Корабль из добрых дел (стр. 9 )

Конечно, проще всего, ссылаясь на бесполезность частного добра, тратить свои деньги на изысканный отдых, приумножение капитала, азартные игры и т. п., как, впрочем, и поступают многие современные российские миллионеры. Наша индустрия развлечений и становящаяся всё более условной мораль значительно расширили диапазон жизненных удовольствий, которые может получить богатый человек. Но ведь та же классика и не только русская, но и мировая: литературная, философская, религиозная, этическая, фольклорная – утверждает действенность добрых поступков:

«Самое маленькое доброе дело лучше, чем величайшее доброе намерение».

.

«Спеши к доброму делу, хотя и незначительному, и беги от всякого греха, ибо одно доброе дело влечёт за собой другое…»

Талмуд

Сотни слов

Не врежутся с такою силой в душу,

Как след деянья одного».

Г. Ибсен.

«Не потрясенья и перевороты

Для новой жизни очищают путь,

А откровенья, бури и щедроты

Души воспламенённой чьей-нибудь».

Б. Пастернак.

Только в словаре В. Даля приведено более десятка пословиц и поговорок о добре и доброте: «Кто добро творит, тому Бог отплатит». «Лихо помнится, а добро век не забудется». «Худо тому, кто добра не делает никому», «Доброе дело и в воде не тает»…

Многовековая мудрость человечества – за единичное добро. А это очень весомый аргумент.

Каждый человек сам определяет свои поступки, и мотивация их – различна. Нельзя идеализировать пожертвователей прошлого. Объективно анализируя их деятельность на пользу общества («Одна неправда нам в убыток» - А. Твардовский), необходимо указать на то, что причины их участия в делах благотворительности были не всегда и не у всех бескорыстны. У одних – подвижничество, у других – хорошо продуманный расчёт. У одних – зов совести, у других – средство повышения своего статуса в глазах общества. У одних – сочувствие, у других – путь для получения титулов, наград и даже личного дворянства. Определённую роль играла и религиозность купечества, желание искупить свои грехи и обрести рай в жизни небесной путём благодеяний в жизни земной. Авторы книги «Аристократы капитала» и указывают ещё одну причину – «отстранённость купцов от насыщенной идейной жизни»: «Купечество не увлекалось революционными теориями. Побудительным мотивом купечества был инстинкт практической деятельности. Для отвлечённых размышлений, для социалистических идей… у купцов не было времени»[23]. Следовательно, благотворительностью купечество компенсировало недостаток «идейной жизни».

Есть такая теория: если трус постоянно обманывает других, что не боится, - он со временем станет смельчаком; если богатый делает добро из-за корысти, он постепенно войдёт во вкус и будет совершать его без всякой выгоды для себя. Насколько справедливо такое умозаключение, - судить трудно. Тем не менее, сошлюсь на авторитет : «Доброе дело совершается всегда с усилием, но когда усилие повторено несколько раз – то же дело становится привычкой». Так или иначе, человек ценится, прежде всего, по делам. «От человека остаются только дела», - писал М. Горький. И теперь, за прошествием нескольких десятков, а иногда и сотен лет, так ли уж важно, чем руководствовались в своей благотворительной деятельности оставшиеся в общественной памяти люди прошлого?

* * *

В каждом номере газеты «Тобольские епархиальные ведомости», самом солидном периодическом органе печати Западной Сибири, многогранно освещающим её жизнь, объявлялись благодарности архиепископа или Епархиального совета пожертвователям, среди которых были представители разных сословий: духовенство, чиновники, купцы, мещане, крестьяне…

«Тобольский мещанин Василий Константинов Панюшкин пожертвовал в село-Каштакскую церковь, Тобольского уезда, напрестольный серебряно-вызолоченный крест чеканной работы, весом 1 фун. 49 1/2 зол., напрестольное евангелие… и вызолоченный подсвечник.., всего на 200 руб., неизвестное лицо в ту же церковь пожертвовало серебряно-вызолоченную дарохранительницу и купец Петр Ксенофонтов Матошин пожертвовал 100 рублей на ремонт с.-Каштакской церкви Тобольского уезда. Всем этим лицам объявляется благодарность Епархиального Начальства»[24].

«Сим объявляется благодарность епархиального начальства крестьянину Симеону Николаеву Лаптеву, за пожертвование в апостольско-Андреевскую церковь города Тобольска серебряного вызолоченного потира с полным прибором… стоимостью свыше 150 рублей»[25].

Епархиальным начальством объявлена благодарность: «за пожертвование в пользу градо-Тобольской Воскресенской церкви на приобретение вызолоченной бронзовой напрестольной одежды с таковым же футляром с зеркальными стёклами – священ. Александру Пономарёву (400 руб.), церковному старосте (100 руб.), (100 руб.), Я. и П. Ершовым (100 руб.) и (50 руб.)…»[26].

Объявляется благодарность Епархиального начальства «сыну чиновника Виктору Ивановичу Кинг за усердие в сборе пожертвований 120 руб. на ремонт гр.-Тобольской Богородице-Введенской церкви»[27].

«Объявляется благодарность Епархиального начальства неизвестному лицу, пожертвовавшему на украшение придельного Иоанно-Златоустовского храма кафедрального собора 500 рублей»[28].

Как мы видим, подчас пожертвователи предпочитали остаться неизвестными.

Добрые дела интеллигенции: каковы они?

Российская интеллигенция всегда была чутка к идеям милосердия и бескорыстной помощи, особенно по отношению к нуждам народа. Сначала – в первой половине 19-го века – это представители просвещённого дворянства, цветом которого являлись декабристы. Как известно, в Тобольске в 40-50-ые годы 19-го века находилась самая большая группа ссыльных дворян. Они принимали близко к сердцу заботы и беды тоболяков, хлопотали о развитии образования, медицины, старались «облагородить» местное чиновничество. Декабристы остались в памяти сибиряков многими добрыми делами.

Широко занимались общественной и благотворительной деятельностью ёв (1802-1853) и (1803-1889). Имея значительные денежные средства, Муравьёв способствовал открытию девичьего приходского училища, был в нём экономом и казначеем. Когда в 1854-ом году (уже после смерти Муравьёва), училище было преобразовано в Мариинскую женскую школу, Свистунов стал членом совета школы. Штаб-лекарь (1797-1854) прославился в Тобольске как отличный врач. Он заслужил уважение жителей тем, что оказывал медицинскую помощь бедному населению совершенно бесплатно. Так же бескорыстно он выполнял обязанности тюремного врача. Маленькую лошадку -Пушкина (1800-1871), прозванную «Конёк-Горбунок», знали в Тобольске все. Бобрищев-Пушкин купил её, экономя на всём, так как был человеком очень необеспеченным, получавшим небольшое пособие от казны. Лошадь была нужна ему, чтобы вовремя приезжать на окраины и в предместья города к больным беднякам. Так же, как и Вольф, он оказывал медицинскую помощь бесплатно. «Всюду, куда он только ни приезжал, везде его встречали с радостью, и каждому подавал он утешение добрым словом, сердечным участием, хорошим советом», - вспоминали хорошо знавшие Павла Сергеевича люди.

Когда в 1848-ом году в городе вспыхнула страшная эпидемия холеры, вся декабристская колония мужественно оказывала помощь населению. Обеспеченные Фонвизины и Муравьёвы закупали для заболевших медикаменты, устраивали в своих домах временные больницы. ёв пожертвовал «на холеру» 430 рублей серебром.

Те декабристы, которым разрешили служить в тобольских государственных учреждениях, старались бороться с взяточничеством и казнокрадством; защищать интересы крестьян и городской бедноты.

Во второй половине 19-го века начинает формироваться разночинная интеллигенция. Дети низших церковно-священнослужителей и чиновников, мещан, крестьян, лекарей стремятся получить хорошее образование и приносить общественную пользу на государственной службе и в деле просвещения, начиная или поддерживая прогрессивные преобразования. Они, не зависимо от своих политических взглядов – монархисты, народники, либералы, – сердцем и душой хотели помочь народу России стать обеспеченной, культурной и здоровой нацией. Сибирские, тобольские интеллигенты обладали ярко выраженным чувством любви к родному краю, мечтали о том, чтобы Сибирь стала богатой, экономически процветающей и образованной частью России. Этого они стремились добиться и своей энергичной деятельностью, чаще всего не в одной, а нескольких сферах проявления, и прямым участием в благотворительности.

Самый значимый и перспективный вид пожертвований - это пожертвования в пользу обучения и просвещения. Деньги, пища, одежда, кров – очень важны для существования человека. Но эти материальные дары рано или поздно – в зависимости от щедрот благодетеля, - заканчиваются. Что полезнее: накормить на время или дать перспективу на будущее? «Дай человеку рыбу – он будет сыт один день, - научи его ловить рыбу, он будет сыт всю жизнь», - гласит китайская народная мудрость. Ремесло, профессия, образование дают возможность не зависеть от доброты и размеров кошелька дарителя. Это очень хорошо осознали многие истинные благотворители народа, особенно из интеллигентной среды. Понимали они и то, что вклад пожертвований в народное образование не только обеспечит определённый уровень практических знаний, умений, навыков обучающихся с помощью этих пожертвований, не только заложит основу для обеспечения их семей, но и повысит уровень их самосознания, культуры, поднимет их на более высокую ступень духовного развития.

Поэтому большая доля средств от благотворительности с самого начала этого явления приходилась на открытие и поддержку учебных заведений разного типа: церковных и светских, городских и деревенских, начальных и высших, мужских и женских, сельскохозяйственных и ремесленных. Появлению скольких выдающихся общественных деятелей, талантов в разных областях искусства, учёных обязана Россия благотворительности!

Частная благотворительность тобольских интеллигентов 2-ой половины 19-го – начала 20-го веков в основном распространялась на две сферы: образование и просвещение.

Один из первых представителей тобольской разночинной интеллигенции, который известен нам своими добрыми делами, - Н. Скребницкий (1816-1883). Выходец из мещанского сословия, он считал целью своей жизни служение общественному благу. Чтобы поддержать свою семью, Скребницкий вынужден был, окончив двухклассное приходское училище, служить мальчиком на посылках, потом приказчиком у тобольских купцов. Всю жизнь он занимался самообразованием и, как никто другой, сочувствовал детям из бедных семей, стремящимся профессионально овладеть каким-либо ремеслом, но не имеющим финансовой возможности сделать это. Все свои деньги он тратил на помощь учебным заведениям, которые обучают тем или иным конкретным специальностям: ремесленной школе, мореходному классу, женскому приходскому училищу, где девочкам давали навыки шитья и вязания. Умер Скребницкий в нищете, истратив все свои средства на добрые дела.