Волга (стр. 13 )

Ценнейшая работа из фонда музея – «Вид Саратова с Волги. 1878 год». Это копия с картины М. И. Доливо‑Добровольского сделана художником П. С. Уткиным в 1896 году.
П. С. Уткин начал художественное образование в саратовской студии Общества любителей изящных искусств и продолжил в Боголюбовской рисовальной школе (в дальнейшем – училище). Его фантастические пейзажи, нередко выдержанные в излюбленных символистами сине-лиловых тонах, причудливая живопись, напоминающая морозные узоры на стекле, создали художнику репутацию самого последовательного символиста. Уткин писал крупными мазками, обобщая формы и достигая монументального размаха даже в работах небольшого размера. Картина из фондов музея-усадьбы Н. Г. Чернышевского передаёт особенности его стиля и производит сильнейшее впечатление на зрителя. На ней изображены Саратов и правый берег Волги, который, скорее всего, художник рисовал со стороны Казачьего острова. Вдали видна Соколовая гора, перед ней справа – Старый собор, в середине изображена Сергиевская церковь (купол и колокольня), с левой стороны – мельница Шмидта. На Волге – суда: баржа, наполненная песком, перед ней паровой буксир; по центру – ещё одна баржа с надутым от ветра парусом. В левой части изображения – вёсельная лодка.

На большей части живописных работ изображён Н. Г. Чернышевский. И, несмотря на различие времени их создания, манеры и техники исполнения, уровня мастерства художника, всех их объединяет стремление достоверно воспроизвести образ Николая Гавриловича в разные годы его жизни.

Изображения Н. Г. Чернышевского, исполненные более и менее известными художниками, охватывают все этапы его жизненного пути – от раннего детства до последних лет, включая изображения на смертном одре.

В портретной галерее перед нами проходит целый ряд работ художников разных направлений, среди которых известные многим московские мастера Э. О. Визель,
Н. Б. Терпсихоров (ученик А. М. Васнецова, К. А. Коровина), Ю. М. Казмичёв, саратовские художники И. М. Новосельцев и А. В. Коблов, скульптор А. П. Кибальников. Работы некоторых живописцев представлены в музее единичными экземплярами, другие годами работали над образом Н. Г. Чернышевского в разные периоды его жизни. Но в целом следует отметить, что изображения писателя в основном выполнены в советское время.

Все имеющиеся в фондах картины написаны после смерти писателя. Несколько портретов Чернышевского созданы сразу после его смерти в 1889 году. В день похорон саратовский фотограф Н. И. Ольденбург сделал снимок гроба умершего. «На другой день смерти Николая Гавриловича, – пишет М. Н. Чернышевский, – явился к Ольге Сократовне артиллерийский офицер К. (М. М. Канищев) и просил позволения снять с Николая Гавриловича портрет масляными красками. «Для кого же вы будете снимать?» – спрашивает она. «Конечно, для Вас». ( С. Изучение иконографии Н. Г. Чернышевского // Пропагандист великого наследия. Саратов, 1984, С. 57.)

После разрешения Канищев отправился в Радищевский музей, откуда вернулся с мольбертом, палитрой и прочим, а также привёз с собой профессионального художника
С. П. Попова. Оба художника приступили к работе. Их произведения сейчас являются экспонатами основного фонда. На картинах Попова и Канищева изображено лицо
Н. Г. Чернышевского в профиль, голова покоится на подушке, видна верхняя часть сюртука, на груди венок. Отличие картин заключается в том, что М. М. Канищев изображал левый профиль писателя, а С. П. Попов – правый, венок покрывает верхнюю часть гроба.

В самом же юном, детском возрасте Николай Чернышевский изображён на пастельном рисунке московской художницы О. В. Траскиной «Чернышевский-мальчик за книгой», выполненном в 1951 году. Николай сидит за столом. Ему, вероятно, 6–7 лет. Он в очках, со светлыми рыжеватыми волосами, в белой рубахе. В руках книга (возможно, это «Римская история» Роллена). Однако художница не учла, что носить очки Чернышевский стал позже.

Сцена из детских лет Николеньки воспроизведена на рисунке саратовского художника
М. И. Просянкина «Рассказы бабушки». Работа выполнена гуашью на плотной бумаге. Николенька, как называли его в детстве родные, сидит в комнате бабушки Пелагеи Ивановны Голубевой. Она рассказывает Николеньке и его двоюродной сестре Любиньке истории из своей жизни и жизни своих родственников и знакомых. Мальчик смотрит на бабушку с особым вниманием, представляя события, о которых она повествует.

Одним из увлечений Николая в детстве было катание на салазках и дровнях. Известный московский художник Н. Б. Терпсихоров написал картину, на которой Н. Г. Чернышевский изображён за проведением такого досуга. Николенька с товарищами спускаются с Бабушкиного взвоза к Волге. На дровнях много ребят, впереди – Николай Чернышевский. По воспоминаниям современников, «хотя Николай Гаврилович казался всегда серьёзным, но он был бойкий мальчик, предававшийся играм с увлечением и страстностью, и был почти всегда зачинщиком игр. Один он не любил играть и потому всегда отыскивал себе товарищей для игры». ( В. Николай Гаврилович Чернышевский и его жизнь в Саратове // Н. Г. Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958, Т. I, С. 29.)

Несколько работ московского художника И. И. Михеева рисуют образ Чернышевского в период обучения. На них мы видим сосредоточенного юношу. На одной, под названием «Урок персидского языка», отражён особый колорит Саратова того времени. В 1840‑е годы, в юношеские годы Чернышевского, в нашем городе ещё были торговцы-персы. С одним из них Николай занимался русским языком, а торговец-перс обучал его персидскому языку. На других картинах И. И. Михеева Чернышевский изображён изучающим карту Саратовской губернии, а также за переводом истории, возможно, это книга «История римского народа» Роллена. В переводе Тредиаковского эта книга поражала его плохим слогом. Когда же Николенька вы­учил французский язык, то достал подлинник этой книги и сличал его в продолжение целой зимы по вечерам с переводом Тредиаковского, указывая недостатки. Картины выполнены на холсте маслом.

Даже на встрече с другом-семинаристом Михаилом Левицким Чернышевский представлен сидящим с книгой. Рисунок художников В. В. Даниловой и О. А. Дмитриева так и называется: « Чернышевского с М. Левицким». Ребята сидят на берегу Волги рядом с беседкой. Живописных работ, изображающих Чернышевского на Волге, в фондах музея хранится достаточно много. Например, есть произведение художника В. Г. Гайдука «Чернышевский на Волге», написанное в 1978 году, к 150‑летию со дня рождения нашего великого земляка; картина А. Ф. Саликова «Прощание с Волгой», 1980 года.

Живым, с блеском в глазах видим мы уже повзрослевшего Николая в окружении своих кузин, Полины и Евгении Пыпиных, на картине художника Е. В. Ильина «Чернышевский на Волге читает стихи Некрасова». Живописец рисует образы несколько романтичными. Николай сидит на лодке, в белом костюме с галстуком-бабочкой, в отдалении – острова, отмели, линия берега. В воздухе – чайки. У Полины в руках – большой букет цветов.

Ряд изображений посвящён периоду обучения Чернышевского в Петербургском университете. Художники, работавшие над образом писателя в студенческие годы, имеют достаточные сведения о нём, изображая некоторые случаи из его жизни. В этом отношении интересны рисунки акварелью известного московского художника Ф. Н. Бочкова: « Г. Чернышевского с извозчиком по дороге в университет», « Г. Чернышевского с крестьянином», «Чернышевский беседует с солдатом». Все эти эпизоды описаны Чернышевским в «Дневнике» и содержатся в Полном собрании его сочинений.

Работы другого московского графика, Ю. М. Казмичёва, выполнены тушью и приобретены музеем у автора в 1951 году. Художник обратился в своих работах к жизни и деятельности Чернышевского с 1938 года, когда по предложению В. Д. Бонч-Бруевича начал писать картину «Гражданская казнь Чернышевского». Графические листы Казмичёва репродуцировались во многих изданиях, посвящённых Николаю Гавриловичу. Часть работ находится в музее-усадьбе Н. Г. Чернышевского. На одной из них писатель изображён в кафе Вольфа на Невском проспекте, куда он часто заходил, чтобы пообедать и ознакомиться со свежими газетами и журналами, в том числе зарубежными. Чернышевский представлен стоящим у стола с газетой, в которой сообщается о приговоре петрашевцам. На другом графическом листе он изображён с другом по университету Михаилом Михайловым. Это был умный молодой человек, хорошо знавший иностранные языки и зарубежную литературу, талантливый поэт. Общение с ним обогащало Николая житейски и духовно. Во время обучения в университете Н. Чернышевский посещал квартиру И. И. Введенского, который известен как литератор-переводчик и педагог. Известность ему принесли переводы с английского языка романов Ч. Диккенса, У. Теккерея. По средам в 1840-х–начале 1850‑х гг. в его квартире собиралась в основном разночинная интеллигенция: преподаватели, офицеры, литераторы, студенты. Не было ни постоянного состава кружка, ни определённой программы, разговоры всегда велись на политические темы. Картина художника
Е. В. Ильина, написанная много позже происходящего, изображает одну из «сред» у Введенского. В центре полотна стоит Чернышевский, одетый в форменный мундир. Справа и слева от него сидят и стоят другие члены кружка.

Образ думающего студента представили в своих работах художники А. А. Хоменко «Чернышевский-студент Петербургского периода» и В. П. Кольцов «Н. Г. Чернышевский-студент под арестом пишет дневник 20 января 1850 года». На этих картинах в его руке перо, на столе бумага и чернила. На наших глазах происходит рождение мысли человека, именем которого потом назовут эпоху 1860‑х годов.

Далее мы видим его изображённым в мезонине родного дома после возвращения из Петербургского университета в Саратов. Это автолитографии художницы В. Тарасовой «Н. Г. Чернышевский», рисунок соусом на плотной бумаге Н. Селиванова
«Н. Г. Чернышевский пишет дневник в мезонине».

В Саратове начинается работа Чернышевского в мужской гимназии. В фондах музея есть рисунок акварелью «Сцена в классе с Мейером». В центре – Николай Гаврилович в сюртуке; за столами с тетрадями, книгами и чернильницами стоят в гимназической форме ученики. Некоторые из них улыбаются, вероятно, реагируя на ответ учителя директору гимназии
А. А. Мейеру, часто докучавшему мелочными замечаниями.

В фондах также хранится рисунок карандашом художника Н. Селиванова, сделанный в 1940 году, на котором Н. Г. Чернышевский с избранницей, будущей женой Ольгой Сократовной Васильевой, на одном из вечеров. Она – с веером в руке, в лёгком платье, он – в сюртуке, с галстуком-бабочкой.

После их знакомства Чернышевский стал делать записи, которые озаглавил: «Дневник моих отношений с тою, которая теперь составляет моё счастье». Есть уже упомянутый рисунок того же художника, иллюстрирующий этот момент в жизни Николая Гавриловича. Работа называется «Н. Г. Чернышевский пишет дневник в мезонине». Он сидит за секретером. Открытая створка двери на балкон мезонина позволяет увидеть Волгу и контуры противоположного берега.

В 2000‑е годы музей приобрёл работу саратовской художницы Н. М. Сухининой «Думы» (1978 год). Картина была подготовлена для представления на областной выставке «Художники Саратова – к 150‑летию со дня рождения Н. Г. Чернышевского», в 1978 году проходившей в нашем городе. На ней запечатлён Николай Чернышевский, сидящий за столом в мезонине с бумагой в руке. Выражение его лица побуждает зрителя представить, о чём размышляет будущий писатель.

Достаточно ярко и насыщенно представлен в произведениях из фондов музея-усадьбы петербургский период жизни Чернышевского (1853–1864 гг.). Это время было самым плодотворным в его деятельности. Уже через три года скромный провинциальный учитель из далёкого Саратова становится известным русским публицистом, авторитетным литературным критиком, позднее – признанным духовным учителем своего поколения. Николай Гаврилович представлен в окружении известных людей. Среди них –
Н. А. Некрасов, А. И. Герцен, Т. Г. Шевченко, Н. И. Костомаров, Н. А. Добролюбов. Сотрудничая сначала с двумя журналами – «Отечественные записки» и «Современник», Чернышевский изберёт потом последний. В 1855 году он защитил магистерскую диссертацию, что стало сюжетом для картины Ю. М. Казмичёва. Действие происходит в Малом актовом зале Петербургского университета. В центре картины – стоящий за кафедрой Н. Г. Чернышевский. Справа от него – дирекция университета и профессора. Здесь и А. В. Никитенко – преподаватель Н. Г. Чернышевского в Петербургском университете, ряд известных литераторов и публицистов: П. В. Анненков, Д. И. Писарев,
И. И. Панаев, И. И. Введенский, редактор-издатель журнала «Отечественные записки»
А. А. Краевский, двоюродный брат Н. Г. Чернышевского, будущий академик А. Н. Пыпин.

На других полотнах Ю. М. Казмичёва мы видим Н. Г. Чернышевского в редакции самого читаемого журнала России. Картина «Н. Г. Чернышевский, Н. А. Некрасов
и Н. А. Добролюбов в редакции «Современника» написана маслом на холсте; «Чернышевский у Некрасова в день выхода манифеста...» – рисунок тушью.

Саратовский художник, член Союза художников России, заслуженный художник Российской Федерации, участник всесоюзных и международных выставок Б. И. Давыдов – автор картины «Современники», которая поступила в музей в 1980 году. Написанная маслом на холсте, она насыщена яркими красками и сразу привлекает внимание. На картине изображена сцена прогулки Н. Г. Чернышевского и поэта, редактора журнала «Современник» Н. А. Некрасова по набережной Невы в Петербурге. Возможно, литераторы обсуждают тему, связанную с программным направлением журнала.

Уже упомянутый выше автор рисунков на бумаге соусом Н. Селиванов выполнил работы, на которых Н. Г. Чернышевский и Т. Г. Шевченко изображены в гостях у Н. И. Костомарова. Известный историк познакомился с Чернышевским в Саратове. Их знакомство продолжилось и в Санкт-Петербурге. О нашем земляке, выдающемся публицисте и писателе Н. И. Костомаров оставил следующие воспоминания: «Чернышевский был человек чрезвычайно даровитый, обладавший в высшей степени способностью производить обаяние и привлекать к себе простотой, видимым добродушием, скромностью, разнообразными познаниями и чрезвычайным остроумием (…) Был энергичен до фанатизма, верен своим убеждениям во всей жизни и в своих поступках». ( И. Костомарова (Записана его женой А. П. Костомаровой) // Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958, Т. I, С. 157.)

Московский художник С. С. Бойм изобразил писателя за работой с молодым литературным критиком и публицистом Н. А. Добролюбовым.

Целый блок произведений посвящён гражданской казни – это рисунки карандашом, акварелью и картины маслом. На них Чернышевский представлен стоящим у позорного столба, спокойно слушающим зачитываемый приговор, с достоинством принимающим происходящее. Когда Чернышевского привязывали к столбу, многие из присутствующих плакали. «В каждом плакало оскорблённое человеческое достоинство: осуждённый, с именем которого у многих соединялось понятие о самом прямом, честном, гуманном и мощном характере и замечательном уме, этот осуждённый должен был поневоле изъявлять разные знаки раскаяния». ( На Мытнинской площади // Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958, Т. II, С. 35.)

Как упоминается в воспоминаниях современников, М. Михаэлис бросила к столбу букет цветов. На некоторых живописных работах он показан лежащим на эшафоте. Картина «Гражданская казнь Н. Г. Чернышевского» саратовского художника П. А. Гришина экспонировалась на художественной выставке, посвящённой 150‑летию со дня рождения писателя в 1978 году. Живописец долгие годы работал в жанре тематической картины. В советские годы многие художники работали над образом Чернышевского, и П. А. Гришин всегда шёл в ногу со временем. Неудивительно, что на его картине мы видим один из самых драматичных моментов в жизни мыслителя.

Следует упомянуть и картины других авторов советского периода: художника
Ю. М. Казмичёва «Гражданская казнь Чернышевского», В. П. Кольцова «Гражданская казнь Н. Г. Чернышевского», П. А. Гришина «Сын России».

После обряда лишения всех прав состояния по приговору Сената писателя отправили в Сибирь, где он пребывал с 1864 по 1883 годы. Местами каторги были Кадая Нерчинского округа и Александровский завод, расположенный недалеко от неё. После каторжных работ писатель был направлен в Вилюйск. Естественно, что этот период иллюстрируют различные живописные и графические произведения. На некоторых у Н. Г. Чернышевского печальный, сосредоточенный взгляд. Его грусть связана также с долгим расставанием с семьёй – женой и сыновьями. Своей жене Ольге Сократовне он часто писал письма, называя её любовно «милая радость моя, милый мой друг, радость моя, Лялечка». Но пока он вдали от неё.

На протяжении 7 лет каторги его окружали товарищи из числа осуждённых за радикальные взгляды. Им писатель читал свои произведения. Как раз один из таких моментов запечатлён на рисунке акварелью московского художника В. П. Кольцова «Н. Г. Чернышевский в Александровском заводе читает свои произведения товарищам по ссылке» (1928 год). Работа была заказана для музея юбилейной комиссией к 100‑летию со дня рождения
Н. Г. Чернышевского в 1928 году. На ней Николай Гаврилович изображён среди товарищей по каторге. В небольшом помещении, где окна с решётками, писатель сидит у столика с листами рукописей в руках и делится размышлениями с товарищами. Другая работа –
«Н. Г. Чернышевский читает свои произведения заключённым в 1867 году» художника Н. Селиванова – написана в 1940 году. В центре за столом изображён Николай Гаврилович, окружённый внимательными слушателями. На столе тетради, бумаги.

Аналогичная работа, написанная художником из  А. Миньковым, выполнена углём на плотной бумаге в 1951 году и называется «Чернышевский читает свои произведения товарищам по ссылке». Писатель с товарищами по каторге в Александровском заводе сидит в центре за столом, в арестантском халате, с очками в руке. Перед ним тетрадь и листы, по которым, видимо, он читает и комментирует написанное. « обладал замечательным умением говорить с простыми людьми, находя надлежащие, идущие прямо к сердцу и уму людей слова». ( Ф. Воспоминания о пребывании Н. Г. Чернышевского в каторге // Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958, Т. II, С. 155.)

В 1872 году писателя перевели в Вилюйск. Туда направился полковник Винников из Петербурга с бумагой, в которой говорилось о возможности помилования
Н. Г. Чернышевского, если тот подаст прошение. Именно этот момент изображён на картине московского художника С. С. Бойма (1951 год) « Г. Чернышевского от помилования». Работа выполнена темперой на плотной бумаге. На картине – берег Вилюя, острог, изба возле него. Н. Г. Чернышевский, в сером халате арестанта, с бумагой в руке, беседует со сто­ящим перед ним адъютантом генерал-губернатора Восточной Сибири есаулом Винниковым, подавшим ему текст прошения о помиловании для ответа на него. Винников в жандармском мундире.

Другим советским классиком живописи – художником С. В. Герасимовым выполнен рисунок акварелью «Отказ Чернышевского от подписания прошения о помиловании» (1953 год). Чернышевский и Винников в комнате Вилюйского острога, где содержался писатель. Чернышевский стоит перед человеком в форме, с бумагой в руке. Графический лист передан в дар саратовскому музею из Государственного литературного музея в 1996 году.

Саратовский художник Л. М. Кулагин также работал над этой темой, написав маслом на холсте картину «Отказ Чернышевского от помилования» (1975 год). Чернышевский и Винников в Вилюйском остроге: писатель сидит у стола, опираясь на трость, рядом Винников с бумагой в руке.

Как известно, Чернышевский от помилования отказался и остался ссыльным в Вилюйске ещё на 9 лет. Вилюйский узник писал беллетристику, большую часть которой сжигал. Этот известный факт отражён художником Б. Г. Бесчастновым « Г. Чернышевским своих рукописей в Вилюйском остроге» (1939 год). В центре рисунка – писатель, сидящий у печи, в которой горят его рукописи. Он в очках, с бородой и усами, в халате, шапочке без козырька, на ногах валенки. По воспоминаниям современников, «комната Чернышевского была квадратная. В ней было только два окна. По стенам комнаты, за исключением двери, двух окон и печки, были устроены из простых плах широкие полки, каждая из двух плах, заполненных в два ряда преимущественно новыми, недержаными или очень бережно сохраняемыми книгами». ( И. Три дня с Н. Г. Чернышевским // Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958, Т. II, С. 248.)

Много жаловался Николай Гаврилович на скуку и безделье, указывая на то, что пробовал писать и отправлять в печать через непосредственное начальство. Рукописи брали, а печатать не печатали и не возвращали, а потому он продолжал писать и сжигал затем всё написанное.

По воспоминаниям современников, в Вилюйске Чернышевский был «очень бодрый, весёлый, разговорчивый». А ещё он «любил копать рвы и осушил рвами много болотистых мест, сделав их годными к сенокошению для якутов». ( Г. Случайные заметки (Рассказ случайного унтера о Николае Гавриловиче Чернышевском) // Чернышевский в воспоминаниях современников. Саратов, 1958, Т. II, С. 219.)

Некоторые картины из фондов музея представляют Чернышевского во время его общения с местным населением, например, линогравюра Ф. Гордеева «Чернышевский среди якутов» (1939 год.) В центре – Николай Гаврилович, сидящий в шубе у костра возле якутов и что-то им рассказывающий. Данная работа подарена музею художником А. Н. Чечневым в 1949 году. Или, например, рисунок акварелью художника В. И. Беляева «Чернышевский помогает якутке перенести воду в Вилюйске» (1941 год). Здесь на переднем плане Николай Гаврилович с двумя вёдрами воды, за ним – река Вилюй, в отдалении – тайга. Есть в музее две замечательные работы художника Л. М. Кулагина – «Узник Вилюйска» и «Чернышевский в Вилюйске». На обеих писатель показан сидящим за столом, на столе книги, рукописи, свеча.

В 1883 году Николай Гаврилович покидает Вилюйск. Его путь лежит в Астрахань, куда отправилась жена и где его навестили дети после долгой разлуки. По дороге на юг он останавливается в Саратове. Есть копия с картины художника А. В. Моравова «Встреча
Н. Г. Чернышевского с женой и сестрой в Саратове по пути из ссылки на поселение в Астрахань...», автор копии – М. Т. Хазанов. Сюжет картины – встреча Н. Г. Чернышевского с женой и двоюродной сестрой в Саратове в 1883 году после почти двадцатилетней разлуки. Копия картины заказана была к 125‑летию со дня рождения Н. Г. Чернышевского в 1952 году.

В Астрахани писатель много работал, писал воспоминания о Добролюбове, Тургеневе, Некрасове, Достоевском, занимался переводом «Всеобщей истории» Г. Вебера. Помощником был Константин Михайлович Фёдоров, литературный секретарь Чернышевского. В годы войны Константин Михайлович был сотрудником Дома-музея Н. Г. Чернышевского. Неслучайно на одном из графических листов художника Н. Селиванова «Чернышевский за работой с К. М. Фёдоровым» есть надпись рукой последнего: «Н. Г. Чернышевский за работой со своим секретарём К. М. Фёдоровым в Астрахани в 1888 году. К. Фёдоров». Рисунок выполнен соусом на плотной бумаге. В целом сдержанный внешний облик Николая Гавриловича говорит о страданиях человека, много пережившего, лишённого возможности влиять на судьбу России своим словом и убеждением.

Многочисленны изображения писателя, выполненные с фотографий. Самое раннее в этом блоке – «Н. Г. Чернышевский на смертном одре» саратовского художника В. В. Коновалова, написанное в 1892 году. Рисунок, скорее всего, выполнен с фотографии И. Егерева, сделанной в день смерти писателя. На рисунке изображена голова Н. Г. Чернышевского, покоящаяся на подушке, видна верхняя часть сюртука. В правом верхнем углу рисунка надпись: «В. Коновалов» и дата: «1892 год».

Особое внимание хочется уделить работе « Г. Чернышевского» Э. О. Визеля. Рисунок выполнен с фотографии 1883 года. Точная дата неизвестна, возможно, это 1920-е годы. Художник Э. О. Визель – друг семьи Чернышевских и Пыпиных, хранитель музея и действительный член Императорской Академии Художеств, организатор международных художественных выставок, член совета Эрмитажа и Русского музея, кавалер Ордена Почётного Легиона, эксперт по русской и западной живописи и скульптуре в комиссии при музейном отделе Главнауки в советское время. Эмиль Оскарович был частым гостем в квартире Пыпиных, где он и другие петербургские знакомые собирались на литературно-музыкальные вечера, так называемые «вторники». Портрет Чернышевского, выполненный им, принадлежал Вере Александровне Пыпиной, дочери двоюродного брата
Н. Г. Чернышевского – академика А. Н. Пыпина. В 1926 году В. А. Пыпина передала рисунок в дар музею.

Также с фотографии 1883 года сделана автолитография художника Е. Протопопова, переданная в фонд из Государственного Литературного музея в 1950 году. Есть и картины с изображением Чернышевского более ранних лет. Например, « Г. Чернышевского. С дагерротипа 1853 года» работы московского художника П. А. Алякринского. Можно упомянуть здесь и подаренную Саратовским государственным университетом
им. Н. Г. Чернышевского в 2012 году картину «Н. Г. Чернышевский» саратовских художников И. М. Новосельцева и А. В. Коблова, написанную по фотографии В. Лауфферта 1859 года.

Интересна история работы « Г. Чернышевского». Он выполнен карандашом на картоне без подписи и даты. За основу взят фотопортрет 1859 года. Графический портрет не закончен: лицо прорисовано чётко и полностью, фигура намечена чуть заметными линиями. Это произведение прислано в дар музею из Москвы художником М. Д. Егоровым. По его свидетельству, автором портрета является художник Риссов.

С фотографии 1888 года написан ряд портретов Н. Г. Чернышевского в разной технике исполнения. Художником Н. С. Ниловым написана в 1939 году картина маслом «Портрет
Н. Г. Чернышевского», приобретённая музеем у автора. Сюда же относится рисунок карандашом художника Б. Г. Бессчастного, подаренный Н. М. Чернышевской в 1941 году музею, а также литография, выполненная с рисунка С. М. Бондара, приобретённая музеем в 1955 году.

Скульптурная иконография Н. Г. Чернышевского представлена несколькими работами, хранящимися в фондах. Это произведения скульпторов П. Ф. Дундука (бюст
«Н. Г. Чернышевский»), М. С. Рукавишникова («Н. Г. Чернышевский защищает диссертацию», 1938 год), С. Н. Попова (« Г. Чернышевского в университет», 1951 год), А. П. Кибальникова (« Г. Чернышевского», 1950 год).

На последней работе остановимся подробнее. На улицах Саратова можно видеть работы этого замечательного скульптора, получи­вшего художественное образование в нашем городе. Среди них известный каждому саратовцу памятник Н. Г. Чернышевскому. За создание этой скульптуры А. П. Кибальникову была присуждена Государственная премия СССР. А в фондах музея хранится раритетный экспонат из гипса – «Бюст
Н. Г. Чернышевского», – полученный из рук автора в 1950 году. Эта работа потрясает своей могучей образностью и психологическим драматизмом. В своей работе А. П. Кибальников смог показать тончайшие психологические особенности характера писателя. Скульптор представлял не того Чернышевского, который возвратился в родной город после каторги и вилюйской ссылки. Воображение рисовало Н. Г. Чернышевского молодым, энергичным, желающим творить добро во имя народа и страны. По свидетельству современников, душевное благородство отражалось во внешнем облике Николая Гавриловича. И романтическую окрылённость, первую любовь, и внутренний свет, которым жил Чернышевский, и его раздумья о будущем своей страны – всё это почувствовал
А. П. Кибальников.

Работа над образом началась ещё в 1940 году. Скульптор использовал подлинные фотопортреты писателя, ему часто позировала старшая внучка Н. Г. , работавшая в доме-музее, черты её лица, по отзыву многих художников и других знавших её людей, имели большое портретное сходство с её дедом.

Не угасает интерес живописцев к Чернышевскому. Интересны и необычны посвящённые ему произведения современных творцов. Такова, например, работа «наивной» саратовской художницы Е. Г. Лялиной «Николай Гаврилович играет в шахматы» (2006 год). В одном произведении она постаралась изобразить один день из жизни усадьбы Чернышевских: рядом с домом, где родился Николай Гаврилович, запускают воздушного змея, как это было в его детстве, девушка, возможно, его сестра, собирает яблоки, на балконе мезонина заняты чтением, а сам будущий писатель играет в шахматы. Картина написана яркими красками, Николай Гаврилович в восприятии автора – светлый образ, и бытовые детали, которые художники-реалисты опустили бы, она чётко подмечает, наполняя картину множеством действующих лиц, рисуя её «вне времени» (или не привязывая к временным рамкам).

Пристальный интерес к усадьбе и дому, где прошли детские и юношеские годы писателя, в настоящее время сохраняется у многих художников. Это И. Л. Шин, С. С. Осипова,
Е. Н. Панфёрова и др.

Коллекция живописи и графики, в том числе произведений, включающих изображения Н. Г. Чернышевского, – неотъемлемая часть фондов музея. Живописцы разных лет представляли картины на суд зрителя.

Образ Николая Гавриловича остаётся в нашей памяти благодаря воспоминаниям современников, фотографиям, изображениям художников, которые своими работами добиваются эмоционального отклика у посетителей музея. Результатом скрупулёзной работы художников стала своего рода живописная энциклопедия жизни и деятельности Чернышевского. Эти работы сосредоточили в себе не только личный опыт художников, но эстетические вкусы, философские взгляды, исторические представления и даже политические убеждения, формировавшие мировоззрение эпохи.