Дьяконов, М. Очерки общественного и государственного строя Древней Руси (стр. 2 )

Если обычное право ведетъ свое начало отъ д-Ьвствй отдЪльныхъ лицъ, то таковыми должны быть обыкновенно люди энергичные, сильные, а первыя извЪстныя обычныя нормы являются вонлотцетемъ правъ силыгаго; таковы месть, рабство. подчиненное иололсеше въ еемь'Ь женщины и д г Ьтей.

Наша древность знаетъ уже слово „обычай", ноуиотреб-ляетъ и друпе термины для обозначения этого ионятия; та : ковы: „старина", „пошлина", „преданья", „законъ", „покинь". Что терминъ „законъ u обозначаете то же ионяпе, видно, напр., изъ словъ первоначальна™ лЬтописца, разска-зывающаго о разныхъ обычаяхъ у разныхъ славянскихъ пле-менъ: „имяху бо обычаи свои, и законъ отець свопхъ
и преданья. кождо свой нравъ. Поляне бо свопхъ отець обычай имуть кротокъ" и пр. ЗдЪсь обычаи прямо пазваны закоиомъ отцовъ. какъ и въ замЪчанш о Спр1йцахъ: „Сири и законъ имуть отець свопхъ обычаи". Но въ первоначальной летописи термниъ „законъ" употребляется п для обозначения боже ственных!» правилъ въ выражении „законъ Божлй", который противополагается закону языческому въ смысле языческихъ обычаевъ. Это противоположеше прекрасно рисуется въ следующих'!. словахъ: „Сп же творяху обычая Кривичи и прочий погании, не вЪдуще закона Болая, но творяще сами собй законъ". Въ смыслЬ язычсскаго обычая термин?» „законъ* наряду съ „покономъ а пе одпнъ разъ встречается въ дого-ворахъ русскихъ съ греками X в г 1»ка.

Puchta. Das Gewohnheиtsrecht, и u. ии, 1828 u. 1837; Adиckes. Zur Lehre von den Rechtsquellen, 1872; Опыты изаткдования обычнаго права, Наблюда, №№ и—2; Вл .Будановъ. Обзоръ, стр.88— 89 и 487 прим; Леонтоеичъ в. Старый земсюй обычай, Труды" Vи археологическаго съезда, т. иV, 127—135! Рудневь JL О духовныхъ зав-Ьщанияхъ по русскому праву, 1895* 3°—37» ^3 —65; Лекшп по вн-Ьшней HCTopиn русскаго права, 1898, 26 —28. Ср. Ж-М. Юст., 1895, № и» 1 79'" 1 ^5? п 1 9°° г -> № 3? 2 9^ и ел.

Договоръ

Договоръ, какъ источник права, играетъ въ древнее время болЬе крупную роль, чемъ въ наше время. Въ публичнаго права договоромъ создаются не только нормы. опредЬляются междугосударственныя отношения. по и цЬлый рядъ правилъ, регулирующихъ внутренний строй государства. Некоторые изъ элементов, образующихъ этотъ строй, только на почвЪ договора создаютъ временную устойчивость часто колеблющихся взаимоотношеиий. Такъ. постановлена народнаго собрания являются по существу ничЪмъ инымъ. какъ договоромъ единения между участниками собрания. Отношения между княземъ и народомъ, между княземъ и его дружиной создаются и выясняются только при посредстве взаимныхъ соглашений. Въ области частныхъ правоотношений очень многое впервые создается соглашением заинтересованных. Это очень часто вынуждается бедностью наличныхъ объктивныхъ нормъ или ихъ крайнею неопределенностью. Значить. и въ этой области договоромъ можетъ создаваться новое право.

По древнее право, занесенное въ договоры, отнюдь не все создано соглашениями. Многое возникло путемь практики. творческою силою обычая и внесено въ договоры только для большего обезпочения и безспорности. Съ другой стороны. поздние договоры нерЬдко повторяютъ почти дословно со-держание более раннихъ. Поэтому далеко не всегда возможно отделить вь сохранившихся до насъ договорахъ право обычное отъ права договорнаго. Иногда сами договоры ссылаются на старину, т. е. обычай. Но изъ постояннаго повторения той пли иной нормы въ договорахъ могла возникать старина по договору.

Дли обозначешя договора въ древности употреблялись термины: „докончанье", „рядъ", „крестное цЬлованье*; по-слЪдшй терминъ съ тЬхъ иоръ, какъ началось для придашя прочности договору npiiiiecenie присяги по христианскому обряду.

Можно отмЬтить слЬдуюпцс виды до говоровъ въ древнее время: 1) договоры международные, заключенные между русскими княжешями и сосЬдпими нащями; 2) договоры междукняжеслпс, т. е. между русскими князьями; 3) князей съ па-родомъ. и 4) князей съ дружинниками.

Договоры Руси съ Греками X вЪку.

Первоначальная лЬтоппсь сохранила тексты четырсхъ договоровъ русскнхъ кпязей Олега. Игоря п Святослава подъ 907, 912, 945 и 971 гг. Вопросъ о подлинности swMJn /.. древнЪнпшхъ ппсьмепныхъ юридическпхъ памятинковъ р1;шенъ былъ отрицательно Шлецеромъ, главнымъ образомъ на осно* ваши того, что, въ греческихъ памятниках'!» ггЬтъ нпкакпхъ yiftt 3 aHiH на мирные трактаты Впзантш съ Русью за :гт годы. Кром* того Шлецеръ отмЬтилъ и иЬкоторыя хронологически иесоотвЬтствия въ договор* 912 г. Упоминаемые въ немъ гречесше цари Ловъ, Александр!» и Копстантииъ не царство­вали BM ' hcvrfa ни въ 912 г.. ни раньше, а имп. Левъ ул;е умеръ въ 911 г. Авторитетъ Шлецсра увлекъ иа путь со-мнЬтпй и н^которыхъ нашихъ историком». Но уже въ IS 10 г. Ph. v. Krug въ своемъ соч. „ Kritischer Versuch zur Aulkla rung der byzantinischen Chrouologie mit besonderer Rucksicht auf die friihere Geschichte llusslands " разсЬядъглавн'Ьйипк со-шгЬшя Шлецера и въ частности доказалъ. что Алексаидръ титуловался пмпсраторомъ при л;изнп ими. Льва, а Константинъ былъ вЪичанъ младснцемъ еще при жизни Льва, который умеръ 11 мал 912 г. Договоръ лее заключенъ въ сентябрь. 911 г. (Акад. Куникъ иредложилъ еще более точную дату заключешя договора: это произошло въ воскресенье, 22 сентября 911 г. См. „Летопись занятШ Археогр. Комм.* 4 , вып. XI, стр. 126 Протоколовъ. СПБ. 1903.) Въ настоящее время никто не сомневается въ подлинности этихъ древнЪйишхъ договоровъ. Но это заключеше отнюдь не устраняет!» вопросовъ какъ о полноте п исправности дошедшаго до насъ текста памятниковъ, такъ и весьма важнаго для историка права вопроса о томъ, какое значеше имЪютъ эти памятники при разработке древпЬйшей исторш русскаго права.

Начиная съ <)верса, который по этимъ памятникамъ, раскрывая ихъ содержате при помощи Р. Правды, рисовалъ картппы родового быта древнихъ руссовъ, и кончая недавно появившейся* брошюрой „Мирные доV говоры русскихъ съ греками" (Од. 1904). авторъ которой гк • утверждаетъ. что „постановлена договоровъ представляют!» Ь\ яркую картину древпе-русской жизни, отражая въ себе ея I государственный, общественный, семейный и экономически, отрой, релипозный культъ и юридичссте обычаи" —одна группа лнИЙвд§^\1он безъ колебашй черпаетъ изъ договоровъ данныя ^^ pflfeliri ^ pvn KJun права. Друие изсл р Ьдователи, изучая эти ;||К^р! Я#?и№п,>оотаиавбиваются передъ ними въ нерешительности, f / ff 1 ^тц, се? да можно решить, им^емъ ли мы передъ собою ч р? г со? ую йорму, пли разбавленную внзанпйскою прпЖщрадвсВЙ, „Курсъ р. исторш". 187). Третьи^ на-« pcpiiieimo отвергаютъ достоверность ^ я&р&ш щтп-] * V IftSA ^^^ Styiiwee нсточниковъ для изученЫ^у^а^гЛ^^^йо ^^^^^[О^р^евпч!^, „Греческое и русские право въ допЛо-'Ч ^ЖМ*^** треками X века 64 . Жур. Мин. Нар.. Йр. 1882, янЬцД' "ТР*#е!1Ции и Изследовашя, изд. 3, 1903 г., нриложете). /Н Действительно, мпого недоуметй возбузвдакщ> ^гом^^ •съ греками. Прежде всего неяснымъ представлАв^^^е^Р*^inenie договоровъ 907 и 911 гг. Первый изъ нихъ ваключепъ подъ стенами Константинополя, когда победоносное войско Олега согласилось не губить города и удовлетворилось платежом!, значительной дани. Въ тексте летописи y < uroBic о платеже дани повторено два раза и загЬмъ прибавлены условия 6 порядке торговли русскихъ въ Царьграде. Следующие годы до 912 въ летописи проставлены безъ указашк па кашя либо историчесшя собыпя. А подъ 6420 г. гово­рится, что Олегъ послалъ „мулси свои построити мира и по-долсити рядъ межю греки и русыо*, п дал'Ьс приводится подробный текстъ новаго договора. ЗачЬмъ понадобился или чЬмъ вызванъ новый договоръ посл'Ь заключешя договора 907 г.? Некоторые счнтаютъ договоръ 907 г. только прелп-мппарнымъ, а договоръ 911 окончательными Но если т. принять столь искусственную для древних?» отношешй догадку. то все же недоум-Ьшя не отпадаютъ. Важныя для грековъ. статьи прелиминарнаго договора о порядке торговли русскихч». въ Царьград4 въ окончательный договоръ не попали. Можетъ быть, Олегъ добился отмены этихъ сгЬснительныхъ для рус-скихъ купцовъ усдошй въ договор* 911 г.? Но если онк согласился на эти стЬснителышя условия, стоя поб'Ьдителемъ. иодъ стенами Константинополя, то какъ онъ могъ добиться. ихъ отм'Ьиы при менЬе благоприятныхъ условияхъ? Но недо-уиЪшя идутъ и дальше. Договоръ 911 г. считается нервымъ. письменнымъ трактатомъ русп съ греками. Такое заключен^ выводится изъ сл'Ьдующихъ словъ памятника: „Наша свет­лость болЪ шгЬхъ хотящихъ же о Воз* удержати и изв-Ь-стити такую любовь, бывшюю между хрестьяиы и русью-многажды, право судихомъ, не точт просто словессмъ, но и писашемъ и клятвою твердою, клеиьшеся оруж1емъ своимъ, такую любовь извйстити и утвердитп но вир* и по закону нашему а (ГЛонгиновъ не принимаетъ такого толковашя и утверждаегь, что договоры и раньше записывались. Соответ­ственно этому онъ такъ возстановляетъ началышя слова за-ключетя: „На угверлсенис лее и неподвилсение быта межи вами хрестьяиы и русью, бывший миръ сътворихомъ и ва но-вомъ написаниемъна двою харатью царя вашего и своею рукою", т. е. ,.для подтверждешя н незыблнмости... совершили мы и вы новымъ писашемъ на двухъ хартот»Но остается невыясненнымъ, какъ понимать при такомъ толковаши при­веденное въ тскстЪ выражете). Между гЬмъ въ договоре 945 г. имеются три ссылки на предшествуюпця соглашешя: 1) „Великый князь русьскый и боля ре его да посылаютъ въ, грекы... корабля, елико хотятъ, съ послы своими и гостьми,. я ко же пмъ у став депо есть"; 2) „ II отходящн руси отсюду взимають отт> пагь, еже надобе, брашно на путь, и еже надобе лодьямъ, якоже уставлено есть первое"; 3) еслп убЬжитъ челядинъ и не будетъ найденъ, „тогда взимають отъ насъ ц г Ьну свою, якоже устав-лено есть нрелсде, двй иаволоцЬ за челядинъ". Только иервыя двЬ ссылки находятъ подтверждете въ тексгЬ договора 907 г.; третья же ссылка на прежнее установлеше не под­крепляется нн договоромъ 907. ни договоромъ 911 г. (Вл.-Будановъ, Христомаия вып. 1, прим. къ договору 945 г. 9-е, 15-е и 16-е). КровтЬ того могутъ быть указаны п дру-пя сблилсешя текста дог. 945 г. съ дог. 907 г. (См. Tobien, „ Die altesten Tractate Russlands ", S. 23—26). Какъ все это объ­яснить, если считать договоръ 907 г. нрелиминарнымъ и при томъ словеснымъ? А если признать его самостоятельным^ какъ думаютъ некоторые, то все же естественн'Ье допустить ссылки на первый письменный и гораздо бол*Ье полный дог. 911 г. Не естественн'Ье лп предположить, что статьи дог. 907 г., помимо услов1А о дани, выпали изъ дог. 911 г. и ошибочно npiypo 4 eHbi въ летописи къ 907 г.? Такое предио-ложеше о неполиотЬ текста дог. 911 г. находить подтвер­ждено и съ другой сторопы. Ужо давно обращено внимай ie на то, что подлинный текстъ этого договора делился на главы. Объ этихъ главахъ упоминается вовступлеши („суть, яко понеже мы ся имали о Божий вЬр-Ь и любви, главы таковыя") и въ заклю­чены договора („не нереступати ни намъ, ни иному отъ страны нашея, отъ уставленныхъ главъ мира п любве"); а въ самомъ тексгЬ сохранился только один!» намекъ на эти главы, („а о главахъ, иже ся ключить нроказа, урядимся сице") (Н. Лавровскш, „О визан^йскомъ элементе въ языкЬ договоровъ русскихъ съ греками*, 1853). Эта неполнота текста сопровождается кромЬ того значительною порчею текста переписчиками и, можетъ быть, неудачпымъ нереводомъ съ грече-скаго подлинника. Внешней исторической критшгЬ иредстоитъ еще много работы надъ текстомъ памятннковъ.

Договоры 911 и 945 гг. содержать ц-Ьлый рядъ нормъ изъ области частнаго международнаго права. Но что это за нормы: pyccKiH, гречесьчя или смешанный? Ш>тъ согласнаго ответа и на лтоть вопрось. Въ самомъ текстЬ памятников!» имеются ссылки на законъ греческий и на законъ и поконъ русский. Но гд1» и въ какнхъ случаяхъ применяются тогь и другой? Обыкновенно думаютъ, что договоры применялись на территормхъ договаривающихся сторонъ, и что русски законъ естественно господствовал!. па русской ToppiiTopiu. Но когда представлялись случаи применять къ отношетямъ между гре­ками и русью нормы договорнаго права на русской территорш? Греки къ памъ празжали вообще рЬдко. а по торговым!» дЪламъ и вовсе пе допускались. Наоборотъ, русь постоянно бывала въ Византш и подолгу тамъ оставалась главнымъ образомъ но то1>говымъ д-Ьламъ. По договору 945 г. установлено лишь то ограничены 1 . что русь пс могла зимовать въ Константинополе. Практически! интересъ и требовалъ выра­ботать правила для определен ifl OTiioiiioiiifi между пребываю­щей въ Византш русью и греками. Значить. нормы дого-^ворнаго права имели примкнете почти исключительно въ пределах!» Bnaairriii. Только статьи о лодье или icyoapi » предполагаюгь применен ie ихъ вл1> пределов!» Византш. Но насколько трудно было византйскому правительству следить за прпм$иешемъ статей договоровъ за пределами Византш, иоказываетъ статья, возлагающая обязательство на русь не воевать корсунскихъ городов!». не чинить зла корсунянамъ. занимающимся рыболовствомъ въ устье Днепра. Эти статьи, равно и обязательство русп защищать корсунянъ огь чер-пыхъ болгаръ, не имЬюгь никакой санкции.

Для характеристики отдельных нормъ рассмотримъ для примера статьи объ усИйств'Ь и о порядке наслЬдовашя. Договоръ 911 г. постановляет!», что убйца, русииъ или грекъ, „да умреть, нд1>жо аще сотворить убШство" (ст. 4). Дог. 945 г. формулирует!» ;т> правило несколько иначе: г да дер-жимъ будеть створивый убийство огь блшкиихъ убьенаго, да убыоть и 81 (ст. 13). Большинство нзслЬдователей не сомне­вается въ томъ, что этими статьями за yoificTBO русина до­пускается месть, и что мстители могли умертвить или убить убшцу-грека. Но надлежит!» прежде всего заметить, что тер­мины „месть", „мстити" въ памятниках!» не встречаются. Употребляемый первым!» договором!» термннъ „ местникъ" обозначаетъ не мстителя, а хозяина дома (ст. 12). И трудно допустить, чтобы византийское правительство разр? шлло на своей территорш и далее на улицахъ Константинополя откры­тое самоуправство. По дог. 911 г. voiftny можно умертвить па Mlicrb совершешя yoificTBa. Если понимать зд1.сь месть, то ноложеше мстителей оказывалось чрезвычайно затрудни-тельнымъ: они могли отмстить только на м г Ьст1, совершешя нрестунлешя. Въ случае бегства преступника, значить, и мстить нельзя? Но дог. далЬе предусматриваем случай, что убЫца убЬлснтъ; тогда „да держпться тяжи, донделсе обря-щеться, и ко да умреть". Коли трсбовашс дог. 945 г., чтобы блилеше убитаго задержали убшцу и потомъ убили его, такъ лее понимать в'ь смые. т1» мести, то опять положеше мстителей окалсется невозможным?»: если yOifiny не удастся захватить, то и мстить ему нельзя? Къ тому лее, какъ м-Ьтко указалъ проф. СергЬевичъ, русь была лишена возможности осуществлять свое право мести, напр., въ Константинополь, куда могла входить, согласно постановлешю договоровъ, только одними воротами, въ числЪ не болЬе 50 чел. и притомъ безъ оружм. А безоруленый человЪкъ, конечно, и мстить не можетъ. ВсЬ ити сообралимпя заставляют признать, что выражеше „да умреть" обозначает!» не убгёство изъ мести, а смертную казнь но приговору суда, которая приводится въ иснолнете na v Mlicrb совершешя иреступлешя. Такъ же надо понимать вы­ражеше „да убыоть n tt въ дог. 945 г. По что въ такомъ случай означаетъ правило, что уб]'йца задерживается блил;-1гими убитаго? Надо думать, что греки yoiflubi нерЬдко укры­вались. что въ своемъ город* или въ своей стран* было не трудно. Русь ;каловалас. ь на такия невыгодныя условия, а по­тому ей предоставлено было задерживать преступников!». Но это отнюдь не значить, что русн разрешалось самоуправство. Весьма вероятно, что иривыкшая къ самосуду по своимъ обы-чаямъ, она, и вопреки правиламъ договора, прибегала къ само­управству. Самой серьезпой противъ :>того м'Ьрой было занре-щеше носить opy ; i ; ie по улицамъ Константинополя. Но и :>та M ' hpa оказалась невидимому недостаточной. Поэтому въ дог. 945 г. установлено (ст. 12) категоричное занрещеше само­управства: „Аше ли ключится проказа н'Ькака отъ грекъ. сущихъ ноль властью царства нашею, да не пмате власти казнити я, но нов? леньеиь царства нашего да нрииметь, я коже будеть створплъ*. Въ связи съ этимъ стоить и другое правило того же дог. (ст. 2), что русь входить въ городъ ст. царевымъ мужемъ. _п м'ужъ царьства нашего да хранить я, да аще кто огь руси или отъ грет» створить криво, да оираатяеть то*. Для самоуправства и въ частности для мести не оставлено никакого мЬста.

Статья о наследовали въ дог. 911 г. читается такъ: „О работающихъ въ rpeutxb руги у хрестьяньскаго царя. Аще кто у мреть, не урядивъ своего именья. цп и своихъ не и мать. да иъзратпть именье къ ма(и)лымъ блнжикамъ bi > Русь: ащр ли створить обряжеше таковый. възметь уряженое его. кому будеть ппсалъ наследите именье. да наследить е отъ взимающим, куплю руси отъ различных!, ходящихъ въ грекы и удолжающихъ" (ст. 13). Этою статьей БЪляевъ и Неволит» воспользовались для разъяснешя нашпхъ древнихъ порядковъ иас. тЬдовашя. Но можетъ ли она иметь такое зиачеше? Уже давпо обращено внимаше на то. что первая часть статьи даже по форме напоминаетъ римсмА источникъ. а именно правило XII таблицъ: „ si intestato moritur, cui suus heres nee essit, agnatus proximus familiam habeto ". Терминь „ближайпнй агпатъ" превратился у русскаго переводчика въ „ма(и)лаго ближика". Kai ; ie же источники русскаго права можно искать въ этой статье? Къ тому же эта статья им*еть въ виду только русь. работающую греческому царю, т. е. состоящую у пего на служб*: а таковые, надо думать, всецело подлежали. rbficTBiio греческаго нрава. Нельзя поэтому не признать боле<» нравильнммъ другое мнете. согласно которому въ : iToft статье дело пдетъ не объ установлении порядка наследоватя, а лишь о порядке охраны наследства, и въ частности объ устранеши претензй впзант]йскаго фиска на выморочное имущество. (НикольскШ, „О началахъ наследовали въ древнейшемъ русскомъ праве*, 11 — 13. Цитовпчъ. „Исходные моменты въисторш pve - скаго права наслЬдовашя". 14-17».

Указывают!» еще па большую близость съ русекимъ правочъ. ч'Ьмъ съ греческлмъ, ст. 6 дог. 911 г. Въ ней рЬчь идетъ объ убийстве вора въ томъ случай, „аще приготовиться татьбу творяй*, т. е. если онъ будетъ сопротивляться. Давно уже отмечено, что по Русской Правд* допускалось безуслов­ное убйство вора (ст. 20 Ак.). Значить, въ ней идетъ р*чь ч) мести вору, тогда какъ въ договор* 911 г. о необходимой чэборон*. На это, однако, возражаютъ, что по ст. 38 Ак. тбйство вора также ограничено, какъ и но ст. 6 дог. Но необходимо им*ть въ виду, 1) что ст. 38 Ак, очень близка «съ правиломъ Зак. Судн.: „Аще же въ подкопанш застанется тать", и 2) что правило о необходимой оборон* едва ли могло возникнуть на почв* русскаго права въ эпоху госнодчмва самоуправства, хотя бы и ограниченняго какими либо рамками.

Черпать изъ договоровъ съ греками источники древпе-русскаго права должно съ величайшею осторожностью. Вс* попытки въ этомъ нанравлеши не привели до сихъ норъ ни лег, какимъ положительпымъ результатами. Но это заключешс пнеколько не колеблетъ значен 1°я этихъ иамятниковъ, какъ чюще-историческаго источника. Въ частности они наглядно вскрываютъ ту почву, на которой зародились культурныя вл! ятя Визаитш на древнюю Русь.

Договоры русскихъ съ нЬмцами.

На почве торговыхъ сношений возникли и мирные договоры п'Ькоторыхъ древнерусскихъ земель съ ггЬмецкими городами. Съ русской стороны въ этой торговд* принимали учаейе земли, лежащая по великому водному пути „изъ варягъ въ грекы*. Этотъ путь шелыю р. Нев*, Ладожскому оз., р. Волхову, зат*мъ по оз. Ильменю, р. Ловати и дал*с до верх-иихъ иритоковъ Дн*пра; или по р. Западной Двнн* и ея притокамъ до правыхъ иритоковъ Дп*пра. Въ этомъ район* расположены были земли: Новгородская, Псковская, Смоленская, Витебская и Полоцкая. Съ н*мецкой стороны торговлю вели мнопе города еще до возникновешя Ганзейскаго союза, & потомъ члены этого союза. Особенно видную роль играли г. Висби па о. Готланд* и г. Рига со времени ея основания въ 1201 г.

Древнййнпи из!» сохранившихся договоровъ заключент* Повгородомъ и дошелъ вь коши, приписанной къ другому позднейшему договору Новгорода, заключенному въ 1257— 1263 г. Оба договора сохранились на одномъ длпнномъ куск!> пергамента, исиисаннаго сплошь съ обЪихъ сторонъ; in » ниж­нему и верхнему краямъ листка привешено но три печати. которыя относятся къ болbe позднему договору. Оба договора не им'Ьють хронологическихъ дать; по по имонамъ упоминае-мыхъ въ начале 1салсдаго киязси, иосадниковъ и тысящгихь ив трудно определить приблизительно время составлешя каждаго. На лицевой стороггЬ сначала занисаиъ договоръ, на-чиванмщйся словами: „Се азъ князь Олексапдръ и сынъ моа Дмитрии, с посадникомь Михаилъмь и с тысяцькымь Жиро-славомъ, и съ всЬми иоигородци, докоичахомъ миръ с поеломь. нЬмьцкпмь Шивордомь" и ир. Князь Александръ Невсшй за-нималъ столъ въ Новгороде въ иосл-Ьдшй разъ въ 1257— 1259 гг.: въ 1259 г. оиъ уЬхалъ оттуда, „иосадпвъ сына своего Дмитрия на столЬ". Зимою 1257 г. „даша иосадничь-ство Мпхакну Федоровичю, выведше изъ Ладош: а тысячьское Жнроху дата". Александръ Пеискш умеръ 14 ноября 1263 г., а въ 1264 г. „выгнаша повгородци князя Дмитрия, едумавше с посадникомь Михаиломь, зане князь еще малъ бяше". Изъ этихъ данныхъ явствуетъ, что разематрнваемын договоръ замю-ченъ въ промежутокъ между зимою 1257 и ноябремъ 1263 гг. Болйе точное опредЬлеше даты для историка нрава особап> зпачешя не имЬетъ. Содержаше договора чрезвычайно краткое съ неоднократными ссылками на старый миръ. Некоторый усло1ня излоясены столь сл;ато, что и попять ихъ нельзя; напр.: „Л старый миръ до КотлппгЬ*. Эта лаконичность услов1й и ссылки на старый миръ и вызвали, надо думать, сл1>дующь'1 слова въ конн/Ь грамоты: „А се старая наша правда и грамота, на чемь цЬловали отцн ваши и наши креетъ. А иное грамоты у насъ п+>туть. ни потаили есмы, пи в^даемъ; на томь крестъ цйлуемъ". ПослЬ :>тихъ словъ и пробела въ одну строку, па тон же стороне листка записана старая грамота, начинающаяся* словами: „Се язь князь Яро-славъ НолоднмЬричь, сгадавъ с посадникомь с Мирошкою и с тыснцкымь Яковомь и съ нсЬми новгородьцн, иотвердихомъ мира стараго. съ носломь Арбудомь" и ироч. На ли­цевой сторонЬ грамота занимастъ 10 строкъ и продолжается па оборогЬ. который исписанъ весь, кромЬ иослЪднихъ трехъ строкъ. Князь Ярославъ Владюировичъ княлсилъ въ Новгороде три раза: въ 1182 —1184 гг., 1187—1196 и 1197—1199 гг. Въ 1189 г. новгородцы „отяша посаднпцьство у Михаля вдаша Мирошки Пездиннцю": онъ умеръ иосаднпкомъ въ. 1203 г. За это время онъ въ течете 2 лЪгь отсутствовала нзъ. Новгорода, т. к. въ 1195 г. въ качеств!» новгородскаго посла былъ задержанъ кн. Всеволодом!» п вернулся вмЬсгЬ съ кн. Ярославомъ въ 1197 г. Когда былъ тысяцкимъ Яковъ г неизвестно. Значить, договоръ моп> быть заключен!» въ 1189— 1195 и 1197—-1199 гг. Этогь древнЬйний изъ сохранившихся договоровъ съ немцами вовсе не первый мирный трактата Новгорода; изъ начальных!» его словъ видно, что онъ является подтвердедешемъ стараго мира. По содержанш своему онъ гораздо важнее дог. Александра Невскаго, т. к. содерлштъ рядъ любонытныхъ нормъ изъ области чаотпаго международпаго права. Но къ сожалйшю сохранился повидимому не въ нолпомъ списк'Ь. Перенпсчикъ съ половины оборотной сто­роны листка, замЬтивъ очевидно, что ему остается еще вписать многое, сталъ писать уборнсгЬе, но все же всего не пе­реписать: у грамоты не достаеть обычиаго конца; не достаетъ той статьи, въ которой содержалось бы разъяснеше ненонятиаго условия: „А старый миръ до Котлигн+, а ; очень в-Ьроятно> что пе дописана статья о пасплш роб!;.

Кром г Ь разсмотрЬнныхъ двухъ грамотъ сохранился изъ истории сношешй Новгорода съ немцами рядъ другихъ: до конца Х1У в. известно ихъ пе мсп-Ье 10. Между ними особенно любопытенъ по богатству содержашя договоръ 1270 г. на нижпе-п г Ьмецкомъ язык г Ь.

Изъ договоров!» съ пЬмцами другихъ земель старЬйшимъ и самымъ интересным!» является безспорно договоръ, заклю­ченный смоленским!» княземъ Мстиславомъ Давидовичем™ Дог. сохранился въ семи экземплярах!*. веЬ на русскомъ языки» изъ которыхъ пять, какъ и два старЪйшихъ иовгородскихъ договора, найдены въ Рижскомъ городскомъ архив*. Век экземпляры напечатаны въ прпложепш къ изд. „Русско-Липоныне акты, собранные Напьерскимъ" (СПБ. 1868). Въ нредисловш къ приложешю ученый редакторъ ,Актовъ а, акад. Куникъ, нредставилъ первый опытъ ученой разработки этихъ памятнпковъ и установил!,, что net » экземпляры должны быть ]>азд*Ьлены па двЬ редакщи: къ первой, готландской. должны быть отнесены экземпляры А, В, С; ко второй, рижской,— D, Е, F. Разница между редакщями сводится къ существен­ному отлично въ строй и оборотахъ р-Ьчи, къ порядку рас­положена статей и даже некоторой разниц! постановлен^. Несомненно, что каждая изъ редакщи возникла независимо одна on, другой. Вм'ЬсгЬ съ тЬмъ Куникъ доказалъ, что это не два разныхъ договора, какъ предполагалось некоторыми ч " раньше, т. к. съ той и другой стороны въ составлешп дого­вора принимали участие тЪ же города и гЬ же лица, да и ностаповлешя, кром! немногихъ доиолнешй второй редакщи, оказываются тождественными.

Но какъ же возникли эти двЬ редакщи? Въ р-Ьшснш этого вопроса Кунпкъ сдЬлалъ только первый шагь; второй сдйлалъ („История Смоленской земли до конца XV ст.", 1895), хотя иолнаго и твердаго рЬшешя ntri » до ¦сихъ поръ.

Въ встунлеши къ договору сказано, что князь Мстиславъ Давидовпчъ ирислалъ въ Ригу своего лучшаго попа Еремея и съ пимь умнаго мужа Нантелея, которые были послами въ 1'игЬ. а оттуда „ехали на Гочкый берьго, тамо твердити миръ"; далЪе указано, что при составлешп договора особо потруди­лись добрые люди: „Ролфо ис Кашеля, Болпй дворянинъ. Тоумаше Смолнянинъ". ПослЪдшн, Н'Ьмецъ Томасъ. потому л нривлечоиъ былъ къ выработке статей соглашешн, что вла-дЬлъ и1»мецкимъ языкомъ (въ ту пору das Niederdeutsche ). Ото привело Куника къ догадк'Ь. что yaiOBia ('начала выра­батывались по немецки, а потомъ ужо переведены по-русски. Подтверждение этому онъ нашелъ какъ въ указаши. что не­когда въ Рижскомъ архив!, хранились iiiueuKie списки дого­вора, давно уже оттуда нечезнувппе. такт» и въ язык! первой редакции договора, сохранившей явные слЪды перевода съ иЪмецкаго. Таковы выражешя: 1) „Бож1й дворянинъ*,—тер-минъ. не встрЬчаюгщйся въ текст! 2-й редакшп, есть дословный переводъ н'Ьмецкаго „ Ridder Gots " или „ Gottesridder ". Такъ титуловали себя члены ордена меченосцевъ, называвппе оебя по латьгаи „ fratres militiae Christi ". 2) „Албрахтъфоготь"—не болйе какъ простая переписка русскими буквами нЪмецкихъ словъ „ Albrecht voget "; во 2-й ред. стоить: „Алберь, соудия Рнжьскый". 3) „Оустоко море 14 ивъ п+>моцкаго „ Ostsee "; во 2-й ред. правильнее „въсточное море". Грамота датирована въ снискахъ первой ред. такъ: „Коли ся грамота пеана, йшлъ былъ отъ Рожества господня до сего лЪта 1000 л'Ьтъ и 200 Л'Ьтъ и 8 л'Ьтъ и 20". Этотъ способъ лЬтосчислошя не соответствуешь ни русскпмъ обычаямъ, ни русскому языку; у насъ лЬта считали on, сотворешя Mipa и написали бы истекло 1228 л'Ьтъ; ^8 Л'Ьтъ и 20" опять дословный исреводъ съ н'Ьмецкаго „ achtundzwanzig *.

Списки же 2-й ред., по догадк-Ь г. Голубовскаго, носятъ пЬкоторые сл-Ьды перевода съ латпнскаго. Таково выражеше „коли еппсконъ Ллъбрахгь Рижьскый мертвъ" безъ вспомогательнаго глагола является неловкнмъ пероводомъ латинскаго ablativus absolntns : „ episcopo Albrachto Rigensi mortuo ". Дата грамоты гласить: „А си грамота написана бысть отъ распятья было 1000 л г Ьтъ и 200 лЬтъ й 30 Л'Ьтъ безъ лита". Непонятное л'Ьтосчислешс отъ расиятз'я по формй счислотя нсредаетъ латинсюй подлинникъ: ^ mille ducenti undetriginta ". Назваше города „Жюжажатъ", вм, „Жать" 1-й ред., не могло произойти отъ н'Ьмецкаго Soest, а только отъ латпнскаго Su satium. Наконецътсрминъ „соудия Рижъскыи", вм. ^фоготь", соотвйтствуотъ, вероятно, латинскому подлиннику r judex Ri gensi s ".

Но если и принять пыводъ, что одна редамця произошла отъ н'Ьмецкаго, а другая отъ латпнскаго подлинника, то остается иеяснымъ, какъ произошли два подлинника. нЬмещай и латински. Проф. Голубовсмй иредполагаетъ. что и нЬмецьчй подлинникъ былъ переводомъ съ латинскаго. На эту мысль действительно наводпп> начало введен! я къ договору—„Что ся д-ЬегЬ по вЬремьнемъ, та отъйдс то по вЬрьмьнемь"—передающее латинскую формулу: „ Quum ea quae fiunt in tem pore labnntnr in tempore * (на что было указано уже Овероомъ). Отсюда г. Голубовсшй заключаетъ, что при заключении договора въ пачад'Ь уполномоченными обЬихъ еторонъ былъ составлен!» латински тскстъ, загЬмъ этотъ текстъ былъ пере-веденъ па современный нЬмецюй языкъ, п. ч. не вс/Ь члены союза нЬмецкихъ кунцовъ могли понимать латинскш текстъ. Во то же время п съ тЬми же ц'Ьлямп едЬланъ персводъ на смоленское пар'Ьчш (2-я ред.). Къ русскому экземпляру н*Ь-мецк]'я власти иршгЬснли свои печати и вручили его смолен-скнмъ представителям!,. Съ нЬмецкаго же экземпляра сд1>лапъ еще разъ переводъ на русский языкъ (1-я ред.); къ этому экзем­пляру прив-Ьшеиы были печати емоленскихъ властей, и онъ врученъ нЬмецкимъ представителям!..

Отдельные экземпляры каждой редакции произошли слЬ-дующимъ образомъ. Экз. Л есть первоначальный оригинала отличающ1йся наибольшею древностью языка. Къ нему ири-вЬшены печати съ надписями: „Велисого княз. . Оедо. . пе­чать" и „пчат иерьо Влъдыкъ. моленско. и. Это печати кн. Мстислава Давидовича (иареченнаго во св. крещенш Оеодо-ромъ) и смолепскаго епископа Нсрфшия. Экз. В. имЬетъ такую надпись: „Се язь князь Смоленский Олексанъдръ докончал'ь еемь с Пемьци по давному докоичанью, како то докопчали отци наши, д'1;ди наши. На техъ ;кс грамотахъ целовалъ еемь крестъ. а се моя печать". Kir. Ллекеандръ ГлЬбовнчъ захва­тить смоленскхй столь иослЬ смерти своего отца въ 1297 г, и умеръ in » 1313 г. Значить, по своемъ вокняженш онъ под­твердил!, Мстиславовъ дог. и свою крестоц-Ьловальную грамоту съ своею печатью отослалъ въ Ригу. Ока. С ire пм'Ьетъ ука-зашй на свое нроисхождеше: но на основании большей бли­зости языка его къ оригиналу заключаютъ, что онъ соста-вленъ раньше экз. В. Экземпляры 2-й ред. иредставляютъ лишь коти съ того оригинала съ немецкими печатями, ко­торый хранился у кн. Мстислава и безвозвратно иогибъ. Что экз. D и К позднЬйшаго происхождешж доказывается сле­дующими къ иимъ приинеямн: „Што немЬцьскыхъ дворовъ и дворищь СмолЬньскФ» коунлЬнины и церкве ихъ м'Ьсто, не на-добй ни комоужо, комоу дадять ли, иосадять ли кого Немци. то по CBoei воли; а на которомь подворьи стоять Немци. или гость Немьцьскии, не иоставити на томь двор1> князю ни та­тарина, ни иного которого посла". Зависимость Смоленска отъ татаръ началась не ранее второй половины XIII в. По­этому указанныя приписки могли появиться не panie 60-хъ или 70 хъ гг. этого века.

Надо думать, что все эти кош в списывались при возобновлен! и договора по случаю ли смены правителей, пли после размнрья. Мстиславов!» дог., такимъ образомъ, долго сохранялъ свою силу, при чемъ со временемъ сделаны были въ нем'ь незначительный донолнешя статей (ст. 3 б.) или вставлены немнопя новыя статьи (ст. 23 и 35). Огромное большинство статен оставалось безъ всякаго измёпешя. Даже имена пословъ изъ оригипальиаго договора продолжали переписываться, хотя при возобновлены мпраыхъ условй являлись, копечпо, каждый разъ особые послы.

По содержашю своему дог. 1229 — 1230 г., названный въ тексте „Правдою", богаче древнейшаго дог. новгородскаго!

Договоры съ немцами им'Ьюгь, въ противоположность договорамъ съ греками, весьма важное значете въ качестве источниковъ изучешя древне-русскаго нрава. ОбЬ договаривакищяся стороны стояли приблизительно на одиомь уровне культурнаго развийя н иравосозпашя. II нормы, онредЬлнющия иорядокъ возстановлешя иарушепныхъ правъ, легко было - согласовать. Это, однако, не устраняете необходимости каждый разъ строго взвешивать, русское ли, или немецкое право нашло большее отражеш'е въ той или другой статье. Несомненная близость статен древн-Ьйшихъ договоровъ съ некоторыми статьями Р. Правды лучше всего подтверждаете родство этихъ юридическихъ иамятниковъ. (Статьи Мстиславова дог., сходны я съ Р. Правдой, указаны у Калачова „Предварительныя юридичестая св'Ьдешя для иолнаго объяснешя Р. Правды"*, 1880. стр. 161—167).

Важн-ейиня нздашя договоровъ съ немцами: Грамоты, относяЩияся до сиошешя сЬверо-западной Россш съ Ригою и Ганзейскими городами, изд. Археогр. Ком. 1857'» Русско Ливонсше акты, изд. Арх. Ком., i868; Liv—Estn-und CurIftndisches Urkundenbuch, B&nde I—HI, 1852—57; Antiquites russes, edites par la society des antiquaires du nord, II, 1852; Hansisches Urkundenbuch bearbeitet von K. Hohlbaum, Bande I— V, 1876—99; S verges Tractater med frammande Magter ut-gifue of Kudberg, D. 1, 1877, D. II, 1883.

Важн-Ьйнпя комментарии и пособия: Срезневскш. Древнейння договорные! грамоты Новгорода с/ь немцами, въ Изв. Акад. Наукъ, т. V ], вып. 2, 1857; Town. Die altesten Trac tate Russfands, II, 1845; Андреевскг'й, О договорfe Новгорода съ н-Ьмецкими городами и Готландомъ, 1855» ср. поправки Лег. Энгелъмана въ Отеч. Зап., 1855» Х5' Энгельманъ Авг\. Хронологически изстЬдовашя въ области русской и ливонской исторш, въ XIII и XIV ст., 1858; Bonnel Е. Russisch livl & ndische Chronographie, 1862; Бережковь, О торговле Новгорода съ Ганзою, 1879; Schumann . Russland, Polen und Liv land, 1885; Hohlbaum. Deutscher Handel mitNowgorod, Bb т. Ill указаннаго издашя Актовъ, стр. 357 и сл -1 Гояубовскш /7. В^ Исторш Смоленской земли, 1895; Влайи. шрскш-Будановъ. Христомапя, вып. I, 1^д. 5-е, 1 ^99-'П

Къ типу международныхъ договоровъ должны быть отнесены п договоры между отдЪльньши русскими князьями, такъ какъ они заключались между представителями политически независимых']» княжопш. Таше ряды между князьями должны были возникнуть съ того момопта, когда на лпцо оказалось. нисколько князей, стоявших?» во главЬ отдЪльныхъ земель: ужо въ X в. между сыновьями Святослава возникли враждебный столкноветя и была порвал попытка заключить миръ. Враждебный столкноветя составляютъ повседневное явлеше въ мсждукияжескихъ отношешяхъ; но они но большой части завершались мирными соглашешями. „Рать стоить до мира, миръ до рати*, говорили in » старину. А сами князья предлагали. другъ другу г урядиться либо войною, либо миромъ". На пространстве пяти съ лишкомъ в'Ьконъ до объодипешн Московскаго государства было заключено, конечно, значительное число договоровъ между князьями, по первый оохранивнпнся до наст». договоръ заключенъ между сыновьями Ивана Калиты въ 134г1_г. Ис г 1» болЬе pamiic но дошли до насъ. Вероятно, что первые-по времени договоры были устными; но уже отъ XII в. имеются указашя на крссшныя грамоты, которыя возвращались однимъ князомъ другому въ ознамсноваше прекращешя мирныхъ соглашешй (Ипат. лЬт. 1871, стр. 255 и 451). Хотя всЬ эти грамоты до половины XIV в. и но сохранились, но о содержанш н'Ькоторыхъ изъ нихъ имеются кратшя указашя въ летописи. Судя по птимъ отрывочнымъ данным]», можно* думать, что содержание этихъ педошедшихъ до насъ договоровъ сводилось преимущественно къ двумъ главнымъ темамъ:

Это были условия о порядке распред г Ьлешя столовъ между князьями; такъ на Любечскомъ съ'Ьзд'Ь княвья въ 1097 г. со­гласились между собой: „кождо да держить отчину свою"» Или же условия имЬли ц4лью обезпечпть спокойное владЬшс^ волостью для даинаго княбя со стороны другихъ претендентовъ г которые обязуются даннаго стола „не подозр^ти", „пе искати". Это были разнообразныя услов! я мирнаго союза, основ-нымъ требовашемъ котораго было обязательство „иматися но едино сердце", „быти за едипъ брать", „не разлучатися ни въ добре, ни въ злй*, т. с. жить въ согласш и любви; къ этому присоединялись еще обязательства имйть общихъ вра-говъ („кто тобй ворогъ, то ти и намъ*) и пе вступать въ новыя соглашешя беаъ в-Ьдома союзника („како еси послалъ сына своего ко королевп, а со мною не снрошався, состу-пплся еси ряду"; „А иьшЪ безъ его думы хочемь миритися; а, брате, повидаю ти, сего тп мира зде не улюбить брать мой Рюрикъ". Ипат., 446, 469). Этими мирными обязательствами въ значительной Mipt определялись и взаимныя отношешя-между князьями (см. ниже).

Иной характеръ носятъ договоры ннязей съ народомъ и договоры князей съ дружиною: ими определяются отношетя между сторонами въ предЬлахъ одного даннаго княжешя. Пер­вый видъ договоровъ возникъ И8ъ права населешя приглашать jib ce 6 t на столъ того или другого князя. Приглашенный князь утверждался съ людьми крестнымъ цЬловатемъ. Но и князю, занявшему столъ помимо народной воли, было необходима утвердиться съ людьми, такъ какъ безъ поддержки населешя ему невозможно было удержаться па столЬ. Taicie ряды заключались обычно при занятш князьями столовъ, но могли имЪть мйсто и въ другихъ сдучаяхъ. При неустойчивости княжескихъ отношешй положете князя могло существенно видоизмениться въ короткое время; ему могли угрожать непредвид*шшя прежде опасности со стороны князей-претендентовъ на его столъ или со стороны враждебныхъ ему naprift среди населошя. Это не­редко приводило къ новымъ соглашешямъ. Наконецъ, одннъ и тотъ же князь могъ занимать одинъ и тотъ же столъ по нескольку разъ въ течете своей жизни, и каждое новое заюте вызывало и повое соглашеше. Такъ. in » 116У г. кн. Мстиславъ Изяславичъ быль приглашён!» на Шевекчй столь и. явившись туда, „възма рядъ съ братьею п съ дружиною и <: Кияны": вынужденный вскоре оставить этотъ столь, онъ въ 1172 г. снова успЬлъ занять его. „н вшедъ в Киевъ вземъ ряды съ братьею. . . п с Кланы а. Поэтому надо думать, что число такпхъ рядовъ также было весьма значительно. Съ XII в., а можегь быть и paiibuie. они уже заключались письменно: въ 1175 г. жители г. Владим1ра посадили кн. Яронолка Ро-стиславича „в город!» ВолодпмЬре па столе, въ свягЬй Бого-родицн весь иорядъ положившие*. Но несмотря на такое обпл1е памятников!» этого рода изь инхъ ни одннь не сохра­нился до насъ. за исключешемъ договоровъ Новгорода съ князьями, кавовыхъ сохранилось до 20, при чемъ старЬйпий изъ дошедшихъ до насъ заключенъ съ кн. Ярославомъ Яро-члавпчемъ (1264—1265). Недавно появилось любопытное ука-зате. что но тексту Витебскаго земскаго правилен'1503 г. и Полоцкаго привилея 1511 г. можно съ большою вероят­ностью возстановить до 11 статей древннхъ договоровъ, заклю-чепныхъ полоцкими и витебскими князьями съ населешемъ :ггихъ областей (И. Якубовский, Земсшс нрпвнлеп великаго княжества Литовскаго, Жури. Мин. Нар Пр., 1903, « N » 6, стр. 27Г>—276). О содержанш договоровъ другихъ городовъ съ князьями можно судить только но краткимъ л-Ьтописньшъ записям!», случайно упоминающим!» о гЬхь или другихъ пунк­тах!» yc . iOBift (Н-Ькоторыя подробности объ :>тихъ условияхъ см. въ главе о ведомстве веча).