«Опыт Канадской корпорации страхования вкладов в управлении предпринимательским риском» (стр. 15 )

Но, возможно, разговор о другом.

ОН ЖЕ

Я просто, наверное, не ясно выразился. Я имел в виду такой двоякий подход, потому что, в принципе, все время идет дискуссия относительно вклада, депозита, и здесь никаких проблем не видится, да?

ГУЗНОВ А. Г.

Если позволите, я могу процитировать: «Вклад денежных средств, размещение физическими лицами в банке на основании договора банковского вклада или договора банковского счета». Мне кажется, что это исчерпывает эту проблему.

ЛАБРОСС Д. Р.

Когда речь заходит именно об этом конкретном вопросе, я полагаю, что вопрос также может быть связан с трастовыми счетами, счетами доверительного управления. Я не знаю, как они учитываются в вашей системе. В Канаде у нас как раз счета в доверительном управлении подпадают под страхование депозитов.

ГУЗНОВ А. Г.

Что касается счетов доверительного управления. Наша правовая система не восприняла в чистом виде договор о трасте, договор доверительной собственности, доверительного управления. Под систему страхования вкладов такого рода счета не подпадают в связи с тем, что они обеспечиваются самостоятельной правовой защитой, в силу которой эти денежные средства рассматриваются как самостоятельное имущество и в отношении которых у банка не возникают обязательственные отношения, и они выводятся из конкурсной массы при банкротстве.

ЛАБРОСС Д. Р.

Спасибо большое. Мне бы хотелось сказать о правовых вопросах, которые затронул господин Гузнов. Я согласен в целом, со сказанным, но могу дать одну рекомендацию: агентства по страхованию вкладов должны поддерживаться эффективной правовой системой, четкими правовыми подзаконными актами, соответствующим пруденциальным надзором. Это может оказаться весьма перспективным для системы.

И помимо этого, ведется широкое обсуждение вопроса банкротства, процедуры банкротства, и как они работают. Я не знаю, как у вас прописана, проработана процедура банкротства, но в ряде стран, включая Канаду, есть отдельные режимы для проведения процедуры банкротства, неплатежеспособности банковских организаций. Многие страны в мире организовали уже это специфическим образом. И, конечно, это оказалось очень эффективным, полезным, поскольку тот факт, что нужно периодически вновь и вновь обращаться в парламент, обсуждать вопросы, связанные с банками, природой их деятельности, с финансовыми институтами, которые вовлечены в сектор финансовых услуг. У нас есть специальные комитеты в палате общин, которые все эти вопросы решают. Помимо того, что есть еще секторные комитеты, которые в целом имеют дело с Законом о банкротстве. И вот, допустим, если бы подобная организация, имеющая дело с законодательством, была у вас тоже организована, например какой-то комитет, это было бы очень хорошо, для депозитного страхования.

Если бы власти работали рука об руку с законодательными ветвями и выносили соответствующие законы, например, в части деривативов и что, говорилось, по залогам – это такие специфические технические вопросы, которые вне финансовой части экономики, например, в промышленности, могут быть просто не поняты. Поэтому нужен специальный комитет в вашей сфере.

Далее. Речь шла о процедуре ликвидации, о временных администрациях. Вот мы, например, по причинам политическим, внутренним никогда не являемся ликвидаторами в процедуре банкротства, не являемся временным администратором. Это другая деятельность, потому что временные администрации работают с организациями уже после того, как они умерли, стараясь их возродить.

Наша система депозитного страхования вкладов в Канаде всегда смотрит, чтобы у нас была правильная система стимулов, с тем, чтобы, работая с финансовыми организациями, следить, чтобы они не попали в беду. Поэтому мы не участвуем в процедуре банкротства. Временная администрация обанкротившейся организации – это не наше дело.

Нам бы хотелось поделиться с вами, опытом других стран. Один момент, который не был упомянут. Я не знаю определенно тех людей, которые работают в агентстве, например, по страхованию вкладов или в Центральном банке России. Но у нас был диалог по ОПЕКу и мы выработали политический документ, который послали зам. министрам финансов стран ОПЕК в июне этого месяца. В сентябре, когда они встретятся, будут это заслушивать.

Таким образом, будут определены рамки, которые будут связаны с этими вопросами. Я не знаю, насколько это важно здесь, но просто хочу сказать, что диалог такой состоялся, и документ скоро уже выйдет, может быть, вам это будет интересно, применимо ли здесь, то, что применимо к странам ОПЕК.

СУХОВ М. И.

Спасибо за ваши комментарии.

Особенно важно для меня, например, что у вас и во многих других странах решен вопрос о необходимости специального законодательства о банкротстве банков в отличие от банкротств других юридических лиц. Те дискуссии, которые сейчас идут вокруг Закона о банкротстве кредитных организаций в России, основной профессиональной проблемой является убедить юристов и специалистов в области общих процедур банкротства, что кредитные организации должны иметь специфическое законодательство безотносительно того, будет корпоративный ликвидатор или частный ликвидатор, эти особенности как бы есть, но, к сожалению, у нас дело двигается не так быстро, как хотелось бы, дискуссии продолжаются, но я надеюсь, что они рано или поздно приведут к удовлетворительному результату.

С МЕСТА

В качестве комментария я бы также хотел обратить внимание, что в России законодательство о банкротстве банков существует, и я присоединюсь к выступавшим ранее коллегам со словами благодарности Павлу Алексеевичу Медведеву за систему страхования вкладов. Я хотел бы отметить, что во многом благодаря его усилиям был принят Закон о банкротстве банков, и мы, я имею в виду Центральный банк и ваш покорный слуга лично, очень тесно и эффективно сотрудничали в процессе разработки и принятия этого закона.

Но закон требует совершенствования. И Павел Алексеевич является одним из руководителей комитета Государственный Думы, который как раз ведет вопросы законодательства о кредитных организациях, и в этом смысле парламентская система Российской Федерации выделяет регулирование кредитных организаций, финансовых посредников в качестве отдельного сегмента регулирования.

Другое дело, что приходится многие вопросы решать в дискуссии с представителями других секторальных направлений, которые, действительно, не всегда понимают всю проблематику, связанную с деятельностью банков.

Спасибо.

ЛУБЕНЧЕНКО К. Д.

Я тоже хотел бы задать вопрос своему коллеге юристу, связанный с ситуацией, которая сейчас может иметь место. Когда банки показывают свою отчетность, перед тем, как они будут получать возможность вступать в систему страхования. Допустим СВОПовский договор. Банк поставил миллион долларов против трех миллионов рублей. Договор истекает 30 июня, и у банка, который поставил 3 миллиона рублей, лицензия оказалась отозванной, и он находится в процедуре временной администрации Центрального банка. Так вот, что делать банку, который поставил эти три миллиона рублей против миллиона долларов? Эта ситуация реальная. Если он вернет этот миллион долларов, разве он получит эти три миллиона рублей во исполнение договора СВОП, который заканчивается 30 июня? Не получит.

А если это приведет в дальнейшем сразу к переходу к процедуре банкротства и возникновению конкурсного производства, тогда что делать? И что делать тогда этому банку, который в это время стучится в дверь Агентства по страхованию? Он мог бы провести взаимозачет, например, по договору до того, как истечет срок договора. Но как тогда отнесутся надзорные органы к такого рода действиям?

ГУЗНОВ А. Г.

Во многом, Константин Дмитриевич, здесь вопрос об отражении такого рода сделки в отчетности, и тогда это вопрос который вы задали, не своему коллеге юристу, а уважаемому господину Большакову, как это все необходимо сделать, с точки зрения стандартов бухгалтерского учета, особенно МФСО. Я не могу сказать, как, здесь есть более уважаемые представители банковского сообщества, работающие в этом направлении.

Что касается самой сделки, вы сами говорили, что сейчас эта сделка не подлежит судебной защите, и я бы здесь поставил точку.

СУХОВ М. И.

Есть вещи, не связанные напрямую с правом и с бухучетом. Здесь вопрос деловой репутации сторон по сделке, я имею в виду не только банк, у которого отозвана лицензия, но и его партнеров.

«Организация проведения инспекционных проверок при создании и функционировании системы страхования вкладов» – – Заместитель руководителя Главной инспекции кредитных организаций, Банк России, Москва

Добрый день, уважаемые коллеги!

В общем-то, как известно, инспекционные проверки как элемент надзора, они являются неотъемлемой частью и системы вхождения кредитных организаций в систему гарантирования вкладов.

Что интересно? Как формальный элемент закона, здесь все было понятно и ясно, но когда мы перешли к реализации и проведению данных инспекционных проверок, оказалось, что нам во многом пришлось пересмотреть наши традиционные и стандартные подходы к надзору, пересмотреть вопросы организации, целей и задач инспекционных проверок.

Это вызвано тем, что данные проверки имеют ряд своих особенностей, свою специфику, связанную с тем, что это проверки не только позволяют оценить по данным критериям возможности вхождения кредитной организации в систему страхования вкладов, но и то, что эти проверки не заканчиваются, они потом проводятся и при функционировании системы страхования. Причем здесь имеются отличительные особенности от традиционных проверок. Данного варианта еще в законодательстве о Центральном банке не было и нет. Они проводятся не только служащими и специалистами Банка России, но, как здесь уже упоминал Валерий Александрович Мирошников, проводятся совместно со специалистами Агентства по страхованию вкладов.

Поэтому даже в этом направлении мы уже столкнулись с определенными задачами по разработке новых нормативных документов Банка России.

Сейчас, действительно, этот новый нормативный документ о проведении подобных совместных проверок был подготовлен в основном, и мы надеемся, в ближайшее время он получит свою путевку в жизнь.

Следующая особенность, с которой пришлось нам столкнуться, это объемы, масштабы и сроки проверок. Как известно, у нас порядка 1200 кредитных организаций имеют лицензии на работу с физическими лицами. Поэтому провести инспекционные проверки, которые, по сути, являются тематическими, с достаточно серьезными вопросами и заданиями на проверку, в течение короткого срока (а срок здесь установлен до конца ноября месяца, может быть, чуть-чуть начало декабря, то есть в течение 4 – 5 месяцев), даже при самом оптимистичном прогнозе дело очень не простое.