Астраханские краеведчские чтения: сборник статей (стр. 22 )

Аналогии в российской истории имеются. Проанализируем биографии городов Рязани, Казани. Мы удостоверимся, что они, даже перенесенные на новые места, сохранили свое летоисчисление, возраст, названия. Астрахани в этом почему-то отказано.

Уже совсем абсурдно говорить о том, что охранная деревянная крепость по какому-то непонятному праву, с года ее основания называть Астраханью. Тогда, как до 1569 года город с этим названием существовал на правом берегу. И только в том году, когда нашественники – турецко-ногайские войска сожгли этот город, полноправно новое селитобетонное поселение стало восприемником этого названия, потому, что это было и исторически, и логически задумано так. Крепости строились или как самостоятельные, градообразующиеся поселения, или охранные для уже существующих, обжитых территорий. У левобережного поселения задача была вторая.

Делая вывод изложенным сведениям о возрасте Астрахани мы должны учесть, что решается двуединая задача: год основания деревянной крепости (1557 г.) и вековые данные правобережной части города (XIII-XIV века). Главенствующая цель – вторая. Астрахань с ее множеством названий, употребляемых поселявшимися в Нижнем Поволжье, давно ушедшими со сцены истории, уже свидетельствует о не добранных веках в ее биографии.

Краеведам, историкам, энтузиастам-исследователям, наконец-то, следует объединиться и подвигнуть городские, областные власти к пересмотру возраста Астрахани. Для этого достаточно много оснований.

В этой важной работе будем брать пример со старых краеведов, чьими трудами мы доныне пользуемся.

В 1835 году в Астрахань на должность директора училищ прибыл Михаил Самсонович Рыбушкин. Он к тому времени уже был известным исследователем и автором книги истории Казани. Об Астрахани тоже имел сведения из Посольских документов и других официальных источников. Сразу же после осмотра города он записал, а позже и внес в книгу: «…Я за первый долг себе поставил заняться составлением записок об этом замечательном городе». Чуть позже Рыбушкин определится глубже и шире: «…Не могу не обнаружить мысли моей, что история всякого края, города и местечка составляет уже звено, принадлежащее Истории государства».

Достойный вклад в астраханское краеведение внесли члены Петровского общества исследователей Астраханского края. Член этого общества Иван Алексеевич Бирюков, написавший фундаментальный труд «История Астраханского казачьего войска», вышел за рамки поставленной цели. И мы ему благодарны за эти ценные исторические «излишки».

И ещё одна тема для краеведов.

Согласно Постановлениям Совета министров РСФСР от 1947 г. и 1948 г. в Астрахани были поставлены на государственную охрану одиннадцать памятников архитектуры. Из них пять – на территории кремля, и шесть по городу. В числе шести находились здания бывшего Спасо-Преображенского монастыря. В нем размещалась духовная семинария, выпускники которой сыграли весьма заметную роль в просветительской работе не только в Астраханском крае, но и далеко за его пределами. После революции комплекс монастырских помещений использовался для размещения курсов красных командиров, потом морского экипажа. Словом, крепкое строение пригодилось потомкам через столетия.

Ныне от него осталась только шатровая башня. С годами число памятников градостроительства значительно увеличилось. Но мемориальные доски на абсолютном большинстве из них отсутствуют. Здания используются по разным ведомствам, ремонтируются, реставрируются чаще всего без надлежащего контроля. Так старейшее здание Приказа общественного призрения, потом Московский гостиный двор, гостиница «Ново-Московская» рухнуло при проведении реставрационных работ. Мы, астраханцы, потеряли этот уникальный памятник благодаря некомпетентности, непрофессионализму тех, кто взялся за его восстановление. Утрата огромная и невосполнимая.

Тоже совсем недавно снесена бывшая сторожка и одновременно крестильня бывшей церкви Смоленской Божьей Матери в конце улицы Эспланадной. Сама церковь разрушена в период богоборчества советскими руководителями. А ведь она была почитаема воспитанницами сначала института благородных девиц, несколько позже объединившегося с Мариинской гимназией. Выпускницы этого учебного заведения составляли цвет астраханской интеллигенции.

Бездумно снесен дом, где жил академик живопись и замечательный педагог Павел Алексеевич Власов. А рядом с ним – дом, где жил с семьей, будучи в ссылке Степан Шаумян. На их месте ГАЗПРОМ разместил свое здание. Один из руководителей этого учреждения даже похвалялся этим деянием, что мы строим в самой «черте бывшего Белого города». Хотя правая сторона Белогородской улицы, где находились указанные памятные дома, были с наружной стороны Белого города, а его бывшая территория еще в Советское время объявлялась закрытой для новостроек.

Остается бесхозным строение на углу Марфинской и Красной Набережной дом астраханского коллекционера картин Павла Михайловича Догадина. Если в ближайшее время на него не будет обращено внимание – мы потеряем и этот памятный старинный особняк.

Местная пресса достойно отметила очередные Джанибековские чтения, прошедшие в Астрахани в конце марта 2010 года. В одной из статей в частности рассказывается, что «участники собрались у дома Джанибекова в микрорайоне Царев…, чтобы почтить память ученого и просветителя».

И это поклонение с возложением цветов к дому № 1 по улице, названной в честь этого писателя, историка, этнографа, возражавшего культуру ногайского народа, - весьма, значительный факт. Вот только непонятно, почему эти же люди не дошли до заброшенного здания на том же Цареве по улице Менжинского, 93, в котором с 1904 по 1914 год работал первый историк ногаев Абдрахман Гумари. На здании в три этажа висит мемориальная доска. А окна без стекол, двери забиты. Дом медленно умирает без человеческого присутствия и внимания. Не спасает его то далекое разовое поклонение с мемориальной доской!

Вот так историческая правда и логические действия, объясняющие и подкрепляющие истину, не сходятся. Поэтому мы теряем то, что должны перед своими предками хранить. И ухитряемся зачастую не виниться, не плакать за такие бессмысленные потери.

Выше уже сказано, что охраняется в нашем городе властями, населению неизвестно. Об этом знает только узкий круг чиновников. Этот же круг, а может другой круг, но это не важно, главное – считанное число государственных уполномоченных людей знают, что и сколько памятников стоит на учете. Такой подход к правде истории не логичен, а поэтому пагубно сказывается на сохранении наследия. Чтобы не быть голословным, посмотрим на места установления памятников именитым людям в Астрахани.

Все знают, что городской канал рылся, обустраивался береговыми бревенчатыми забойками, мостами тяжело и долго. Видимо, поэтому случилась ошибка в его прокладке: расчет на давление воды из Кутума по каналу, проложенному под таким углом к Волге, не оправдался. Астраханцы сразу же назвали эту гидромагистраль «канавой». И до сих пор это прозвище существует. Но тогда, когда на канале велись работы, когда финансовые затруднения у города, отягощенного пожарами и эпидемиями, не хватало денег, на помощь пришли купцы. Большую сумму дал Иван Андреевич Варваций. Чуть позже – Степан Мартынович Лиознов и некоторые другие состоятельные астраханцы. Именем первого этот долгострой назвали Варвациевским. Прошли многие десятилетия. Решено было поставить памятник этому благородному человеку. А где логично определить это место? Единственное – близ канала. Это место в скверике рядом с Земляным мостом, который кстати, по недоразумению и отсутствию исторической правды назвали Таможенным. Но место пустует, потому, что руководители администрации Советского района поставили памятник Варвацию перед окнами своего правления, в месте, никак не связанном с жизнедеятельностью этого дарителя.

В конце улицы Советской поставлен памятник казахскому певцу. Курмангазы Сагырбаев не имел никакого отношения именно к этому месту, на котором с издавна расселялись армяне за Вознесенскими воротами.

Этот народный певец достоин памяти потомков, но и они должны помнить, что их знаменитый предок в Астрахань попал не по своей воле. И единственное место, где он был, это тюремный замок. Вот рядом бы и поставить конную статую, напоминание о страдальце.

Решая утвердить правду, увековечив имена достойнейших людей, астраханские руководители учли пожелания многих астраханцев по возвращению улицам прежних названий. В числе переименованных бывшая Желябова стала Адмиралтейской. Название последней с известной долей можно допустить, так как в дореволюционное время Адмиралтейская улица была в другом месте. Но вот улицы Желябова больше нет, а мемориальная доска на здании против Крымской до сих пор сообщает о русском революционере-народовольце Андрее Ивановиче Желябове ().

С мемориальными досками на городских зданиях в Астрахани происходит явная пересортица. Когда начали ломать дом Власова, я бросился искать эту памятную доску. Десятки раз через воду и грязь переступал с улицы во двор через плиту и не знал, что кто-то до начала разрушительных работ снял ее со стены дома, стыдливо перевернул лицевой стороной вниз. А потом эта плита и вовсе исчезла.

В 2009 году в Санкт-Петербурге вышла книга «Астраханские находки» тиражом всего в триста экземпляров. Материал собран добротой, широкий, достойный внимания и краеведов, и учителей истории, и студенчества. Положительно относясь к общей работе нашей землячки, автора – Елены Васильевны Гусаровой, замечаю, что повторяются надоевшие неточности:

- «Русская Астрахань, основанная в 1558 году, как опорный пункт для войны с Крымом…»

- «…В 1560 году было закончено, судя по всему, строительство Астраханской крепости».

- О воеводе-первостроителе Иване Черемисинове только одно упоминание, а основное внимание сосредоточено на втором воеводе – Иване Выродкове.

Далее, а вернее, во вступительной статье автор прямо обвиняет сегодняшних жителей города, которые, якобы, позволяют менять его уникальный вид новостройками, чуждыми облика старой Астрахани: «Другим открытием, - пишет Елена Васильевна, - отнюдь не радостным стало отношение к городу многих его жителей. Их взгляд на свой город как забытое Богом, неинтересное место – словно отголосок тупикового существования Астрахани в советское время, своего рода комплекс провинциальной неполноценности, результат отсутствия интереса к собственному прошлому и достоверных знаний о нем».

Обидно выслушивать такое огульное нарекание. Хотя в некоторой доле справедливое, потому, что в современной краеведческой литературе и в местных средствах массовой информации нагорожено столько нелепицы, что замечание о «достоверных знаниях об Астрахани» приходится подтвердить – они зачастую далеки очень от исторической правды.

Вот пример местного равнодушия к истории города. Группа авторов Астраханского государственного объединенного историко-архитектурного музея-заповедника в 1997 г. выпустила брошюру под названием «Истории связующая нить», в которой прямо заявляется: «В 1558 году на левом берегу Волги была основана Астрахань и деревянный кремль, сооруженный Иваном Выродковым…» Так в одном предложении допущено сразу несколько неточностей. И ведь авторы – историки музея. Что уж спрашивать с учащихся школ, если они на своих краеведческих занятиях и в письменных работах пользуются такими источниками.

В астраханских газетах околоисторических домыслов еще больше. Перечислять их нет смысла…

Жизнь человеческая коротка, у поколения – и того меньше. Поэтому за отведенный срок нужно много сделать и для себя, и для близких и родных, и для малой Родины.

Библиографический список

1.  Акты обследования учебных заведений за 1928 учебный год.

2.  Гусарова находки. СПб., 2009.

3.  Джанибековские чтения // Приволжская газета, № 27-28. 2 апреля 2010.

4.  Истории связующая нить. Астрахань, 1997.

5.  Постановления Совета Министров РСФСР от 01.01.01 г. № 000; от 01.01.01 г. № 000.

6.  Саввинский Астраханской епархии за 300 лет ее существования (с 1602 по 1902 гг.) Астрахань, 1903.

7.  Хлебников в старые годы (вторая половина XVI века). СПб, 1907.

8.  ГААО. Ф № 000. Оп. 1. Д. 50 Л. 17-18.

9.  ГААО. Ф № 000. Оп. 1. Д. 49 Л. 23-23 об.

10.  ГААО. Ф № 000. Оп. 1. Д. 62 Л. 78-80.

11.  ГААО. Ф № 000. Оп. 1. Д. 24 Л. 73-74.

г. Астрахань

ВОССТАНОВИТЬ ИСТОРИЧЕСКУЮ СПРАВЕДЛИВОСТЬ ДАТЫ ОСНОВАНИЯ ГОРОДА АСТРАХАНИ

В книге «Казань – диалог цивилизаций» (Казань 2000 г.) на стр. 69 написано: «Казань готовиться отметить свое тысячелетие. Она, как важная крепость и торговый центр, в исторических источниках упоминается в конце IX-начале X вв.».

Еще в период подготовки Астрахани к празднованию 450-летия «основания не только у меня, но и у многих не безразличных астраханцев, возник вопрос: «отчего Астрахань такая молодая? Ведь Астрахань, как и Казань была присоединена к русскому государству, всего двумя годами позднее».

Изучив все книги по Истории Астрахани, узнал, что кто-то решил считать годом основания Астрахани 1558 год. А так как, это решение противоречит истории и принятому во всем мире порядку определения даты основания городов (с момента первого упоминания в исторических источниках), то во всех книгах по истории Астрахани присутствуют противоречивые суждения не только по времени основания города, но и по освещению и оценки исторических событий и фактов периода «старой Астрахани».

В настоящее время у каждого астраханца, который прочел несколько книг по истории Астрахани, обязательно возникает сомнение по поводу того, что же мы отмечаем? В одних книгах написано: «Воевода Черемисинов в 1558 г. переносит город на левый берег», в других «Черемисинов решил перенести Астрахань на новое место, вернее основать город заново (для кого вернее? Так перенести или основать). В-третьих «Астрахань была основана 400 лет назад, после присоединения» (Как такое возможно? Основывать после присоединения?)

При всем, при этом «Старой» Астрахани во всех книгах отводится значительное мест – и от этого не куда не уйти! А если «Старая» Астрахань была, как отмечено в летописях: с ее основание, расцветом, сожжением Тимуром в 1395 г., затем восстановлением, новым расцветом и периодом упадка – перед присоединением к русскому государству, так почему же эта Астрахань не имеет даты основания и своей истории?

Рассмотрим подробно, как же такое произошло – на основании книг по истории Астрахани.

В «Путеводителе по Астраханской области» (Волгоград, 1967 г.) стр. 10 и «Путеводителе…» (Волгоград, 1970 г.) четко написано: «Первое упоминание об Астрахани относится к началу XIV века. Франческо Печалотти – представитель флорентийского дома Барди, в путевых заметках пишет о посещении небольшого городка Гинтархани (Астрахани) в низовьях Волги. Таким образом, (делают ввод авторы) возникновение Астрахани следует отнести ко второй половине XIII века; Старая Астрахань располагалась в 12 км. севернее современного города, близ села Стрелецкого». в книге «Астрахань и ее окрестности» (Москва «Искусство» 1981 г.) на стр. 14 тоже, ссылаясь на записки Франческо Печалотти в начале XIV века, утверждает,0 что «это первое упоминание города, получившее в европейских и арабских источниках наименование то Аджитархана, то Хазиторхани, то Аштрахани».

Далее пишет: «Подчинение золотоордынским ханам не спасало небольшой городок от набегов кочевых орд, а в 1395 г. он был разрушен и сожжен войсками Тимурлана. Истории, впрочем, было угодно не только возродить Астрахань, но и превратить ее в 60-е гг. XV века в центр одноименного ханства».

Нет значительных расхождений в описании существования «Старой» Астрахани и в солидных изданиях, ориентированных на основание Астрахани в 1558 г.

В книге «Природа и история Астраханского края» (изд. Астраханского пединститута, 1996 г.) стр. 41 написано: «В конце XIII века на правом берегу Волги на высоком бугре (в 12 км. вши современной Астрахани) возник один из крупнейших городов Золотоордынского государства. Средневековые путешественники называли город Ас-тархан, иногда Хаджи-тархан. Ас-тархан считался крупнейшим международным центром торговли. Сюда приезжали купцы из крупнейших соседних и дальних стран. Развивались здесь и ремесла, работали гончарные, кузнечные, медно-литейные мастерские».

Во всех вышеупомянутых и других книгах по истории Астрахани описываются события завоевания города русскими войсками в 1554 г. затем в 1556 г.

в книге «История России с древнейших времен» (том VI) на стр. 468 пишет: «Весной 1554 г. как прошел лед, 30 000 русское войско под начальством князя Юрия Ивановича Пронского-Шемякина послали Волгою под Астрахань; туда же отправились вятские служилые люди под начальством князя Александра Вяземского».

в «истории государства Российского» том VIII стр. 528 пишет «2 июля 1554 г. Шемякин вступил в безлюдную Астрахань. Затем в город собрали князей и мурз пятьсот, а простых людей десять тысяч. Они все клялись повиноваться Иоанна как своему верховному властителю и присылать дань».

в «Истории России» том VI, стр. 474 пишет: «Утверждение в устьях Волги открыло Московскому государству целый мир мелких владений в Прикавказье; князья их ссорились друг с другом, терпели от Крымцев и поэтому, как скоро увидели у себя в соседстве могущественное государство, бросились к нему с просьбами о союзе, свободной торговли в Астрахани, некоторые - с предложением подданства».

В книге «Природа и история Астраханского края» на стр. 151 «С 1556 г. Астраханское ханство прекратило свое существование. Титул Астраханского царя с 1557 г. стали носить русские цари. Для управления Астраханью назначались воеводы».

После такого, даже краткого анализа достоверных исторических событий, ни у кого не может возникнуть сомнений в том, что Астрахань основана в середине XIII в. и присоединена к русскому государству в 1556 г.

Однако, в последствии в самой же Астрахани нашлись историки, которые выполняли волю людей, обличенных на какой то период властью, отрешились от 300-летней истории Астрахани, навязав надуманное утверждение – что Астрахань основана в 1558 г.

В книге «К 400-летию Астрахани ( гг.)». литературно-художественный сборник. Астрахань (Изд. «Волга» 1958 г.) на стр. 7-10 написано: «Татарская Астрахань, которую заняли русские войска в 1556 г., была расположена на правой нагорной стороне Волги – вше современной примерно на 12 км. (ныне Приволжский район, село Карантинное). Город стоял в открытой степной местности, не имея хороших укреплений, и был доступен для нападения. Воевода Черемисинов решил перенести Астрахань на другое место, вернее основать город заново. В гг. на левом берегу Волги, на бугре были построены укрепления, которые положили начало современной Астрахани. Все строения и укрепления правобережной Астрахани по приказу воеводы были сырт до основания».

В другой книге «История Астраханского края» (Изд. Астраханского пединститута, 2000 г.) на стр. 146-147 написано: «Золотоордынские города оказались «историческим пустоцветом, не давшим в степях продолжения своей культуры. Из почти двух десятков крупных насе6ленных пунктов на Нижней Волги, лишь Хаджи-Тархан передал потомкам свое название, правда, в изрядно искаженном виде. Поскольку русская Астрахань, основанная на небольшом лесистом острове не имеет не малейшей преемственности с древним золотоордынским городом, покинутом жителями и последним ханом задолго до присоединения Астраханского ханства к России».

Учитывая, что эти книги астраханцы читают, необходимо сразу предупредить, что написанное в этих книгах по поводу того, что жители покинули Астрахань задолго до присоединения к России, срытие до основания всех строений города по приказу воеводы Черемисинова; город не оставил продолжения культуры и преемственности – противоречит историческим фактам, а вернее – является неправдой. Ниже это предупреждение будут неоднократно доказано. Ибо, правда этих событий и их отсутствия подробно и, без намека на сомнения, описано историками.

Так, (т. VI. стр. 469 «История России с древнейших времен») пишет: «7 июля 1554 г.(войска русского государства вошли в Астрахань 2 июля) настигнуты были толп астраханцев, спасавшихся бегством. В город на присягу русскому царю собрали князей и мурз 500 человек, да черных людей 7 000; после еще перехватили по дорогам и привели в Астрахань 3 000 человек».

В 1556 г. ко времени прибытия в Астрахань воеводы Черемисинова, жители снова покинули город, «разогнанные атаманом Люпуновым». об этом эпизоде (т. VI. стр. 473) пишет: «Дербыш (царь) убежал к Азову и не возвращался болееУ черные люди-астраханцы начали после этого приходить к головам присягать и бить челом, чтоб государь пожаловал, велел жить по-старому в Астрахани и дань давать, казнить бы их не велел; они люди черные, водил их царь и князья неволею».

То-есть, жители Астрахани во время присоединения города к русскому государству в 1554 г. и 1556 г. действительно на несколько дней покидали город. И причину оставления жителями города объясняют авторы книги «Природа, прошлое и современность Астраханского края», 2008 г., стр. 253У «Напуганные горожане вынуждены были спасаться бегством. Во время междоусобиц, военного лихолетья городские жители страдали больше других, подвергались насилию».

Однако, в последующем, астраханцы с благодарностью восприняли условия своего положения – за легкий налог, обретя надежную защиту сильного государства.

Упоминания о варварстве воеводы Черемисинова по отношению к городу и жителям Астрахани, отмечено в книге «К 400-летию Астрахани»У «Все строения и укрепления правобережной Астрахани по приказу воеводы были срыты до основания» у всемирно признанных историков и в книгах по истории государства Российского - нет!

Наоборот, в «истории государства Российского» том VIII стр. 528 отмечаетУ «в 1556 г. Черемисинов утвердил за жителями города Астрахани прежнею собственность, обложил всех данью легкою; наблюдал справедливость, приобрел общую любовь и доверенность; одним словом, устроил все наилучшим образом для пользы жителей и России». «В Астрахань стали приезжать послы из Ургенча, Шемахи, Дербента с «речами о миру» и «торговле», то-есть жить в мире с астраханцами и торговать в Астрахани».

«После присоединения Астрахани к русскому государству предстояло решать не менее важную задачуУ удержать порубежный город под своей властью, потому что ни Крым, ни Турция, ни связанные с ними Ногайские князья не оставили намерений захватить город, отобрать его у русского царя. В письмах Ивану Грозному Крымский хан Девлет-Гирей требовал возвращения Казани и Астрахани, грозя набегом на Москву». («Природа и история Астраханского края». 1966 г., стр. 152-153).

Отметим, что Дивлет-Гирей требовал возвратить не ту Астрахань,, которая будет построена через много лет на левом берегу Волги, а существующую Астрахань с ее активной жизнью и бойкой торговлей с соседними государствами.

«Для отражения набегов Крымцев, Ногаев и «иных заморских соседей» воевода Черемисинов укрепляет оборонительные укрепления Астрахани (о чем докладывает в Москву) и принимает решение – построить крепость и поселение на левом берегу Волги». Решение о строительстве на левом берегу Волги было принято в связи с наличием значительного количества трудоспособного населения города Астрахани, наличием лошадей и сотен пар волов запряженных в телеги и верблюдов, которых запрягали в арбы – что позволяло обеспечить подвоз бревен, глины, воды и других строительных материалов; наличию достаточного количества продовольствия изделий ремесленников, которые можно было поставлять строителям из Астрахани (с правого берега Волги).

Население города к моменту присоединения к русскому государству составляло не менее 50 тысяч. Эту цифру можно считать достаточно точной, если вспомнить, что «на присягу русскому царю было собрано князей и мурз 500 человек и простых людей 10 тысяч». Учитывая, что у каждого князя и мурзы были жены, дети, другие родственники и слуги – можно предполагать по минимуму, в среднем, по 20 человекУ всего, не менее 10 тысяч. У десяти тысяч простых людей, собранных на присягу, тоже были дети и старики (которых на присягу не приводили), в среднем у каждого 3-4 человекаУ всего, не менее 40 тысяч. У князей и мурз были военные дружины, можно предположить, численность всех вместе – тысяч 6-7 (иначе, зачем было Ивану IV послать на завоевание Астрахани войско более 30 тысяч человек).

Поэтому относиться к «старой» Астрахани, как малому, запустевшему поселению – как представили его астраханские авторы вышеупомянутых книг – не только не справедливо, но и противоречит историческим фактам.

В середине 1557 г. на левый берег Волги направляются бригады строителей на строительство сооружений для проживания еще большего количества строителей будущей крепости, ремесленникам поступают небывалое количество заказов на изготовление инструментов, телег, оконных рам и дверей; на изготовление холодного оружия – для вооружения населения в случае нападения противника. В конце 1557 г. и начале 1558 г. по льду на левый берег были переправлены основная часть строителей, гужевой транспорт, значительная часть инструментов и оборудования. Началось строительство крепости.

Из упоминаний в книгах, что с началом строительства на левом берегу «из великорусского центра в Астрахань потянулись обозы с продовольствием, оружием, боеприпасами, различными товарами» - не следует понимать, что эти обозы могли существенно помочь в строительстве крепости, а затем поселения. 1-2 обоза телег (или байд по Волге) в год более чем за 1000 км. было большим событием в то время и привезти они могли только оружие, боеприпасы, муку и крупы (так как своего хлеба в Астрахани не было), возможно обмундирование и амуницию – все, что было необходимо для содержания находящихся в то время под начало воеводы около 2 тысяч стрельцов и казаков. Следует отметить, что стрельцы и казаки в строительных работах участия не принимали. Они «охраняли крепость, выполняли полицейские функции по поддержанию общественного порядка, а в свободное время от походов и караулов стрельцы жили домаУ «сидели на посаде по лавкам и амбарам или разъезжали на ловлях, за солью, занимались успешным предпринимательством и неохотно снаряжались для «государства дела», за что некоторые из них несли суровые наказания» (Природа, прошлое и современность Астраханского края, 2008 г., стр. 256).

Астраханцы фактически (и исторически) построили на левом берегу Волги поселение, которое постепенно (в течение ни одного десятилетия) превратилось в город. Строительство на левом берегу Волги велось ни быстро. Но, уже в 1588 г. английский путешественник Дженкинсон увиделУ «деревянно-земляную стену» будущей крепости и «и дома очень низки и просты». С увеличением количества построек на левом берегу, постепенно с правого берега на левый переселялисьУ городская знать с прислугой, торговцы, крупные ремесленники, стрельцы и казаки (кроме тех, кто был занят по службе на правом берегу). Но, только через 40 лет «в 1599 г. город Астрахань имеет население в 5 000 домовладельцев (или 220500 душ). («Столица преславной провинции», 2008 г. стр. 5).

Левобережная часть Астрахани приобретала все чаще черты города, тогда как правобережная Астрахань, отделенная от левобережной серьезным водным препятствием, которое лишало возможности «старой» и «новой» Астрахани находится в общей черте единого города – теряло значение города и через многие годы превратилась в несколько сел, а гордом стали называть левобережную часть.

Но, несомненным историческим фактом является то, что без «старой» Астрахани не могло появиться «новой» Астрахани – для продолжения истории древней Астрахани.

В связи с временем начала строительства поселения на левом берегу Волги, нельзя не отметить важное историческое событие, в котором «старая» Астрахань, еще является привлекательным городом для захватчиков, сыграла важную роль в отражении этих самих захватчиков.

Крымский хан Девлет-Гирей свою угрозу о набеге осуществил через 13 лет после присоединения Астрахани к русскому государству. «В сентябре 1569 г. крымско-татарское войско достигло старой Астрахани, где был разбит лагерь. Численное превосходство противников, которых было «так много, яко их со высокого самого кургану созрети невозможно» не испугало астраханцев. Они не только не покинули город, но мужественно его обороняли, обстреливая вага из пушек, предпринимая успешные влазки для борьбы с неприятелем. Не удалось взять Астрахань им ни путем взрыва крепостных стен, ни с помощью подкопов. Сведения о приближающемся русском войске, нежелание зимовать в старой Астрахани «чтобы по льду штурмовать крепость (на левом берегу), «безладица» между Касимом и Девлет-Гиреем привели к тому, что 26 сентября Касим отдал приказ отходить к Дону». (Природа и история Астраханского края. 1966 г., стр. 155).

Астраханцы не только отстояли свой город от превосходящего по численности войска противника, но и не позволили ему уничтожить крепость и поселение на левом берегу Волги (еще не являвшиеся достаточно укрепленными для отражения столь многочисленного войска).

И как же это историческое событие увязать с тем, что в известных книгах написано: «жители покинули город задолго до присоединения Астраханского ханства к России» и «в 1558 г. все строения и укрепления были срыты до основания»? но, пусть останется на совести тех историков, которые не хотят признавать историю древнего города – Астрахани.

В своих вышеупомянутых книгах они Астрахань назвали Хаджи-Тархан, даже после присоединения к русскому государству. Действительно, город со времени своего основания – как пишет – «в европейских и арабских источниках значился под названием то Аджитархан, то Хазиторохани, то Ашторахани». Упоминается и название Хаджи-Тархан. Но, к середине XVI века (времени присоединения к русскому государству) Астрахань в течение более 100 лет являлась центром Астраханского ханства и никак, кроме Астрахани, не называлась. Так причем тут Хаджи-Тархан, якобы «ни оставивший» автором вышеупомянутых книг «культур и преемственности». Ведь в летописных записка тверского купца Афанасия Никитина «Хождения за три моря» написано, что в 1466 г. по пути в Индию он с другими купцами проезжал на бойдах мимо Астрахани. Во всех книгах по истории Астрахани написаноУ «Титул астраханского царя с 1557 г. стали носить «русские цари».

Суть в данном случае не в названии города, а в отношении к его истории. Заслуживает уважения бережное отношение к древней истории своего города жителей Казани – их не смущает, что до XIV века город назвался Керман, а с XIV века – Казан. В 2009 г. районному городу Старая Ладога Ленинградской области исполнилось 1225 лет. В настоящее время на территории города проводятся археологические раскопки, по результатам которых историки надеются доказать, что город еще старше. А ведь этот городне всегда был русским и не всегда назывался так.

Если сравнивать два подхода к истории своих городовУ Казани и Старой Ладоги с одной сторон и Астрахани – с другой, то это сравнение будет не в пользу Астрахани.

Уместно здесь отметить, как трепетно относится к своей истории Русская Православная Церковь.

В 1261 г. в столице Золотой Орды, располагавшейся всего в ста двадцати километрах от Астрахани, была основана Сарайская Православная Епархия, в которую входили Храмы русских княжеств, располагавшихся на север и северо-запад от Нижней Волги. В церковных летописях отмечено, что ордынские татары к представителям других народов, населявших город, относились как к равным. Переговоры о создании в Сарай-Бату Православной Епархии вел Митрополит Московский – Алексий. Во время одного из своих пребываний в Сарай-Бату, Митрополит Алексий (обладавший даром целителя) вылечил любимую жену Бату-хана – Хайдуллу от слепоты. После чего, отношение к русским стало особо благожелательным – ордынские татары стали выдавать своих девушек за русских парне. В 1263 г. в Сарай-Бату приезжал Новгородский князь Александр Невский для переговоров с Ордынским князем Берге. В период своего пребывания в городе Александр Невский неоднократно присутствовал на молебнах в Храме при Епархии и посещал Главу Сарайской Епархии – получая от Него Благословение.

В 2011 г. по сообщению Главы Астраханской области и Енотаевской Епархии Владыки Ионны Губернатору Астраханской области 3.08.09 г., в Астрахань с пасторским визитом прибудет Патриарх Всея Руси – Кирилл, по случаю празднования 750-летия основания Сарайской Епархии.

Патриарх Кирилл будет встречаться с астраханцами и скажет нам, что город наш имеет древнею историю, являясь в то далекое время «торговым и политическим центром», Астрахань имела православных храмов не меньше, чем их было в Сарай-Бату. Но, для многих астраханцев – это станет открытием, так как они знают город молодым – с 1558 г.

Следует отметить, что Астраханская Епархия ни стала правопреемницей Сарайской Епархии, она в 2002 г. отметила свое только 400-летие. Правопреемницей Сарайской Епархии стала нижняя Крутицкая и Коломенская Епархия. Но, не смотря на то, что Сарайская Епархия ни сохранила ни своего названия, ни места своего основания, Русская Православная Церковь чтит память о ее основании и события тех давних лет.

А «город Астрахань – по утверждению историков – сохранил свое имя, чем утвердил преемственность разных культурных миров и на века определил своеобразие развития Астрахани, как поликультурного центра Нижнего Поволжья» - даты своего основания не имеет.

А то, что «русская Астрахань не имеет ни малейшей преемственности с древним золотоордынским городом», или «татарская Астрахань ни давшая продолжения своей культуры» - это историческая неправда.

Из 300 лет забытой истории Астрахани, два столетия – это был «город с самой развитой культурой того времени». Вышло так, что «старая» Астрахань осталась под территориями заводов и жилых домов. Но «на территории у современного села Селитренное, где остались следы столицы Золотоордынского государства – города Сарай-Бату много десятков лет, и в настоящее время учеными (в том числе зарубежных стран) ведутся исследования высокой культуры того времени». То состояние культуры, которое описывается историками по результатам раскопок Сарай-Бату, целиком и полностью можно отнести к состоянию культуры Астрахани того времени. Ибо, историки пишут, что «с середины XIII века на Нижней Волге возник регион с самой развитой культурой. Астрахань, как важный торговый и политический центр, мало чем отличалась от столиц Сарай-Бату». (Природа, прошлое и современность Астраханского края, 2008 г.). «В первой половине XIV века Астрахань была центром большой области, ее власть распространялась на земли от Сарая до Северного Кавказа. Развивались здесь ремесла, работали гончарные, кузнечные, медно-литейные мастерские. Известно, что еще со времен Золотой Орды русские купцы ежегодно закупали в Астрахани соль» («Природа и история астраханского края», 1996 г., стр.41, 146).

Да, в 1395 г. город был разорен и сожжен войсками Тимура. Однако, «истории было угодно – как пишет – не только возродить Астрахань, но и превратить ее в 60-х гг. XV века в центр одноименного ханства». И хотя столетие в качестве центра Астраханского ханства мало способствовало развитию культуры, накопленное состояние культуры в предыдущие два века, народы, населявшие город, бережно сохраняли – ту саму «поликультуру», которую историки отмечают и в современной Астрахани. Однако, и в период Астраханского ханства в Астрахани отмечалась высокая культура животноводства, рыболовства, овощеводства – о чем свидетельствуют нижеследующие факты. В книге «Природа и история Астраханского края», 1966 г., стр. 142 написано, что «посол Венецианской республики Амброзио Контарии, посетивший Астрахань в 1476 г., рассказывал о татарах, живших в Астрахани, а летом кочевавших со стадами быков, коров, баран и овец в поисках свежей травы и воды». Рыболовство в этот период являлось не менее важной хозяйственной отраслью, чем животноводство. Ведь не случайно в 1554 г. русским царем на астраханцев была наложена дань: «ежегодно доставлять в Москву 40 000 алтын деньгами и 3 тысячи рыб». Ведь 3 тысячи рыб с их доставкой в Москву, надо полагать, не подразумевали – 3 мешка воблы. А значит, и орудия лова у астраханских рыбаков были искусные и средства доставки надежные. Овощами, бахчевыми культурами и фруктами астраханцы обеспечивали себя (то-есть, всех жителей города) в достаточном количестве. О чем свидетельствует «результаты даже небольших раскопок Астрахани ордынского периода в 1966 г., которые позволяли исследовать несколько землянок, гончарных горнов и арыков». («Природа, прошлое и современность Астраханского края», 2008 г., стр. 245.). Наличие арыков говорит о том, что с их использованием поливались большие площади овощных и бахчевых культур, а близ Волги на отлогом берегу и по берегам ближайших ериков астраханцы могли иметь небольшие личные участки (огороды), которые поливали с помощью простого приспособления «Журавль», известного еще до новой эры и, которым пользовались астраханцы на выделенных им огородах и дачных участках до 60-х гг. XX века. В период астраханского ханства успешно функционировали ремесла, обеспечивавшие бытовые потребности жителей города, работу гужевого транспорта, потребности рыбаков и обработчиков рыбы и др. а после присоединения в 1556 г. Астрахани к русскому государству, с началом работ воеводы Черемисинова по укреплении оборонительных сооружений города, а затем строительства крепости и поселения на левом берегу волги, древние ремесла получили небывалый подъем, а культура – свое дальнейшее развитие.