Корабль из добрых дел (стр. 14 )

* * *

В делах благотворительности усилия разных слоёв населения: священнослужителей, чиновников, купцов, интеллигентов – соединялись в единое целое, и это приносило очень хорошие плоды, способствовало успеху общей цели. Когда училище для девиц духовного звания перемещали из Иоанно-Введенского монастыря в город, подыскали подходящий дом. На его покупку пошёл капитал, завещанный купцом Мякишиным и чиновником Шевелёвым «по их духовному завещанию на богоугодные по усмотрению епархиального начальства дела»[51]. Был образован совет училища, увеличилось количество учителей. Священник , так же, как и в бытность училища в монастыре, продолжал безвозмездно вести арифметику и географию. «Уроки по русскому языку приняла на себя временно проживающая в Тобольске, окончившая курс в Казанском духовном женском училище с правами домашней учительницы, девица Юлия Михайловна Добротворская, и для занятий русской гражданской историей приглашён учитель местной семинарии … Труды всех этих лиц тем более заслуживают внимания и благодарных воспоминаний, что… вызваны были не столько материальными расчётами, сколько желанием оказать содействие училищу в переходное его время. Само же училище и не могло в это время дать должного вознаграждения новым наставникам»[52]. Бескорыстие и добросовестность бесплатных учителей вознаграждались не только хорошими успехами в учении их воспитанниц, но и тем, что из них выходили, как правило, достойные люди: хорошие матери и жёны, прекрасные учительницы начальных сельских школ, воспитательницы.

В романе английского писаго века Ч. Диккенса «Приключения Оливер Твиста» есть гротескный образ мистера Бамбла, бидла, т. е. чиновника, ведающего в приходе призрением бедных. Бамбл рассуждает так: «Первое правило, когда оказываешь помощь, заключается в том, чтобы давать беднякам как раз то, что им не нужно… Если бедняк просит уголь для печи, дайте ему кусочек сыра, если еды – уголь… И тогда им скоро надоест просить».

Как важно давать людям то, что им действительно нужно! Как важно, чтобы доброта была адресной и искренней!

Когда я думала об этом, у меня неожиданно сложились забавные стишки. Они непритязательны, но, на мой взгляд, выражают суть благотворительности:

Я спросила у кота:

«Что такое доброта?»

И ответил котик мой:

«Дай мне мяса шмот большой.

В этом будет доброта

Твоя – конкретно для кота!»

До чего же он умён:

Очень мудр его резон!

«Легкомысленно, - скажет читатель, - для такой серьёзной работы». Позвольте не согласиться: шутка, юмор, меткое словцо часто помогают вникнуть в очень сложные проблемы, сосредоточивают и обостряют внимание.

А теперь, немного передохнув, двинемся дальше по малоизведанным дорогам тобольской благотворительности.

Благотворительные общественные организации: бескорыстие и энтузиазм, многообразие деятельности

Кроме частных благотворителей, в дореволюционной России существовали и общественные учреждения, оказывающие помощь нуждающимся категориям населения, тем или иным коллективным начинаниям, явлениям культуры, искусства. Это всевозможные советы, комитеты, общества, попечительства. Все они создавались на добровольных началах. К 1902-му году в Российской империи функционировало 11 040 благотворительных учреждений. Многие из них имели даже свои отличительные знаки. Быть членом такого общества считалось очень почётным. «Человеколюбивое общество», основанное императором Александром I и его женой императрицей Елизаветой Алексеевной «для вспоможения всякого рода бедным», в 1890-ом году помогало 160 тысячам бедняков. Александр I писал: «Надлежит искать несчастных в самих жилищах их – в сей обители плача и страдания. Ласковым обращением, спасительным советом, словом, всеми нравственными и физическими способами стараться облегчить судьбу их: вот в чём состоит истинное благодеяние».

Благотворительные учреждения функционировали таким образом, что, сами существуя во многом на пожертвования, имели своей главной целью оказывать помощь отдельным лицам или объектам материальной, духовной и физической культуры: церквам, школам, больницам, музеям и т. п.

В Тобольске и Тобольской губернии благотворительные общества в основном начали создаваться во второй половине 19-го века: «Попечительское общество о бедных», «Общество взаимного вспомоществования учащим и учившим в учебных заведениях Тобольской губернии», «Попечительство о бедных духовного сословия», «Общество вспомоществования бедным студентам Тобольской губернии», «Попечительство о нуждах Тобольского кафедрального собора», «Общество вспомоществования учащим в начальных училищах», «Тобольский губернский музей» и другие. Особенно много их появилось в конце 19-го – начале 20-го веков.

Одни общественные благотворительные организации были стабильны, включали в себя большое количество человек, надёжно обеспечивались материальной базой и существовали десятилетиями. Другие возникали и через какое-то время распадались. Кроме того, создавались и временные комитеты по оказанию помощи бедному населению и ликвидации последствий стихийных бедствий: наводнений, пожаров, эпидемий инфекционных болезней.

В России, в том числе и в Тобольске, было так много различного рода благотворительных и попечительных комитетов, Обществ, Советов, что создаётся впечатление: вся жизнь в стране и отдельных её регионах и существовала-то только благодаря им.

В качестве примера возьмём газету «Тобольские епархиальные ведомости» за один – 1901-й год, и посмотрим, какие благотворительные учреждения фигурируют на её страницах, к каким пожертвованиям призываются читатели:

1) Призыв к пожертвованиям на строительство новых храмов в честь выздоровления императора Николая Александровича.

2) Братство преп. Сергия, цель которого помогать бедным студентам Московской духовной академии и её выпускникам.

3) Комитет при Училищном Совете для изыскания местных средств на содержание церковных школ (создан в 1999 г.). Его задача – составлять и распространять воззвания о пожертвованиях на церковные школы и собирать эти пожертвования. «Всякое пожертвование, как бы мало оно ни было, Комитетом будет принято с благодарностью как выражение посильного служения дорогому родному краю», - говорится в его воззвании[53].

4) Призыв к сбору средств на строительство соборного храма в Ашхабаде.

5) Воззвание к «благочестивым жертвователям» на сбор денег в помощь строительства церкви в с. Чернавском Туринского уезда Тобольской губернии.

6) Денежный сбор в пользу больных и раненых воинов по Тобольской епархии: за декабрь 1900 г. и январь 1901 г. – 1 693 р. 37 к.(30 человек); за февраль 1901 г. – 672 р. 27 к. (24 человека); за март, апрель, май 1901 г. – 990 р. 67 к. (28 человек). Причём пофамильно перечисляются все жертвователи.

7) Сбор средств на памятник «Державному основателю великого рельсового пути в Бозе почившему Императору Александру III, сооружаемый в Иркутске».

8) Попечительство о нуждах Тобольского Кафедрального Собора.

9) Тобольское церковное Братство св. Великомученика Димитрия Солунского.

10) Тобольское епархиальное Попечительство о бедных духовного звания.

11) Открытие приходских попечительств: с. Голышманово и Батыринской Ишимского уезда; Щукинской Курганского уезда; при миссионерском Николаевском стане Обдорской миссии в местности Хэ.

12) Комитет для заведывания кладбищем.

13) Общество взаимного вспомоществования учащим и учившим в учебных заведениях Тобольской губернии (основано в 1899 г.). В основном оно существовало за счёт общественных и личных пожертвований и членских взносов. Так, в 1901-м году членских взносов поступило в кассу общества 410 р., пожертвований – 227 р. Общество оказывало конкретную адресную помощь нуждающимся.

14) Комитет по сбору пожертвований в пользу детских приютов Ведомства учреждений Императрицы Марии.

15) «Комитет по сооружению православного храма у подножья Балкан, в южной Болгарии, для вечного поминовения воинов, павших в войну 1877-1878 гг.».

Сколько же надо было иметь пожертвователей, чтобы все многочисленные благотворительные учреждения не только числились на бумаге, но и функционировали на практике, оказывали существенную помощь! Действительно, благодеятелей были сотни тысяч, среди них такие совершенно неожиданные, как каторжане. В газете «Тобольские епархиальные ведомости» за 1916 год мы можем прочитать следующее: «Забайкальским тюремным инспектором присланы в Тобольскую Духовную Консисторию для передачи в Кафедральный собор 13 руб. 89 коп., собранных между собою каторжанами, работающими по сооружению Амурской жел. дороги, и пожертвованных ими на лампаду к мощам Святителя Иоанна»[54].

Значат ли эти бесчисленные пожертвователи то, что в царской России жилось не так уж бедно, раз имелись излишки на благотворительность: у одних копейки, у других – тысячи рублей? Вопрос не в этом, а во внутренней, душевной готовности к добрым делам, в нравственных побудительных мотивах, направленных на помощь ближнему, – не важно, в каком масштабе. В дореволюционной России милосердие чаще всего связывалось с христианско-православными традициями и верой в духовное очищение – в земной ли жизни, в потусторонней ли.

Воинствующий тотальный атеизм советского времени лишил людей этой веры и во многом подорвал основы благотворительности. Коммунистическая мораль, провозглашённая советским строем как идеальная модель будущего устройства общественных и межличностных отношений, не включала в себя понятия, связанные с пожертвованиями и благодеянием, считая их явлениями не нужными, вредными и унизительными для человека. Вместе с тем социалистическая схема общественного устройства, провозглашая лозунг «Человек человеку друг, товарищ и брат», подразумевая под этим одинаково равные права людей, уровень их материального благосостояния, фактически этого равенства не давала. Следовательно, положение человека и общественных устройств при социализме вызывало потребность в проявлении благотворительности, но реально осуществляться она не имела права. А если имелись в советские времена благотворители, то вопреки системе. Откуда могли взяться благодетели крупного масштаба? Богатых людей не было и теоретически не могло быть в обществе социалистического труда и распределения материальных благ. Ежели они и существовали, то, подобно подпольному миллионеру Корейко из романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев», предпочитали не выпячиваться и жить скромно. До пожертвований ли им приходилось в таких условиях?