Введение (стр. 15 )

Сущностью этого третьего этапа, особенно явно обозначившегося в конце XX века, является формирование нового интегративного синтеза философии и конкретных наук. Философия стоит перед необходимостью принятия на себя функций лидера, объединяющего и координирующего взаимодействие конкретных наук при решении сверхсложных, междисциплинарных, глобальных проблем (экологической, демографической, социально-экономического неравенства и др.). Другой науки, способной осуществлять продуктивное объединение конкретных наук на решение этих жизненно важных для человечества проблем просто нет. Поэтому философии предстоит очень серьезная работа по собственной модернизации и конструктивизации с целью углубления контактов с конкретными науками, развитию новых системных форм и методов осуществления своих интегративных и лидерских функций».[537]

Таким образом, с возникновением научной философии ее взаимосвязь с конкретными науками становится глубокой и продуктивной, поскольку научная философия приобретает адекватный науке характер. Чтобы конкретная наука могла объективно выделить предмет своего исследования, она, прежде всего, должна понимать многообразное устройство мира в его единстве. Без философского осмысления мироустройства в целом, без знания и понимания основополагающих представлений о взаимодействия человека с окружающей его природной средой, невозможно адекватно реагировать на быстро изменяющийся сегодняшний мир.

«Законы диалектического материализма, как мы теперь знаем, имеют всеобщий, универсальный характер. Они действуют везде и всюду, будь то неживая природа, живые организмы, человек и его мышление. Эта универсальность законов марксистской философии имеет исключительно важное значение: они с успехом могут быть использованы для познания самых разнообразных явлений мира. Отсюда огромное значение диалектического материализма для развития других наук»,[538] - пишет .

В настоящее время, развитие геоэкологии, как и любой отрасли человеческих знаний, невозможно без глубокого философского осмысливания, без правильного определения главного направления дальнейших исследований, без детального анализа всей совокупности явлений.

Определяя философию геоэкологии , пишет: «Философия геоэкологии - философско-методологическая дисциплина, имеющая целью выявить в рамках единого концептуального подхода и с определенных мировоззренческих позиций исходные базовые идеи, основные понятия и проблемы общей теории геоэкологии».[539]

Таким образом, «философия геоэкологии вырабатывает обобщенную систему взглядов на мир, место человека в нем. Она исследует познавательные ценности, социально-политическое, нравственное и эстетическое отношение человека к миру. Философия геоэкологии с позиции диалектического материализма способна внести немалый вклад в принятие и воплощение тех ценностей в жизнь, которые бы стимулировали творческий поиск бесконфликтных форм взаимодействия с природой и постепенно нивелировали бы существующие хищнические установки по отношению к природе. При этом философия геоэкологии теснейшим образом переплетается с общефилософскими представлениями и одновременно порождает собственные философские и методологические основы научного познания, создавая свои подходы и методы исследования реальности, которые опираются главным образом на эмпирические данные и их теоретические обобщения. Сегодня геоэкология превратилось в мощное научное направление с самостоятельным междисциплинарным подходом к исследованию природных систем Земли, как в спонтанном режиме развития, так и в условиях антропогенных нагрузок».[540]

Для философии геоэкологии особое значение имеет не столько уровень экономического развития, сколько острота тех воззрений, которое наблюдаются в обществе на данном историческом этапе своего развития. В геоэкологическом плане это способность дать правильное объяснение явлениям, которые происходят в биосфере. Само объяснение это в настоящее время представляется нам трудно выполнимой задачей. И дело даже не в том, необходимо существенно снизить антропогенные нагрузки на биосферу, реформировать технику и технологические процессы, разработать новые методы в организации трудовой деятельности и т. д., все это безусловно не вызывает сомнений и выполнение их будет благо для всего человечества. А дело в том, чтобы осуществить всё выше перечисленное, необходим человек с его гуманными взглядами на окружающий мир, мир в котором его потребности, в сущности, не так уж и велики. Изменить технику не так-то легко, изменить человека невероятно трудно.

Нам представляется, что философско-методологическая основа геоэкологии базирующаяся на проверенных всеми науками законах диалектического материализма - о реальности мира, его единстве, всеобщей связи явлений, о его движении, изменении и т. п., способна в какой-то мере этому изменению.

«Важно не только предвидеть облик будущего общества и планеты Земля,…но и то, какими качествами должны обладать люди, оставаясь людьми биосферными и разумными, какой безопасный и перспективный образ жизни население хочет утвердить для себя. В числе таких человеческих качеств и свойств человеческого мира приобретают особую ценность следующие: гармоничное развитие социального и природного в человеке, гуманное отношение к людям и биосферной природе, высокая экософская (и экологическая), нравственная и информационная культура, биосферно–ноосферное сознание, системное научное мышление, толерантность, творческое отношение к жизни, ориентация на устойчивое развитие будущей цивилизации и сохранение биосферы и биотического круговорота веществ, выживаемость биосферного человека…»,[541] - пишет .

Сами по себе эти качества не вызывают возражения, но они должны базироваться на мировоззрении. А мировоззрение, как известно, это совокупность взглядов, оценок, принципов видения и понимания мира и одновременно программа, которая ориентирует человечество на определенную деятельность и образ жизни, задает вектор развития. Оно не вырабатывается быстро, на это надо время и весьма длительное. И вот тут должна на помощь придти философия. Именно она определяет мировоззрение. Именно она синтезирует все «за» и « против» в информационном потоке о проблеме взаимоотношения человека и природы.

Нам представляется, что путь исследователя не предвзято мыслящего будет вынужден сознательно или бессознательно становиться на позиции материалистический диалектики, если он не желает вступать в противоречие между философскими основами своего мировоззрения и объективным содержанием конкретного знания. Тем более, что в современном естествознании путь диалектизации уже зримо наметился.

, пишет: «Диалектизация науки как её важнейшая закономерность означает все более широкое внедрение во все сферы научного познания идеи развития (а значит и времени). Причем именно во все науки, а не только в так называемые «исторические науки» - в геологию, биологию, астрофизику, историю и т. п.…Процесс диалектизации (как и теоретизации) также конкретно - историчен и определяется предметом науки, особенностями данной ступени её развития и другими факторами.…Сегодня многие мыслящие представители частных наук всё более четко осознают, что «процесс диалектизации давно пошел» и продолжает расширяться и углубляться – хочется это кому-то или не хочется, нравится кому-то диалектика или нет».[542]

Диалектический материализм пробуждает стремление к возвышенным и благородным целям служения благу человечества и созданию благоприятного климата в решении геоэкологических проблем современности.

Диалектический материализм указывает геоэкологии путь познания законов природы и общества. Только на этом пути, применяя диалектику, геоэкологическая наука может успешно разрешать сложные теоретические вопросы, которые встают перед ней в ходе ее развития.

3.2. Системные особенности геоэкологии

Учение о системах является одним из выражений фундаментального принципа диалектического материализма о всеобщей взаимосвязи и взаимодействии предметов и явлений природы. Возникновение и становление системного подхода в современном естествознании связано с объективной потребностью в упорядочении и осмыслении множества новых фактических данных о природных объектах, изучении их внутренних и внешних связей с целью синтеза естественнонаучных представлений об окружающей среде, о конструировании целостной картины живой природы и прогнозирования ее развития.

К. Маркс показал, что система является целостным образованием, в котором составляющие части, их взаимодействие между собой и формирует это целое, выступает источникам его развития. Не смотря на то, что К. Маркс имел дело преимущественно с общественным организмом, разработанные им принципы анализа органических систем общезначимы. В отличие от механических систем органические система характеризуется тем, что, условия и предпосылки их развития выступают как результаты этого развития, или, по словам К. Маркса, «каждое положенное есть вместе с тем и предпосылка, то это имеет место в любой... органической системе. Сама эта органическая система как совокупное целое имеет свои предпосылки, и ее развитие в направлении целостности состоит именно в том, чтобы подчинить себе все элементы.…Таким путем система в ходе исторического развития превращается в целостность. Становление системы такой целостностью образует момент ее, системы, процесса, ее развития».[543]

Марксом понимание системы было дополнено Ф. Энгельсом при обосновании им наличия разных форм движения материи, их взаимной связи, биосоциальной сущности человека и т. д. Его понимание природы как системы, образованной совокупной связью различных тел, может быть примером применения системного подхода к ее постижению. Более того, Ф. Энгельс писал: «Уразумение того, что вся совокупность процессов природы находится в систематической связи, побуждает науку выявить эту систематическую связь повсюду, как в частностях, так и в целом».[544]

«Вся доступная нам природа - писал Ф. Энгельс в «Диалектике природы» - образует некую систему, некую совокупную связь тел, причем мы понимаем здесь под словом тело все материальные реальности, начиная от звезды и кончая атомом... Этот вывод стал неизбежным, лишь только люди познали вселенную как систему, как взаимную связь тел».[545]

Нам представляется, что это высказывание Ф. Энгельса, является непосредственной конкретизацией применительно к системным исследованиям тезиса, сформулированного : «Раздвоение единого и познание противоречивых частей его…есть суть (одна из «сущностей», одна из основных, если не основная, особенностей или черт) диалектики».[546]

Таким образом, принцип системности является высшим обобщающим принципом диалектики. «Это обусловлено, во-первых, его интегративной, синтезирующей ориентацией: понятие системы означает синтез многообразия разнородных компонентов, аспектов, связей в единое, функциональное целое. Во-вторых, принцип системности соединяет в себе все другие принципы диалектики: связности, развития, противоречия, которые характеризуют его структурный, динамический, системодвижущий и системоформирующий аспекты. В-третьих, высшей ступенью познания любого объекта действительности является познание его как целостной, организованной, развивающейся системы. Указанные обстоятельства свидетельствуют о главенствующей методологической роли данного принципа и базирующегося на нём системного подхода для научного познания сложных объектов…»,[547] - отмечает .

() пишет: «Главное в системе - определенный, качественно специфический способ взаимодействия, который и развертывается через относительно обособленные и взаимообусловленные подсистемы (элементы). Диалектическая (генетическая) концепция систем опирается на два тезиса. Во-первых, в качестве исходного пункта вычленения систем рассматривается не совокупность (множество) элементов, а тип взаимодействия, конституирующий элементы. Во-вторых, накладывается сильное ограничение на способы взаимодействия, которые имеют системный характер».[548]

Само понятие «система» относится к числу наиболее общих и универсальных дефиниций. Однозначного определения понятия «система» не существует.

«В самом общем виде систему принято понимать как комплекс взаимосвязанных элементов, образующих некоторую целостность. При таком понимании системы не накладывается никаких ограничений ни на характер входящих в нее элементов (они могут быть материальными объектами или идеальными конструкциями), ни на тип образуемой целостности которая может варьировать от механической суммы внешним образом связанных материальных объектов до, говоря словами К. Маркса, органичной целостности типа целостности живых существ, человеческого мозга, организационной структуры крупного промышленного предприятия, социальной структуры общества»,[549] - пишет .

Отмечая разнообразие трактовок понятия «система», а также и то, что каждое определение данного понятия должно отображать суть определенного подхода , пишет: «Различные определения понятия «система» задают различные призмы, различные предметные видения объектов и тем самым различные уровни и направления системных исследований. Важно, чтобы на каждом уровне исследования соответствующее понимание системы фиксировалось бы точно; что же касается количества таких уровней и соответственно количества возможных трактовок системы, - оно может быть бесконечным, если бесконечно многообразие объективно существующих систем. Иначе говоря, понятие системы должно иметь единственную трактовку в рамках определенного подхода, но, не может быть единственного понятия системы, как не может быть и единственного предметного подхода к системе, если, разумеется, мы хотим исследовать системы в их конкретности, а не в абстрактной общности».[550]

пишет: «Претерпев длительную историческую эволюцию, понятие система с середины XX в. становится одним из ключевых научных понятий. Первичные представления о системе возникли в античной философии как упорядоченность и ценность бытия. Понятие система сейчас имеет чрезвычайно широкую область применения: практически каждый объект может быть рассмотрен как система».[551]

«Каждый объект, чтобы его можно было считать системой, должен обладать тремя основными свойствами или признаками (целостностью и делимостью, наличием устойчивых связей, организацией и эмержентностью). Одни и те же элементы (в зависимости от принципа, используемого для их объединения в систему) могут образовывать различные по свойствам системы. Поэтому характеристики системы в целом определяются не только и не столько характеристиками составляющих ее элементов, сколько характеристиками связей между ними. Наличие взаимосвязей (взаимодействия) между элементами определяет особое свойство сложных систем - организованную сложность. Добавление элементов в систему не только вводит новые связи, но и изменяет характеристики многих или всех прежних взаимосвязей, приводит к исключению некоторых из них или появлению новых»,[552] - указывают и .

Как и всякая научная концепция, системная теория базируется на результатах предыдущих исторических исследований.

Одним из первых, кто рассмотрел основные положения системного подхода, был (), который изложил свои идеи в трехтомном работе «Тектология». Термин «тектология» (в переводе с греческого означает «учение о строительстве») был введен Э. Геккелем (), обозначившим им дисциплину, которая описывает принципы строения живых организмов.

пишет: «В трехтомной работе «Тектология. Всеобщая организационная наука», изданной в г. г., заложил основы новой «тектологической (универсальной системно-организационной)» общенаучной концепции, предвосхитившей (или опередившей) многие положения современного системного подхода, кибернетики, синергетики и геоэкологии. Она выступает как естественная междисциплинарная или интегральная наука о наиболее общих законах и формах организации природных и общественных образований, как предельно всеобщая теория их организации (развития) и дезорганизации (распада), как обобщенная методология науки и посвящена изучению универсальных структурных типов и закономерностей строения, преобразования, устойчивости и развития разноранговых упорядоченных систем («комплексов») любого уровня организации материи - от атомных и молекулярных до биологических и социальных. Наиболее важной для нас является изложенная в «Тектологии» концепция (принцип) «подвижного равновесия» систем. Любая из них, по , характеризуется отношениями как «внутри нее - между всеми ее частями», так и между нею «как целым и ее средой, т. е. всеми внешними системами». Равновесной же или «системой равновесия» является та из них, «которая сохраняет свое данное строение в данной среде». Взаимодействие с последней осуществляется в форме «подвижного равновесия обмена веществом и энергией между неживым или живым комплексом и его средой». Поскольку среда постоянно изменяется, то комплекс может устойчиво существовать и развиваться только тесно взаимодействуя с ней».[553]

Выражаясь современным языком, «подвижное равновесие» можно рассматривать как стационарное состояние открытой системы»,[554]- пишет .

Гносеологической основой системного подхода является общая теория систем, начало которой положил Л. Берталанфи (). В тридцатых годах прошлого столетия увидела свет его книга «Современная теория развития» (1929), в которой он превращает свою теорию систем в общедисциплинарную науку. Предназначение этой науки он видел в поиске структурного сходства законов, установленных в различных дисциплинах, исходя из которых, можно вывести общесистемные закономерности. Берталанфи определил систему, как «комплекс взаимодействующих компонентов» или, как «совокупность элементов, находящихся в определенных отношения друг с другом и со средой».[555]

Сделав особый акцент не на том, что целое состоит из частей, а на том, что поведение и свойства целого определяют взаимодействия его частей, Берталанфи превратил понятие в основу нового, преимущественно синтетического взгляда на мир. Стоить отметить, что, «важной заслугой Л. Берталанфи является исследование открытых систем, которые постоянно обмениваются веществом и энергией с внешней средой».[556]

Сама теория систем в период ее возникновения вызвала неоднозначную оценку.

«Принципиальные основы теории систем, - пишет М. Месарович, - можно кратко изложить следующим образом. Изучение любых реальных явлений имеет два аспекта – содержательный, к которому относятся смысл, интерпретация, значимость, цели, ценности и т. п., и формальный, связанный с формой (структурой), в которой проявляются соотношения между атрибутами. Теория систем занимается вторым, т. е. формальным, аспектом исследуемых явлений».[557]

«Несмотря на самое пристальное внимание исследователей, к разработке методологических основ теории систем, - пишет , - достичь каких-либо значительных успехов в этом плане до сих пор не удалось. По прежнему сущность и гносеологические возможности теории систем трактуются весьма противоречиво: начиная с Л. Берталанфи, согласно взглядам, которого общая теория систем – это общая междисциплинарная методология научного познания, и кончая А. Рапопортом, по мнению которого общая теория систем не представляет собой научной теории в конкретном ее понимании, а есть общая исследовательская ориентация. Однако уже сейчас стало ясно, общая теория систем в интерпретации Л. Берталанфи невозможна и более правомочна трактовка этой теории как системно-структурного анализа, выявляющего структурные зависимости различных систем…Разумеется, это ни в коей мере не умаляет значения теории систем, а, наоборот определяет её конкретное место в познании… системно-структурный, хотя и очень продуктивный, но вспомогательный метод познания, в конечном счете, подчиненный содержательным методам и благодаря им в полной мере раскрывающий свою гносеологическую ценность. Системно-структурный анализ, в общем, представляет собой метод, характерный для эмпирического знания, что, кстати, признается и самими его создателями».[558]

Как уже было отмечено, геоэкология – это наука о пространственно-временных закономерностях взаимодействия живых организмов с абиотической средой, а объектом изучения в геоэкологии являются геоэкологические системы различного таксономического ранга (экосфера Земли, материки, природные зоны, конкретные ландшафты, экосистемы). Поэтому геоэкологические проблемы носят, как правило, системный характер.

В геоэкологических исследованиях принадлежит одна из ключевых ролей в обосновании системной парадигмы. Хотя он исследовал только одну систему – биосферу, но ему удалось на ее основе раскрыть основные характеристики системной методологии. Он обосновал положение, что биосфера является открытой системой, и она существует благодаря обмену веществом и энергией со своим окружением. Биосфера имеет сложное строение, а так же иерархическую выраженность структурных элементов во взаимосвязи.

Говоря о биосфере как природной противоречивой системе, , пишет: «Биосфера — это планетарная система, материально-энергетическая устойчивость, которой определяется всей совокупностью органических форм. Как всякая система, она обладает собственными закономерностями эволюции, которые нельзя свести к изменениям, вызванным эволюцией той или иной таксономической группы. Источником развития биосферы выступают противоречивые взаимодействия между всем живым и косным веществом в поверхностной оболочке Земли».[559] «Разрешение этого противоречия в ходе обменных процессов между организмами и окружающей их средой обеспечивает процесс развития биосферы как целостной материальной системы».[560]

Общую теорию систем как системную парадигму рассматривал одним из первых, применимо к геоэкологии, крупнейший советский географ, (). По его мнению, системная парадигма составляет методологическую основу - метатеории, т. е. теории, которая синтезирует все географические дисциплины, изучающие природу, хозяйство и население. «Поэтому, - пишет он, - метатеорию географических дисциплин и вопросы организации системы географических знаний правильнее выделить в особое направление - географическую тектологию, используя этот термин Э. Геккеля-А. Богданова в географическом смысле».[561]

Сочава в шестидесятых годах прошлого столетия на основе общей теории систем, предложил называть «объекты, изучаемые физической географией, геосистемами».[562]

По его мнению, геосистема – это природно-географические единства всех возможных категорий, от планетарной геосистемы (географической оболочки или географической среды в целом) до элементарной геосистемы (физико-географической фации).

пишет: «Среди природных систем в окружающей человека среде особую роль играют географические системы, или геосистемы. Будучи целостны и, вмесите с тем, делимы, на подчиненные системы и подсистемы, они охватывают всю поверхность планеты и наряду с этим в качестве автономного фрагмента самостоятельно функционируют на небольшом, вполне обозримом пространстве. Системная парадигма открыла перед географией новые перспективы. По-новому стал трактоваться круговорот субстанции в географической оболочке. Новое толкование получил процесс изменения количества энтропии и негэнтропии в ландшафтной сфере. На базе системного подхода по-новому стали восприниматься представления о преобразовательной и стабилизирующей динамике географической среды».[563] Подход с позиций общей теории систем – вот что характерно для учения о геосистемах.

При этом обращая внимание на все возрастающую роль в географических исследованиях экологии, пишет: «Сближение с экологией идет непрерывно, и можно предполагать, что экологические подходы к решению комплексных географических проблем сохранят свою актуальность, по крайней мере, до конца текущего столетия. Учение о геосистемах относится к одной из основополагающих дисциплин прикладной науки будущего о принципах и методах изменения земной поверхности в нужном для человека направлении. По мере становления она все более будет играть роль движущей силы дальнейших экономических и социальных сдвигов во всем мире».[564] Сочава также говорил о принципах сотворчества с природой, под которыми понимал «осуществляемую человеком систему потенциальных сил природы, активизацию природных процессов, увеличение продуктивности геосистем, а, следовательно, коэффициент полезного использования человеком энергетических возможностей земного пространства».[565]

подчеркивал, что человек не столько создает новые геосистемы, сколько способствует выявлению их потенциальных возможностей.

Научные труды по системной парадигме сыграли определяющую роль в возведении моста между географией и экологией, в развитии нового научного направления, каким является геоэкология.

В дальнейшем определение понятия «геосистема» претерпевало различные оттенки в научной и справочной литературе. Одни ученые под понятием «геосистема» понимают природное образование. Другие считают, что это понятие можно применять для обозначения любых территориальных комплексов, сформировавшихся на поверхности Земли. И связано это с тем, что «геосистемы приобрели в последнее время большое значение… с распространенным сейчас в науке системным подходом»,[566] - указывал .

Так, , давая развернутое определение понятия «геосистема», пишет: «Придерживаясь точки зрения , мы рассматриваем геосистему как понятие, относящееся к сложным природным территориальным единствам (комплексам), как динамическую (пространственно-временную) систему, состоящую из географических компонентов, взаимосвязанных и взаимообусловленных в своем развитии и пространственном размещении. Следует подчеркнуть некоторые особенности этого понятия:

1) Под геосистемой подразумевается реальная (материальная) система, а не «абстрактное отражение геокомплекса на языке теории систем».

2) Геосистема, как это настойчиво подчеркивал , - природный объект. (Таковым она остается и в случае, если подвергается интенсивному человеческому воздействию и содержит те или иные техногенные элементы, ибо эти элементы рассматриваются при физико-географическом изучении в системе природных связей и как подчиняющиеся природным законам).

3) Геосистема - это «полная» природная географическая система, охватывающая все абиогенные и биогенные географические компоненты с их взаимосвязями. (Частные системы, типа почва - растительный покров, атмосфера - Мировой океан, а также экосистемы, следует рассматривать как системы парциальные по отношению к геосистеме.

4) Между компонентами геосистемы существуют не просто отношения, связи, взаимодействия, но и взаимообусловленность; это обстоятельство дает основание относить геосистемы к категории наиболее сложно организованных детерминированных систем. К геосистемам в указанном смысле применимы все основные понятия общей теории систем: целостность, иерархичность, структурность, функционирование, устойчивость и т. д. Можно утверждать, что геосистема послужила бы прекрасной иллюстрацией для общей теории систем. Нет нужды подчеркивать, что геосистема - система динамичная и способная к эволюции.…Географам необходимо принять на вооружение системный язык - уже хотя бы потому, что он приобретает общенаучное значение и тем самым улучшает возможности для общения с представителями других наук, а также для выхода географа на более широкую арену, для его активного участия в развитии общей теории систем. Но из этого не следует, что географ должен слепо копировать понятия и термины общей теории систем и отказаться от «комплекса». Оставаясь самим собой, природный территориальный комплекс является одновременно и системой (геосистемой). Термин «геосистема» подчеркивает отношение физико-географических объектов к универсальной категории систем, тогда как в «географическом комплексе», или «природном территориальном комплексе», точнее выражается их своеобразие и специфическое положение среди систем».[567]

, подчеркивая, фундаментальность понятия «геосистема» в геоэкологии, пишет: «Геосистема - фундаментальная категория геоэкологии, обозначающая совокупность компонентов географической оболочки, объединённых потоками энергии и вещества. В целом, это понятие очень близко к понятию экосистемы или геобиоценоза».[568]

С географической точки зрения рассматривают геосистему и . В их понимании, «геосистема - это географическое образование, состоящее из целостного множества взаимосвязанных, взаимодействующих компонентов географической оболочки».[569]

С позиции геосистемного анализа трактует геосистему , когда пишет: «Геосистема выступает как вещественно-энергетическая совокупность взаимосвязанных компонентов, объединенных прямыми и обратными связями в единое целое». [570]

Г. Дитер и Г. Манфред в работе «Экология» пишут: «Геосистема — функциональная единица геоэкосистемы, включающая в себя атмосферу, литосферу, гидросферу и педосферу».[571] В их понимании геосистема включается в геоэкосистему, неся в себе все географические сферы. На эту сторону геосистемы, обращал свое внимание ещё , когда писал, что: «геосистемы, подобно всем вообще комплексам охватывают меньшее или большее (вплоть до полного) число компонентов. Таким образом, геосистемам приходится придавать функциональное значение, ограничивая их распространением какого-либо процесса или группы процессов».[572]

В определении , «геосистемой (географической системой) называют закономерное сочетание взаимосвязанных обменом веществ и энергии компонентов природы – земной коры, воздуха, вод, почв, растительности и животных, образующих неразрывное единство на определенной территории или акватории».[573]

Как видим, здесь автор в понятие «геосистема» включает одни из самых важных природных географических процессов, а именно, атмосферную циркуляцию (гидрометеорологическая геосистема) и круговорот воды.

пишет: «Геосистема - особого рода материальная система, состоящая из взаимообусловленных природных компонентов, взаимосвязанных в своем размещении и развивающихся во времени как части целого. Практически любые структурные физико-географические образования от фации до географической (ландшафтной) оболочки Земли являются геосистемами». [574]

с коллегами трактуют понятие «геосистема» следующим образом, «геосистема - относительно целостное территориальное образование, формирующееся в тесной взаимосвязи и взаимодействии природы, населения и хозяйства, целостность которого определяется прямыми, обратными и преобразованными связями, развивающимися между подсистемами геосистемы».[575] Тем самым, эти авторы помимо территориальности выделяют ещё и экономический аспект в данном понятии.

и в тезаурусе дают такое определение: «Геосистема - любые физико-географические образования начиная от биотопа и кончая географической (ландшафтной) оболочкой Земли; понятие, близкое к экосистеме, в которой основное внимание уделяется абиотическим факторам (компонентам) и пространственным закономерностям, как-то: региональным, межрегиональным, планетарным и даже космическим факторам и масштабам».[576]

и , «рассматривают геосистему как интегральное природно-общественное образование, имеющее сложное строение».[577]

, отождествляя геосистему с ландшафтом, пишет: « …в современном понимании «геосистема», или «ландшафт», - это материальная, трехмерная система с четко выраженными вертикальными и горизонтальными связями и взаимодействиями различных процессов, суммарный результат которых отражается в облике земной поверхности».[578]

Таким образом, на основании вышеизложенного материала, можно предположить, что геосистема – это целостное образование с устойчивой структурой внутренних и внешних связей, позволяющей им обмениваться веществом, энергией и информацией, как между собой, так и с окружающей средой. И как отмечал , «учение о геосистемах в настоящее время – основная плоскость, на которой лежат точки соприкосновения географии и экологии».[579]

При этом сам термин «геосистема», на наш взгляд, необходимо дополнять прилагательными, такими как, природная геосистема, антропогенная геосистема, социально-экономическая геосистема и др.

В геоэкологических исследованиях, наряду с понятием «геосистема» рука об руку идет понятие «экосистема». Данное понятие наряду с понятием «геосистема» имеет свои исторические корни.

Термин «экосистема» предложен английским экологом А. Тенсли (1935), который считал, что экосистемы, «с точки зрения эколога, представляют собой основные природные единицы на поверхности земли», в которые входит «не только комплекс организмов, но и весь комплекс физических факторов, образующих то, что мы называем средой биома, — факторы местообитания в самом широком смысле».[580] Тенсли подчеркивал, что для экосистем характерен разного рода обмен веществ между живыми и неживыми ее частями.

В дальнейшем термин «экосистема», так же как и термин «геосистема» претерпевал изменения.

Эти изменения нашли свое отражение в работах Ю. Одума, Д. Оуэна, , и др.

Наиболее распространенным понятием «экосистема» считается известное определение американского эколога Ю. Одума. «Любое единство, включающее все организмы (т. е. «сообщество») на данном участке и взаимодействующее с физической средой таким образом, что поток энергии создает четко определенную трофическую структуру, видовое разнообразие и круговорот веществ (т. е. обмен веществами между биотической и абиотической частями) внутри системы, представляет собой экологическую систему, или экосистему»,[581] - так звучит понятие «экосистема» в трактовке Ю. Одума.

Рассматривая разнообразные уровни взаимодействия экосистемы, и отмечая её важнейшие признаки, известный шведский эколог (1984) пишет: «Сообщество живых организмов вместе с неживой частью среды, в которой оно находится, и всеми разнообразными взаимодействиями называют экосистемой, термин сам себя поясняющий. Самым важным признаком экосистемы является ее независимость от внешних источников вещества и энергии, но не от солнечного света. Другим важным признаком считается ее способность обеспечивать круговорот веществ, включая воду и другие неорганические соединения и элементы, необходимые для сохранения жизни. Экосистему можно рассматривать на нескольких уровнях: оправдан взгляд на весь живой мир как на одну огромную экосистему, однако чаще и конструктивнее мы говорим об экосистеме дождевого леса, экосистеме дубравы; но можно не ограничивать размер и полноту сообществ, поэтому вполне уместно утверждение о существовании экосистемы, сконцентрированной вокруг отдельного растения. Обязательное обстоятельство, которое следует учитывать при введении этого понятия, заключается в том, что оно включает все, что способствует поддержанию жизни в пределах определенного пространства и времени».[582]

По мнению , «экосистема есть основная функциональная единица живой природы, включающая и организмы, и абиотическую среду, причем каждая из частей влияет на другую и обе необходимы для поддер­жания жизни в том виде, в каком она существует на Земле».[583]