Корпоративные конфликты и конфликты интересов (стр. 8 )

       Представляется, что существующий порядок формирования ревизионной комиссии не позволяет задействовать действительно серьезные полномочия этого контрольного органа.

       Представляется целесообразным изменить предусмотренных ст.85 ФЗ «Об акционерных обществах» порядок формирования ревизионной комиссии. В частности, (1) ввести запрет на вхождение в состав ревизионной комиссии для всех без исключения работников аппарата управления компании (а не только для членов советов директоров и лиц, занимающих иные должности в органах управления); (2) ввести обязательное кумулятивное голосование при выборах членов ревизионной комиссии (аналогично выборам в совет директоров, для учета мнения миноритарных акционеров).

Закон об АО также должен содержать правовые средства, обеспечивающие профессионализацию и эффективность деятельности ревизионной комиссии как основного органа внутреннего контроля в российских компаниях в нынешних условиях. Это объясняется тем, что комитет совета директоров по аудиту (как ключевой элемент внутреннего контроля в компаниях США) не создан в подавляющем числе российских компаний. 

       При разработке изменений в Закон об АО следует учитывать тот факт, что ревизионная комиссия чаще всего в российских компаниях является «спящим» органом, оживающим только при подготовке годового собрания акционеров. Между тем, функциональные возможности по внутреннему аудиту у ревизионной комиссии значительно выше, чем у комитета совета директоров по аудиту.

       Во-первых, ревизионная комиссия институционально независима от органов управления (статья 85 Закона об АО устанавливает запрет на совмещение должностей в ревизионной комиссии и в иных органах управления компании). 

       Во-вторых, ревизионная комиссия является самостоятельным органом управления компании (комитет совета директоров по аудиту таковым не является).

В третьих, ее полномочия существенно шире, например, она может требовать созыва внеочередного общего собрания акционеров (комитет по аудиту являясь подразделением совета директоров таким правом не обладает).

       Вместе с тем, законодательное регулирование имеет ряд недостатков, корректирующихся предлагаемыми поправками. Предлагаемые изменения в части кумулятивного голосования при формировании ревизионной комиссии призваны учесть мнение миноритарных акционеров. Сейчас, когда ревизионная комиссия повсеместно избирается прямым голосованием, ее эффективность как органа внутреннего контроля резко падает, так ее состав целиком определяется волей контрольных акционеров. 

       При новеллах регулирования в российское акционерное законодательство необходимо учитывать, что оно базируется на американской модели корпоративного управления. Как средство сближения российской и американской систем корпоративного управления законодательства в Законе об АО можно предусмотреть возможность включения в состав ревизионной комиссии независимых директоров (при отсутствии в компании комитета совета директоров по аудиту). В компаниях США комитет по аудиту формируется целиком из независимых директоров.

3)        Слабый судебный контроль за корпоративными спорами

Имеет место недостаточная специализация судебного контроля за корпоративными спорами. Полное решение проблемы корпоративных конфликтов в правовом русле невозможен без эффективной системы судебного контроля за ними, способной отслеживать специфические аспекты корпоративных споров, находить оптимальный баланс между интересами различных групп субъектов корпоративных конфликтов. 

Необходимо использовать германский опыт: если общее собрание акционеров не созывается по требованию акционера, имеющего на это право (в России – 10%-ный акционер, в ФРГ – 5%-ный), то такое собрание в ФРГ созывается судебным органом. В России такое внеочередное общее собрание созывается самим 10%-ным акционером. Конечно, внедрение германского опыта для России повлечет определенные нормативные и бюджетные издержки (необходимость введения специальной судебной процедуры, увеличения количества судебных составов и так далее), но позитивным следствием было бы устранение ситуации двоевластия и дубляжа органов управления в АО, когда собрания созываются самостоятельно 10%-ными акционерами.

Сейчас нередки ситуации, когда общие собрания акционеров инициируются миноритариями именно с целью создания «параллельных» органов управления. При созыве общего собрания акционеров «уведомление» большей части акционеров осуществляется пустыми листами в конвертах. При этом создание «параллельных» органов управления производится на повторном общем собрании (при требуемом кворуме 30% от размещенных голосующих акций общества). При этом решения «параллельных» органов имеют ту же юридическую силу, что и основных в течение месяца или более (до момента судебного признания недействительными решений внеочередного общего собрания). За указанный период времени акционерному обществу могут быть причинены значительные убытки путем многоступенчатого вывода активов, дискредитации деловой репутации корпорации и пр. 

Вышеуказанный «параллелизм» органов управления АО возможен только вследствие пассивности государства, в том числе по созданию специальной судебной процедуры для: а) более оперативного рассмотрения корпоративных споров; б) обязательного контроля за созывом внеочередного общего собрания.

В качестве первого такого шага реформирования судебного контроля можно было бы предусмотреть, что внеочередное собрание может быть созвано 10%-ным акционером только после судебной проверки правомерности отказа Совета директоров в созыве такого внеочередного собрания. То есть, как в Германии судебный контроль должен быть не последующим, а предварительным.

Даже после введения новых АПК и ГПК продолжает существовать «конкуренция подведомственности» между общей и арбитражной юрисдикции при вынесении решений общим собранием акционеров или советом директоров о прекращении полномочий единоличного или  членов коллегиального исполнительного органа. Общегражданские суды рассматривают иски этих физических лиц об оспаривании решений общего собрания или совета директоров, как трудовые споры. Арбитражные суды рассматривают иски акционеров об оспаривании этих же решений как корпоративные споры. Ситуация, когда общегражданский и арбитражный суд примут полярно противоположные решения по этому вопросу оставляет ситуацию в подвешенном состоянии и подрывает авторитет как всего российского права в целом, так и российской судебной системы в частности.

Существующая арбитражная процедура неоперативна и не отвечает потребностям корпоративных отношений. В избирательном праве многих стран существуют судебные процедуры ускоренной проверки нарушения избирательных прав (с целью обеспечения права на участие в выборах). Если рассматривать государство как громадную публичную корпорацию, то по определенной «аналогии» можно говорить о необходимости внедрения аналогичных ускоренных судебных процедур с целью обеспечения участия акционеров в общих собраниях (включая внеочередные). Существующие сроки арбитражного процесса не позволяют обеспечить надлежащий судебный контроль, поскольку информация об общем собрании согласно Закону об АО рассылается в общем случае не позднее 20 дней до даты проведения собрания. Обеспечительные меры (запрет на проведение общего собрания и пр.) не исправляют положение дел, так как не обеспечивают надлежащей судебной проверки при их принятии и чреваты нарушением прав большого числа акционеров при необоснованности иска одного из акционеров

В отсутствие таких ускоренных судебных процедур в арбитражном процессе будут продолжать процветать обеспечительные меры, необоснованное и произвольное применение которых парализует нормальное функционирование органов управления корпорациями, препятствует реализации акционерами своих прав и в итоге не предотвращает, а способствует эскалации корпоративных конфликтов.

Следует отметить, что предпринимаются определенные шаги по улучшению процессуального законодательства для противодействия корпоративным конфликтам. Например, в январе 2004 года был проведен Круглый стол в Минэкономразвития РФ по обсуждению концепции, разработанной Восточно-Европейским центром правовых исследований, на основе которой разработан законопроект о внесении изменений в АПК РФ.

Вместе с изменениями в процессуальное законодательство необходимо вносить изменения в материальное законодательство (в тот же Закон об АО) в части конкретизации и детализации корпоративно-правовых процедур и усиления судебного контроля за их реализацией.

5)        Отсутствие четких принципов корпоративного права, закрепленных законодательным путем

При разрешении корпоративных конфликтов необходимо иметь в виду такой принцип корпоративного права как превалирование интересов корпорации в целом на интересами отдельных акционеров независимо от количества акций, находящихся в их владении. На нормативном уровне этот принцип уже прозвучал в постановлении Конституционного Суда РФ от 01.01.01 г. (т. н. «дело о консолидации и дробных акциях»). На основе немецкой доктрины корпоративного права в российскую правовую систему было введено понятие «общее для акционерного общества благо». Так в п. 5.2. указанного решения Конституционного Суда РФ были упомянуты «интересы акционерного общества в целом, в той мере, в какой оно действует для достижения общего для акционерного общества блага». В п. 5.1. данного решения КС РФ под целями, соответствующими критерию общего для акционерного общества блага, были названы: создание единого центра прибыли, улучшение управления дочерними обществами, повышение стоимости акций основного общества, повышение инвестиционной привлекательности и в конечном счете - приобретение конкурентных преимуществ как на внутреннем, так и на международном рынке. Изложенные правовые позиции КС РФ имеют очень важное значение для судебной практики. Теперь арбитражные суды при вынесении решений по конкретным делам могут мотивировать свои решения со ссылками на благо компании, рассматривая компанию как отдельного стейкхолдера со своими правами и законными интересами. Правовой базой для этого являются правовые позиции КС РФ (статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). С помощью такого подхода, в частности, можно принимать взвешенные решения по спорам о поглощении компании, когда установление контроля над компанией нередко преследует интересы не компании, а интересы иных (хотя и дружественных в ряде случаев) структур.