Стенограмма парламентских слушаний на тему "О новых подходах к государственной ценовой политике на современном этапе" (на примере транспортного комплекса) (стр. 8 )

Мы создали экономику отдельных отраслей, причем отраслей наиболее сильных. Там аккумулируются средства, там получается более мощным воспроизводство, все остальные начинают умирать. И вот таким образом, поскольку у нас самые сильные — сырьевые отрасли, они и самые конкурентоспособные на рынке, они и растут. Остальные все умирают потихонечку.

Надо сказать, что это было сделано достаточно умело и аккуратно на концептуальном уровне. И мы получили, по сути, систему, мне Борис Витальевич очень хорошо сегодня помог, мне не надо сейчас никакой фактуры давать, он очень хорошо показал, что мы сегодня 70 процентов отдаем на экспорт. И эта самая сырьевая отрасль, она у нас и работает. А на то, что у нас потребляется 30 процентов, никто не обращает внимания.

Так вот, если говорить о той статье, именно экономической статье, которая выставилась сегодня, — это обслуживание глобализирующей мировой экономики... Вот отсюда идет вся главная причина того, что сейчас происходит: никто не занимается по-настоящему страной. Не просто должна быть политика цен, должна быть политика цен и доходов, как в любой стране. Цена без дохода ничего не значит. Если у меня на 20 процентов ниже цена бензина, я не буду счастливым, если при этом у меня на 40 процентов ниже зарплата. Но у нас-то что получается? В 30 раз выше нашего доход американца, допустим, и на 20 процентов ниже у нас цена бензина, что вообще никуда не лезет.

Если о системе, о которой говорили, что мы строим новую систему, то сегодня, мне кажется, создана действительно новая общественная система — эклектичная олигархическая административная система, в которой рынок используется не как инструмент для повышения эффективности хозяйственной системы, а как удобная среда для личного обогащения одних жителей страны за счет других, а также как некое прикрытие для проведения в жизнь интересов основных субъектов этой системы взаимоотношений.

Мне кажется, что прежде всего надо над этим серьезно подумать. А если о конкретных профессиональных вещах, то здесь надо сказать, что есть две вещи, которые должны определять ценовую политику. Первое — это реальное развитие рынка. Действительно, мы не имеем ни фондового рынка, который бы обеспечивал нам ценовой механизм, и через него — перелив капитала из одной отрасли в другую. Потому что сегодня, допустим, поднимется в 5 раз цена на мазут, но при этом не побегут капиталы в нефтяную промышленность или куда-то еще. Дело все в том, что у нас для этого нет механизма, нет для этого института.

И второе – это развитие тех компенсационных механизмов, гасящих те колебания, которые вызывает рыночная стихия. Вот два направления: развитие рынка, то есть создание института, который бы обеспечивал ту, я бы сказал, подвижность, ту гибкость, которая имеется в современной капиталистической экономике. С другой стороны, разработка тех механизмов, которые тоже есть в тех же экономиках, но для снижения этих самых возмущений, возникающих в рамках стихии рынка.

Времени очень мало, поэтому я буквально… Я могу потом просто передать в президиум материалы, но у нас, в нашем институте развития и в институте экономики, который я тоже представляю, разработана целая система мер, которые помогли бы создать действительно целостную систему. Но хочу сказать напоследок, что для этого нужен все-таки эффективный орган. Первое – обязательно должно быть законодательство, закон о ценах, и второе – должен быть орган. Абсолютно правильно Вы говорите, Николай Николаевич, что некому сегодня заниматься ценами и должен быть восстановлен орган. Как он будет называться, это второй вопрос, но надо чтобы он работал эффективно.

Спасибо, Михаил Иванович. У меня тоже к Вам пожелание. Во-первых, передайте материалы, учитывая, что Вы владеете этим вопросом. И Вы сказали, что 30 лет занимаетесь ценообразованием, даже 40 лет. Я понимаю, что возврата, допустим, комитета по ценам, который был в Советском Союзе, конечно, не может быть. Мы жили в совершенно другой экономической модели, там свои системы были и так далее. Они делали свое дело, и делали, кстати, неплохо. Но и в рыночных отношениях, в рыночной стихии мы, по-видимому, не можем дальше оставаться такими, как есть сегодня. Смотрите, мы уже полтора часа разговариваем, хорошие, дельные мысли высказываются, но кто их объединит, кто? Я опять задаю один и тот же вопрос, кто это сделает? Мы не видим ответа.

Я задаю вопрос. Когда мы готовились к этим парламентским слушаниям, мы ведь не один месяц готовились, была создана комиссия. К сожалению, сегодня в командировке, в отъезде, у нас два подкомитета, а до этого две подкомиссии готовили, высказывались мысли. И я хотел бы, чтобы, может, Анатолий Михайлович, Вы сейчас будете выступать, и будут еще несколько человек. Говорит, а почему бы, допустим, не создать все-таки в стране (чисто условное название) Агентство ценовой политики? Не Агентство цен, а ценовой политики, и то, о чем мы говорим, чтобы кто-то действительно аккумулировал, анализировал, выходил с какими-то административными предложениями, с законодательной инициативой, с чем-то еще, но чтобы кто-то отвечал в стране за этот вопрос. Мы сколько уже разговариваем, все говорят: уже с десяток всевозможных структур, которые вроде бы должны заниматься. А кто должен это объединять? Михаил Иванович, а Ваше мнение каково?

М. И.ГЕЛЬВАНОВСКИЙ

У меня есть уже твердое мнение, что обязательно нужен орган, неважно, кто будет этим заниматься, но цены и законы — в руках государства…

То есть Вы за это?

М. И.ГОЛЬВАНОВСКИЙ

Обязательно.

Хорошо. Как назвать? Дело не в названии — комитет, агентство, может, Анатолий Николаевич Голомолзин подскажет нам сейчас, он будет выступать. Анатолий Николаевич, мы предоставляем Вам слово, пожалуйста.

Я сейчас посмотрю, кто еще у нас. Давайте подходить немножко дифференцированно: следующими будут судоходные компании. здесь? Вы будете выступать следующим.

А. Н.ГОЛОМОЛЗИН

Спасибо, Николай Иванович.

Первое, о чем я хотел сказать, что, по всей видимости, если есть какие-то вещи, которые уже определены законодательно, может, нет необходимости изобретать что-то новое.

Есть Конституция Российской Федерации, есть статья 71 Конституции, которая говорит, что к федеральному ведению относятся вопросы единой ценовой политики. Что это означает? Это означает, что по данным вопросам должны приниматься решения на федеральном уровне.

Есть два института – законодательный и исполнительный, которые принимают решения, соответственно, на федеральном уровне. Итак, законодательство, законы формирует Государственная Дума, Совет Федерации. Что касается исполнительной власти, то это Правительство Российской Федерации, а также ведомства экономического блока, в том числе и ведомства, которые отвечают непосредственно за вопросы ценового регулирования, либо за контроль, если цены формируются в условиях свободного ценообразования. И в этой же статье 75 Конституции говорится о том, что к ведению Федерации также относится формирование единого рынка. То есть это говорит о том, что и законодательная, и исполнительная ветви власти обязаны соблюдать условия для того, чтобы сформировались федеральные рынки, единые федеральные рынки, чтобы не было ограничений перемещению товаров и услуг в границах Российской Федерации, чтобы покупатели могли выбирать себе поставщиков, чтобы была нормальная ситуация с конкуренцией.

Что касается регулируемых цен, то есть указ Президента, который определяет структуру федеральных органов исполнительной власти. В этой структуре Министерство экономического развития и торговли отвечает за вопросы проведения политики, в том числе и в вопросах нормотворчества. Они готовят предложения, вносят их в Правительство, согласовав, соответственно. с ведомствами экономического блока. Далее — законодатели, в каждом из законодательных органов власти имеются соответствующие профильные комитеты, которые либо рассматривают те документы, которые вносит Правительство, либо рассматривают предложения других субъектов законодательной инициативы, либо сами генерируют соответствующий законодательный акт.

Один из примеров таких достаточно бурных дискуссий, которые проходили, – пакет законов по реформированию электроэнергетики. Правительство Российской Федерации в 2001 году приняло постановление об основных направлениях развития реформы в электроэнергетике. Далее была в течение двух лет бурная общественная дискуссия по поводу того, в каком направлении должна двигаться энергетика, и как нам сделать, если мы вдруг решили, что здесь также должны заработать конкурентные механизмы и должны появиться элементы либерализации, как сделать так, чтобы не получилось стихийного рынка. То, о чем сегодня говорилось.

В течение двух лет шла дискуссия. В 2003 году был принят пакет законов по электроэнергетике. Базовый из них – это закон об электроэнергетике. В нем есть ряд положений, которые касаются и вопросов регулирования, установления тарифов, вопросов структурных преобразований и антимонопольного контроля. При этом эти статьи, скажем, в части антимонопольной учитывают специфику электроэнергетического рынка, а общие нормы заданы в антимонопольном законодательстве, о чем я еще скажу два слова.

При этом что предполагается? Проведение структурной реформы. То есть если мы хотим, чтобы у нас были цены справедливые и рыночные, это означает, что на стороне предложения их должны предлагать конкурирующие хозяйствующие субъекты.

В настоящее время шесть оптово-генерирующих компаний формируются, сформировано 14 территориальных генерирующих компаний, концерн "Росэнергоатом", "ГидроОГК". Вот они создают конкурентную среду в сфере предложений. Формируются сбытовые компании. Причем есть разделение между теми компаниями, которые работают в условиях конкуренции, и теми, которые должны гарантировать сбыт электроэнергии, что бы ни происходило в стране. Специально для этого создан так называемый институт гарантирующих поставщиков. Коль скоро у них появляются свои специфические функции, они должны быть в определенном смысле также защищены. И в этом смысле здесь ограничение по конкуренции на рынке, но при этом обязательно есть конкуренция за рынок. И чтобы кто-то получил статус гарантирующего поставщика, он должен отвечать соответствующим требованиям и должен поучаствовать в конкурсе, который проводит соответствующий субъект Федерации. Поэтому этот вопрос также достаточно четко оговорен.