Стенограмма (стр. 12 )

Председательствующий. Я как раз собирался поставить на голосование тот проект постановления, который внес комитет: внести в Государственную Думу законопроект. А потом стали говорить о концепции. Дело в том, что во время первого чтения только еще будут утверждать концепцию. Зачем сейчас нам утверждать концепцию?

Пожалуйста, депутат Беляев.

Уважаемые коллеги! Статья 17 только что одобренного нами закона подразумевает установление государственной монополии на экспорт-импорт отдельных видов товаров. Цитирую: "Перечни отдельных видов товаров, на экспорт и/или импорт которых устанавливается государственная монополия, определяются федеральными законами". Еще не подписан закон, а мы уже вносим законопроект об установлении государственной монополии на экспорт практически всех видов ресурсных товаров (и не только ресурсных), которые имеют хоть мало-мальски значимую валютную ценность. Мотивировка здесь очень простая: занижение цены, сокрытие доходов и вывоз капиталов за рубеж.

Допускаю совершенно справедливый гнев авторов этого закона по поводу того, что происходит. Я очень сомневаюсь, что установление государственной монополии на весь перечень товаров без учета, без проведения какой-то экспертизы, без анализа последствий, которые вызовет, скажем, установление государственной монополии по лесу, по каменному углю или по никелю для отдельных предприятий, регионов. Никаких обоснований, к сожалению, здесь не представлено.

В перерыве я разговаривал с нашим коллегой Филатовым — директором Норильского металлургического комбината, который сообщил, что спрос на продукцию его завода внутри страны постоянно сокращается. Так или иначе экспорт продукции — единственная возможность выжить не только заводу, но и практически целому городу. Уверяю вас, мы будем поэтому тратить все больше и больше денег на завоз товаров на Крайний Север.

Не знаю, были ли проведены какие-то расчеты и определены будущие потери вследствие внедрения государственной монополии. В свое время я очень внимательно изучил список товаров, подлежащих государственной монополии, установленной еще Иваном III и Иваном IV. Там практически все, любой мало-мальски пользующийся спросом товар моментально подпадал под государственную монополию. В результате мы имеем то, что имеем. К сожалению, контроля за все эти 500 лет так и не удалось достичь. Бюджет пополнить за счет этого тоже не удалось, тем более что все это отдается на откуп, по сути дела, восстанавливаемой на 100 процентов государственной внешнеторговой монополии.

Поэтому соглашаюсь по поводу контроля за экспортом, скажем, драгоценных металлов, вооружений, расщепляющихся материалов, но список всех остальных товаров надо посмотреть внимательнее.

Председательствующий. Объявляется перерыв. Готовьтесь, пожалуйста, к обсуждению закона после перерыва.

(После перерыва)

Председательствует Председатель Совета Федерации
В. Ф. ШУМЕЙКО

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Прошу зарегистрироваться.

Результаты регистрации (16 час. 03 мин.)

Всего депутатов ,0%

Присутствует 117 66,5%

Отсутствует 59 33,5%

Решение: кворума нет

Давайте зарегистрируемся еще раз.

Результаты регистрации (16 час. 05 мин.)

Всего депутатов ,0%

Присутствует 125 71,0%

Отсутствует 51 29,0%

Решение: кворум есть

Мы остановились на вопросе о проекте федерального закона о государственной монополии на экспорт энергоресурсов, некоторых видов сырья и промышленной продукции. На включении этого вопроса в повестку дня настаивал Юрий Евгеньевич Лодкин.

Пожалуйста, Николай Николаевич.

Уважаемые коллеги! Обратите внимание на следующий момент — он достаточно важен.

Сегодня у нас в повестке дня фигурируют два документа по одной проблеме: Федеральный закон "О государственном регулировании внешнеторговой деятельности" (тот закон, о котором докладывали депутат Сергеенков от имени комитета по вопросам экономической реформы и я) и проект федерального закона о государственной монополии на экспорт.

При обсуждении первого закона, внесенного в Государственную Думу комитетом под председательством Глазьева, комитет по вопросам экономической реформы предложил его не принимать, сформулировав целый ряд дополнений к нему. Когда мы проголосовали за него, я в своем выступлении сказал, что предложения, которые наш комитет и депутат Сергеенков внесли (а они, раз мы одобрили закон, в его тексте не учтены), могут быть отражены в нашем законопроекте. Если бы мы не одобрили первый (назовем его глазьевским) закон, то была бы возможность предложить наш альтернативный вариант. Но мы одобрили его и не можем в один день принимать документы, которые противоречат друг другу.

Учитывая факт принятия первого закона, мы предложили дополнения, которые комитет по вопросам экономической реформы считал необходимым в него внести (депутаты с этим не согласились), внести в законопроект, который предложил рассмотреть депутат Лодкин. И для этого создать рабочую группу, которой в том числе дать возможность учесть то, что мы сегодня утвердили. Там есть терминологические расхождения. Мы сегодня проголосовали и одобрили закон, принятый Государственной Думой. Сейчас нужно эти два документа свести вместе.

Вот почему я и предложил создать рабочую группу, с тем чтобы и депутат Сергеенков, и депутат Лодкин с учетом принятого нами закона смогли принять участие в составлении нового текста.

Председательствующий. К Вам есть вопросы. Депутат Лодкин, пожалуйста.

Николай Николаевич, такая позиция непонятна. О каком противоречии двух законов Вы говорите, если тот закон, который мы одобрили, четко и ясно допускает возможность введения государственной монополии на экспорт или импорт отдельных видов товаров, когда это диктуется экономической ситуацией? Так гласит одобренный нами закон.

Всякие доводы относительно того, что мы, дескать, не успели принять этот закон и уже принимаем другой, не состоятельны. Мы знаем, что проект закона, который сейчас у нас обсуждается, будет обсуждаться в Госдуме, туда будут вноситься исправления, дополнения, изменения и так далее, и он еще придет к нам на обсуждение. Поэтому считаю, что тут никакого противоречия нет и проект этого закона нужно в качестве законодательной инициативы принимать.

Вы помните постановку вопроса, когда мы инициировали разработку этого закона. Мы говорили, что это — дело чести и достоинства каждого депутата. И я хотел бы, чтобы вы именно с этих позиций воспринимали необходимость разработки и утверждения подобного закона.

Спасибо за пожелание, но кроме чести и достоинства закон хорош еще и тем, что он грамотен.

Вы его разрабатывали.

Именно поэтому я и стою на трибуне. Мы разрабатывали по вашей команде. И как разработчики говорим: с учетом того, что "утренний" закон нами проголосован, требуется дополнительная редакция. Решать Совету Федерации, но, давая обещание своим коллегам в Комитете Госдумы по экономической политике, я был обязан сказать то, что сказал. А решать — это ваше право.

Председательствующий. Депутат Григорьева, Ваш вопрос.

Владимир Филиппович, у меня не вопрос, а реплика. Николай Николаевич, я понимаю, может быть, действительно Вы сориентировались в процессе обсуждения двух законов и поэтому сейчас по-другому говорите, нежели на утреннем заседании. Но только Вы от себя тогда вносите предложение, а не от комитета. Может быть, в данном случае Вы и правы, потому что сориентировались, но говорите от себя лично. Лично я в политические игры не собираюсь играть.

Председательствующий. Депутат Щапов, Ваш вопрос.

, Республика Хакасия.

У меня не вопрос — я хотел бы выступить.

Председательствующий. Тогда, Николай Николаевич, присядьте, пожалуйста. Пожалуйста, депутат Щапов.

Уважаемые депутаты! В данный момент экономику России можно вывести из прорыва только в результате увеличения продажи сырьевых ресурсов. Вы знаете, что есть страны, которые неплохо живут, продавая только сырьевые ресурсы. Самым главным при продаже сырья является определение оптимальных цен, а не установление квот, как это нам предлагается в законах.

В законе о государственном регулировании внешнеторговой деятельности, который вы сегодня одобрили, нет механизма государственного регулирования цен, без которого закон теряет смысл. Об этом вам докладывал депутат Сергеенков, но вы не прислушались.

В предлагаемом проекте закона о государственной монополии на экспорт энергоресурсов основным фактором регулирования валютных поступлений являются опять-таки квоты и лицензирование деятельности. В статье 2 прямо говорится, что государственная монополия на экспорт товаров осуществляется на основе лицензирования. К чему это приведет? Это приведет к снижению валютных поступлений, так как лицо, которое выдает лицензии, будет заинтересовано в том, чтобы официальная цена на ресурсы была меньшей, потому что тогда будет больше неучтенных средств. А неучтенные средства нужны для того, чтобы давать взятки для получения лицензий.

Пять-шесть лет тому назад (Николай Николаевич, слушайте, это я говорю и для Вас) были введены лицензии на экспорт угля. Средняя цена на энергетический уголь снизилась за два года с 40 до 30 долларов за тонну. Чтобы получить лицензию на продажу на экспорт нами же добытого угля, мне приходилось давать чиновнику 1 доллар за одну тонну разрешенного для продажи угля.

Однако делалось и еще проще: лицензии производителям не выдавались, а создавались предприятия по перепродаже угля, которые и получали лицензию. И эти предприятия диктовали нам цены. Вот почему власть имущие в то время за короткий срок обогатились. Вот почему Николай Николаевич проталкивает законопроект на волне патриотизма депутата Лодкина. Я бы просил не голосовать за этот законопроект.

Председательствующий. Депутат Чуб, пожалуйста.

Я благодарен депутату Щапову, он поднял важный вопрос. Отмечу, все это заканчивается забастовками, и мало кто из сидящих здесь приезжает потом в регион, чтобы выяснить, почему такое случается. Я решительный противник законопроекта. Я противник и того закона, который мы приняли. Депутат Сергеенков был двадцать раз прав, но мы не прислушались к его мнению.

Итак, нельзя одобрять это положение, касающееся угля. Считаю такой законопроект нельзя вносить в Госдуму. Почитайте, кто кому дает лицензию? Опять федеральные органы власти. Почему уголь, который добывают на ростовской земле жители Ростовской области, должны распределять в Москве? Мне это непонятно. Все эти лицензии должны выдавать в субъектах Федерации. И уж если не все, то большинство из них. Тогда меньше будет фактов коррупции, о которых говорил депутат Щапов. Поэтому считаю, что такой неподготовленный законопроект категорически нельзя вносить в Госдуму.

Это же лоббирование какой-то определенной группы людей, которые или работали, или работают в центральных органах власти и занимаются тем, что делят то, что принадлежит людям, живущим на каждой территории.

Председательствующий. Пожалуйста, депутат Лодкин.

У меня реплика. Думаю, речь депутата Чуба — самое яркое доказательство того, что нужно голосовать за этот законопроект.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Давайте перейдем к принятию решения. По одному и тому же вопросу нам представили два проекта постановления. В одном (регистрационный номер 1511) записано: внести законопроект в Государственную Думу, в другом (регистрационный номер 1523): создать рабочую группу для его доработки — то, о чем говорил сейчас Николай Николаевич Гончар.

Оба проекта постановления имеют одно и то же название: "О проекте федерального закона "О государственной монополии на экспорт энергоресурсов, некоторых видов сырья и промышленной продукции".

Какой из проектов постановления примем за основу? Мнения разделились. Если не возражаете, поставлю документы на голосование в порядке поступления.

Первый проект поступил 23 мая в 20 часов 45 минут, второй — 24 мая в 13 часов 50 минут. Поэтому согласно Регламенту в таком порядке и поставлю их на голосование.

Голосуем проект постановления Совета Федерации "О проекте федерального закона "О государственной монополии на экспорт энергоресурсов, некоторых видов сырья и промышленной продукции", в котором два пункта.

Пункт 1: внести в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проект федерального закона "О государственной монополии на экспорт энергоресурсов, некоторых видов сырья и промышленной продукции".

Кто за принятие этого проекта постановления за основу, прошу голосовать.

Результаты голосования (16 час. 17 мин.)

За 63 35,4%

Против 30 16,9%

Воздержалось 0 0,0%

Голосовало 93

Не голосовало 85

Решение: не принято

Ставлю на голосование второй проект (регистрационный номер 1523), в котором написано: "Создать рабочую группу из числа депутатов Совета Федерации для доработки проекта указанного федерального закона в следующем составе..." Сейчас решим относительно фамилий.

Кто за то, чтобы принять за основу данный проект, прошу голосовать.

Результаты голосования (16 час. 18 мин.)

За 84 47,2%

Против 25 14,0%

Воздержалось 1 0,6%

Голосовало 110

Не голосовало 68

Решение: не принято

И этот не принимается. Что будем делать? Снимаем с повестки дня до следующего заседания? (Шум в зале.) По рейтингу получается, что больше голосов набрал второй проект: создать рабочую группу и так далее. Может быть, сделаем протокольную запись: поручить комитету совместно с Юрием Евгеньевичем доработать и представить проект постановления к следующему заседанию?

Владимир Филиппович, не прошел вопрос — переходим к другому вопросу. Я вообще считаю, что по этим делам должно приниматься постановление Правительства. Это гибкий вариант, понимаете. Но никак не в форме закона. Изменилось что-то на рынке, принимается постановление Правительства, и все. Не принят вопрос, пошли дальше. Зачем опять терять время?

Председательствующий. Депутат Беляев, пожалуйста.

, г. Санкт-Петербург.

Уважаемые коллеги! У нас есть право депутатской инициативы, и не обязательна инициатива палаты. Достаточное количество депутатов проголосовало за этот законопроект. Пусть группа депутатов внесет его в качестве своей законодательной инициативы в Госдуму.

Председательствующий. Депутат Щапов, пожалуйста.

Владимир Филиппович, если уж поручать кому-то дорабатывать этот законопроект, надо поручить комитету по вопросам экономической реформы.

Председательствующий. Депутат Овсянников, пожалуйста.

Прежде всего прошу, чтобы и меня тоже включили в состав группы, потому что я, наверное, в числе первых настаивал на этом.

Владимир Филиппович, мы плохие, может быть, специалисты, но мировая история свидетельствует о том, что когда очень трудно экономике какого-то государства, то государство до предела монополизирует именно внешнюю торговлю. И дело не в Троцком, как я тогда напоминал, и не в Ленине, и не в ком-то еще, дело в экономической сути.

Поэтому я в принципе не согласен с тем, что это должна быть воля вольная или воля Правительства. Считаю, это просто незнание мировой истории, мировой экономики. И нас все время в это "бросают", и мы теряем десятки миллиардов долларов.

Поэтому мои предложения конкретные: либо, как Вы предложили, поработать группе и потом вновь представить законопроект в Совет Федерации, когда наш зал будет полнее, либо хотя бы в качестве законодательной инициативы группы депутатов (наберется нас 65, 70 или 80 человек) направить законопроект в Госдуму. Но поработать предварительно надо, чтобы многие вопросы снять. Дать срок определенный, жесткий срок, предположим, до следующего заседания, чтобы группа доложила...

Председательствующий. Валерий Иванович, но дело в том, что суть понятия "государство" изменилась. Теперь существует совокупность власти всех 89 субъектов Федерации. Раньше, когда было централизованное государство, все было понятно: партия и правительство решили, значит, будет так. А сегодня государство — это 89 равноправных субъектов, и каждый по отношению к сырью имеет абсолютно разные мнения. Мало того: у нас есть "матрешечные" субъекты (в Тюменской области есть еще два округа). Кто отвечает за все это? Потому так долго все и рождается.

И поэтому два выхода: или я ставлю на поименное голосование первый проект и мы выясняем, сколько депутатов за него проголосовало, и направляем его от этой группы, или дорабатываем, если хотите, от имени палаты.

Пожалуйста, депутат Лодкин.

Уважаемые коллеги! Прошу принять первый вариант, предлагаемый здесь. Действительно, мы хотели бы тогда послать законопроект в Госдуму от группы депутатов.

Хотел бы также, чтобы вы поняли (чтобы депутат Чуб нас не вводил в заблуждение) у кого прерогатива определения перечней отдельных видов товаров. В законе, принятом нами сегодня, говорится четко и ясно: перечни отдельных видов товаров на экспорт или импорт, на которые устанавливается государственная монополия, определяются федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, а не Правительством. Прошу это учитывать при поименном голосовании для того, чтобы мы могли выступить с этой законодательной инициативой.

Председательствующий. Депутат Титкин, пожалуйста.

Первое. Сначала реплика. То, что Владимир Федорович Чуб предлагает, учитывая создание Правительством предвыборной партии, означает передачу ресурсов в распоряжение одной из политических партий, что не в интересах государства.

Председательствующий. Это не партия, это политическое движение.

Ну движение, но предвыборное, политическое. Это может быть использовано в предвыборной борьбе, что для государства и для демократии неприемлемо.

Второе. Просил бы поддержать предложение Владимира Филипповича и согласиться провести поименное голосование. Не для попытки шантажировать кого-то, а просто помочь проголосовавшим "за" не собирать подписи, а приложить список тех, кто так голосовал, и направить в качестве законодательной инициативы от группы депутатов. В документ могут быть внесены изменения в регионах, возможно уголь будет вычеркнут. Этот проект закона в Госдуме будет только сейчас рассматриваться.

Председательствующий. Слово — депутату Костоеву. И голосуем.

Я удивлялся в первой половине дня и продолжаю удивляться сейчас. Депутат имеет право законодательной инициативы, а мы полдня сидим, обсуждая, каким придет к нам этот закон из Государственной Думы, какие доводы там могут быть приведены. Мы не закон обсуждаем, а право одного депутата из 176 реализовать свою законодательную инициативу отправить в Госдуму проект закона. Мы полдня потеряли и не приходим к решению. Считаю, что мы и то и другое проголосовали, у депутата Лодкина остается право собрать подписи и отправить в Государственную Думу.

Председательствующий. Депутат Строев, пожалуйста.

, председатель Комитета Совета Федерации по вопросам науки, культуры и образования.

, уважаемые коллеги! Первое. Хотел бы прежде всего сказать, что нам нет необходимости, приводя различные аргументы, переходить на личности. Не хотелось бы, чтобы в качестве аргумента обсуждалось то, что сказал один или другой коллега. Нравится кому-то мнение Владимира Федоровича Чуба или нет, не нужно этого делать.

Второе. Было хорошее предложение нашего Председателя (его поддержал Гончар) о том, чтобы собрать группу, внести протокольно доработки и затем вынести документ на следующее заседание. Мне кажется, это лучший вариант. Доработать лучше, чем собирать подписи. Хорошо, мы сейчас проголосуем за сбор подписей, но ведь доработать какой-то документ, наверное, проще. Думаю, Ваше второе предложение, Владимир Филиппович, более приемлемо. Юрию Евгеньевичу Лодкину необходимо с ним согласиться.

Председательствующий. Сейчас путем голосования решим. Юрий Евгеньевич, Вы настаиваете на поименном голосовании? Кто за то, чтобы провести поименное голосование, прошу голосовать.

Результаты голосования (16 час. 27 мин.)

За 50

Против 10

Воздержалось 2

Голосовало 62

Не голосовало 114

Решение: принято

Прошу голосовать поименно: кто за то, чтобы направить данный закон в Государственную Думу в качестве законодательной инициативы группы депутатов Совета Федерации, нажмите кнопку "за". Это и будет группа депутатов, направившая закон, чтобы Юрий Евгеньевич Лодкин не собирал подписи. (Шум в зале.)

Результаты голосования (16 час. 27 мин. 50 сек.)

За 69 38,8%

Против 12 6,7%

Воздержалось 1 0,6%

Голосовало 82

Не голосовало 96

Решение: не принято

Поддержали 69 человек. Нормальная группа.

Переходим к следующему вопросу.

Уважаемые коллеги! Следующий вопрос — "О Федеральном законе "О государственной политике в области обращения с радиоактивными доходами". Но поскольку сейчас в зале находятся приглашенные для обсуждения информации Пенсионного фонда о причине задержки выплаты пенсий и информации Правительства о заключении соглашений между Правительством и коммерческими банками , и , то, может быть, рассмотрим эти вопросы? Нет возражений?

Из зала. Нет.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Слушается вопрос "Информация Пенсионного фонда Российской Федерации о причине задержки выплаты пенсий". Докладывает .

, председатель правления Пенсионного фонда Российской Федерации.

Уважаемый председательствующий, уважаемые члены Совета Федерации! Как вы помните, при каждой индексации пенсий я предупреждал, что тот уровень индексации, который предлагался Государственной Думой, бюджет Пенсионного фонда выдержать не может. Собственно, сейчас мы к этому и пришли. Поэтому я ожидал, что этот вопрос будет рассматриваться в экстренном порядке.

Приведу несколько цифр. Индексация пенсий с 1 февраля этого года (практически это была не индексация, а компенсация) привела к увеличению расходов на 830 млрд. рублей в месяц. За первый квартал доходов поступило на 14,3 трлн. рублей, а расходы составили 15,5 трлн. рублей. Дефицит, который составил 1,2 трлн. рублей, был "закрыт" имевшимися у нас переходящими на 1 января 1995 года остатками. Отчет об этом уже представлен в Государственную Думу, и вы его также будете рассматривать.

Так мы и прожили первые три месяца года, закрывая дефицит за счет остатков. Если на начало года у нас оборотная наличность составляла 64 процента (по закону должно быть 60 процентов, то есть мы имели немного больше), то уже на 1 апреля эта оборотная наличность составляла всего 34 процента. Разброс по территориям велик — от 5 до 60 процентов.

К апрелю дефицит нарастал: в январе он составил 100 млрд. рублей, в феврале — 650 млрд. рублей, в марте — 450 млрд. рублей. Вот мы пришли к 1,2 трлн. рублей. В апреле положение несколько стабилизировалось: мы получили 6 трлн. рублей доходов, а израсходовали 6,1 трлн. рублей, то есть дефицит составил 100 млрд. рублей. Как вы понимаете, 100 миллиардов при 6 триллионах — это уже терпимо. Кроме того, по нашему настоянию из федерального бюджета нам выдали ссуду в 500 млрд. рублей для того, чтобы проавансировать майские расходы, потому что в мае должна проводиться очередная индексация.

В мае сложилась такая ситуация: доходы резко упали, потому что, по сути дела, до 10 мая из-за праздников многие предприятия почти не работали, что привело к уменьшению поступлений. Расходы же увеличились на 1,3 трлн. рублей. Если же учитывать еще и разовые выплаты участникам войны (400 млрд. рублей), то практически расходы в мае составили 1,7 трлн. рублей.

По нашей оценке, на 15 мая мы получили доходов в сумме 2,8 трлн. рублей. Для сравнения — на 15 апреля мы получили 3,3 трлн. рублей, то есть в мае — меньше на 500 млрд. рублей. Если такая тенденция к разрыву сохранится, то, по нашей оценке (самой оптимистической), за май мы можем получить 5,2 трлн. рублей, расходы же (с учетом очередной индексации в 1,27, которую мы провели с 1 мая и плюс льготы участникам войны) составляют 7 триллионов. В результате дефицит бюджета Пенсионного фонда в мае 1995 года составит 1,8—2 трлн. рублей.

Есть две главные причины такого положения. Первая — это продолжающееся нарастание неплатежей предприятий и организаций. Вторая — это задолженность федерального бюджета. Из-за просроченных неплатежей на 1 января 1995 года по всей России мы недобрали 7 трлн. рублей. На 1 апреля, по предварительным данным, эта сумма превысит 8,5 триллионов.

Сейчас мы работаем практически "с колес". Запаса для выплат во многих дотационных территориях нет. На сегодняшний день мы вышли практически с нулевой оборотной наличностью. Если в северных и дальневосточных районах традиционно сложилось превышение доходов над расходами, то более 60 территорий у нас дотационные, то есть страховые сборы, которые там собираются, не покрывают выплат из-за количества пенсионеров.

По поручению Правительства мы проводили анализ причин неплатежей. Получается такая картина. Например, угольная промышленность нам должна около 700—800 миллиардов. Вот последние данные на 1 апреля: угольная промышленность только по Кемеровской области задолжала Пенсионному фонду 322 млрд. рублей, по Ростовской области — 100 миллиардов, по Республике Коми — 58 млрд. рублей, более 20 миллиардов нам задолжали угольщики Приморья и так далее.

Еще одна отрасль-должник — это оборонная промышленность. Она нам тоже должна порядка 600—700 млрд. рублей. Только по Архангельской области — 86 миллиардов. (Это в основном предприятия оборонной промышленности, сосредоточенные в Северодвинске. Им не платят из бюджета за государственные заказы, а они не рассчитываются с нами.) В Московской области предприятия оборонной промышленности задолжали 70 миллиардов, в Мурманской области — 65, в Свердловской области — 71, в Удмуртской Республике — 40 млрд. рублей. То есть это все те насыщенные "оборонкой" территории, с которыми федеральный бюджет несвоевременно рассчитывается за государственный заказ.

Задолжало нам и сельское хозяйство. По нашим оценкам (полных данных на 1 апреля мы пока еще не собрали), задолженность этой отрасли — тоже около 600 млрд. рублей. Вот данные: Ставрополье должно 14 миллиардов, Омская область — 25, Татарстан — 79, Оренбуржье — 26, Ростовская область — 30, Волгоградская область — 14 млрд. рублей.

Серьезные суммы задолженности у бюджетной сферы из-за несвоевременного ее финансирования как из федерального, так и из местных бюджетов.

Вот в каких нелегких условиях сейчас работает Пенсионный фонд. Мы, конечно, применяем различные принудительные меры, взыскания, но, к сожалению, на расчетных счетах деньги не появляются по целому ряду причин.

Могу привести пример. В Ростовской области в апреле расходы на выплату пенсий составили 165 млрд. рублей, а доходы в этом месяце составили 117 млрд. рублей, остальное все — дотации. В мае (с учетом индексации) расходы составят 213 млрд. рублей, а доходы (по состоянию на 15 мая) уже сократились на 6 млрд. рублей по сравнению с соответствующей датой апреля. Я думаю, что доходы еще уменьшатся.

Теперь задолженность: если на 1 января в Ростовской области она составляла 125 млрд. рублей, то на 1 апреля — уже 176 млрд. рублей. И любую территорию возьмите: Волгоград, Саратов, Алтай, Иваново, Нижний Новгород и так далее, практически везде картина одна и та же: резко сокращаются доходы, резко увеличиваются расходы (в связи с индексацией) и нарастает вал неплатежей.

Вторая причина — задолженность из федерального бюджета. За 1993—1994 годы эта задолженность Пенсионному фонду составила 1,6 трлн. рублей (об этом докладывалось уже не раз). За пять месяцев Пенсионный фонд понес расходов, которые должны были быть компенсированы за счет федерального бюджета, на сумму 1,3 трлн. рублей. Итого получается 2,9 трлн. рублей.

Справедливости ради надо сказать, что из федерального бюджета уже компенсировано в виде ссуд 500 млрд. рублей, сейчас рассматривается вопрос — через ценные бумаги компенсировать еще 400 млрд. рублей. Но все равно к 1 июня, вернее к 1 июля, примерно 2,4 трлн. рублей федеральный бюджет будет должен нам. В месяц мы расходуем (по тем расходам, которые должны финансироваться из федерального бюджета) примерно 350—370 млрд. рублей.

Сейчас для ликвидации задолженности во многих регионах происходит большая задержка с выплатами пенсий. Мы работаем "с колес": сколько получаем — столько сразу же раздаем территориям. В день у нас проходит от 30 до 50 миллиардов. Сегодня было на счете 55 миллиардов — все сразу раздали.

Чтобы "закрыть" май, нам необходимо около 200 млрд. рублей. Я не говорю об авансах по июню, потому что вы знаете, что пенсии начинают выплачивать с 1-го числа каждого месяца, а доходы начинают поступать только после 10-го. Поэтому эта оборотная наличность... Мы обычно авансируем в конце месяца, чтобы пенсионеры получали уже 1-го, 2-го, 3-го, 5-го, во всяком случае, до 10-го числа могли получить. Пока речи об авансах по июню нет, потому что мы еще "не закрыли" май.

Я считаю, что и Центральному банку, и Министерству финансов нужно срочно помочь нам, иначе мы просто сорвем выплату пенсий.

Что дальше? Думаю, что в июне с доходами будет немного лучше, но, по нашим расчетам, все равно дефицит составит где-то 500—600 млрд. рублей. Это точно. В июле еще меньше дефицит бюджета будет, потому что доходы все-таки будут возрастать, а уровень пенсий останется. Я сейчас не могу даже сказать, как будет идти работа по ликвидации задолженности. Но дело в том, что в августе предстоит очередная индексация, мы опять можем войти в тот же режим, в котором сейчас работаем. У меня все.

Председательствующий. Спасибо, Василий Васильевич.

Депутат Штейн, Ваш вопрос.

! Полностью с Вами согласен в части оценки и выявления причин, которые привели Пенсионный фонд к такому тяжелому финансовому положению. Но вместе с тем хотел бы услышать Ваше мнение по такому вопросу. Целый ряд предприятий оказались сегодня на грани банкротства. Одна из причин банкротства — начисленные пени за несвоевременное внесение взносов в Пенсионный фонд за 1994 год. Причина неуплаты предприятиями взносов в Пенсионный фонд (и наказание в виде пени) — в несвоевременном расчете федерального бюджета с предприятиями. Вы об этом упомянули. Может быть, нам целесообразно не доводить предприятия до банкротства? Может быть, Вам проявить инициативу и обратиться в Правительство? А может быть, нам принять закон и списать эти долги предприятий Пенсионному фонду за 1994 год? Тем самым мы их уведем от пропасти банкротства, позволим стабилизировать свое производство, начать работать рентабельно, получать прибыль, повышать заработную плату и тем самым поддерживать финансами Пенсионный фонд. Если мы этого не сделаем, мы их доведем до грани банкротства. Те долги, которые были, останутся невосполненными, и вдобавок мы потеряем базу для формирования Пенсионного фонда на будущее. Каково Ваше мнение по этому поводу?

Не совсем согласен с тем, что именно пени и штрафы, связанные с долгами Пенсионному фонду, привели предприятия к банкротству.

Но это одна из причин.

Возможно, какая-то доля есть. Статистические данные на 1 января 1995 года о задолженности по заработной плате свидетельствуют, что она приближается к 4,8 трлн. рублей. Задолженность Пенсионному фонду — 7 трлн. рублей. Предприятия платят в среднем 28 процентов от заработной платы. Согласен, если бы задолженность была 1,5 триллиона, то было бы нормально. Но предприятия нашли средства для выплаты заработной платы, а с Пенсионным фондом не рассчитались. И таких большинство. Естественно, мы начисляем пени. Могу назвать две цифры. В прошлом году пени было собрано 1400 млрд. рублей. Все эти деньги (за исключением 20 процентов, которые направляются на утверждаемые вами региональные социальные программы) и идут на выплату пенсий. Если бы и их не было, то "дыра" была бы больше. В этом году за первый квартал мы собрали почти 500 миллиардов пени. И опять это все направлено на выплату пенсий.

Предлагают: давайте мы пени отменим и начнем все сначала. Если бы у меня не было такого большого стажа в финансовой работе, то я, может быть, и пошел бы на это. Но начнется такой обвал, что мы не остановим и тех плательщиков, которые сейчас вносят деньги. И они не будут платить. Вот что меня пугает.

Мы внесли еще в марте такое предложение: если есть задолженность за 1994 год, то мы берем основной долг (страховые платежи). Пени на них уже начислены. Мы говорим: давайте договоримся, что вы постепенно в течение трех-четырех месяцев по графику выплачиваете этот долг. Выплату пени мы отнесем на конечный срок уплаты. Если вы график выплат по страховым платежам выдерживаете, мы тогда пени "растягиваем" до конца года, даем отсрочку и устанавливаем график. Отменить пени я сам не могу, потому что это делается по закону.

Председательствующий. Депутат Шойхет, пожалуйста.

! Приведу три аргумента. Вопрос об увеличении пени и финансовых санкциях, их роли в промышленности и их величине вообще дискуссионный. Это первое. Второе. Уже из прогнозов было ясно, что Пенсионный фонд накануне серьезной критической ситуации. И третье. Есть решение правления Пенсионного фонда о том, чтобы до 2,5 процента получаемых пени выделять для приобретения жилья в собственность сотрудников отделений Пенсионного фонда. Как эти три факта сопоставить? Если выплата пени необходима для выплаты пенсий, почему же тогда деньги уходят на приобретение жилья? Я имею в виду Ваше письмо...

Сразу отвечу на последний вопрос. Дело в том, что у нас сейчас работает централизованная система — 24 тысячи уполномоченных. Они ведут учет, сбор, проверки и так далее. Поскольку эта структура федеральная и практически местные органы власти не занимаются вопросами бытового обустройства этих работников, и было принято решение правления о том, чтобы 2,5 процента пени направлять на долевое строительство, а не на приобретение жилья. Мы сейчас разрабатываем систему, чтобы это жилье продавать в кредит этим работникам.

Положение о Пенсионном фонде утверждал еще Верховный Совет России. Там было сказано, чтобы бытовые условия и заработную плату работникам Пенсионного фонда приравнять к тем, что имеются в Налоговой инспекции. О заработной плате не буду говорить: у нас она в полтора-два раза ниже. Что же касается Налоговой инспекции, то они отчисляли до этого года от пени и штрафов 30 процентов на свое социально-бытовое устройство. Мы сейчас отчисляем именно на жилье 2,5 процента. Кроме того, мы отчисляем еще около 10 процентов на социальные и бытовые нужды. Это связано с лечением, с детскими оздоровительными учреждениями, путевками и так далее. У нас 24,5 тысячи работников — по всей России.

Что же касается первого вопроса (соотношение между бюджетом и пеней), я его не понял.

Обо всем я сказал совершенно четко. Вы меня зря поправили. В Вашем письме речь идет о выделении средств для приобретения жилья в собственность сотрудников. А первые два моих аргумента лишь подтверждали, что при такой критической ситуации было неправомочно принимать данное решение.