Ксерокопия книги, я не автор, но мне она помогла хорошо (стр. 12 )

По мнению Г. Гадамера, всякое понимание есть проблема языковая. Значит термин «смысл» является ключевым решением проблемы понимания. По Гадамеру, понимание прошлой культуры неотделимо от само-ионимания интерпретатора. Поэтому предметом понимания, в конечном счете, является не смысл, вложенный автором в текст, а то предметное содержание (суть дела, попросту говоря), с осмыслением которого связан данный текст. По замечанию К. Маркса, понимание состой «в том, чтобы постигать специфическую логику специфического предмета»87. Здесь имеется в виду сущность того или иного предмета, законы его развития.

("77") Возьмем пример. Обратимся к законам вооруженной борьбы. Сами по себе формулировки законов, если их просто знать или заучить, ничего не дают командиру. Суть дела в том, чтобы понять, рассмотреть механизм их действия, осмыслить требования закона, разобраться в комплексе мероприятий, логически сообразных с его действием.

Что такое смысл? Смысл - это не только синоним значения языковых выражений (слов, их сочетаний, предложений и т. п.). Смысл, оказывается, это сложное многогранное явление. Немецкий философ М. Хайдег-гер считает, что у смысла есть направленность к какому-то концу (завершению); это предназначение, конечная цель чего-либо (смысл жизни, смысл истории, смысл боевого приказа и т. д.). Можно продолжить: смысл боевых действий, смысл операции.

152

"7 Соч. Т.1, с. 325.

153

В военном деле, в науках о войне смыслообразование имеет свои особенности. Предмет понимания (суть дела)- заключен в боевой обстановке. Подспорьем для осмысления боевой обстановки служат опорные пункты, уставные положения, наставления, разного рода инструкции и, конечно, знание военной науки, принципов военного искусства. Здесь, как в других сферах жизни, но в военной области смыслом могут обладать не только слова, их сочетания, тексты. Смысл, что особенно важно в военном деле, содержит и то, что происходит вокруг нас. Командир, прежде чем принять решение, разрабатывает замысел. Сопоставим понятия «смысл» и «замысел»; понятия однородные, но не тождественные. У замысла командира есть свои особые нюансы, связанные и обусловленные действиями противника, всей совокупностью боевой обстановки.

Считается, что понимание есть погружение в «мир смыслов» другого человека, постижение и истолкование его мыслей, конструктивных соображений, предложений и переживаний. Представляет интерес, выражаясь словами Ф. Бэкона, «скрытый схематизм» понимания, анализ основных его процедур, динамики и тенденций развития. Порядок (процедуру) понимания представлен на рисунке 2

Кроме внутренних (внутринаучных) причин смыслообразования, есть и внешние предпосылки этого процесса - социальные, политические факторы. Это особенно рельефно видно на примере военно-научных видов смыслообразования. Понимание- это всегда подключение к смыслам человеческой деятельности, какие-то предметные взаимодействия, связь между разными обстоятельствами и т. д. Здесь сказывается коммуникабельность предмета и понимания.

Коммуникабельность - это способность к коммуникациям, установлению контактов и связей, что особенно теперь характерно для процесса военно-научного понимания.

Решения, действия

Языковые выражения

IT IT

Смыслообразование

II II

Истолкование текста о предмете поним ания другого человека

п it

Предмет понимания, суть дела

("78") Коммуникации - это связи, основанные на взаимопонимании, иначе в ноеннооперативных отношениях быть не может. Кстати, коммуникации-это и сообщение информации одним лицом или коллективом другим служебным инстанциям.

Специалист в области герменевтики француз Поль Рикер утверждает, что понимание - это выявление мышлением смысла, скрытого в символе. Он исходит из следующего: а) герменевтика - это последовательное осуществление интерпретаций (истолкований); б) суть герменевтики - многообразие интерпретаций (вплоть до их конфликта, что очень хорошо); в) понимание - искусство постижения значения знаков, передаваемых одним сознанием и воспринимаемых другим сознанием через их внешние выражения; г) один и тот же текст имеет несколько смыслов и эти смыслы наслаиваются друг на друга.

Важная методологическая проблема здесь состоит в том, чтобы исходя из понимания текста как материализованного выражения чего-то, остигнутого в той или иной области знаний, распредметить субъективные смыслы, объективированные в текстах, «услышать через них человеческие голоса» и с их помощью проникнуть в суть дела, совершённого в прошлом, настоящем в интересующих нас областях знаний, в данном случае военно-научных или историко-военных.

Каков вывод?

Любой текст - источник множества его пониманий и толкований. И понимание его автором - только одно из них. Поэтому понимание текста не может оканчиваться лишь тем смыслом, который вложил в него автор этого текста. Возможна его интерпретация. Эта множественность смыслов раскрывается не сразу, они раскрываются в благоприятных для этого смысловых контекстах впоследствии. Смысл текста в процессе исторического развития изменяется. Каждый новый исторический период в развитии военного дела открывает что-то новое. А это значит, что новое понимание переоценивает старый смысл. Необходимо учитывать диалектический характер понимания текста, возможность столкновений смыслов: «свое-чужое» (М. Бахтин), диалог текстов, личностей, культур. Понять текст чужих наработок - это значит уметь находить ответы на вопросы, которые возникают в нашей современной действительности, н том числе и в области военной безопасности.

Существуют разные классификации понимания, подразделения их на типы, виды, уровни. Можно предложить классификацию, сделанную 88. Он выделяет три основных типа понимания.

154

См. его «Методологию научного исследования» - М.: 1999, с. 214-215.

155

Понимание, возникает в процессе языковой коммуникации в диалоге. Результат понимания или непонимания зависит от того, какие значения вкладывают собеседники в свои слова.

Понимание, связанное с переводом с одного языка на другой, сопричастное с интерпретацией текстов, разработок, а также поступков и действий людей в различных ситуациях.

По признаку уровня понимания проводится различие между интуитивным постижением смысла и постижением смысла при помощи логико-методологических, аксиологических, культурологических средств.

Понимание - это не только чисто рациональный процесс. Ему сопутствуют и иррациональные моменты, хотя и не составляют его главный компонент. Например, понимание и осмысление боевого приказа командиром сопряжено с эмоционально-психологическими переживаниями: беспокойство, степень уверенности в успехе и пр.

("79") Необходимо далее охарактеризовать весь блок постижения предмета понимания, точнее, все процедуры научного познания: описание, объяснение, интерпретацию (истолкование). Нельзя смешивать понимание и объяснение, хотя эти операции взаимосвязаны и неразрывны. Различие между пониманием и объяснением таково, по мнению М. Бахтина: «При объяснении - только одно сознание, один субъект; при понимании - два сознания, два субъекта, объяснение лишено диалогических моменто, по-нимание всегда в какой-то мере диалогично» . Понимание - это практическое владение смыслами, сопровождает всякую конструктивную познавательную деятельность90. в своих трудах отмечал третьего собеседника, формально не участвующего в общении, но выступающего в роли некоторой «точки отсчета», по отношению к которой коммуниканты упорядочивают свои позиции.

Когда имеют в виду стык понимания и объяснения, то обычно говорят о герменевтическом круге, т. е. о циклическом характере понимания. Для того чтобы нечто понять, его нужно объяснить, и напротив, чтобы объяснить, его нужно понять. Этот круг может иметь разные проявления. Он может иметь выражение как круг целого и части: для понимания целого необходимо понять его отдельные части, а для понимания отдельных частей, надо иметь представление о смысле целого. Например, слово-часть предложения, предложение - часть текста, текст- элемент более сложного произведения и т. д.

В работах по философии науки встречаются термины «предпонима-ние», «горизонт понимания». Фактически имеется в виду герменевтическая спираль понимания. Она развертывается от менее полного и глубо-

89 М. Бахтин, Автор и герой: к философским основам гуманитарных наук. - СПб, 2000, с. 308.

90См.: Загадки человеческого понимания. - М.: 1991, с. 17.

156

кого понимания к более полному и глубокому. Такое развертывание характерно для понимания боевой обстановки. Опытный командир сделает это быстрее и качественнее, чем неопытный.

Возникает и такой вопрос: нужно ли соотносить понимание с современной эпохой? Ответы разные. Одни говорят, что каждая эпоха подходит к текстам со своими критериями. Другие утверждают, что процесс понимания неизбежно связан с приданием дополнительного смысла тому, что пытаются понять. Отсюда делается вывод: понимать текст, как его понимал автор, недостаточно. Значит, понимание является творческим актом и не сводится к простому воспроизведению авторского смысла, а обязательно включает критическую его оценку, сохраняет позитивное, обогащает его смыслом современных реалий и органично связано со смыслом авторской позиции.

Таким образом, понимание есть постижение смысла того или иного явления, его функции в системе целого. Оно помогает раскрыть бесконечные смысловые глубины бытия. Для понимания нужен его четкий предмет (суть дела, что подлежит пониманию).

Интерпретация - это толкование текстов, направленное на понимание их смыслового содержания. Здесь необходимо наличие самопонимания у интерпретатора, нужны общение, коммуникация, «стихия языка», умение поддерживать диалог.

Наряду с пониманием есть еще и такая важнейшая познавательная процедура как объяснение. Главная цель объяснения - выявление сущности изучаемого предмета, в конечном счете, вскрытие закона с описанием причин и условий, источников его развития и механизмов действия. Объяснение тесно связано с описанием и составляет основу для научного предвидения.

Раскрывая сущность объекта, объяснение также способствует уточнению и развитию в данном случае военно-научных знаний. Эти знания используются в качестве основания для понимания предмета познания. Можно заключить, что объяснение - это важнейший стимул развития научного знания и его концептуального аппарата.

Современные специалисты в области методологии науки в структуре объяснения выделяют такие элементы:

Исходное знание об объясняемом явлении (оказываемый экспланан-лум);

Знания, используемые в качестве условия и средства объяснения, позволяющие рассматривать объясняемое явление в контексте определенной системы или структуры (т. н. основание объяснения или эксплананс). И качестве оснований объяснения могут использоваться знания различного рода и уровня развития;

Познавательные действия, позволяющие применить знания, выступающие в качестве оснований объяснения к объясняемому явлению. ,

157

Наиболее широко известной и развитой формой научного объяснения являются такие объяснения, которые строятся на основе вскрытых и теоретически сформулированных (оформленных) законов (как динамических, так и статических в военном деле). Это так называемая дедуктивно-номонологическая модель научного объяснения. Но здесь описывается лишь конечный результат, а не реальный процесс объяснения в науке, т. е. обходим (минуем) трудоемкий творческий процесс.

Значительную сферу в гуманитарных науках охватывает интенциаль-ное объяснение. Оно указывает просто на интенцию (стремление к цели, которую преследует индивид, осуществляющий действие, на намерения участников исторических событий). Это альтернатива объяснению через закон. (Вричт. Логико-философские исследования.-М.: 1986, с. 64)

("80") 2. Язык науки, его особенностив военно-научном познании

Как известно, язык - материальная опора мысли. Мышление идеально. Язык материален. Язык как важнейший компонент входит в содержание науки. Язык- сложная, развивающаяся семиотическая система, являющаяся универсальным средством объективности содержания как индивидуального, так и группового. Функции языка:

экспрессивная (выраженная в мыслях);

сигнификативная (знаковая);

когнитивная (познавательная);

информационно-трансляционная;

коммуникативная.

Естественный язык - есть предельная граница любой науки, включая и военную область знаний. Это означает (в широком понимании), что посредством словесной артикуляции человек реализует свою способность познавать и на основе познания выстраивать понимание, объяснение, описание.

Для познания в полной мере справедлив тезис: «Поиск слова влечет нахождение вещи, связи вещей и явлений. Ведь мы различаем то, что знаем. Но мы знаем то, что вербализуем (выражаем в языке)». Л. Витгенштейн в своем «Логико-философском трактате» писал: «Границы моего языка - есть границы моего мира. Это означает, что я мир знаю настолько, насколько он оформляется в языке».

Но надо учесть и наличие специализированной терминологии, которая разобщает и объединяет специалистов.

Можно говорить о языковой картине мира. Текст, выраженный в естественном языке, есть особая реальность, или «единица» методологического и семантического познания. Наличие же специализированной терминологии характеризует весьма стандартное «пространство» устоявшейся науки.

Естественный язык питает научную символику. Общие принципы различных знаковых систем изучает специальная наука семиотика. писал в свое время о двух сигнальных системах. Первая-мредметная, отражение в сознании самих вещей, предметов; вторая - обобщающая сигнальная система через слово (сигнал сигналов). Добавим еще третью сигнальную систему через символ, знак; ее можно назвать сигнал сигнала сигналов.

В ходе военно-научного познания важно преодолевать несовершенство языка. Еще существует неопределенность понятий, принципов, слов И их сочетаний. Например, значение слов в узком и широком смысле, есть в хождении многозначные трактовки понятий, терминов. Без этого пока трудно обойтись, но с военно-научной точки зрения важно по возможности избегать таких толкований. Скажем, боевой приказ не может содержать термины многозначного значения. Нужно конкретное толко-нание.

Язык, истолкование (интерпретация) придает смысл значение, высказываниям. Он призван обладать конкретностью. Посредством языка дается толкование текстам, явлениям и событиям. Это и есть общенаучный метод и базовая операция познания.

Говоря о науке переднего края (граница познанного и непознанного), необходимо отметить, что здесь идет активный поиск, а значит строгой лексики здесь нет и быть не может. Стимулирующие искания, расширение запаса языка на этой фазе идет за счет заимствования слов из обыденного словоупотребления. Так, даже в самую точную теорию входят метафоры. По Декарту - это многоразличные «вихри», или по Максвеллу-«дсмоны» и т. д. Вообще ни одна достаточно глубокая (не покры-ншощаяся бумажно-карандашными операциями) интеллектуальная процедура не может избежать пользования всякого рода иносказаниями. В особенности это касается объемных содержательных толкований нетривиальных концептов (умозаключений, наработок). Конечно, в этом нужна мера. Метафоры связаны с внутренней расслоенностью науки и, конечно, е разными режимами деятельности ученого в науке переднего края.

Разумеется, обогащение словаря науки обиходной фразеологией чревато издержками (утрата точности, строгости, однозначности, определенности, четкости).

Язык, как и сознание, обладает коммуникативной функцией. Люди в боевой обстановке, в учебных условиях нуждаются в постоянном общении. И здесь задействована логическая информация. Возрастает удельный вес технических средств, текстов, закодированной информации. Очень важно изыскание и применение такого кода, который был бы понятен и доступен военнослужащим своей армии и недоступен для армий вероятных противников.

158

("81") 159

В письменных текстах, звуковых разговорах, выражениях заключено не знание и тем более не содержится понимания, объяснения, а здесь лишь информация. Чтобы информация стала знанием, она должна быть субъективирована, т. е. стать субъективным образом. Но и этого мало. Требуются дополнительные усилия, направленные на преобразование информации в знание, а значит и в понимание.

Таковы основные положения философии науки по вопросам объяснения, понимания, интерпретации. Знание этих вопросов имеет практическое значение в научно-познавательной, в военно-исследовательской работе военных кадров.

2.9. ВОЕННАЯ ТЕХНИКА КАК ОБЪЕКТ ВОЕННО-НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ

1. Техника как феномен человеческого бытия. Специфические особенности военной техники

Эту тему хотелось бы начать с постановки вопроса о том, что мы хотим здесь узнать, понять. О чем будем вести речь? О технике как таковой или о философии техники или философии технических наук? Кроме того, надо выяснить соотношение техники, технических наук и военной науки. Да и раздел называется: «Современные философские проблемы военной науки». К сожалению, даже положения учебной программы тематического плана мало, что говорят о военно-техническом аспекте военной науки. Речь идет о технике, как феномене человеческого бытия, о проблеме техники в истории философии и т. д. Вот, например, в программе выделено такое положение: «Техника как инструмент развития человеческой цивилизации и как потенциальное орудие ее уничтожения». Это больше социологический вопрос, чем проблема философии военной науки. Но нет даже напоминания о технике в ключе ее трактовки как теории вооружения, а это очень важная дисциплина военной науки. Составители программы ушли от этого вопроса.

Попытаемся данную тему все-таки приблизить к современным философским проблемам военной науки, учитывая, что программа-не догма, и мы вправе внести в нее некоторые коррективы. Поясним еще раз. Речь должна идти не о философии техники и не о технических науках, а о философии технических наук или философии технознания применительно к содержанию военной науки.

К настоящему времени быстро растет количество специальных технических дисциплин. Но все они, и частные, и общие, сосредоточивают свое внимание на отдельных видах или на отдельных аспектах техники. Техника же в целом не является предметом исследования технических дисциплин. Это скорее объект познания для многих конкретных технических наук.

Техника поистине является феноменом человеческого бытия, созданной им же второй (искусственной) природы.

Техника в самом общем ее понимании - это комплекс инструментов, орудий, машин, усиливающих физические и умственные способности человека. Но вместе с тем это и искусство (умение) владения вышеназванными устройствами, артефактами (техника пианиста, техника владения компьютером).

Техника относится к сфере материальной культуры. Это - обстановка нашего быта, нашей домашней и общественной жизни. Это - средства общения, защиты и нападения, в общем, все орудия действия в самых различных сферах жизни.

Очень остро идет борьба за изменение отношения человека к природе, особенно в связи с глобальными негативными последствиями научно-технической революции. Эта острота возникла в результате реализации природопокорительной мировоззренческой парадигмы техногенной цивилизации на протяжении трех столетий, но особенно в течение XX в. Действительно, некоторые страны (США, Западная Европа, Япония) вступили в информационный этап новой антропогенной цивилизации. В условиях всеобщей компьютеризации и информатизации общества, с человечество столкнулось с новыми, до сих пор неведомыми проблемами (виртуальной реальностью, возможностями клонирования представителей животного мира и даже человека, созданием человекоподобных роботов, генетического, психотропного оружия, проникновением в тайны кварков, «черных дыр» и т. п.). Так возникла проблема философского осмысления, как самой техники, так и техногенной деятельности людей.

В анализе всей этой проблематики и необходим философский подход. Философия техники исследует не только феномен техники и не только ее внутреннее состояние, развитие, но и место в обществе, изменение роли техники в социальном развитии.

Важным философским вопросом техники явилось формирование рационального обобщения различных видов техники. Не вдаваясь в глубь времен, отметим, что крупной вехой в формировании рационального обобщения техники явилось появление технических наук (технических теорий). И к середине XX в. технические науки образовали особый класс научных дисциплин, в числе которых надо назвать системотехнику, как высшую ступень рационального обобщения в технике. Системотехника представляет собой вид инженерной, технической деятельности, но в то же время включает в себя научную деятельность, где происходит выработка новых знаний.

С появлением технических наук и системотехники прослеживаетспои-стине глобальное влияние техники на развитие современного общества. Формируется множество различных научно-технических дисциплин и соответствующих им сфер инженерной практики. В сфере техники и

160

11 Зак.

("82")  

технических наук формируется слой поисковых, фактически фундаментальных исследований, т. е. технической теории. Это приводит к специализации внутри отдельных областей технической науки и инженерной деятельности. Происходит проникновение проектных установок (задач) в сферу науки, а познавательных - в область инженерной деятельности. В итоге философия техники начинает выполнять рефлексивную (мыслительную, аналитическую) функцию по отношению к техническому познанию и технической теории. При этом отмечается, хотя и очень медленное, но все же отчетливое проникновение в инженерное сознание мысли о необходимости обращения к истории техники и техникознания для поиска новых технологических решений.

Теперь обратимся к военному аспекту техники и технических наук.

Особой разновидностью техники как социального феномена является военная техника. Назовем особенности военной техники. Во-первых, военная техника приспособлена для потребностей войны, вооруженной борьбы, военного дела в целом; во-вторых, военная техника тесно взаимосвязана с многими факторами общественного и государственного строя - экономикой, политикой, наукой, в том числе военной; в-третьих, в военной технике естественно-природные вещества и процессы приобретают особую форму взаимодействия, которой в природе не наблюдается. Субстрат военной техники природный, но умом и руками человека эта материальная основа преобразуется в особую конструктивную форму - различные виды вооружения. Военная техника имеет свои источники возникновения, развивается по своей внутренней логике, обладает особыми границами своего физического и морального старения.

Коснемся важнейших исходных понятий, относящихся к теории вооружений, как одной из составляющих военной науки. «Теория вооружения разрабатывает обоснованные выводы и рекомендации для проведения единой военно-технической политики в ВС на определенных этапах оборонного строительства»91. Вооружение-это совокупность оружия и технических средств, обеспечивающих его применение. Оружие различается по типу (артвооружение, ракетное вооружение и др.), виду носителя (авиационное, корабельное, танковое и др.), организационной принадлежности (полковое вооружение и др.), процессу оснащения войск (сил) оружием, совокупностью элементов определенного назначения (парусное вооружение, защитное и др.) .

Принято различать такие понятия, как «оружие» и «военная техника». «Оружие- боевое средство поражения противника в вооруженной борьбе. Применяется как для нападения, так и для защиты (обороны). Подразде-

ляется на обычное оружие, оружие массового поражения и оружие на новых физических принципах»93.

К оружию на новых физических принципах относится генетическое, геофизическое, инфразвуковое, лазерное, несмертельное, озонное, радиологическое, сверхвысокочастотное, ускорительное, электромагнитное оружие94.

Многие из этих видов оружия подпадают под Конвенцию о запрещении и др. международные договоры.

Весьма объемное понятие «вооружение» надо соотнести с понятием «военная техника». В широком смысле слова «вооружение», на наш взгляд, охватывает все боевые и специальные (вспомогательные) технические средства ведения вооруженной борьбы. Термины «вооружение» и «военная техника» равны по объему. Но, конечно, оружие является сердцевиной военной техники.

С научно-технической точки зрения военная техника, вооружение практически не имеют пределов развития. В истории было так, что то или иное оружие, считавшееся предельно совершенным (чуть ли не абсолютным), в ограниченные исторические сроки сменялось другим, еще более мощным и эффективным. А вот границы развития вооружения определяются не научно-техническими, а социально-политическими и международно-правовыми факторами.

Если уж речь идет о теории вооружения (как дисциплине военной науки), то надо определить закономерности и принципами развития вооружения (поскольку это ключевой элемент любой теории). Представляем трактовку закономерностей, сформулированную в нашей книге «Фило-софско-методологический анализ военно-научных знаний». Всего сформулировано шесть закономерностей с указанием принципов, вытекающих из них, и задающих порядок практических действий.

/. Закономерная зависимость развития средств вооруженной борьбы от характера войн, политики государств, особенностей военного строительства, потребностей предотвращения войны.

Данная закономерность выражается в следующих принципах:

Первый принцип определяющая роль военно-технической политики государства в реализации всего объема параметров развития вооружения.

Вторым принципом является соответствие целей и задач развития вооружения политическим и военно-доктринальным установкам на военное строительство в конкретных исторических условиях.

Третьим принципом, вытекающим из названной закономерности, можно назвать определение политико-стратегических и оперативно-

"Военно-энциклопедический словарь, - М: 2002, с. 2Там же.

("83") 162

Военно-энциклопедический словарь, - М.: 2002, с. 1083. 1ам же

163

тактических требований к обоснованию программ развития вооружений.

2. Закономерная зависимость разработки систем вооружения от
экономического и интеллектуального потенциалов государства.

Из этой закономерности вытекает 5 принципов. Один из них заключается в экономической оптимизации и эффективности в военно-технических разработках.

Второй принцип-разул/ная достаточность вооружений для обороны и стабилизации национальной и военной безопасности каждого из государств.

Третий пртищп-изыскание рациональных организационных форм стыковки военных исследовательских учреждений, производства и эксплуатации вооружений.

Одним из важнейших и общепризнанных принципов развития вооружения является стандартизация военно-технических систем.

В реализации экономического и интеллектуального потенциала (в ключе развития вооружений) большое значение имеет принцип управления подготовкой, расстановкой и стимулированием кадров оборонно-промышленного и научно-технических комплексов.

3. В развитии вооружения, военной техники действует законо
мерность ускоренного обновления, сокращения циклов замены образов
и систем военной техники.

Из данной закономерности вытекают два принципа как правила и рекомендации для теоретической и практической деятельности в области развития вооружений.

Первый из них - принцип опережения теоретического анализа при создании военной техники по отношению к практическому, боевому или учебному ее использованию.

Вторым принципом можно считать своевременную информационную обеспеченность военной науки о процессах научно-технического развития.

4. С рассмотренной выше закономерностью тесно связано возник
новение и преодоление военно-технического превосходства одних
стран над другими как закономерность развития вооружения.

На основе данной закономерности формулируются два принципа. Один из них - принцип своевременного определения роли научно-технических открытий как предпосылки военно-технического превосходства определенных стран.

Весьма важное, судьбоносное значение имеет принцип «асимметричного» преодоления военно-технического превосходства одних стран над другими.

5. Весьма значительную роль в военном деле играет закономер
ность сочетания непрерывности и скачкообразности в развитии воо
ружений.

Здесь проявляют себя два принципа. Один из них - принцип гармоничности в процессе совершенствования существующих и выборе новых систем вооружения.

("84") Другим является принцип дифференцированного подхода к пропорциям и динамизму развития вооружения для видов вооруженных сил и родов войск.

6. Диалектика взаимообусловленности средств нападения и
средств защиты как закономерность развития вооружения.

Из этой закономерности вытекают два принципа. Первый из них — принцип политического и военно-технического согласования в развитии средств нападения и средств защиты в целях безопасности и предот-нращения войн.

Гибкий подход к соотношению средств нападения и средств защиты в вооруженной борьбе можно именовать вторым принципом, вытекающим из рассматриваемой закономерности.

Таковы лишь самые общие закономерности и принципы развития военной техники, вооружения. Но за скобками остается вопрос о военных аспектах технических наук.

2. Человек и техника в системе военно-научных знаний

В настоящее время в связи с внедрением в войска (силы) нового, все более совершенного и наукоемкого вооружения становится все более актуальной проблема исследования системы «человек - военная техника». Злободневность темы также связана с необходимостью профилактики, предупреждения неполадок и катастроф.

В литературе эта тема, можно сказать, забыта. Десятки лет прошли с тех пор, как издавались монографии, пособия, причем в общей форме, без конкретной детализации аспектов темы. О технике сейчас публикуется много материалов, но несоразмерно мало содержится публикаций по вопросам системного соотношения человека и техники.

Заметим, что соотношение человека и техники можно рассматривать под разным углом зрения. Можно и должно эту проблему изучать в психологическом аспекте; правомерно рассматривать человека и технику в экономическом, военно-правовом, эргономическом (с точки зрения выявления эффективности этой системы) и в таксономическом аспекте, сосредоточивая внимание на типах систем «человек- военная техника». Так, например, при подборе кадров к управлению сложнейшей военной техникой в развитых странах большое значение уделяется психоанализу. В США самый близкий американцу человек - психоаналитик. Что он делает? Он перебирает огромный пласт психологических особенностей че-

164

165

ловека; ему приходится опускаться в глубины подсознания тех людей, которым вверяется управление современной техникой. В России эта проблема существует и ею занимаются, в частности, сотрудники госпиталя им. . Но мало у нас пока что психоаналитиков. Чем дальше будет усложняться военная техника, тем настоятельнее будет стоять вопрос выяснения психологического портрета личности. Эта экспресс-диагностика компьютеризирована. В машину закладывается перечень вопросов в виде анкеты, а компьютер оценивает не только что и как отвечает испытуемый, но и то, что человек хочет утаить. А именно эти особенности личности могут в стрессовых ситуациях оказаться решающими.

Но нас, в данном случае в нашем тематическом плане, интересует несколько иной подход. Важно очень найти ключ к рассмотрению системы «человек - военная техника» в свете военной науки, т. е. в совокупности военно-научных знаний. По этому вопросу нет специальных публикаций.

В общем-то, давно известна зависимость военного искусства от технических нововведений и человека, осваивающего новые образцы вооружения. Но пока еще нет интегрированного отражения непосредственно проблематики человека и военной техники в целостном комплексе с другими составляющими военной науки. Современное техническое оснащение армии и флота предъявляет все более жесткие требования к человеку как с точки зрения владения этой техникой (знание инструкций и др.), так и в плане познания военной науки.

Система «человек - военная техника» входит в сложные связи и соотношения со всеми дисциплинами военной науки.

В этом плане, прежде всего, отметим систему «человек - военная техника» в свете основных приоритетов строительства Вооруженных Сил. Названная система в решении военных задач представляет собой производный конечный пункт строительства армии и флота. Исходным, первичным обстоятельством, определяющим потребности в создании систем вооружения и подготовки человеческого материала является оценка существующих и прогнозируемых типов военных угроз и в целом состояния и развития военно-политической обстановки в мире и регионах. Отсюда вытекает необходимость выработки рационально обоснованных предложений по совершенствованию оперативной (боевой) и мобилизационной подготовки войск (сил). При этом отрабатываются наиболее целесообразные системы «человек- военная техника», происходит выбраковка несоответствующих типов таких систем. Утверждаются наиболее соответствующие требованиям современной войны человеко-машинные системы.

Достаточно тесно с характеристикой систем «человек-техника» связаны поиски решения проблем комплектования Вооруженных Сил РФ по призыву и по контракту. И здесь в центре внимания вопросы профессио-

("85") нализма военнослужащих, прежде всего - военно-научных знаний человека в комплексном единстве с техникой.

В аспекте теории военного искусства умелое и эффективное владение техникой человеком - это не самоцель. Речь идет о выполнении боевых задач. Здесь просматривается триединая цепочка: «человек-техника-военная цель». В области теории и практики военного искусства первоис-ходным фактором являются законы вооруженной борьбы. Это существенные, необходимые, устойчивые, т. е. при определенных условиях повторяющиеся связи и отношения, действующие в ходе вооруженного противоборства. Причем названные связи и зависимости преимущественно относятся к системе «человек - военная техника». Человек - субъект боевых действий, военная техника - объект, возможность для проявления степени мастерства, уровня проявления военного искусства во всем огромном «диапазоне» бесчисленных сочетаний действия людей, вооруженных техническими средствами.

Заметим, что понятие «способы вооруженной борьбы» отражает ее содержание, т. е. всю многосложную, многоуровневую систему действий, включая весь бесчисленный набор приемов и использования личным составом вооружения. И вся эта совокупность методов, приемов по применению оружия, военной техники, все эти акции снизу доверху, вся эта огромная пирамида имеет организационные формы. Таковыми являются операция, сражение, бой. Формы наполняются новым содержанием по мере технического прогресса, они меняют свой облик, но пока остаются таковыми. Например, операция была классической, теперь она является не классической. Только и всего.

Командиру в боевой (или учебной) обстановке приходится перебирать много количественных и качественных признаков техники и людского состава. Да еще все это сопоставить с противником. Все это предполагает знание закономерных связей в рамках оценки обстановки.

Говоря о военном искусстве, необходимо отметить органическую связь с ним теории и практики управления. Возросшую роль управления можно выразить в закономерном возрастании роли оперативности и гибкости управления в захвате и удержании инициативы с целью завоевания победы. Эта закономерность относится ко всем звеньям военной науки.