Ксерокопия книги, я не автор, но мне она помогла хорошо (стр. 8 )

В военно-научном познании система доказательств имеет свои особенности. Это одна из ключевых методологических проблем. А сколько было непроверенных, неаргументированных выводов, положений в истории войн. В военной науке во многом характер доказательств опирается на непосредственное использование данных военной практики. А военная практика носит системный характер, включает боевой опыт всех армий во всех войнах, войсковые учения, игры, манёвры, военные экспе^ рименты, повседневную практику обучения и воспитания личного состава вооруженных сил в мирное время и т. д.

В военной науке приходится учитывать сложность постановки тезисов и аргументов; здесь возможны военно-теоретические состязания с армиями предполагаемых противников. Доказательство требует методически правильного ведения дискуссий, не подменять тезисы аргумен-

тами. Тезис - это основополагающее утверждение, требующее аргументации. Недопустимо вместо аргументов строить доказательство с помощью других тезисов.

На основе доказанных гипотез, в результате опытно-конструкторских проверок, полигонных испытаний формулируются достоверные объективно истинные знания, которые могут иметь значение концептуальных разработок, статуса теории в какой-либо области знания или частных теоретических обобщений.

Таковы основные формы военно-научного познания. Здесь действуют все те же гносеологические принщшы, категории, нормы. Принципы гносеологии те же, но в военной науке существует, как рациональное, так и иррациональное, здесь в комплексе знаний командира достаточно эмоциональных, психологических переживаний, чувства ответственности за судьбы решений. Немало здесь и оценочных факторов, ценностных ориентации; ценности, уяснение их - очень значительный и важный аспект в познании.

Наконец, в краткой форме обрисуем уровни военно-научного познания: эмпирический (живой, опытный) и теоретический (обобщенный) уровень познания. Подробно структура этих уровней рассматривалась в предыдущем разделе. Здесь лишь отметим, что каждый из этих уровней познания имеет свои методы.

Спехщфическими и достаточно распространенными методами эмпирического познания в военной науке являются наблюдения, аналогия и эксперимент. Эти методы дают исходный, необходимый материал для обработки знаний, теоретических обобщений, они также позволяют обеспечить непосредственную связь военно-научного познания с практикой. В наши дни в связи с перевооружением армии и флота военная наука располагает довольно ограниченной эмпирической базой. Есть острейшая проблема сбора фактов - накопление эмпирического материала, как говорят, фактуры, изучения опыта локальных войн.

Но при всем огромном значении эмпирического (опытного) материала и соответственно данного уровня познания, все же оно не раскрывает наиболее важные, глубинные, существенные связи и отношения, не объясняет подлинной природы происходящих событий.

Практика ведения войн, вооруженных конфликтов в современную эпоху, необходимость предвидения дальнейшего усложнения способов и форм вооруженной борьбы требуют от военной науки глубоких, теоретических знаний.

На теоретическом уровне подвергается обобщению, логической обработке опыт военной деятельности. Результатом теоретического познания являются понятия, законы. Теория - это обобщенное систематизированное и достоверное знание; оно способно объяснять явления

ик

102

("52") 103

(выполнять объяснительную функцию), предсказывать новые, ранее неизвестные явления.

Теоретическое познание в военной науке имеет свои методы: индукция, дедукцгш, анализ и синтез, метод абстрагирования. Обобщение - это больше, чем метод. Это и познавательная операция, включающая различные методы проникновения в глубинные состояния сущности, это процесс, охватывающий всю «магистраль» познания, и т. д.

Как вывод подчеркнем: движение познания от эмпирического к теоретическому - это есть переход от описания к объяснению. А оно существует в разных типах - причинно-следственное, объяснение с позицией всех других категорий: возможность и действительность, необходимость и случайность и т. д. Но все это во имя практики, в интересах практической деятельности.

2.2 СПЕЦИФИКА ОБЪЕКТА И ПРЕДМЕТА ВОЕННО-НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ

1. Понятие объекта и предмета военно-научного познания

Прежде всего, отметим, что в структуре военной науки принято выделять ее внутренние отрасли, отдельные частные дисциплины. Трактовки о структуре военной науки разные, причем происходит дифференциация военно-научных знаний. Отсюда и принято говорить о военных науках. Основными можно считать: общие основы военной науки, теория строительства Вооруженных Сип, теория военного искусства, теория военного управления, теория воинского обучения и воспитания, теория вооружения. Сюда надо отнести также военную экономику и теорию тылового обеспечения, военную историю и другие дисциплины. Кроме того, для присуждения ученых степеней есть более дробное расчленение составляющих военной науки. Но об этом речь будет позднее. Сейчас нам надо сосредоточить внимание на соотношении объекта и предмета военно-научного познания.

Потребность в определении объекта и предмета военной науки объясняется многими факторами: изменяется характер современного состояния военной науки, ее развития. Сравнительно быстро возрастает объем военно-научных знаний разного порядка и уровня, усиливается их дифференциация и интеграция, усложняется структура военной науки и характер взаимосвязей ее предметных составляющих, расширяется ее взаимодействие с другими науками.

Нынешнее состояние военной науки не совсем отвечает требованиям войн XXI в.

На январской военно-научной конференции (2004 г.) Министр обороны отмечал: «... В военной науке, к сожалению, присутствует как общая ведомственная замкнутость, так и наличие жестких внутренних гра-

104

ниц между разными направлениями военной науки, отдельными военно-научными учреждениями, в том числе и по принадлежности к разным видам и родам войск»*^. И далее: «...Современный этап развития науки вообще характеризуется интеграцией усилий ученых, работающих в разных сферах. Самые продуктивные исследования сегодня ведутся в смежных областях, именно на границах разных научных интересов и дисциплин совершаются в наше время самые эффективные результаты. И это особенно ощущается в развитии военной науки, которая должна вбирать В себя достижения различных отраслей знаний»*'.

Совершенствование вооружения и техники, усложнение способов и форм вооруженной борьбы намного повышают требования к таким показателям военно-научных знаний как точность, достоверность, объективная истинность. Кроме того, многофакторность, сложность, противоречивость, непредсказуемость хода и исхода войны (если учесть иезуитские формы действия международного терроризма) ставит военную науку в особые условия прогнозно-гипотетического характера. Дело ус-пооюняется недостаточностью экспериментальной базы и необходимостью выполнения в короткие сроки разработок по множеству фундаментальных теоретических и особенно прикладных проблем.

Определение предмета военной науки связано с установлением основных направлений и границ исследования проблем. Все это важно для любой науки и особенно для военной. В ней определить пределы ее компетентности оказалось значительно труднее, чем где-либо.

Во многих дискуссиях в печати пределы познавательной сферы военной науки представляются в довольно размытом виде. Не видно, где проходит «демаркационная» линия, отделяющая предмет военной науки от других отраслей знания. Очень часто спорные вопросы возникают при определении объекта и предмета военной науки. А также при толковании понятий «военная наука» и «военная теория». Военная теория - ядро Коенной науки. Но в ней не только теоретические положения, ее базис. В ней и фактура военной науки, эмпирические данные. Военная теория - это также и фундаментальные положения военной доктрины.

Общеизвестно, что «объект»- понятие более широкое, чем предмет. К примеру, природа и общество - объекты изучения для многих наук, но каждая из них имеет дело лишь с определенными сторонами названных объектов, т. е. каждая из наук о природе и обществе имеет свой предмет. Война - сложное многоаспектное явление, познание которого осуществляется различными науками, образующими общую систему знаний. В, Фтой системе выделяется:

" Военная мысль. 2004. № 5, с. 53. ' •* Там же.

105

("53")

социально-историческая сущность войны, ее место и роль среди других общественных явлений, что составляет предмет для изучения философии, политологии, социологии и др;

вооруженная борьба, являющаяся предметом военной науки и связанной с ней военной проблематики других наук;

сопровождающие вооруженную борьбу невоенные средства и формы противоборства- экономические, идеологические, информационные, дипломатические и другие с подчинением этой деятельности успешному ведению войны.

Как видим, объем познания войны в целом во всем многообразии ее сторон, фаней - удел многих наук, а не только военной. В противном случае широта ее охвата разнообразных и не похожих друг на друга сложных проблем была бы достигнута за счет утраты глубины познания. А это в принципе противоречит действующему процессу дифференциации наук. Здесь требуется объединение усилий многих наук. Вполне закономерно: чем сложнее и шире становиться объект познания (что характерно для такого объекта, как война в целом в наше время), тем большее число наук его изучают. Научное познание тем плодотворнее, чем разветвлён-нее его дисциплинарная организация. Но вместе с тем происходит интеграция научного знания. Возникает междисциплинарная организация исследовательского процесса, своего рода объединение научно-исследовательских программ. Такова реальная диалектика познания, выражающаяся в противоречивом единстве дифференциации и интеграции военно-научного познания.

Между тем немало военных специалистов считали (и, наверное, считают) предметом военной науки войну в целом. Мы уже пытались объяснить, почему это не так.

Важно и правомерно говорить о предметной области военно-научного познания, т. е. определить круг исследований, входящих в компетенцию военной науки. А это означает, что вооруженную борьбу как основной предмет военной науки нельзя отрывать от других граней объекта познания. Так или иначе, военная наука вынуждена исследовать, так сказать, «приграничные» к вооруженной борьбе области военной практики. Здесь-то и возникает сложное «перекрестие» разных мнений. Попутно заметим, предмет любой науки относится к числу тех проблем, которые постоянно обсуждаются, полемизируются. Науки, развиваясь, ищут и обновляют предмет своего познания. То же происходит и с военной наукой. Требуется пояснить утверждение о том, что вооруженная борьба представляет собой основной предмет военной науки. Возникает вопрос, а что такое не основное или неосновные предметные образования? Действительно, военная наука не изолирует себя от многообразия связей и отношений со многими аспектами и гранями войны как объекта познания.

106

Существует мнение, что для военной науки характерны также предметно-проблемные разработки, взятые из других сторон и граней такого сложного объекта познания, как война. Думается, такую трактовку общего военно-научного познания можно квалифицировать как неосновные предметные области. Но если вдуматься в словосочетание «предметно-проблемное» исследование, то что это? Опора на выводы и положения, сделанные другими науками о войне (и не только о войне, но и за рамками этого объекта)? Или военно-исследовательский поиск в пределах других предметных областей войны? Приемлемо и то, и другое допущение. Эти проблемные поиски и дают основание считать их чем-то вроде неосновных предметов военной науки.

Есть науки с относительно четкими гранями своего предмета познания (физика, химия, биология и т. д.). Хотя и здесь идет процесс дифференциации и интеграции наук. А есть науки с ярко выраженным интеграционным содержанием, например океанология, которая наряду с базовыми положениями включает соответствующие вопросы физики, химии, биологии и т. д.

Осуществляя анализ предметной области военной науки, необходимо дать ее определение. «Это система знаний о законах, военно-стратегическом характере войны, путях ее предотвращения, строительства и подготовке вооруженных сил и страны к войне, способах ведения вооруженной борьбы. Война как сложное социально-политическое явление затрагивает все сферы жизни общества и изучается многими общественными, естественными и техническими науками. Основным предметом военной науки является вооруженная борьба в войне»^.

2. Законы вооруженной борьбы как основной предмет военно-научного познания

Как и всякая иная, военная наука имеет общие основы, т. е. выясняет свои предметные области. Здесь существуют разные мнения. Как уже было отмечено, одни военные специалисты считают предметом военной науки войну в целом с ее законами возникновения и протекания процесса ■ойны. Другие, в том числе и ваш покорный слуга, не согласны с изложенным мнением. Война - это объект исследования военной науки. Конечно, вооруженную борьбу как основной предмет военной науки нельзя отрывать от других граней объекта познания, изолировать ее от других форм борьбы во время войны: экономические, информационные и т. д.

Так как предметом любой науки являются законы, т. е. существенные повторяющиеся связи и отношения, точно также и предмет военной науки заключает в себе законы - это законы вооруженной борьбы. Знание такого рода законов используется для строительства вооружен-

•" Военная энциклопедия. Т. 2.- М.: Воениздат, 1994, с. 130.

107

ных сил, а в области военного искусства - для разработки уставов, наставлений, инструкций и т. д. Знание законов вооруженной борьбы служит основой для разработки систем управления войсками (силами). Овладение названными законами определяет изыскание форм и способов воинского обучения и воспитания, обоснование оптимальных целевых программ по развитию систем вооружения и т. д.

Ядром военной науки является теория военного искусства, которая в первую очередь базируется на законах вооруженной борьбы.

С методологических позиций охарактеризуем саму природу законов войны и вооруженной борьбы. Они носят не динамический, а по преимуществу статистический характер. Динамические законы устанавливают однозначную связь во времени и пространстве между состояниями объекта. Это позволяет предсказывать наступление определенного события, если известны причины, на него воздействующие (к примеру, предсказание солнечных и лунных затмений). На войне все было бы неизмеримо проще, если бы в ней действовали динамические законы. Можно было бы уже перед началом войны (или кампании) подсчитать, учесть с определенной точностью ее результаты. Но так как здесь действуют статистические законы, то этот результат прокладывается сквозь массивы случайностей. Конечно, помимо статистических законов на войне действуют и динамические законы, которым подчиняются движение ракет, боевого корабля^ танка, самолета, колонн боевых машин и т. д. Значит и перед началом боя, операции можно многое подсчитать, спрогнозировать.

Законы войны и вооруженной борьбы, так или иначе, связаны с соотношением сил противников и определяются им.

("54") Законы войны и вооруженной борьбы сформулированы в новом издании военной энциклопедии. Предлагаются следующие группы законов вооруженной борьбы. Первая группа характеризует закономерности между ходом и исходом вооруженной борьбы, с одной стороны, и основными факторами боевой мощи противоборствующих вооруженных сил - с другой. К законам этой группы относятся: зависимость хода и исхода вооруженной борьбы от соотношения количества, качества личного состава вооруженных сил противоборствующих сторон и соответственно от соотношения количества, качества военной техники, имеющейся в вооруженных силах противоборствующих сторон.

Выделение второй группы законов вооруженной борьбы обусловлено тем, что личный состав вооруженных сил функционально разделяется на непосредственно ведущий боевые действия и на осуществляющий их боевое, техническое и тьшовое обеспечение. В соответствии с этим к законам данной группы относятся: зависимость хода и исхода вооруженной борьбы от соотношения количества и качества боевых частей (соединений) противоборствующих вооруженных сил и от соотношения количе-

108

ства и качества частей, обеспечивающих боевые действия противоборствующих вооруженных сил.

Выделение третьей фуппы законов вооруженной борьбы связанно с действиями таких боевых факторов, как эффективность способов боевых действий, искусство управления вооруженной борьбой и соответствие организационной структуры вооруженных сил характеру вооруженной борьбы. К этой группе относятся: зависимость хода и исхода вооруженной борьбы от способов боевых действий, применяемых противоборствующими вооруженными силами, от соответствия искусства управления войсками противоборствующих вооруженных сил целям и средствам вооруженной борьбы, от соответствия организационной структуры противоборствующих вооруженных сил характеру боевых действий.

В связи с тем, что каждый из факторов войны представляет сложное образование, соответствующие им законы можно конкретизировать, представив каждый из них в виде нескольких закономерных связей более частного порядка. Так, закон зависимости хода и исхода вооруженной борьбы от способов боевых действий, применяемых вооруженными силами противоборствующих сторон, может быть представлен в виде ряда зависимостей вооруженной борьбы от сосредоточения сил и средств на главном направлении, а огневых ударов - по приоритетным целям и от взаимодействия войск во времени, пространстве в решении общих задач и т. д. Чем конкретнее определяются законы вооруженной борьбы, тем выше практическая значимость выводимых из них принципов военного искусства, которые выступают связующим звеном между теорией и практикой, заключают в себе нормативные требования и правила боевой деятельности войск, излагаемых в соответствующих воинских уставах и наставлениях^'.

К перечисленным группам и видам законов вооруженной борьбы можно отнести законы, охватывающие различные масштабы, виды военных действий, структурные особенности вооруженных сил: законы операции, сражения, боя; закон взаимосвязи военных действий стратегического и оперативно-тактического масштабов; законы зависимости характера военных действий от масштабов войны и применяемого оружия; законы видов боевых действий: наступление и обороны; законы боевых действий видов вооруженных сил и родов войск.

Закономерных связей множество. Небезынтересно знать, что кроме всеобщих (диалектических), наиболее общих, специфических, частных (в пределах конкретных наук) законов, есть законы, различающиеся по характеру своего проявления, действия.

Различают причинно-генетические, структурно-функциональные законы развития.

*' Военная энциклопедия. - М,: Воениздат. 1995. Т. 3, с. 220-221.

109

Причинно-генетические законы отражают процесс зарождения, возникновения, каких-либо явлений, событий. Законы возникновения войны могут служить типичным примером причинно-генетических законов.

Структурно-функциональные законы характеризуются воздействием на что-либо, выражают ролевое назначение каких-либо структурных образований в реальных процессах, в разных сферах вооруженной борьбы.

Законы развития выражают такое изменение в той или иной области действительности, которое в каких-то пределах означает переход от одного состояния к другому, более совершенному в качественном отношении. Иными словами, система переходит на новый, качественно иной уровень функционирования. А если посмотреть на этот процесс с точки зрения синергетики, речь может идти о развитии от порядка к хаосу и обратно.

Разумеется, здесь названы далеко не все закономерные связи и отношения в ходе вооруженной борьбы, показаны лишь некоторые их них, наиболее рельефно представленные в военном деле. В рамках лекции невозможно раскрыть содержание всех законов. Не в этом наша задача. Это скорее задача специалистов в области военной науки, профессионалов по видам вооруженных сил и родов войск.

Важно с методологической точки зрения подчеркнуть, что законы войны и вооруженной борьбы действуют объективно, независимо от сознания людей, командиров (командующих). И что законы действуют в определенных условиях, они изменчивы, а значит и законы вооруженной борьбы историчны.

Изначальным, исходным пунктом в сложном процессе использования законов вооруженной борьбы является осознание того, как соотносятся с ними понятия, категории, принципы, наконец, уставы, наставления и т. д. военной науки.

На базе законов вооруясенной борьбы формулируются принципы военного искусства. Принципы формулируются не только как выражение или отражение законов вооруженной борьбы. Но они являются также концентрированным научным обоснованием боевого опыта. Способы формулирования военного искусства разные. Эти способы могут создаваться посредством научного обоснования, но могут сложиться стихийно, под влиянием боевого опыта.

Есть общие принципы: сосредоточение основных усилий на важнейших направлениях для решения главных боевых задач; активность, непрерывность и решительность действий; внезапность, захват и удержание инициативы; твердость и непрерывность управления; маневр силами, средствами и огнем; всестороннее обеспечение военных действий и др.

("55") Важнейшими принципами отечественного военного искусства на рубеже ХХ-ХХ1 вв. являются: поддержание постоянной боевой готовности к выполнению задач в любых условиях начала и ведения войны; реши-

110

тельность и активность действий; постоянное стремление к захвату и удержанию инициативы; согласованное применение войск (сил) и средств и их тесное взаимодействие; решительное сосредоточение усилий в решающий момент операции (боя) на важнейшем направлении и для решения главных задач; одновременное поражение противника на всю глубину его построения; внезапность; непреклонность и решительность в выполнении задач; своевременное наращивание усилий для развития достигнутого успеха; смелый маневр войсками (силами), средствами, в том числе психологической и информационной борьбы, а также огнем; полное использование возможностей войск (сил) и средств, а также способов борьбы и, прежде всего, психологических и информационных для достижения победы; ведение боевых действий в высоких темпах; закрепление достигнутого успеха; создание, восстановление, и умелое использование резервов; своевременное восстановление боеспособности войск (сил); учет и умелое использование морально-психологических и информационных факторов; всесторонняя подготовка и всестороннее обеспечение боевых действий; твердое и непрерывное управление войсками (силами) и средствами**.

В уставных документах стран НАТО закреплены такие принципы ведения боевых действий: захват инициативы и активность; наступатель-ность; сосредоточение сил и средств вооружений, психологической и информационной борьбы в решающем месте и в требуемое время; массирование сил и средств на решающем участке и осуществление смелого маневра, в том числе огнем; взаимодействие; внезапность; решительность действий; настойчивость и проявление инициативы; уничтожение (поражение) основных сил и средств противника дальнобойными огневыми средствами с последующим захватом (закреплением) местности (акватории) сухопутными (морскими) силами; волевое, постоянное и четкое управление войсками (силами); бесперебойное материально-техническое обеспечение боевых действий.

Итак, изложив основные положения по вопросам разграничения объекта и предмета военно-научного познания, необходимо заключить, что основное внимание познавательного процесса сосредоточено на выявлении законов вооруженной борьбы и принципов военного искусства.

2.3. СУБЪЕКТ ВОЕННО-НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ

1. Понятие субъекта военно-научного познания

Б предыдущей лекции мы рассмотрели вопрос о соотношении объекта и предмета военно-научного познания. Теперь предстоит соотнести поня-

" Военная энциклопедия. Т 6. - М.: Воениздат, 2002, с. 618.

111

тия «субъект познания» и «объект познания», дать характеристику субъекта познания.

В познании взаимодействуют объект и субъект, и с этой точки зрения научное познание включает в себя четыре необходимых компонента в их единстве:

субъект науки - ключевой ее элемент: отдельный исследователь, научный коллектив, научное сообщество и т. п.;

объект (предмет, предметная область),- это то, что изучает данная наука и ее носитель;

система методов, способов, приемов, используемых в данной науке;

язык, характерный для данной науки.

Когда мы произносим слово «субъект», то подразумеваем активное начало, активную акцию человеческого разума и воли. Объект как термин, напротив, является страдательным залогом; это то, на что направленно действие.

Субъект (лат. зиЫесйдя)- лежащий внизу, дословно под (зиЬ)- подобъ-екты, носитель предметно-практической деятельности и познания. Субъект- это действительный залог. Субъект действует в рамках объективных отношений и условий. А эти условия в свою очередь в значительной мере являются выкристаллизовавшейся формой предшествующей деятельности людей или сложившихся обстоятельств.

Проблема отношения субъекта к объекту, как отношение познающего к познаваемому, всегда была и остается одной из центральных проблем философии. Эта проблема, поставлена с давних пор, с тех времен, когда возникла философия. С давних пор также поставлен вопрос о субъекте военно-научного познания. Но, заметим, вопрос этот поставила сама практика ведения войн, вооруженной борьбы. Хотя теоретически, в философском плане вся эта проблематика возникла позднее, по мере развития военно-научных знаний. Познание, в том числе и в области военной, по своему существу направлено на объект, в данном случае на войну как процесс вооруженной борьбы. Знание объекта имеет цель отразить его, объекта, характер. Причем это познание не зависит от того ракурса, под которым объект (предмет) выступает для познающего субъекта. Но выполнить эту задачу можно лишь в том случае, если в знание об объекте в качестве необходимого компонента включается также понимание «места» субъекта в приобретении знаний. Место и роль субъекта познания с военно-научной точки зрения очень весомы и важны. От этого зависят масштабы познания, степень глубины раскрытия проблемы и т. д.

("56") Еще отметим один важный момент. Уже само по себе правильное восприятие формы, конфигурации, строения объекта (предмета) познания независимо от того, под каким углом зрения он дан субъекту (так называемой константности восприятия), предполагает постоянный самоотчет субъекта, совершаемый по началу бессознательно, но, посте-

постепенно вникая в сущность объекта (предмета), этот самоотчет становится все более значимым, ответственным.

Как уоке было сказано, высшей формой приобретения (или производства) знаний является наука. И естественно, научное знание обусловлено пониманием роли языка. Кроме того, важно учесть роль той или иной системы кодирования знания. И это еще не все. Надо также взять в расчет осуществляемые субъектом операции, связанные с использованием приборов, устройств (а в военном деле орудий, инструментов и средств наблюдения и т. д.).

В военном деле важ;но учитывать соотносительный характер объекта и субъекта познания. Солдатские массы в пределах каких-либо воинский формирований представляют собой субъект познания процесса вооруженной борьбы в соответствующих масштабах и уровнях соизмерения. Здесь свои языковые, понятийные формы. В то же время рядовой состав воинских коллективов является и объектом познания (и управления) со стороны офицерского состава вышестоящих инстанций и т. д. Результатом познания здесь служит боевой опыт воинских формирований. Здесь каждая инстанции является носителем языка, терминов, понятий военной науки.

Поскольку носителем языка, военно-научных категорий, предметно-познавательных операций является субъект, постольку можно говорить О сознательном воспроизведении объекта, т. е. о самосознании познающего субъекта. Без такого самосознания постижение объекта познания невозможно.

Самосознание в военном деле особенно важно для постижения действительности вооруженным защитникам Отечества. Обстановка требует осознания военнослужащими всех рангов и специальностей своего места, роли в вооруженной защите страны. Очень остро ныне встает вопрос об общих тенденциях в развитии военной науки, преодолении противоречий, разнобоя в истолковании ее проблем, исключения ведомственной шамкнутости в сфере военно-научных знаний.

Все это имеет прямое отношение к вопросу о субъекте военно-научного познания. Важно добиваться определенной гармонии в общем комплексе субъектов познания. Добиваться согласования точек зрения и ■зглядов в основном, главном при наличии всего многообразия весьма специфичных и непохожих друг на друга аспектов военно-научного знания. В решении этой непростой задачи одна из приоритетных ролей принадлежит языковым формам, адекватно отражающим общие закономерности и тенденции хода и исхода вооруженной борьбы.

Поскольку носителем языка, военно-научных категорий, как уже говорилось, является субъект, то исключительно важно умелое, четкое использование понятийного аппарата в интересах плодотворного развития Юснно-научных знаний. Трудно переоценить при том роль самосознания

112

е Зак. 31

113

в познавательной деятельности, особенно в условиях перевооружения армии и флота. Новое оружие, принципиально новый характер войн XXI в. настоятельно требуют от субъектов познания творческого, глубоко осознанного постижения процесса вооруженной борьбы в новых условиях действительности.

Любой акт познания создаваемых новых вооружений и соответствующих им изменений в способах борьбы требует переосмысления субъектом самого себя, поиска новых форм познавательной, исследовательской деятельности.

2. Индивидуальный и коллективный субъект

военно-научного познания <

Вопрос о соотношении индивидуального и коллективного субъекта познания является значимым и актуальным,

В лекциях первого раздела тематического плана уже было сказано о структуре познавательных организаций, немало было пояснений по вопросу о научном сообществе, его роли, характере деятельности. Теперь необходимо рассмотреть особенности функционирования индивидуального субъекта познания в его соотношении с групповым, коллективным субъектом военно-научной познавательной деятельности.

("57") Прежде всего, подчеркнем особенности функционирования индивидуального и коллективногч) субъекта познания в условиях вооруженных сил. Специфика их функционирования заключается в иерархической структуре самой военной организации. Конечно, такая иерархичность, соподчинение индивидов и групп, коллективов в армейских условиях накладывает значительный отпечаток на всю военно-познаватель-ную и исследовательскую деятельность.

Когда мы говорим об индивидуальном субъекте военно-научного познания, то надо подчеркнуть его интерсубъективный характер. Достижения в науке или проблематичность в ходе познания в военной науке не ограничиваются лично значимым. Те или иные достижения, проблемы имеют определенно значимые моменты дня других людей, иных индивидуальных или коллективных исследователей.

Интерсубъективность - это нечто выходящее за рамки индивидуального, лично признанного в ходе военно-познавательной работы. Чаще всего в армейских условиях индивидуальный, отдельно взятый субъект познания работает по индивидуально избранному плану, который входит в общефупповой {кафедральный или академический) план исследовательской работы.

Приходится говорить, что для начинающего ученого важно не поддаваться соблазну самообольщения (самолюбования) результатами исследовательской деятельности. Эти результаты наработок необходимо своевременно выносить на суд научной общественности. Здесь очень много

сложностей, трудностей, когда мы говорим о соотношении индивидуального и коллективного субъекта военно-научного познания.

Как уже бьшо сказано в лекции первого раздела, научное сообщество, коллективное в тех или иных масштабах, по мнению современных исследователей,- это не единая, цельная, жестко скрепленная структура, а своего рода «гранулированная среда». Все существенное для развития научного знания происходит внутри «гранулы»-сппоченной научной группы, коллективно создающей новый элемент знания, а затем в борьбе и компромиссах с другими аналогичными группами, его утверждающими. «Гранула» тоже не однородна, она состоит из индивидуальных субъектов познания с их специфическими задачами.

Конечно, гранулированный характер научного сообщества - это метафора, признанная ярче представить структуру научных работников в определенных организациях. Важна суть дела. Поскольку индивидуальный или коллективный субъект военно-научного познания направляет свое внимание на строго определенный предмет и оставляет вне поля зрения все прочие, то очень актуальной является связь межку различными индивидами, группами, сообществами военных ученых. Та внутриведомственная замкнутость военной науки, о которой говорил Министр обороны, как раз и свидетельствует о нестыковке не только индивидуальных или групповых (коллективных) субъектов военно-научного познания, но и сообществ разных видов Вооруженных Сил и родов войск.

Можно считать вполне приемлемым проведение военно-научных исследований, изысканий, исходя их конкретных потребностей каждого вида Вооруженных Сил, родов войск, формирований боевого обеспечения. Здесь исследовательские коллективы направляют свои усилия на строго определенные предметные области познания. Все это понятно и объяснимо. При выборе предмета своей научно-познавательной работы каждый исследователь - адъюнкт, соискатель ученых степеней или кафедральный коллектив (или некий коллектив в общеакадемическом масштабе), как правило, ограничивается относительно узкой, конкретной задачей или проблемой в сфере военной науки, которая является доминирующей в военном вузе, специализированном исследовательском институте по определению. Применение философско-методологического подхода дает широту видения избранной темы в широком плане всей многогранности военно-научного познания, более четкого определения места и роли избранного предмета разработки в общей дисциплинарной системе военной науки.

Действительно, поскольку научное сообщество (отдельные коллективы) направляют свое внимание на строго определенный предмет и оставляет вне поля зрения все прочие, то связи, творческие общения между различными научными коллективами оказываются весьма затруднительными. Вход в специализированный коллектив (или сообщество) оказыва-

114

115

ется настолько узок и загроможден, что представителям разных видового или родового коллективов Вооруженных Сил (или представителям разных дисциплин военной науки) очень трудно услышать друг друга и выяснить, что же объединяет их в единое сообщество ученых. Этому способствует в определенной степени закрытость разработок, иерархичность самих построений научных коллективов.

Наука функционирует в культуре не в виде однородного целого, а в виде обособленных систем знания, присущих тем или иным субъектам научного познания. В этих системах знания разная степень зрелости. Отсюда - гносеологическая расслоенность науки, разные, подчас противоречивые достижения и мнения субъектов познания. Критерии научности призваны быть на первом плане.