Предисловие () (стр. 18 )

Кроме этого, общим у моего предпринимателя и у шумпетеровского новатора-предпринимателя является то, что -- по крайней мере в своей предпринимательской ипостаси -- они не вкладывают в производство никаких факторных услуг; прибыль, которую они получают, не является вознаграждением, необходимым, чтобы привлечь нужный фактор производства в производственный процесс. Производство вполне может продолжаться с ресурсами, оплата которых уже была учтена в качестве издержек при расчете чистой прибыли. Вклад предпринимателя состоит лишь в чистом решении направить эти ресурсы именно в данный процесс, выбранный из множества других.

И все-таки мое описание предпринимателя отличается от шумпетеровского, и предпринимательская роль в шумпетерианской системе не идентична той, которую сформулировал я. Для меня важной чертой предпринимательства является не столько способность покончить с рутиной, сколько способность видеть новые возможности, еще не замеченные другими. Предпринимательство для меня не столько внедрение новых продуктов или новых методов производства, сколько способность видеть, где новые продукты приобрели неожиданную ценность для потребителей и где стали возможны новые методы производства. Для меня функция предпринимателя состоит не в смещении кривых издержек или выручки, на которых он находится <Triffin. Monopolistic Competition, p. 168>, а в том, чтобы заметить, что они сместились.

Предпринимательство в шумпетерианской системе разрывает кругооборот, из равновесия создает неравновесие <новые продукты и методы, внедренные предпринимателем, описываются Шумпетером как "нарушающие равновесие" ( Капитализм, социализм и демократия. -- М.: Экономика, 1995, с. 183.)>. Для меня, наоборот, предпринимательская роль, являющаяся, безусловно, источником движения в системе, оказывает уравновешивающее влияние; именно предпринимательская бдительность к незамеченным возможностям создает тенденцию к равномерному кругообороту равновесия. Для Шумпетера предпринимательство важно прежде всего в качестве искры зажигания экономического развития; для меня его важность заключается в первую очередь в том, что оно способствует рыночному процессу проявиться во всех ситуациях, где возможность экономического развития представляется частным случаем <дополнительные комментарии по поводу различий между точкой зрения Шумпетера и моей см. выше раздел "Предпринимательство и процесс установления равновесия". Можно было бы отметить, что хорошо известное утверждение Шумпетера о том, что совершенная конкуренция несовместима с предпринимательским новаторством ( Капитализм, социализм и демократия, с. 151), выдает неосведомленность о том, что именно равновесный характер совершенной конкуренции по определению исключает возможность предпринимательства. Об этом см. ниже, гл. 3, раздел "Предпринимательство как путь к монополии">.

3. Теория прибыли профессора Найта хорошо известна. Прибыль получается в результате постоянно меняющейся обстановки, в которой осуществляется экономическая деятельность, и связанной с меняющейся обстановкой неопределенности в отношении исхода альтернативных курсов действия. Прибыль -- это остаток, если он вообще есть, остающийся предпринимателю после того, как он выплачивает в соответствии с контрактом согласованные доходы нанятым факторам. Предприниматель определен как в конечном счете управляющий предприятием, в конце концов несущий ответственность за все доходы и расходы, и тем самым зависящий от неопределенности, которая окружает как сумму, так и знак разницы между ними <теория прибыли Найта представлена в: Knight F. Risk, Uncertainty and Profit. См. также его очерк "Profit">. Прибыль не рассматривается в качестве вознаграждения за несение бремени этой неопределенности; она представляется как порожденная неопределенностью разница между ожидавшейся ценностью пользы, приносимой ресурсами, и ее действительной ценностью <Weston J. F. Profit as a Payment for Uncertainty Bearing; также Weston J. F. Enterprise and Profit // Journal of Business 22 (July 1949), pp. 141--159, и Weston J. F. A Generalized Uncertainty Theory of Profit // American Economic Review 40 (March 1950), pp. 40--60>. Прибыль, получаемая любым отдельным предпринимателем, зависит как от его собственной способности и удачи, так и от общего уровня инициативы и способностей на рынке <Knight. Risk, Uncertainty and Profit, p. 284>. Последователи теории прибыли профессора Найта подчеркивают, что так называемая посылка максимизации прибыли в статической теории фирмы не имеет (несмотря на возможно жизненно важную роль, которую она занимает в этом контексте) ничего общего с чистой прибылью, порождаемой в динамическом контексте неопределенностью и изменением <Weston. A Generalized Uncertainty Theory of Profit, p. 54; см. также Bronfenbrenner. Reformulation of Naive Profit Theory, 40, pp. 361--62; 369>. Последнюю "нельзя обдуманно максимизировать заранее" < Методология позитивной экономической науки // THESIS N4 1994, с. 34 сн. 9>.

Предприниматель Найта не обнаруживает тех свойств, которыми наделил предпринимателя я. Сам по себе акцент на неопределенности в системе Найта имеет тенденцию маскировать тот факт, что когда предприниматель начинает рискованное по общему признанию предприятие, он делает это, поскольку считает, что в конечном итоге оно предлагает привлекательную возможность. Большой интерес, с которым профессор Найт рассматривает вопрос о том, перевешивает ли прибыль потери ex post <после факта (лат.) -- Прим. пер.>, уводит внимание от чрезвычайно важного момента, что ex ante <до факта (лат.) -- Прим. пер.> любое предпринимательское решение предусматривает только прибыль. Отвлекаясь от природы предпринимательской деятельности, рассматриваемой ех ante мы отвергаем полезный инструмент для понимания того, каким образом на рынке принимаются решения и как эти решения определяют поведение цен. С чем описание Найта не справляется, так это с активной, бдительной, ищущей ролью предпринимательской деятельности. Трактовка прибыли как остатка не позволяет показать, что с точки зрения будущего предпринимателя прибыльная возможность со всей ее неопределенностью существует; она не рассматривается как нечто, что может (или не может) остаться после того как будут выполнены все контрактные обязательства. Вывод, что предпринимательскую прибыль нельзя максимизировать заранее, скрывает осмотрительный поиск прибыльных возможностей, являющийся, как мы видели, сутью предпринимательской роли.

С другой стороны, хотя трактовка Найтом предпринимательской роли не вполне удовлетворительна, определение им места, где располагается предпринимательство, является превосходным. Найт отождествляет предпринимательство с управлением и ответственностью <Knight. Risk, Uncertainty and Profit, p. 271 ff> (последнее понимается как несение бремени неопределенности). Более того, концепция управления Найта весьма изощренна -- в конечном счете управление никогда неотделимо от несения конечной ответственности <Ibid., pp. 291-298>. Поэтому обсуждение Найтом предпринимательства в современной корпоративной фирме не искажается некритическим отождествлением предпринимательского управления с деятельностью корпоративных менеджеров, против чего я возражал, анализируя подход Гордона к этой проблеме <см. раздел "Собственность, предпринимательство и корпоративная фирма">. По-моему тот факт, что концепция предпринимательского управления Найта заслужила неодобрение Гордона за то, что стала "настолько разбавленной, что имеет теперь мало пользы для любого анализа активного делового лидерства", в действительности является свидетельством ее высоких качеств. Я утверждаю, что именно это "разбавленное" качество концепции предпринимательства Найта позволяет ему при анализе экономики корпоративной фирмы избегать путаницы. Легко увидеть, что понятие «высшая инстанция управления» [ultimate control] Найта непосредственно отождествимо с моим понятием первичного знания [ultimate knowledge] <см. раздел "Предпринимательство и знание">, т. е. предпринимательской бдительностью.

Другое сходство наших позиций -- роль "максимизации прибыли" в теории фирмы. Мы уже отмечали, что последователи Найта указывали на путаницу, проистекающую от отождествления "статической прибыли", характеризующей теорию фирмы, с прибылью Найта, образующуюся динамически как результат неопределенности. Это меткое наблюдение сходно со сделанным мною выше замечанием <см. раздел "Производитель в качестве предпринимателя">, что ортодоксальная теория фирмы совершенно игнорирует саму возможность и необходимость принятия предпринимательских решений. С кривыми выручки и издержек, рассматриваемыми как данность, решение фирмы, в рамках этих кривых, не допускает никакой предпринимательской бдительности к возможным изменениям в этой информации. Разница между позицией Найта в этом отношении и моей уже была сформулирована. В первой не делается акцент на сознательном стремлении предпринимателя к получению прибыли, появление которой в результате изменения рыночной информации он предчувствует и которая еще не осознана другими. В моем изложении именно это сознательное использование осознанных возможностей составляет суть предпринимательской роли.

Предпринимательство по Мизесу

Именно в работах профессора Мизеса <см.: Мизес. Человеческая деятельность, с. 239--242, 270--280.; Mises L. Profit and Loss // Planning for Freedom. 2nd ed. -- South Holland, Ill.: Libertarian Press, 1962, pp. 108--150. Разумеется, Мизес не несет никакой ответственности за недостатки данной главы> можно найти компактно изложенные на нескольких страницах большую часть идей, на основе которых я разработал свои довольно-таки беспорядочные и разбросанные построения предпринимательской роли. Именно проникновение Мизеса в самую суть характера рыночного процесса легло в основу построения этой теории предпринимательства. То, что я назвал предпринимательской бдительностью, Мизес выражает, определяя предпринимательство как человеческую деятельность, "рассматриваемую с точки зрения неопределенности, присущей любой деятельности" <Мизес. Человеческая деятельность, с. 239>. "Предпринимаэто человек, действия которого ориентируются на изменения рыночной информации" <там же, с. 240>. Чтобы понять сущностное сходство между моей формулировкой и формулировкой Мизеса, достаточно рассмотреть его особое внимание к предпринимательству как движущей силе распределения ресурсов в соответствии с желаниями потребителей. Рынок, как постоянно подчеркивает Мизес, стремится отстранить от предпринимательской роли всех, кроме тех, кто способен "лучше, чем другие, прогнозировать будущий спрос потребителей" <там же, с. 274>.