Примов и другие против России (стр. 3 )

34. В своих показаниях начальник милиции Докузпаринского района Акб. дал описание событий, которое в целом соответствовало описанию, данному властями Российской Федерации. Он сообщил, что был предупрежден о демонстрации телеграммой, направленной организаторами. 17 апреля 2006 г. он встретился с одним из них и обсудил предстоящее мероприятие. Далее он утверждал, что в какой-то момент 25 апреля 2006 г., после 10.00, его сотрудник остановил большую группу протестующих, которые пытались войти в село Усухчай. Акб. разговаривал с лидерами протестующих и разъяснил им, что "демонстрация не была санкционирована и что действия (демонстрантов) незаконны". Впоследствии он участвовал в переговорах с демонстрантами. Заместитель руководителя районной администрации предложил протестующим провести демонстрацию в муниципальном гараже, объясняя им, что, если они останутся на площади возле районной администрации, они могут перекрыть главную улицу. Лидеры протестующих осмотрели гараж, но не были удовлетворены этим предложением. Они сообщили властям, что направят протестующих в село Мискинджу и проведут демонстрацию там, в сельском общественном центре. Когда переговоры завершились, небольшая группа протестующих начала движение к центру села, а другие направились в село Мискинджу в сопровождении милиции. Примерно в 13.00 Акб. проинформировали, что федеральная трасса перекрыта двумя большими кучами камней. <1> Он прибыл на место и начал переговоры с лидерами протестующих. Он пытался убедить их разблокировать дорогу, но они отказались сделать это и настаивали на встрече с руководством Республики Дагестан. Новые лица, вооруженные камнями и палками, прибыли на место происшествия. Поскольку переговоры не удались, Акб. приказал милиции начать очистку дороги. Лица, собравшиеся на обочинах дороги, стали кидать камни в сотрудников милиции, попав в некоторых из них, в связи с чем Акб. разрешил применение щитов и резиновых палок. После того, как первая куча камней была убрана и поток транспорта начал движение, милиция обнаружила, что через 300 метров дорога была вновь загромождена трубами. В течение всего этого времени в сотрудников милиции бросали камнями. Акб. разрешил им применять огнестрельное оружие, но только над головами протестующих. К 18.00 дорога была разблокирована.

--------------------------------

<1> Как сообщается в правозащитной литературе, в беспорядках была виновна исключительно милиция: "митинг проходил абсолютно мирно. Но демонстранты перегородили часть автотрассы валунами, что явилось единственным неправовым актом демонстрантов, наказываемым в административном порядке. Участники митинга утверждают, что пропускали машины спецназначения (милицию, "скорую помощь"). Перекрыли дорогу камнями с одной стороны, чтобы иметь возможность стоять на трассе. Препятствие как раз создали автомобили должностных лиц, в особенности тесно стало, когда подъехал автобус ОМОНа" (примеч. переводчика).

35. Ях., один из протестующих, рассказал, что, когда они прибыли в Мискинджу, дорога еще не была перекрыта. Люди спонтанно начали перекрывать дорогу камнями, чтобы обратить внимание властей на свои требования. Лидеры демонстрации, которые выступали перед толпой, призывали всех к порядку и просили не нарушать закон. Затем появился полковник милиции. Он просил лидеров протестующих разблокировать дорогу, но они отказались сделать это. Затем милиция атаковала протестующих с двух сторон и начала стрелять и бросать газовые гранаты в толпу. Люди побежали в направлении села Мискинджи. Ях. сообщил, что он не видел протестующих, бросающих камни в милицию, напротив, сотрудники милиции бросали камни в толпу, чтобы разблокировать дорогу.

36. Свидетель Аг., сотрудник районной администрации, утверждал, что все протестующие, включая женщин и пожилых людей, были пьяны, поскольку ранее мини-грузовик привез водку, которая была роздана протестующим. Аг. присоединился к толпе и пошел с протестующими в село Мискинджу, где слушал выступления лидеров демонстрации перед толпой, которая насчитывала примерно 300 человек. После того, как не удались переговоры между протестующими и властями, лидеры начали подстрекать протестующих бросать камни, он также слышал звуки выстрелов с той стороны, где собрались протестующие. Сотрудник милиции был ранен. Сотрудники милиции начали наступать на протестующих и сделали два или три предупредительных выстрела над их головами. Когда милиция начала убирать камни с дороги и задерживать протестующих, Аг. ушел с места событий. На обратном пути он слышал, как две женщины жаловались на то, что организаторы не заплатили им и что их использовали как живой щит против милиции.

37. В соответствии с недатированным рапортом начальника отряда особого назначения майора Кр. милиция начала применять газовые гранаты, лишь когда большая группа, состоящая примерно из 1 000 человек, вооруженных железными прутьями, деревянными палками и ножами, напала на них. Майор Кр. также указал, что, когда его сотрудники двигались от первой баррикады до второй, кто-то начал стрелять в них из-за близлежащих деревьев из автоматического оружия и охотничьего ружья.

38. Свидетель Агб. сообщил, что 25 апреля 2006 г. он шел по своим делам, когда его остановила толпа. Он слышал, как первый заявитель призывал протестующих не перекрывать дорогу, а собраться в общественном центре села Мискинджи. Однако некоторые демонстранты не подчинились ему, приехали два грузовика и сбросили на дорогу камни. Некоторые из протестующих бросали камни в милицию.

39. Один из свидетелей, Чуб., был водителем грузовика, который привез камни для первой баррикады. Он пояснил, что погрузил камни около реки, чтобы построить сарай в своем саду. Около въезда в село Мискинджу он был остановлен группой молодежи, приказавшей ему, угрожая насилием, сбросить камни прямо на дорогу.

40. Письменные показания некоторых других очевидцев не позволяли прийти к однозначным выводам. Некоторые из них утверждали, что группа подростков бросала камни в милицию, другие заявляли, что милиция применяла огнестрельное оружие, стреляя в воздух, тогда как у демонстрантов не было огнестрельного оружия. Некоторые свидетели слышали выстрелы со стороны протестующих.

D. Задержание участников и организаторов демонстрации

1. Первый заявитель (Нияз Примов)

(a) Задержание и заключение под стражу

41. 29 апреля 2006 г. первый заявитель был задержан за участие в организации несанкционированной демонстрации 25 апреля 2006 г. (уголовное дело N 67610). Он подозревался в совершении преступлений, предусмотренных частью второй статьи 213 ("Хулиганство") и частью второй статьи 318 ("Применение насилия в отношении представителя власти") УК РФ (все дальнейшие ссылки на УК РФ см. в разделе "Соответствующее внутригосударственное законодательство и практика" настоящего Постановления).

42. В частности, милиция подозревала, что первый заявитель подстрекал демонстрантов к тому, чтобы они перекрыли дорогу и "не повиновались законным распоряжениям милиции с применением огнестрельного оружия". Милиция ходатайствовала перед Советским районным судом г. Махачкалы о заключении первого заявителя под стражу.

43. Власти Российской Федерации утверждали, что решение прокурора Республики Дагестан (далее - региональная прокуратура) об обращении с ходатайством о заключении под стражу первого заявителя было основано на свидетельских показаниях Алс., Агш., Шк. и анонимного свидетеля. Данные свидетели указали на первого заявителя как на одного из лидеров демонстрации, который подстрекал толпу к нападению на милицию.

44. 30 апреля 2006 г. Советский районный суд г. Махачкалы поместил первого заявителя в предварительное заключение. В своем постановлении суд отметил, что первый заявитель подозревался в совершении тяжкого преступления, мог продолжить преступную деятельность, скрыться или воспрепятствовать правосудию. Суд также сослался на его "личность".

45. Защитник первого заявителя обжаловал постановление суда. Он указал, что первый заявитель работал начальником муниципального отдела социального обеспечения, имел постоянное место жительства и четверых детей, а также положительно характеризовался коллегами и соседями. Защитник также заявил, что следователи не обращались к первому заявителю до его задержания. Защитник отметил, что подозреваемый мог содержаться в предварительном заключении до предъявления официальных обвинений только в исключительных обстоятельствах. Постановление суда не ссылалось на какие-либо конкретные факты, доказывающие, что первый заявитель действительно намеревался продолжить свою преступную деятельность, скрыться или воспрепятствовать правосудию. Кроме того, защитник указал на ряд нарушений в ходатайстве милиции и постановлении суда о заключении заявителя под стражу.

46. 6 мая 2006 г. Верховный суд Республики Дагестан отклонил жалобу в краткой форме. Мотивировка Верховного суда Республики Дагестан была идентична мотивировке нижестоящего суда.

КонсультантПлюс: примечание.

В тексте документа, видимо, допущена опечатка: имеется в виду часть 3 статьи 212 Уголовного кодекса РФ, а не статьи 213.

47. 8 мая 2006 г. первому заявителю были предъявлены обвинения по части третьей статьи 213 и части второй статьи 318 УК РФ. В обвинительном заключении первый заявитель указывался как "организатор демонстрации". В обвинительном заключении также отмечалось, что, будучи одним из организаторов демонстрации, первый заявитель велел протестующим перекрыть дорогу, бросать камни в направлении милиции и применять огнестрельное оружие.

48. Представляется, что в то время первый заявитель участвовал в очных ставках со свидетелями, которые ранее указывали на него как на одного из зачинщиков беспорядков. Власти Российской Федерации сообщили, что все они отказались от своих предыдущих утверждений о его роли в беспорядках.

49. 27 июня 2006 г. Советский районный суд г. Махачкалы отказал в продлении срока предварительного заключения первого заявителя. Суд постановил, что милиция не предоставила каких-либо доказательств того, что он мог скрыться или воспрепятствовать отправлению правосудия и что не могла быть применена иная превентивная мера. Суд также указал, что необходимость допроса иных демонстрантов, которые применяли насилие в отношении милиции, не была надлежащим основанием для продления срока его содержания под стражей. Наконец, суд указал, что первый заявитель не имел судимости, был женат, имел работу, положительные характеристики, имел государственные награды и постоянное место жительства. Первый заявитель был освобожден.