и подготовкой техники. По состоянию на 1 февраля готовность тракторов, грузовых автомобилей и основной сельскохозяйственной техники составляет 62—71 процент, что на 4—5 пунктов ниже, чем в прошлом году. На Северном Кавказе готовность техники составляет около 80 процентов от уровня прошлого года. Ожидаемое наличие исправной сельскохозяйственной техники к началу весенних полевых работ позволит в основном произвести подготовку почвы и посев яровых культур в агротехнические сроки.

Сложное положение складывается в обеспечении агропромышленного комплекса горюче-смазочными материалами. При расчетной потребности на четыре месяца 1995 года автобензина около 2 млн. тонн, дизельного топлива свыше 4 млн. тонн объем их запаса в хозяйствах в настоящее время составляет лишь около 13—18 процентов.

Подготовка к проведению весенних полевых работ проходит трудно, и в первую очередь из-за отсутствия у сельских товаропроизводителей средств на приобретение горючего, запасных частей и сельскохозяйственной техники. По нашим расчетам, для проведения весенних полевых работ потребуется около 18 трлн. рублей. Из чего эта сумма складывается? Возвратная бюджетная ссуда, как я уже говорил, определенная в постановлении о функционировании агропромышленного комплекса, составляет 2,8 трлн. рублей, векселя за счет бюджета — 4,9 трлн. рублей, средства коммерческих банков — 3,1 трлн. рублей, средства самих хозяйств и местных бюджетов — 2,8 трлн. рублей. Итого около 13,1 трлн. рублей. До 18 недостает 6 триллионов.

Мы считаем, что должны быть выделены централизованные кредиты, причем не под полную процентную ставку. Вот в чем суть и в чем разногласия. Назарчук практически пять часов беседовал на разных уровнях — начиная от Виктора Степановича Черномырдина и заканчивая всеми финансово-экономическими органами — о том, чтобы эти кредиты были выделены не под полную процентную ставку, а в виде ссуд или льготных кредитов, с отсрочкой выплаты процентов или на конец года, или за счет прибыли. Такой разговор идет, но мучительно. Как сегодня решит Правительство вопрос о поддержке этого направления? Думаю, если мы опять отступимся от этого вопроса и опять будем давать кредиты под полную процентную ставку, то поставим в еще более тяжелое положение и товаропроизводителей, и сами финансовые и банковские органы, которые тоже находятся в таком же положении (особенно наши коммерческие банки, которые финансируют агропромышленный комплекс).

Окончательное решение вопросов, которые мы в принципе решаем ежедневно и решение, может быть, уже затягиваем (не может быть, а точно затянули), в общем-то, упирается в ряд организационных моментов, которые мы в состоянии устранить. А что касается выделения кредитов на весенние полевые работы, то на сегодня вопрос практически остается открытым.

Недавно я был в Германии. Со мной вместе был депутат Любимов. Мы разговаривали с одним фермером. По-моему, Вячеслав Николаевич сказал, что у нас выделяют кредиты под 200 процентов. Фермер стал заикаться, а потом сказал, что это, видимо, какое-то недоразумение. Но, к сожалению, у нас это сегодня существует. Поэтому мы будем твердо стоять на своем и просить Центральный банк найти варианты. Может быть, вместо кредитов выделять бюджетную ссуду или векселя, хотя это тоже средства, мы это прекрасно понимаем. Необходимо найти какой-то неординарный подход к финансированию АПК, особенно в отношении кредитования.

Что касается аграрников, то не думаю, что кто-то сомневается, что они смогут успешно провести полевые работы. Они это уже не раз доказывали. Если мы создадим условия, поможем финансами, то весенний сев в стране пройдет успешно.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! В зале присутствует Татьяна Владимировна Парамонова. Может, зададим вопросы Александру Харлампиевичу после того, как она даст пояснения по некоторым позициям? Или сразу зададим ему вопросы, а после перерыва дадим слово Татьяне Владимировне?

Из зала. (Не слышно.)

Председательствующий. Значит, задаем вопросы. Пожалуйста, Александр Александрович Суриков.

! Хотел бы получить ответ на вопрос о реформировании. Мы уже "реформировали" часть хозяйств в фермерские, которые тоже сегодня гибнут. Мы хотим "реформировать" еще 35—40 процентов хозяйств. Может, лучше вырыть братскую могилу миллионов на пять сельчан?

Когда говорят, что кто-то кому-то хочет могилу выкопать, это не разговор. Я вам говорю авторитетно: мы ведь хотим реформировать, а не ликвидировать колхозы и совхозы, коллективные хозяйства. В конце концов это дело самих товаропроизводителей, вы просто должны создать условия для более эффективной работы.

Экономически слабые хозяйства (а у нас таких 20—30 процентов) еще в хорошие времена, как мы их называем (да и на самом деле это были хорошие времена, потому что я дитя того времени), жили за счет кредитов, и им валового дохода не хватало на заработную плату. Так что же с ними делать сегодня, когда они работают в более жестких финансово-экономических условиях? Конечно, надо применять какие-то организационные меры. И такие примеры есть — в Самарской, Рязанской, Тульской, Московской областях. Все по-разному относятся к нижегородскому методу, а мы считаем, что это — поиски путей реформирования для эффективной работы товаропроизводителей. Хозяйства разукрупняются, разъединяются, потом снова соединяются на новой принципиальной основе, и в них остаются только те, кто работает на земле, берет в аренду землю, получает паи и доли тех, кто умеет только погонять, и составляет сегодня основную массу крестьян. Вот что я называю реформированием. От этого мы никуда не уйдем и должны это делать, что называется, засучив рукава.

Председательствующий. Александр Яковлевич Ковалев, пожалуйста.

! Заявляю, что Воронежская область сев проведет вовремя, тут вопросов нет. Но меня больше интересует, каким образом будет выполняться грамотный, на мой взгляд, закон о федеральных и региональных закупках. Тогда мы не ставили бы вопрос о кредитах на переходный период, до введения этого закона, потому что кредиты, наверное, будут нужны небольшие: не более чем одна треть процентной ставки. Нет пропаганды этого закона ни со стороны Правительства, ни со стороны Госдумы, ни со стороны Совета Федерации. Поэтому мой главный вопрос к Правительству: каким образом закон будет выполняться?

В законе, как Вы знаете, написано: Правительство гарантирует товаропроизводителям 25 процентов авансовой оплаты после заключения договора и 25 процентов — после завершения сева, остальные 50 процентов оплаты — при окончательном расчете. Вот это главное, Александр Харлампиевич. На таких условиях мы бы и от кредитов ушли, и от всяких политических разговоров.

Как известно, в прошлом году я предлагал направить 6 трлн. рублей на формирование региональных продовольственных фондов, из них около 4 трлн. рублей — непосредственно в регионы. И сегодня эта сумма (так и в постановлении было определено) на возвратной основе используется на эти же цели. В этом году эти средства должны использоваться на те же цели с 30-процентной банковской ставкой. Это порядка 9 трлн. рублей.

В постановлении Правительства мы определили, что средства остаются в регионах и направляются на авансирование продовольствия. Например, федеральные фонды составляли 2 трлн. рублей, а теперь там есть около 3 трлн. рублей на зерно и овощи. Всего таких денег там около 4 трлн. рублей.

Вы, наверное, уже знаете, что в Воронежской области в прошлом году 43 млрд. рублей было направлено на формирование регионального фонда и 23 млрд. рублей — на формирование федерального фонда. 60 млрд. рублей плюс 30-процент­ная банковская ставка — это сотни миллиардов.

И еще из бюджета в соответствии с законом направим определенную сумму (около двух триллионов) на формирование продовольственных фондов для авансирования.

Александр Харлампиевич, я все это знаю. Нужно, чтобы этот закон исполнялся. И Правительство обязано исполнять его так же, как и регионы: 25, 25 и 50. Но мы никакой пропаганды по исполнению этого закона не ведем. А он, на наш взгляд, базовый и способен избавить сельское хозяйство от кредитов под любые процентные ставки.

Вы совершенно правы, пропаганду мы еще не ведем, и, кстати, по нему еще не принято постановление Правительства. Его тоже сегодня будем рассматривать. Постановление будет определять механизм реализации этого закона. Оно у нас уже "на выходе", осталось только принять.

Вы совершенно правы — этот закон уже сейчас нужно пропагандировать в регионах.

Председательствующий. Депутат Зволинский, Ваш вопрос.

Александр Харлампиевич, по постановлению Правительства на льготных условиях выделены минеральные удобрения под твердую пшеницу, свеклу и ряд других культур. Будет ли подобный подход к тем хозяйствам и тем регионам, где выращиваются не менее нужные стране овощи, бахчевые культуры и рис (потому что они оказались вне постановления)?

Мы исходили из наличия средств, определенных бюджетом, в объеме 1 трлн. рублей. И посчитали необходимым направить их на развитие тех сельскохозяйственных культур, которых в стране не хватает: продовольственной пшеницы, сахарной свеклы и масличных культур (имеются в виду подсолнечник и рапс).

Но я сказал, что в постановлении мы оставляем 30-про­цент­ную компенсацию на все остальные удобрения. Мы в прошлом году внесли удобрений свыше 3 млн. тонн. Сегодня мы ведем разговор об 1 млн. тонн. Поэтому эта 30-процентная компенсация остается в постановлении.

А физически сами удобрения будут выделены? Дело уже даже не в деньгах.

Буквально на прошлой неделе мы приглашали всех директоров заводов и вместе "отлаживали" механизм поставок. Заводы уже начали отгрузку. Первые 200 млрд. рублей, которые были выделены агропромышленному комплексу на три первых календарных месяца, направлены на оплату сырья и непосредственно удобрений. Сейчас мы просим отгружать удобрения в южные регионы. Как только средства будут выделяться, мы их будем направлять на оплату удобрений.

Председательствующий. Объявляется перерыв до 12 часов 30 минут.

(После перерыва)

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Продолжаем работу. Пожалуйста, Александр Харлампиевич, на трибуну. У кого есть вопросы к Александру Харлампиевичу Заверюхе?

Депутат Овсянников, Ваш вопрос.

Александр Харлампиевич, у меня два вопроса. Финансирование всего народного хозяйства — мизерное. Вместе с тем есть официальные данные о том, что доходы, поступающие в бюджет от продажи водки и прочего зелья, сократились с 15 и 30 процентов до 2—3 процентов. В абсолютном выражении потери измеряются несколькими десятками миллиардов долларов. Насколько нам известно, водку "курирует" первый вице-премьер. (Смех в зале.)

Информирую, что ее "отдали" Чубайсу. (Смех в зале.)

Председательствующий. Вопрос не по адресу...

Я могу ответить.

Будьте добры. В том, что нужно установить монополию, наверное, нет сомнений. А вот можно ли?

В Правительстве при формировании бюджета я вносил предложения. Но я, правда, предлагал при увеличении акцизов на импортную водку средства направить на развитие сельского хозяйства. И мы однозначно говорили о государственной монополии на отечественную водку. А что касается импортной, то нужно просто усилить таможенный контроль. Например, освобождены от таможенных пошлин спортивные организации, общества инвалидов и так далее. А через них идут в основном все табачные и водочные изделия. Этот канал с 1 марта перекрывается, а были льготы. И мы думаем, что доходы от продажи водки после повышения цен на "нашу" водку увеличатся.

А вообще Вы правы: это огромный источник получения бюджетных средств.

Теперь в какой-то степени частный вопрос. Хорошо бы вопросы финансирования АПК обсуждать на заседаниях Правительства с участием депутатов Федерального Собрания, в частности депутатов Совета Федерации, чтобы мы встречались не только здесь, но и там, где идет рабочий процесс. Как Вы к этому относитесь?

Почти все серьезные постановления по агропромышленному комплексу (в том числе постановления о функционировании АПК) были приняты с активнейшим участием членов Государственной Думы. Там целый десяток таких активных депутатов (Кулик, Лапшин и другие). Но такую инициативу или желание Комитет Совета Федерации по аграрной политике что-то не проявляет.

Прежде чем принимать какое-то постановление, мы направляем его проект депутатам и Совета Федерации, и Государственной Думы. Не знаю, раздали вам или нет проект постановления о функционировании агропромышленного комплекса в 1995 году...

Из зала. У всех есть.

Тогда, пожалуйста, высказывайте ваши замечания, предложения. И мы с удовольствием выслушаем их.

Сегодня экстренное заседание Президиума Правительства. Оно проводится по нашему настоянию, потому что больше откладывать нельзя. Мы, что называется, штурмуем сейчас и Председателя Правительства, и министра сельского хозяйства. Нужно решать кардинальные вопросы: о финансировании АПК, о финансировании весеннего сева. Тем более что Председатель Правительства уезжает. Он еще не знает, в каком составе соберется Президиум.

Думаю, что на заседании Правительства может присутствовать любой депутат. Тот, кто изъявлял желание, почти всегда присутствовал.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Задать вопросы хотят еще пять депутатов. Может быть, этим и ограничимся? Александру Харлампиевичу нужно готовиться к заседанию, а нам еще необходимо заслушать Татьяну Владимировну Парамонову.

Депутат Антонов, пожалуйста.

В законе о федеральных и региональных фондах есть положение, согласно которому некоторые виды сельскохозяйственной продукции полностью закупает государство независимо от того, сколько их предъявлено на товарном рынке. Собирается ли Правительство выполнять это положение закона, а если собирается, то каким образом?

Вы не дочитали: закупает по минимальным закупочным ценам всю продукцию. Это в том случае, если она не востребована. Обязательно! Мы создали продовольственные корпорации, на которые возложена непосредственная реализация этого закона по закупкам и по перераспределению продовольствия.

Во всех областях (кроме четырех-пяти) уже созданы организации, которые должны закупать всю продукцию, заключать контракты, а также финансировать из всех источников. То есть организовывать закупку продукции, накапливать ее. Имеется в виду выделение емкостей, холодильников и так далее. Потом в свое время осуществлять, как сказано в постановлении, интервенцию этого продовольствия.

Это в принципе мировая практика, мы ее использовали применительно к условиям России.

Продовольственная корпорация должна, закупая все продовольствие, в том числе в индивидуальном секторе, практически регулировать вопросы, связанные с продовольствием, по всей стране.

Председательствующий. Депутат Сидоренко, пожалуйста.

, Псковская область.

Александр Харлампиевич, Вы сказали о квотировании. Допустим, подсолнечник и другие культуры от квотирования освобождены. Тем самым государство лишило те регионы, где не выращивается подсолнечник или другие масличные культуры, возможности приобретать их в Белгородской области, на юге России. Будет ли что-нибудь сделано со стороны государства, чтобы высококачественные масличные культуры все же оставались отечественному потребителю?

По этому вопросу я веду большие дискуссии. В Министерстве сельского хозяйства меня понимают. От старого подхода (когда мы сами не закупали и не разрешали товаропроизводителю продавать, искать рынок сбыта) мы ушли. Сегодня в стране не хватает растительного масла. При той схеме, какая была в прошлом году, мы не разрешали его вывозить. В то же время товаропроизводителю диктовались жесточайшие условия. Цену на растительное масло повышали окончательно при переработке.

По этому пути мы пошли осознанно. И есть прекрасные примеры, когда объединения по переработке масличных культур организуют закупку этого продукта на новой основе. Так, Ивановский масложировой комбинат ассоциирует товаропроизводителей растительного масла в 22 областях (Татарстан, все Поволжье, Владимирская, Смоленская, Липецкая области и так далее). Он практически проавансировал всех своих товаропроизводителей масличных культур. А так, как ведут себя сегодня, скажем, краснодарские и другие маслоперерабатывающие заводы... Они по-прежнему поступают, как заготовители-кладовщики: дескать, все равно привезут и продадут по дешевой цене, деваться-то некуда. Поэтому мы, развивая ассоциированные организации по производству и переработке масличных культур, все-таки разрешаем экспорт продовольствия.

Примерно так же и с продовольственной пшеницей. У нас там всего 10 процентов таможенной пошлины (это практически ничего не значит). И при сегодняшнем недостатке примерно 2 млн. тонн продовольственной пшеницы мы все-таки не ограничиваем ее вывоз. Это тоже активизирует работу товаропроизводителей. Правда, здесь есть и другая сторона. Наши товаропроизводители продают зерно по цене примерно наполовину ниже мировой. Сегодня мировая цена на продовольственное зерно 120—140 долларов, наши производители продают по 50, а товаропроизводителям платят по 40 долларов.

В постановлении о функционировании АПК мы указали, что при осуществлении внешнеэкономической деятельности, если цена ниже мировой, то налоговая инспекция производит начисление до мировой цены и перечисляет эти средства на развитие АПК. Вот то, что касается внешнеэкономической деятельности.

И вторая половина вопроса. Мы, вернее, Правительство, в какой-то степени опоздали с предоставлением агропромышленному комплексу возможности вовремя произвести сев. Но сейчас наверстываем это. Не получится ли у нас так и с заготовками? Особенно это касается приобретения зерно - и сеноуборочной техники.

У нас в прошлом году неплохо "работал" лизинг. В этом году мы тоже заложили на это 600 миллиардов в бюджет и рассчитываем, что около 300 млрд. рублей должно вернуться. Эти 300 миллиардов будут снова направлены на приобретение техники, и не только техники, но и племенного скота и семян по лизингу. Других средств, кроме наличных средств хозяйств, практически нет. Конечно, мы понимаем, что этих средств крайне недостаточно. Возможно, как и в прошлом году, к уборке урожая придется за счет каких-то других статей бюджета увеличить этот лизинговый фонд. Если бы в прошлом году мы не поставили по лизингу 8,5 тысяч комбайнов, единиц пахотной и пропашной техники, то, я вас уверяю, мы бы уборку не провели.

Председательствующий. Депутат Рокецкий, пожалуйста.

(я и к президиуму обращаюсь), можно ли размножить Ваше выступление и сегодня раздать?

Можно.

Председательствующий. Каждый получит стенограмму с выступлением.

И еще. На территории областей есть множество объектов федеральной собственности (это крупные птицефабрики, свинокомплексы), которые находятся сейчас в самом тяжелом положении из-за недостатка кормов. Какие существуют планы — не поднимать агропромышленный комплекс вообще, а хотя бы навести порядок с объектами федеральной собственности?

Я понимаю озабоченность регионов. Что касается объектов федеральной собственности, то Госкомимущество полностью удерживает их на федеральном уровне. Но, думаю, немалая роль в решении вопроса по наведению там порядка принадлежит вместе с центром и регионам.

Я хочу уточнить: все же это сегодня федеральная собственность и хозяйничают там федеральное Правительство и министерство.

Это относится к Госкомимуществу, министерство не хозяйничает.

Я обращаюсь к Вам, как к заместителю Председателя Правительства, ведь Госкомимущество подчиняется Правительству. Самое тяжелое, критическое состояние — на этих комплексах, там прежде всего нет кормов. И вообще, какова перспектива? Как вы будете дальше заниматься федеральной собственностью на территории моей области?

Не думаю, что мы должны заниматься только федеральной собственностью. Считаю, что мы должны заниматься всем агропромышленным производством. Это и птицефабрики, и другие объекты.

Мы предусмотрели поддержку агропромышленного комплекса. Правда, это не очень много, но все-таки выделяется 500 миллиардов на компенсацию производства комбикормов, части затрат на электроэнергию. Я бываю на местах, вижу и знаю это. Вот и с Иваном Петровичем мы были в Волгограде, видели, как активно поддерживают на местах эти индустриальные комплексы за счет скудных (надо прямо это сказать) бюджетных ассигнований.

Поэтому здесь, наверное, должна быть двойная финансовая поддержка — и со стороны бюджета, и со стороны местных органов в виде различных льгот. А что касается федерального бюджета, то (я еще раз говорю) мы заложили там 500 миллиардов на компенсацию производства комбикормов. Но, думаю, мы не комбикорма будем компенсировать, а, наверное, белковые добавки к комбикормам и так далее, потому что качество комбикормов сегодня у нас ухудшилось — дальше некуда.

Извините, Александр Харлампиевич, я к Вам с уважением отношусь, но у нас-то жизнь другая. Федеральная собственность находится на нашей территории. Почему Вы не руководите федеральной собственностью, как должны руководить? Вы сами или министр должны за это отвечать. Не надо на меня возлагать свои обязанности, у меня есть другие заботы.

Я с Вами сейчас не могу в дискуссию вступать.

Я тоже думаю, что не надо.

Давайте мы с Вами встретимся. Может быть, тогда и разберемся. Я знаю, что объектов федеральной собственности осталось очень мало, что их всего 15—20, может быть, где-то 30 процентов.

Об этом и речь.

А остальная-то собственность не государственная. То есть надо совместно рассматривать и решать эти вопросы. Готов персонально разобраться с вашими предприятиями.

Председательствующий. Последний вопрос. Депутат Цветков, пожалуйста.

, председатель Комитета Совета Федерации по делам Севера и малочисленных народов.

Уважаемые коллеги! Начну с небольшой реплики. Мне непонятно, как можно качественно рассмотреть вопрос, который мы "разрываем". Почему мы, Совет Федерации, постоянно входим в чье-то положение? Что проще: членам Правительства переехать через дорогу или нам собраться сюда со всей России? Председатели комитетов будут говорить завтра, министры — сегодня, а решение будем послезавтра принимать. Это важнейший для России вопрос. Мы приехали сюда для того, чтобы его тщательно рассмотреть и принять решение, но сами же себе создаем какие-то препятствия. Считаю, что мы в данном случае сильно проигрываем. Мы должны все-таки уважать себя.

Председательствующий. Это не вопрос.

Я и сказал, что с реплики начну.

И по существу. Александр Харлампиевич, во время перерыва я задал вопрос об агропромышленном комплексе Севера и получил от Вас ответ, что готовится постановление. Тут же Александр Григорьевич Назарчук поправил и сказал, что постановление есть, но оно работать никогда не будет, и никаких подписей никто не собирает. Итак, первый вопрос: все-таки каким образом Правительство собирается выходить с предложениями по сельскому хозяйству северных регионов?

И второй вопрос. Сейчас ясно, что сельское хозяйство Севера будет в определенной части ликвидироваться и высвободится масса социально-бытовых комплексов, зданий, сооружений. Почему все-таки в бюджете не предусмотрены средства для передачи их органам самоуправления?

Когда меня спрашивают, почему в регионах не предусмотрены средства на решение социальных вопросов, в том числе за счет передаваемых объектов, то, бывая на местах, я обычно говорю, что нужно выполнять указ Президента о передаче социальных объектов, особенно сельских, непосредственно местному бюджету. Вы знаете, что ни федеральные органы, ни Министерство сельского хозяйства этими вопросами уже три года практически не занимаются. Это ваш вопрос. Я не просто отговариваюсь, когда вы защищаете свой бюджет. Это ваш вопрос — и тогда, когда объекты не передавались, и тогда, когда они передаются.

Что касается северных территорий, то я Вас уверяю (да и Александр Григорьевич знает), что денег нет. Но делать что-то надо. Подготовлен проект постановления Правительства о поддержке сельского хозяйства северных территорий в пределах того скудного бюджета, который выделяется. Я с Вами согласен. Я был в Мурманской области на агрокомплексах, на птицефабриках. Там, конечно, есть свои особенности. Солому, например, возят из Псковской, из других центральных областей. Правда, я их спросил: "Вот рядом Финляндия — возит ли фермер солому из-под Хельсинки?" Нет, говорят, он сам выращивает корма. То есть там тоже есть вопросы, которые надо в принципе решать. Еще есть возможности пополнения и удешевления этой продукции. Хотя, еще раз подчеркиваю, мы Север должны поддерживать.