Оптимизация доходов и расходов бюджета субъекта РФ (стр. 2 )

Финансовое подкрепление части расходов за счет региональных налогов способствует повышению прозрачности расходования, следовательно, бюджетная децентрализация облегчает надзор общественности за расходами средств, которые финансируются за счет налоговых отчислений. Достаточная самостоятельность в части установления региональных и местных налогов обеспечивает субнациональным властям регулировать объем и качество предоставляемых государственных и иных услуг в соответствии с нуждами населения соответствующего региона, в то время как отсутствие такой самостоятельности может усиливать иждивенчество перед федеральным центром. Вместе с тем усиление бюджетной децентрализации должно исходить из принципов единства, стабильности и скоординированности бюджетно-налоговой системы, не увеличения общего налогового давления на налогоплательщиков, распределения налогового бремени в соответствии с налоговым потенциалом территорий. Непростая территориальная организация создает дополнительные трудности в распределении полномочий, стоящих на разных уровнях власти, учете существующих межтерриториальных различий и возможность возникновения налоговой конкуренции между территориями, что может снижать эффективность налоговой децентрализации.

Следует отметить, что эффективность налоговой (фискальной) децентрализации рассматривается исследователями в разных аспектах. Считается, что фискальная децентрализация создает конкуренцию между разными уровнями власти, а также между властными структурами одного уровня власти, формирующую институциональные ограничения на чрезмерное вмешательство государства в частный сектор экономики, сопутствуют увеличению эффективности общественного сектора, темпов экономического роста, снижению межтерриториального неравенства в уровне жизни.

Вместе с тем наряду с положительными эффектами фискальная децентрализация имеет и негативные последствия. К ним, в частности, относят:

- несбалансированность ресурсных возможностей, доступных нижестоящим властям (вертикальный дисбаланс бюджетной системы);

- межрегиональную дифференциацию чистых фискальных выгод ведущую к нарушению принципа социальной справедливости в территориальном разрезе, согласно которому экономические агенты должны иметь равный доступ к общественным благам;

- наличие горизонтальных внешних фискальных эффектов, обусловленных стремлением региональных и местных властей к достижению собственных целей за счет других территорий.

Возможность таких последствий обусловлена противоречивостью путей, необходимых для достижения целей экономической эффективности, социальной справедливости, которые применительно к вертикальному и горизонтальному дисбалансу бюджетной системы образуют так называемую "дилемму треугольника" в бюджетной децентрализации. В практическом плане это не исключает преимуществ бюджетной децентрализации, однако формирует систему ограничений, которые должны быть учтены в поставленных задачах развития бюджетного федерализма в контексте его влияния на процессы повышения способности региональных властей к производству локальных общественных благ и реагированию на изменение потребностей локального сообщества.

Следует отметить, что усиление бюджетной децентрализации является общей тенденцией во всем мире.

Обеспечение оптимального сочетания федеральных и региональных интересов требует продолжения работы по законодательному разграничению полномочий между федеральными и региональными органами государственной власти. Особенно важно решение таких вопросов, как разграничение объектов собственности на природные ресурсы и доходов, получаемых от природопользования, совершенствование системы бюджетного федерализма и обеспечение социальных и экономических прав граждан независимо от места их проживания.

В разных источниках можно встретить упоминание о том, что бюджетная система является частью финансовой системы государства. Также, бюджеты являются частью системы народно-хозяйственного (социального и экономического) планирования, представляющие собой финансовый план-прогноз. Это планирование должно соответствовать и приниматься во исполнение общего плана социального и экономического развития. Существование такой системы как подсистемы более общей системы, т. е. финансовой системы и системы стратегического планирования, устанавливает такие ее свойства, как федерализм, который характеризуют сложные отношения центра и регионов с наибольшей долей независимости регионов и унитаризм. В научной литературе имеется аргументированное мнение, определяющий для бюджетной системы РФ свойство унитаризма.

Бюджетный федерализм может признаваться или отвергаться разными государства. И стоит отметить, что его необходимость объективна. Но пока не будут решены основополагающие вопросы и проблемы, не ждущие своего разрешения, и лежат в основе реализации принципа федерализма в РФ, представляется невозможным построение истинного бюджетного федерализма в стране.

Бюджетный федерализм предполагает относительную самостоятельность каждого уровня бюджета бюджетной системы государства (здесь можно отметить о некоей степени самостоятельности нижестоящих уровней бюджета относительно федерального бюджета). Анализируя нынешнюю политическую ситуацию в России, свидетельствующую о внедрении политики усиленной централизации, влиянии Центра на большую часть региональных и местных вопросов, в том числе и финансовых.[1]

1.  2 Формирование бюджетов и оптимизация территориальной асимметрии в условиях дефицита финансовых ресурсов

Известно, что в состав РФ входит наибольшее количество субъектов по сравнению со всеми федерациями мира. РФ как независимое государство имеет интересы не только в деле защиты государственного суверенитета и территориальной целостности России, но и в вопросах оптимизации территориальной целостности страны. В юридической литературе нередко отмечалась проблема юридической асимметрии субъектов Российской Федерации, в ряде случаев, которая противоречит такому конституционному принципу, как равноправие субъектов Российской Федерации, в том числе во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти (ч. 1 и 4 ст. 5 Конституции). Но стоит отметить, что фактическая асимметрия субъектов Российской Федерации в определенной мере стала предпосылкой для формирования юридической асимметрии. Ярким примером фактической асимметрии является численность жителей субъектов Российской Федерации. Так, в Москве проживает около 15 миллионов человек, а в Агинском и Усть-Ордынском Бурятских автономных округах - менее ста тысяч. Существенны различия в экономическом потенциале субъектов Российской Федерации. Таким образом, в ряде случаев можно выделить причинную и следственную связь между фактической и правовой асимметрией субъектов Российской Федерации. Часть отличий можно нивелировать за счет правовых механизмов, но глобальное несоответствие масштабов и потенциала территорий субъектов Федерации, разрывы их фактического положения нивелировать невозможно, да и не всегда нужно.

В обществе неоднократно отмечались предложения решить проблему фактической асимметрии путем усовершенствования субъектного состава Российской Федерации. В свете перечисленных обстоятельствах на первый план выходит такой путь совершенствования субъектного состава Российской Федерации, как объединение двух или нескольких субъектов в один. Именно он и только он определен ныне существующим российским законодательством, а именно комментируемым Федеральным конституционным законом "О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации".

Номинально такой вариант преобразования субъектов Российской Федерации рассматривался в отношении Санкт-Петербурга и Ленинградской области и части республик Северного Кавказа. Есть и другие примеры. Но, прежде всего, этот механизм предполагался применительно к объединению регионов. Ситуация вхождения этих регионов сложилась исторически. Оправданна она и на современном этапе. Например, в единственном выделившемся автономном округе (Чукотском) средний уровень жизни населения долгое время был на порядок ниже, чем в Магаданской области, из состава которой он вышел. Вопросы развития единичных (титульных) этносов в соответствующих округах могут решаться через создание национальной и культурной автономии, а в местах компактного проживания их представителей - через создание национальных районов в рамках местного самоуправления.

Вот зачем так важны общие положения комментируемого Федерального конституционного закона, определяющего пути, условия и пределы изменений субъектного состава Российской Федерации. Нахождение наилучшего соотношения между необходимостью объединить неразрывно связанные территории России в единый субъект Российской Федерации в соответствии с пожеланием жителей данной территории и угрозами, которые возникают при формировании излишне крупных и самостоятельных государств (государство подобных образований) в составе Российского государства, остро стоит на повестке дня в современной России. Одной из главных задач, является задача правового обеспечение межгосударственной интеграции без ущерба для наших национальных интересов и с соблюдением принципов и норм международного права.

Как известно, практически шаги в отношении образования новых субъектов Российской Федерации уже предприняты по образованию в составе Российской Федерации нового субъекта - Пермского края в результате объединения Пермской области и Коми-Пермяцкого автономного округа, а также объединения Красноярского края с Таймырским (Долгано-Ненецким) и Эвенкийским автономными округами.

Обеспечивая организационные и экономические механизмы роста региональных экономик, федеральные округа содействуют выравниванию наиболее опасной для существования федеративного государства асимметрию социального и экономического развития регионов, предоставляющая возможность оптимизации экономической основы российского федерализма. Объединение субъектов РФ в федеральные округа и выявление общих для регионов вопросов определяет условия для их консолидации, выравнивания асимметрии социально - экономического развития, снижения степени сепаратизма, центробежных устремлений и, в итоге, укрепления единства экономического и политического пространства, территориальной целостности государства. Более того, межрегиональная нацеленность федеральных округов обеспечивает возможность осуществлять федеральный государственный контроль еще на промежуточном уровне, который содействует урегулированию неизбежно возникающих конфликтов в государственно-административной сфере как между центром и регионами, так и между субъектами Российской Федерации, а в ряде случаев их недопущению.