Новые приемные родители (стр. 2 )

Но, как показывает жизнь, для функционирования приемной семьи недостаточно только придания ей (и соблюдения) правового статуса. На примере американских семей, впервые решивших стать приемными, автор данной книги рассматривает целый ряд факторов, обеспечивающих успех (или неуспех) подобного начинания.

Основу книги составляют материалы исследования, которое проводилось с целью получения ответа на вопрос: "Могут ли социальные агентства, отвечающие за размещение детей в приемные семьи, уже на стадии знакомства с потенциальными приемными родителями спрогнозировать судьбу приемной семьи и узнать, в частности, не откажутся ли приемная мать и приемный отец от чужого ребенка раньше, чем агентство сочтет возможным вернуть его в родную семью?" Постановка такого вопроса вполне актуальна, ведь по данным, приводимым в книге, примерно половина приемных семей распадается в течение первого года после своего возникновения. Так, например, в рассматриваемом исследовании из 115 приемных семей к концу первого месяца прекратили свое существование — 3, к концу трех месяцев — еще 11 (итого 14), к концу шести месяцев — еще 17 (итого 31), к концу двенадцати месяцев — еще 20 (итого 51), к концу восемнадцати месяцев (когда истек срок исследования) — еще 23 (итого 74), т. е. через 1,5 года сохранилась только 41 приемная семья из 115 (36%).

В такой ситуации естественно желать, чтобы в качестве приемных с самого начала выступали такие семьи, которые могли бы функционировать не менее восемнадцати месяцев, обеспечивая тем самым стабильность ситуации для приемного ребенка. Авторы данного исследования полагают, что если воспользоваться выделенными ими факторами, обеспечивающими "успешность" приемной семьи, то вполне возможно изначально не привлекать к работе бесперспективные семьи, экономя таким образом ресурсы общества.

Однако трудно ожидать, чтобы выделенные американскими исследователями факторы "успешности" американских приемных семей работали в России, т. е. в совершенно иных социокультурных условиях, напрямую. Проблема адаптации результатов любого зарубежного исследования к российским условиям сохраняет свою актуальность и в данном случае. В качестве механизмов такой адаптации могут выступить более или менее общие для двух культур — "буферные" — идеи.

Так, например, рассматривая распавшиеся приемные семьи, исследователи обнаружили, что основной причиной их распада явилось переживание приемными родителями несоответствия вкладываемого ими в чужого ребенка труда и получаемой ими при этом "отдачи". На страницах книги фиксируется, что "приемные родители могут исполнять достаточно хорошо свои обязанности даже без особого вмешательства агентства, но при этом они обязательно должны видеть хоть какие-то результаты, "отдачу" от вложения своих сил и времени. Это может быть или любовь и привязанность, которые демонстрирует ребенок по отношению к ним; или чувство удовлетворения от того, что они действительно помогли ребенку. Если же этого нет, им необходимо получать удовлетворение в какой-либо другой форме, как, например, поддержка и ободрение от социальных работников. Поскольку они этого не получили, то не смогли дальше продолжать свою миссию".

Такой вывод содержательно вполне согласуется с общественно значимой целевой функцией приемной семьи — помочь ребенку, и вполне логично, что если цель не достигается, то функция прекращается. Вместе с тем, этот вывод американских исследователей свидетельствует, что распадаются в основном семьи, в которых приемными родителями оценивается как крайне низкое соотношение "затраты (сил, времени, средств и т. д.) — результат (послушание, развитие, благодарность и т. д.)". А поскольку, как известно, соотношением "затраты-результат" определяется эффективность любой деятельности, то следует признать, что распадаются, в основном, неэффективные приемные семьи. Это значит, что и в США, и в России при работе с приемными семьями следует направлять внимание на поиск факторов эффективности, то есть факторов, изменяющих соотношение "затраты-результат" в желательную для приемных родителей и социальных агентств сторону. И хотя достаточно очевидно, что "затраты" американских и российских родителей (особенно финансовые и материальные) будут разными, "результат" — возможно, тоже, вполне разумно предположить, что лишь эффективные, т. е. удовлетворенные соотношением "затраты-результат" американские и российские семьи будут успешными. Как свидетельствует материал книги, усилия социального работника должны быть фактически нацелены на помощь семье стать эффективной — 70% приемных семей требовалась помощь в виде советов и рекомендаций о том, как справляться с поведением ребенка, 61% нуждались в ободрении и поддержке и 58% в объяснении причин поведения ребенка.

Помимо идеи эффективности следует выделить еще одну общую для американской и российской социокультурных сред идею — идею системности. Автором постоянно обращается внимание читателя на системность действия факторов успешности приемной семьи. Системности требует автор от социальных агентств и от социальных работников при работе с приемной семьей. Отсутствие системности в помощи приемным семьям рассматривается автором как одна из важных причин их распада.

Актуальным для двух культур является и стремление автора развести в сознании приемных родителей и социальных работников представленность "проблем ребенка" и ребенка как такового. Когда один из приемных отцов пишет: "Я чувствую, что мы стали приемными родителями у психических проблем, а не у нормального ребенка...", то здесь есть над чем задуматься и американцу, и Россиянину.

Все это означает, в свою очередь, что подготовка российских социальных служб к работе с приемной семьей должна быть тщательной и хорошо продуманной. В ходе этой подготовки не следует (да и невозможно) слепо копировать опыт другой социокультурной среды. Готовя российских специалистов к оказанию помощи приемным семьям, необходимо широко опираться на опыт других стран, однако исходить при этом нужно из особенностей собственной страны, из влияния собственных традиций, из признания собственной ментальности.

Полагаем, что российские специалисты в области социальной работы, а также потенциальные и реальные приемные родители с интересом ознакомятся с книгой Патриции Котли “Новые приемные родители” и с благодарностью воспользуются изложенным в этой книге ценным опытом.

ведущий научный сотрудник сектора
“Гуманизация образования” Исследовательского центра
проблем качества подготовки специалистов,
кандидат психологических наук,
международный магистр социальной работы.

Глава 1

ОБЩИЙ ОБЗОР

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Система опеки и попечительства в Соединенных Штатах сегодня переживает нелегкие времена. И дело не в том, что она бесполезна или неработоспособна, а в том, что очень часто эта система применяется неразумно и нерационально. Вместо того чтобы искать пути и возможности для оказания необходимой помощи (будь то социальная, психологическая, материальная, медицинская и т. п.) кровной семье в решении ее проблем, агентства предпочитают отдавать детей из таких семей под опеку, полагая, что таким образом они обеспечивают наилучшие условия для развития ребенка. И хотя изначально подразумевается, что дети будут проживать в приемной семье совсем непродолжительное время, зачастую они остаются на неопределенно долгий срок. В 1977 году в США из 395 000 детей, проживавших в приемных семьях, более половины находились в них более двух, а треть — более четырех лет. Почти половина детей переходила из рук в руки, у 48% детей сменилось, по крайней мере, 4 социальных работника. Очевидно, что в рамках действующей системы опеки многие дети оказываются в "подвешенном" состоянии: с одной стороны, вряд ли, они смогут оставаться в одной приемной семье долгое время, с другой стороны, у них весьма мало шансов вернуться в родной дом. Маленьким жертвам системы, созданной, казалось бы, для их благополучия, приходится кочевать из одной семьи в другую по воле сложившихся обстоятельств.

Устранение ребенка из родной семьи мало чем может помочь кровным родителям (или одному из них) — скорее всего, они так и не смогут справиться с создавшейся неблагоприятной ситуацией или решить наболевшие проблемы. Этот факт был убедительно подтвержден в исследовании, проведенном персоналом Школы социальной работы Колумбийского университета. В результате наблюдений за 624 детьми, помещенными в приемные семьи в 1966 году, выяснилось, что хотя по истечении пятилетнего срока три четверти детей вернулись в собственные семьи, экономические и социальные условия в родном доме практически остались неизменными, если не ухудшились.

Вместе с тем, в развитии системы опеки и попечительства наметился и ряд позитивных сдвигов.

Во-первых, как результат осознания проблем, порожденных самой системой опеки, возрастает понимание того, насколько важны для ребенка постоянные связи и взаимоотношения с родителями или людьми, заменяющими их. Кроме того, оказалось, что вполне реально планировать дальнейшую судьбу подавляющего большинства детей, находящихся под опекой в течение двух лет или дольше. При этом возможны два варианта развития событий: или ребенок возвращается в родной дом, или принимаются действенные меры по лишению родительских прав и передаче ребенка на усыновление. Благодаря этому, лишь незначительный процент детей остается во временных приемных семьях. В этом случае необходимо приложить все усилия, чтобы эти дети могли жить в одной приемной семье длительное время.

Во-вторых, объектом более пристального изучения стали ситуации и причины, вызвавшие изначальную необходимость перевода ребенка из родной семьи в приемную. Несмотря на то, что вопрос об оказании превентивной помощи родной семье путем создания специальных служб обсуждается профессионалами уже в течение долгих лет, до недавнего времени организации таких служб уделялось довольно мало внимания. В ряде статей описываются попытки непосредственной работы с кровной семьей, с тем, чтобы помочь ей разрешить назревшие проблемы и не довести дело до передачи ребенка на воспитание в приемную семью.