Допустимость передачи закладной третьим лицам (стр. 18 )

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, изучив материалы гражданского дела, установил следующие существенные обстоятельств:

ДД. ММ. ГГГГ между КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО) (Кредитором) и , (Заемщиком) был заключен кредитный договор № КИ для приобретения жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (далее – Кредитный договор). Обязательства по Кредитному договору Кредитором исполнены в полном объеме - истцам переданы денежные средства в размере <данные изъяты> рублей. Согласно п.1.1 Кредитного договора срок пользования денежными средствами установлен 180 месяцев, плата за пользование кредитными средствами установлена в размере 11,75 % годовых (п.3.1).

В преамбуле Кредитного договора установлено, что термин «Кредитор» включает любых его настоящих и будущих правопреемников (в том числе некредитные и небанковские организации), как в силу договора, так и в силу закона, в том числе любое лицо, являющееся владельцем закладной, выданной в связи с настоящим договором).

Согласно п.1.4. Кредитного договора, обеспечением исполнения обязательств Заемщика является ипотека ПРЕДМЕТА ИПОТЕКИ в силу закона. Предметом ипотеки является 1-комнатная квартира, находящаяся по адресу:<адрес>

Пунктом 4.4.6 Кредитного договора предусмотрено право Кредитора передать свои права по закладной другому лицу в соответствии с требованиями законодательства РФ и передать саму закладную.

Сторонами составлена Закладная от ДД. ММ. ГГГГ, предметом закладной является вышеуказанная квартира, Залогодателем – , Должником – , , Первоначальным залогодержателем – КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО).

Закладная содержит отметки о смене владельца закладной: права переданы КИТ Ипотека Лимитед по Договору купли-продажи закладных от ДД. ММ. ГГГГ, КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО) по Договору обратного выкупа закладных от ДД. ММ. ГГГГ, по реструктуризации ипотечных жилищных кредитов» по Договору № от ДД. ММ. ГГГГ, КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО) по Договору № от ДД. ММ. ГГГГ, по Договору от ДД. ММ. ГГГГ, КИТ Финанс Капитал (ООО) по Договору купли-продажи закладных от ДД. ММ. ГГГГ.

Указанные обстоятельства установлены судом на основании исследованных в судебном заседании доказательств, имеющихся в материалах дела, и сторонами в целом не оспариваются.

Установив указанные обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.

Отношения, сложившиеся между сторонами спора, регулируются общими нормами ГК об обязательствах, о договоре, законодательством о защите прав потребителей (в соответствующей части), а также специальными нормами Закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

В соответствии с п. 2 ст.420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 307 ГК РФ, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т. п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Между сторонами заключен Кредитный договор, предусматривающий взаимные права и обязанности, в том числе, обязательство заемщика по возврату суммы кредита и уплате предусмотренных договором процентов за пользование кредитом. Наличие обязательства истцов перед ответчиком по возврату кредита истцами не оспаривается.

Согласно ст.382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям.

В силу прямого указания закона (ч.2 ст.382 ГК РФ), для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Ни специальными нормами главы 42 ГК РФ, регулирующими отношения сторон, возникающие из договоров займа и кредитных договоров, ни нормами Закона РФ «О защите прав потребителей», ни Федеральным законом «О банках и банковской деятельности» не предусмотрено обязательное согласие должника в кредитном обязательстве на переход прав кредитора от банка к другому лицу.

Статья 384 ГК РФ содержит положение, в соответствии с которым права требования переходят к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода.

Следовательно, в случае уступки прав требования для заемщика условия кредитного договора остаются прежними, на него не возлагаются дополнительные обязанности, его права не ущемляются.

В соответствии со статьей 386 ГК РФ должник сохраняет по отношению к новому кредитору все свои возражения, которые он имел к прежнему кредитору. Таким образом, в случае предъявления к заемщику претензий в случае неисполнения им своих обязательств по кредитному договору, он имеет право предъявить новому кредитору мотивированные возражения на соответствующие требования.

Следовательно, при уступке прав требования по кредитному договору иному кредитору права заемщика не нарушаются, он имеет право на защиту от необоснованных требований нового кредитора теми же предусмотренными законом способами, которые имелись в его распоряжении в отношении прежнего кредитора.

В связи с изложенным, суду представляется несостоятельной ссылка истцов на п.1 ст.857 ГК РФ и ст.26 ФЗ «О банках и банковской деятельности», гарантирующих клиенту банка тайну банковского счет, банковского вклада, операций по счету. Как следует из смысла ст.819 ГК РФ, заключая кредитный договор, банк предоставляет заемщику денежные средства в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Открываемый в связи с заключением кредитного договора ссудный счет не является банковским счетом в смысле ст.857 ГК РФ, а служит лишь для отражения операций клиента по погашению кредитной задолженности. Открытие такого счета отдельной банковской услугой, оказываемой банком гражданину, не является, в связи с чем, передача новому кредитору при переходе права требований к должнику сведений об остатке кредитной задолженности не может расцениваться как разглашение банковской тайны.

Доводы истцов в данной части основаны на неверном понимании законодательства о банках и банковской деятельности.

Суд также отмечает, что фактически права требования по Кредитному договору переданы ответчику не путем заключения договора уступки, а путем передачи прав по Закладной. В данном случае действуют нормы специального по отношению к ГК РФ законодательства об ипотеке. Так, в соответствии с п. 5 ст. 47 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)», уступка прав по договору об ипотеке или обеспеченному ипотекой обязательству, права из которых удостоверены закладной, не допускается. При совершении такой сделки она признается ничтожной. Таким образом, кредитор не вправе оформлять переход права требования исполнения по Кредитному договору путем заключения договора уступки, поскольку заключение такого договора прямо противоречит указанной норме Закона. Передача прав по закладной осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 48 Закона об ипотеке, согласно которой, при передаче прав на закладную совершается сделка в простой письменной форме, лицо, передающее право, делает на закладной отметку о новом владельце, если иное не установлено законом. В отметке должно быть точно и полно указано имя (наименование) лица, которому переданы права на закладную. Отметка должна быть подписана указанным в закладной залогодержателем или, если эта надпись не является первой, владельцем закладной, указанным в предыдущей отметке. При этом ст. 48 Закона об ипотеке не предусматривает обязанность сторон осуществить государственную регистрацию сделки по передаче закладной.

Фактически оспариваемое условие Кредитного договора прав истцов не нарушает, поскольку кредитором на его основании сделки уступки прав требования по Кредитному договору не заключались.

Кроме того, исковые требования предъявлены к ненадлежащему ответчику, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. КИТ Финанс Капитал (ООО) стороной Кредитного договора не является, поэтому не может являться надлежащим ответчиком при оспаривании положений указанного договора.

Суд также находит обоснованным довод представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по защите нарушенного права. В соответствии с ч.1 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. В обоснование иска истцы указали, что сделка в оспариваемой части противоречит закону, поэтому в части срока давности подлежит применению вышеуказанная норма.

Судом установлено, что кредитный договор заключен ДД. ММ. ГГГГ, начал исполняться ДД. ММ. ГГГГ, когда истцам были перечислены денежные средства. Таким образом, трехгодичный срок необходимо исчислять с ДД. ММ. ГГГГ, он заканчивается ДД. ММ. ГГГГ. Истцы обратились с иском в суд ДД. ММ. ГГГГ, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности. Ходатайство о восстановлении срока в суд не представили, в связи с чем, суд приходит к выводу, что срок пропущен без уважительных причин. Пропуск срока исковой давности также является самостоятельным основанием для отказа в исковых требованиях.

С учетом перечисленных обстоятельств суд полагает необходимым исковые требования оставить без удовлетворения. Поскольку истцы в соответствии с Законом «О защите прав потребителей» освобождены от уплаты госпошлины, издержки по рассмотрению дела относятся на счет федерального бюджета.