Примов и другие против России (стр. 9 )

134. Европейский Суд напоминает, что в соответствии с его постоянным подходом на основании статьи 10 Конвенции требуются весьма веские основания для оправдания ограничений политических высказываний или серьезных вопросов общественного интереса (см. с необходимыми изменениями Постановление Европейского Суда по делу "Карман против Российской Федерации" (Karman v. Russia) от 01.01.01 г., жалоба N 29372/02 <1>, § 36, Постановление Европейского Суда по делу "Фельдек против Словакии" (Feldek v. Slovakia), жалоба N 29032/95, § 83, ECHR 2001-VIII, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Сюрек против Турции" (Surek v. Turkey), жалоба N 26682/95, § 61, ECHR 1999-IV).

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 11/2007.

135. Подход на основании статьи 11 Конвенции должен быть аналогичным: публичные мероприятия, относящиеся к политической жизни на уровне страны или на местном уровне, должны пользоваться серьезной защитой со стороны этого положения, и только в редких ситуациях собрание может быть законно запрещено в связи с существом основной идеи, которую желают выразить его участники. Власти не должны обладать правом запрещать демонстрацию из-за того, что "основная идея" демонстрантов, по их мнению, ошибочна. Это особенно верно в том случае, когда основным объектом критики является тот же орган, в компетенцию которого входит разрешение или отказ в разрешении публичного собрания, как в настоящем деле. Ограничения свободы собраний, основанные на существе выражаемых идей, должны подвергаться наиболее серьезному контролю со стороны Европейского Суда, и в настоящем деле власти Российской Федерации не выдвинули каких-либо убедительных доводов, которые бы оправдали такое ограничение.

136. Учитывая вышеизложенное, Европейский Суд заключает, что решение А., которым было отказано в согласовании демонстрации, в свете мотивов, изложенных в его письме от 01.01.01 г., было необоснованным.

(iv) События 25 апреля 2006 г.:

блокирование доступа в село Усухчай

и разгон демонстрации возле села Мискинджа

137. Приведенный выше вывод, каким бы важным он ни был, недостаточен, чтобы заключить, что все дальнейшие действия сотрудников милиции 25 апреля 2006 г. автоматически противоречили Конвенции. Во многих случаях разгон демонстрации может рассматриваться как прямое следствие решения властей, которым отказано в разрешении на ее проведение, однако в настоящем деле Европейский Суд полагает, что разгон должен быть рассмотрен отдельно. Даже законно санкционированная демонстрация может подвергаться разгону, например, если она переходит в беспорядки. Аналогично, даже если первоначальный запрет демонстрации является необоснованным, как в настоящем деле, ее разгон может быть необходим с учетом последующих событий. Ситуация в настоящем деле развивалась очень быстро, и действия милиции должны оцениваться не только в свете решения от 01.01.01 г., но и с учетом ситуации, сложившейся 25 апреля 2006 г.

138. Европейский Суд отмечает, что события 25 апреля 2006 г. включали две различные стадии. Одна стадия перешла в другую около 13.00, когда демонстранты, включая первого и третьего заявителей, приехали в село Мискинджу и перекрыли федеральную трассу камнями и иными предметами. Первая стадия, которая происходила в селе Усухчай или около него, была относительно мирной, тогда как вторая стадия, которая происходила на федеральной трассе возле села Мискинджи, закончилась столкновением между силами правопорядка и протестующими. Европейский Суд, во-первых, оценит первую стадию демонстрации, а именно события утра 25 апреля 2006 г. Основной вопрос заключается в том, могли ли какие-либо новые обстоятельства, не указанные в решении от 01.01.01 г., оправдать действия властей, в частности, блокирование села милицией.

(альфа) Установление фактов

139. До перехода к правовому анализу событий 25 апреля 2006 г. Европейский Суд отмечает, что описание событий сторонами различается в некоторых моментах. Подход Европейского Суда к установлению фактов зависит от ряда факторов. Одним из них является характер жалобы на основании Конвенции. Европейский Суд отмечает, что в результате разгона демонстрации некоторые протестующие были серьезно ранены, а один из них, Нг., скончался. Как следует из промежуточных выводов уголовного расследования (дело N 668459), ранения частично объяснялись тем фактом, что неустановленные сотрудники милиции в нарушение инструкции произвели выстрелы гранат со слезоточивым газом непосредственно в толпу.

140. Европейский Суд напоминает, что в определенных делах на основании статей 2 и 3 Конвенции, в которых лежащие в основе события остаются в области исключительного знания властей, он применял обратное бремя доказывания и требовал от государства-ответчика предоставить убедительное объяснение того, что произошло с заявителем. Однако в настоящем деле Европейский Суд не получил жалоб тех лиц, которые были ранены в ходе разгона демонстрации, или от родственников покойного Ил. <1>. Дело на рассмотрении Европейского Суда касается не угрозы жизни и здоровью первого и третьего заявителей, а лишь вмешательства в их право на основании статьи 11 Конвенции.

--------------------------------

<1> Из предыдущих параграфов следует, что сотрудник милиции Ил. получил несмертельное огнестрельное ранение, а скончался участник демонстрации Нг. (примеч. переводчика).

141. Европейский Суд отмечает, что события 25 апреля 2006 г. являлись предметом ряда проверок и экспертиз на уровне страны (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Диск и Кеск против Турции" (Disk and Kesk v. Turkey) от 01.01.01 г., жалоба N 38676/08, § 30, в котором Европейский Суд подчеркнул, что расследование на уровне страны отсутствовало, и разрешил дело "на основании материалов, предоставленных сторонами"). Заявители не оспаривали выводы расследований и проверок во внутригосударственных судах. Кроме того, они не критиковали способ проведения данных расследований и проверок. При таких обстоятельствах возможно использовать фактические выводы официальных расследований и проверок в качестве основы для дальнейшего рассмотрения дела.

142. Европейский Суд должен, тем не менее, разграничить факты дела, установленные в рамках официальных проверок и расследований, возможные выводы из этих фактов и их правовую квалификацию. Европейский Суд далее исследует вопрос о том, были ли решения внутригосударственных властей "основаны на приемлемой оценке соответствующих фактов" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Гайд парк" и другие против Молдовы (N 4)" (Hyde Park and Others v. Moldova) (N 4) от 7 апреля 2009 г., жалоба N 18491/07, § 52).

(бета) Блокирование милицией села Усухчай 25 апреля 2006 г.

143. Европейский Суд отмечает, что 25 апреля 2006 г. доступ в село Усухчай был блокирован милицией и протестующим не было позволено собраться в центре села возле здания районной администрации, как они хотели. Первый и третий заявители не утверждали, что решение начальника милиции о блокировании доступа в село противоречило законодательству Российской Федерации. Кроме того, очевидно, что действия милиции в тот день преследовали законную цель предотвращения беспорядков и преступлений. Остается лишь решить вопрос о том, были ли эти действия пропорциональны преследуемой законной цели.

144. Европейский Суд отмечает, что мотивы, по которым был блокирован доступ в село, не были изложены в письменном виде. Однако данные мотивы могут быть выведены из обстоятельств, взятых в целом, а также решений, принятых различными государственными органами, которые участвовали в событиях, и заявлений, сделанных ими. Первая причина была указана районными властями во время переговоров с лидерами демонстрации утром 25 апреля 2006 г.: они утверждали, что, если значительное количество людей соберется возле здания районной администрации, толпа может перекрыть главную улицу, расположенную недалеко от площади.

145. Европейский Суд напоминает в этом отношении, что любое крупномасштабное собрание в общественном месте неизбежно создает неудобство для населения. Хотя демонстрация в общественном месте может в определенной степени нарушить повседневную жизнь, включая движение транспорта, для государственных органов важно демонстрировать определенную степень терпимости по отношению к мирным собраниям, чтобы свобода собраний, гарантированная статьей 11 Конвенции, не была лишена своего существа (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Галстян против Армении", §§ 116 - 117, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Букта и другие против Венгрии", § 37). Необходимая "степень терпимости" не может определяться абстрактно: Европейский Суд должен рассмотреть конкретные обстоятельства дела и особенно степень "нарушения повседневной жизни".

146. Европейский Суд признает существование угрозы временного перекрытия главной улицы. Однако, в отличие от баррикад, которые были воздвигнуты на федеральной трассе возле села Мискинджи несколько часов спустя (см. ниже), можно было ожидать, что перекрытие улицы в селе Усухчае толпой будет относительно кратким. Далее, поскольку собрание проходило в центре села, Европейский Суд не убежден, что не было альтернативных дорог, по которым милиция могла бы направить движение транспорта.

147. Европейский Суд отмечает, что власти пытались предложить лидерам демонстрации альтернативное место в селе, а именно муниципальный гараж. Данное предложение было сделано в последний момент, когда для организаторов уже было фактически невозможно изменить формат, масштаб и время проведения мероприятия. Таким образом, альтернативное предложение, сделанное администрацией, было, по мнению Европейского Суда, неподходящим (см. противоположный пример в упоминавшемся выше Постановлении Европейского Суда по делу "Берладир и другие против Российской Федерации", § 56). Следовательно, первая причина, приведенная властями, была недостаточна для оправдания полного блокирования милицией доступа в село.

148. Во-вторых, ясно, что блокирование доступа в село объяснялось соображениями безопасности. Так, приказ N 7 (см. § 20 настоящего Постановления) демонстрировал, что милиция боялась, что демонстрация закончится нападениями на государственные учреждения и объекты инфраструктуры.