Конец маржинализма или деятельность посредством хозяйственных планов (стр. 11 )

ГЛАВА XI

РАВНОВЕСНЫЕ ЦЕНЫ

Большинство последователей теории предельной полезности традиционно объясняют происхождение рыночных цен на товары посредством теории равновесных цен. Однако, как правило, природа преобразования равновесных цен в рыночные такова что требует наличия целого ряда условий, отсутствующих на реальных рынках. Вследствие этого равновесные цены никогда не совпадают с рыночными ценами.

Альфред Маршал излагает теорию равновесных цен следующим образом: “Возьмем в качестве иллюстраций зерновой рынок расположенный в сельском городке и предположим для простоты, что все зерно на этом рынке одинакового качества. Допустим, что фактически на рынке имеется не более 600 квартеров зерна, владельцы которого готовы взять за него цену 35 шилл. за квартер, но что владельцы еще одной сотни квартеров соблазнились бы ценой 36 шилл., а владельцы еще 300 квартеров – ценой 37 шилл. предположим также, что цена 37 шилл. привлечет покупателей только на 600 квартеров, тогда как еще 100 квартеров может быть продано лишь по цене 36 шилл., а еще 200 квартеров – по цене 35 шилл. Все это можно выразить в таблице следующим образом:

По цене	Владельцы зерна готовы продать	Покупатели готовы купить
37 шилл.	1000 квартеров	600 квартеров
36 —//—//—//—	700 —//—//—//—	700 —//—//—//—
35 —//—//—//—	600 —//—//—//—	900 —//—//—//—

Таким образом, имеются некоторые основания назвать цену 36 шилл. подлинно равновесной ценой, поскольку, если бы ее установили с самого начала и придерживались до конца, она бы точно уравняла спрос и предложение (т. е. количество, которое покупатели готовы купить по этой цене, точно равнялось бы количеству, которое продавцы согласны продать по этой цене)” (А. Маршал. Основы экономической науки. Книга V, Глава II, 1890).

Для того чтобы на описанном рынке все имеющееся зерно продавалось исключительно по равновесной цене в 36 шилл., а также было продано его равновесное количество – 700 квартеров, необходимо допустить, что каждому участнику торгов, будь-то покупатель или продавец, достоверно известны рыночные позиции и намерения всех прочих участников процесса. Такое положение вещей, конечно, можно предположить, если верить, что субъекты могут читать мысли окружающих их людей. Казалось бы, в этом случае участникам торгов, пришедшим с утра на рынок, нет никого смысла оставаться там целый день, им следует сразу немедленно заключить все сделки и разойтись. Однако даже в этих условиях большинство из них никогда бы не поступили подобным образом в ожидание лучшей цены, ведь на рынке могут появиться новые участники, готовые приобретать зерно по более высоким ценам и продавать по более низким; к этому добавляется регулярное появление на рынке новой информации: о ценах на зерно на соседних рынках, о будущем урожае и т. п., что приводит к изменению ожиданий и рыночной позиции нынешних участников.

Впрочем, часть экономистов не верит в способность хозяйствующих субъектов читать мысли окружающих, а поэтому считает, что перед тем как заключать реальные сделки, в целях уточнения истинных намерений каждого участника торгов, следует запустить процесс заключения временных контрактов (такие контракты могут быть расторгнуты при желании любой из сторон), до момента выявления равновесной рыночной цены зерна и равновесного объема сделок, после которого контрагенты начинают осуществлять обмен по уже известной равновесной цене, которая, естественно, становится рыночной ценой. Но где гарантия того, что при заключении предварительных контрактов участники торгов не станут блефовать: продавцы завышать минимальную цену, по которой они готовы отдать зерно, а покупатели занижать максимальную цену, по которой они готовы приобрести известное количество зерна. К тому же, в этом случае, опять-таки на рынке могут появляться новые участники, поступить новая важная рыночная информация, под влиянием которой участники будут корректировать свои планы; вследствие этого процесс определения равновесной (рыночной) цены зерна грозит стать бесконечным. В таком случае рыночные цены не только не будут равны равновесным, но их, по-видимому, не будет существовать.

Маршал допускает, что некоторые сделки могут осуществляться по ценам отличным от равновесной цены в 36 шилл. “Для нашей аргументации, разумеется, вовсе не обязательно, чтобы все торговцы обладали доскональным знанием складывающихся на рынке условий. Может случиться, что многие покупатели недооценивают готовность продавцов продать свой товар, а в результате в течение какого-то времени цена оказывается на самом высшем уровне, по которому можно найти покупателя; таким образом, 500 квартеров может быть продано еще до того как цена упадет ниже 37 шилл. но затем цена должна начать снижаться, и следствием этого явится то, что будет продано еще 200 квартеров, а цена к закрытию рынка установится примерно на уровне 36 шилл. Дело в том, что, когда объем продажи достигнет 700 квартеров, ни один продавец не захочет отдать зерно иначе как по цене выше 36 шилл. Точно так же, когда продавцы недооценивали готовность покупателей платить высокую цену, некоторые из них могут начинать продавать по самой низкой приемлемой для них цене, чтобы не остаться с нераспроданным зерном, и в этом случае большое количество зерна может быть продано по цене 35 шилл., однако к закрытию рынка цена, вероятно, составит 36 шилл., а общий объем продаж достигнет 700 квартеров” (там же).

“Исключая те случаи, когда силы не равны или, например, когда одна сторона простовата или не сумела оценить силу сопротивления другой стороны, цена всегда имеет тенденцию не отклоняться резко от 36 шилл., и можно вполне быть уверенным, что к концу рыночного дня она окажется весьма близка к 36 шилл.” (там же).

Мне весьма сложно согласиться с подобными рассуждениями и вытекающими из них выводами.

1. Маршал сам утверждает, что часть покупателей, недооценив готовность продавцов продать зерно, может в течение какого-то времени, скажем, часа торгов, покупать зерно по 37 шилл., при равновесной цене в 36 шилл., и только еще через некоторое время другая часть покупателей начнет приобретать зерно по равновесной цене. Но где гарантия того, что участники рынка в течение этого часа, осуществив новые хозяйственные расчеты и обнаружив в старых расчетах существенные ошибки, не пересмотрят свои позиции, например, не захотят некоторое время выждать и не совершать сделок, посмотреть день или два за ходом торгов. Ведь никто не может их заставить купить необходимое зерно или же продать имеющееся в тот же день. Следовательно, через час равновесная цена этого дня может быть уже совершенно иной, например, равной 37 шилл., а сделки совершаться по 39 шилл., или же по 35 шилл.

Равновесные цены определяются часто претерпевающими регулярные изменения рыночными намерениями участников торгов, остающихся, в какой-то мере, тайной до момента заключения сделок и фактического образования рыночных цен. Вероятно, в большинстве случаев направление движения рыночных цен совпадает с направлением движения равновесных цен, что совершенно не дает права объяснять рыночные цены на основе равновесных цен.

2. В свою очередь, предполагая, что истинные намерения каждого участника торгов доподлинно не известны всем прочим, однако последние не меняют свои скрытые позиции, пытаясь поймать рыночную конъюнктуру, или же уточняя свои хозяйственные расчеты, равновесная цена никогда не станет рыночной по следующей причине. Маршал говорит, что 500 квартеров зерна может быть продано по цене не ниже 37 шилл., то есть гораздо выше равновесной цены в 36 шилл.; однако к концу торгов цена должна опуститься до 36 шилл. и быть продано 700 квартеров зерна. Проблема заключается в том, какие именно продавцы продадут эти 500 квартеров, ведь по цене зерна равной 37 шилл. их могут реализовать, как торговцы готовые сбывать зерно по 35 и 36 шилл., так и те из них, кто готов отдать зерно по цене не ниже 37 шилл. Дело в том, что если часть зерна будет продана торговцами не желающими продавать зерно дешевле 37 шилл., допустим 300 квартеров, то это событие существенным образом меняет положение дел на всем рынке, в том числе изменяя существующую равновесную цену, которая уже теперь не будет равна 36 шилл., а таблица спроса и предложения (табл.6) принимает следующий вид.

Таблица 6

По цене	Владельцы зерна готовы продать	Покупатели готовы купить
37 шилл.	0 квартеров	300 квартеров
36 —//—//—//—	700 —//—//—//—	400 —//—//—//—
35 —//—//—//—	600 —//—//—//—	600 —//—//—//—

Как легко заметить, цена в 36 шилл. теперь не является ценой равновесия: покупатели готовы продать по ней только 400 квартеров зерна, продавцы же хотят продать по этой цене 700 квартеров. Следовательно, утверждение о дальнейшем движении рыночной цены к первоначальной равновесной цене в 36 шилл. ни чем не обосновано.

Теперь допустим, что 300 квартеров зерна, проданные по цене 37 шилл. были сбыты торговцами готовыми продать зерно даже по 35 шилл. В этом случае после продажи 300 квартеров зерна имеем следующее положение дел на рынке.

Таблица 7

По цене	Владельцы зерна готовы продать	Покупатели готовы купить
37 шилл.	700 квартеров	300 квартеров
36 —//—//—//—	400 —//—//—//—	400 —//—//—//—
35 —//—//—//—	300 —//—//—//—	600 —//—//—//—

Очевидно, что после указанной сделки равновесная цена в 36 шилл. не претерпела никаких изменений. Кроме того, объемы продаж зерна на рынке до конца торгового дня должны составить прежние 700 квартеров – 300 квартеров, что были проданы плюс 400 квартеров, которые, как можно этого ожидать, будут проданы.

Представители теории равновесных цен, в том числе Маршал, молчаливо предполагают, что 300 квартеров зерна по цене 37 шилл. продадут именно торговцы готовые продавать зерно по 35 или 36 шилл., то есть по цене не выше равновесной цены равной 36 шилл. Это совершенно произвольное допущение призванное поддержать теорию равновесных цен посредством включения в нее наблюдаемых на товарных рынках экономических явлений, которые полностью ей чужды.

В своей основе теория равновесных цен напоминает поиск решения некоей логико-математической задачи на основе заданных условий. С одной стороны, хотя, на первый взгляд, эта задача имеет дело с рядом экономических понятий и показателей – покупатели желают купить товар, продавцы продать. Однако, с другой стороны, само решение или же принцип решения, а также искусственность начальных условий не позволяет считать ее частью экономической теории.

Рыночный процесс – это процесс заключения сделок между продавцами и покупателями, принимающими экономические решения на основе их хозяйственных планов, включающих анализ текущей и будущей рыночной конъюнктуры, а так же хозяйственных планов своих конкурентов и контрагентов, построенных с учетом всех известных обстоятельств. На любом рынке всегда имеется ряд заключаемых последовательно во времени сделок. Каждая сделка характеризуется двумя основными экономическими параметрам – объемом и ценою, а, следовательно, имеется два взаимосвязанных ряда рыночных данных: ценовой ряд и ряд объемов.

ГЛАВА XII

МОНОПОЛЬНЫЕ ЦЕНЫ

Монопольное предложение товаров на рынках может возникать как вследствие действий рыночных сил, так и в случае целенаправленной деятельности государства.

Когда рынок слишком узок, а спрос незначителен, чтобы обеспечить нормальную экономическую деятельность нескольких конкурентов, тогда на рынке, как правило, работает единственный поставщик товаров и услуг. Например, в сельском округе или небольшом городе, обыкновенно, работает единственный юрист, врач и торговец, обслуживающий всю округу.

Монопольное положение может завоевываться путем поглощения конкурентов. Оно может быть добровольным, посредством приобретения бизнеса более слабых конкурентов самым сильным и наиболее эффективным участником и принудительным, путем демпинга, либо посредством преступных действий: запугиванием, поджогами, убийствами конкурентов.

Иногда конкурирующие фирмы, временно или на постоянной основе, вступают в сговор с целью сократить предложение товаров на рынке или заключения ценового соглашения для повышения рыночных цен.

В ряде случаев государство склонно создавать монополию по причине более легкого контроля над хозяйственной деятельностью одной крупной компанией, по сравнению с множеством мелких в вопросах надзора над ценами, сбора налогов и т. п. Государственные деятели часто оказывают поддержку предпринимателям, финансирующим их предвыборные компании, помогая тем укрепить их положение на рынке. Сращивание бизнеса и власти характерно для многих стран, где общественные правила, мораль и закон не пользуются всеобщим признанием.

Стремление предпринимателей к захвату монопольного положения на рынке, любым из перечисленных способов, многие экономисты объясняют открывающимися возможностями к получению монопольного дохода. Сущность монопольного дохода заключается в том, что монополист, будучи производителем, сокращает производство того или иного товара, а, будучи торговцем – сбыт, повышает тем самым цену на свой товар и обеспечивает себе увеличение дохода при его продаже, не опасаясь наличия конкурентов, способных расстроить его планы.

“Предположим, что авария прервала на несколько дней снабжение города электричеством и заставила жителей пользоваться только свечами. Цена на свечи повысится до s; по этой цене все имеющееся предложение свечей будет распродано. Магазины, продающие свечи, получат высокую прибыль, продав весь объем предложения по цене s. Но может случиться так, что владельцы магазинов объединятся с целью изъять часть своих запасов с рынка и продать остальное по цене s+t. Тогда s будет конкурентной ценой, а s+t – монопольной ценой. Излишек, полученный владельцами магазинов от продажи по цене s+t, по сравнению с возможной выручкой от продажи по цене s является их специфическим монопольным доходом” (Л. фон Мизес. Человеческая деятельность. Часть четвертая. XVI, 6, 1949).

“Экономический интерес монополиста не редко требует, чтобы на рынок доставлялось не все доступное его распоряжению количество монопольного блага, т. е., чтобы часть благ уничтожалась или погибала, так как за меньшее количество он может нередко выручить гораздо больше, чем, пуская в продажу все имеющееся у него количество блага по низким ценам. У монополиста – тысяча фунтов товара. Он может в виду данного экономического положения продать 800 фунтов, скажем, по 9 лотов серебром, тогда как все 1 000 фунтов он в состоянии сбыть только по цене в 6 лотов; от него, поэтому, зависит, - выручить ли ему 6 000 лотов серебром за все находящееся у него количество монопольного блага или 7 200 за 800 фунтов его. Результат выбора монополиста, если он только хозяйствующий субъект, понимающий свой интерес, не подлежит сомнению. Он уничтожит 200 фунтов своего товара или каким-нибудь другим образом изымет их из оборота и пустит в продажу только оставшиеся 800 фунтов, или, что одно и тоже, назначит такую цену, при которой будет осуществлен только что указанный результат” (К. Менгер. Основания политической экономии. Глава V, § 3, с. 1871).

Как ранее, в ходе данного исследования, уже было достоверно установлено, что каким бы конкретным видом экономической деятельности не занимался субъект – вел розничную или оптовую торговлю, владел промышленным предприятием – он не стремится к максимизации своего дохода. Так как максимизация дохода неизбежно требует сжатия его экономической деятельности (в случае торговца ограничения количества товара, предлагаемого потребителям). В результате этого валовой доход торговца, как правило, оказывается ниже, чем он есть в действительности. Однако, как видно из приведенных примеров, монополист, сокращая предложение товаров, нисколько не теряет своих доходов, но, напротив, увеличивает их.

Правда для осуществления описанной монополистической деятельности в сфере торговли определенным товаром на том или ином рынке, необходима известная конфигурация спроса на данный товар на этом рынке. Между тем, возможность существования необходимой конфигурации спроса, позволяющей продавать меньшее количество товара по более высокой цене за большее количество денег, по сравнению с продажей большего количества товара по более низкой цене за меньшее количество денег, еще нужно теоретически доказать.

РАЗДЕЛ I

СПРОС

Чтобы познать закономерности рыночного спроса на всякий товар на любом из рынков в течение дня, недели, месяца или года, сначала необходимо изучить основные закономерности индивидуального рыночного спроса потребителя, совокупностью чего и является сам рыночный спрос, чьи закономерности последней перенимает. Хотя в редких случаях рыночный спрос бывает представлен сугубо индивидуальным спросом единичного потребителя: к примеру, деревенский богач предъявляет спрос на продукты высшего качества, предметы удовольствия недоступные всем прочим жителям данной местности; когда предприятие-монополист имеет потребность в специальном виде оборудования или в редких видах сырья, неиспользуемых в производстве иных экономических благ.

Образование конфигурации индивидуального спроса потребителя на тот или иной товар, происходит в следующем порядке. Каждый потребитель планирует свои экономические действия, в том числе покупку конкретного товара, например, чая, в зависимости от многих обстоятельств. В том числе силы его потребности в этом товаре и прочих доступных ему товарах и услугах, которые он потенциально может приобрести, издержек, связанных с их покупкой, располагаемой им суммы денег, а так же будущим потоком доходов, и, конечно, ожидаемыми им рыночными ценами на многие товары и услуги. Такое многообразие факторов, принимаемых во внимание, объясняется всесторонней взаимозависимостью многочисленных покупок, совершаемых потребителем. Многочисленные товары и услуги, потенциально способные удовлетворять желания, вследствие своей взаимозаменяемости, являются конкурентами, несмотря на все их различие по форме, цвету, качеству, составу и роду удовлетворяемой потребности: хлеб конкурент билету на концерт, а питьевая вода – куску мыла и т. д. Увеличение денежного расхода на приобретение одного товара – это всегда сокращение расхода на какой-либо другой товар или другие товары, а, следовательно, приобретение тех в меньшем количестве, либо потеря в их качестве.

Предположим, при рыночной цене упаковки чая равной 20 пенсам субъекта А в течение года будет не готов купить ни одной его упаковки; хозяйственный план субъекта содержит акты покупки других товаров – акта купли товара “чай” в его плане нет. Но если, предполагаемая (рыночная цена) упаковки чая будет понижаться 20, 19, 18, 17 …, тогда в определенный момент цена достигнет такого уровня, что субъект А предпочтет купить хотя бы один пакет чая, при условии, что цены прочих товаров не понизились, либо понизились незначительно, не воспрепятствовав покупке чая. В новом плане расходы на покупку прочих товаров урезаются, зато появляется новая статься расхода – покупка чая. Если допустить, что упаковка чая – минимальное количество данного вида товара доступное к приобретению, а пенс – наименьшая неделимая денежная единица, тогда в том случае, если субъект А при цене упаковки чая равной 19 пенсам, не желает приобрести данный продукт, но при его цене в 18 пенсов уже готов купить одну упаковку, то цену чая 18 пенсов можно назвать максимальной ценой спроса субъекта А на чай в течение года на данном рынке.

Альфред Маршалл называет такую покупку предельной покупкой: “Ту часть количества вещи, которую его просто убедили купить, можно назвать его предельной покупкой, поскольку он уже был на гране сомнения, стоит ли производить расход, требующийся для ее приобретения” (А. Маршалл. Принципы экономической науки. Книга III, Глава III, §

Бем-Баверк выражает ту же самую мысль следующим образом: “Крестьянину А нужна лошадь. При наличных обстоятельствах эта потребность оказывается у него до такой степени настоятельной, что обладанию лошадью он придает такую же точно ценность, как и обладанию 300 флоринами” (Е. Бем-Баверк. Основы теории ценности хозяйственных благ. Часть II, 3, А. 1886).

Вообще, определение понятия максимальный цены спроса предъявляемого покупателем на определенное количество товара, необходимо для более четкого построения его кривой спроса, без чего нельзя выявить строгую закономерность в тенденции этой кривой.

В своем сочинении Маршалл приводит несколько примеров кривой спроса (шкал спроса). Причем эти кривые имеют такую форму, которой не существует в действительности. Вот один из них: “Параметры его (потребителя) спроса, скажем на чай, можно лучше всего выразить в виде перечня цен (более правильно максимальных), которые он согласен платить, т. е. в виде ряда его цен спроса на различные количества чая (этот перечень его можно назвать шкалой спроса). Таким образом, можно определить, что он купит:

6 фунтов по 50 пенсов за фунт

7 –II- по 40 –II-

8 –II- по 33 –II-

9 –II- по 28 –II-

10 –II- по 24 –II-

…………… и т. д.”

(А. Маршалл. Принципы экономической науки. Книга III, Глава III, § 4, 1890).

Если представить эти данные в таблице (табл. 8), добавив еще один (третий) столбец, в котором укажем расходы потребителя на покупку конкретного количества чая, получаемые в результате перемножения двух предыдущих столбцов, то получим:

Таблица 8

Количество чая, фунты	Цена за один фунт (шкала спроса), пенсы	Расходы потребителя на чай, пенсы
6	50	300
7	40	280
8	33	264
9	28	252
10	24	240

Как мы видим расходы потребителя (третий столбец) имеют тенденцию к сокращению: за шесть фунтов чая потребитель готов заплатить 300 пенсов, за семь фунтов – только 280 пенсов, за восемь фунтов – 264 пенсов, за девять – 252 пенса, а за десять – 240 пенсов.

На первый взгляд весьма трудно поддается осмыслению тот факт, что за большее количество товара покупатель готов платить меньшее количество денег или, что то же самое, за меньшее количество товара - больше количества денег. (Кривые спроса (столбец 2), имеющие указанную закономерность, Маршалл называет низкоэластичными кривыми спроса на товар, противопоставляя им высокоэластичные кривые спроса, предполагающие рост расходов покупателя по мере увеличения количества покупаемого им товара).

Если индивидуум готов уплатить 300 пенсов за фунт чая, или 18 монет за одну упаковку, лишь бы не остаться вовсе без чая, почему тот же самый индивидуум должен желать заплатить за два фунта или же две упаковки чая меньше денег, чем за меньшее его количество? Ведь получая больше чая, он, вероятно, будет лучше удовлетворять свои потребности, чем, получая меньшее его количество. Даже если покупатель сам не в состоянии выпить добавочное количество чая, он может напоить им больше гостей, подарить друзьям или найти любое иное его употребление, способное принести ему экономическую пользу или доставить моральное удовлетворение. Ведь для этого не требуется сокращать расходы на прочие покупаемые им экономические блага, теряя в доставляемой ими пользе. В крайнем случае, покупатель может попросту выбросить бесполезное для него добавочное количество чая, что равнозначно покупки шести фунтов чая за пятьдесят пенсов, уплачивая те же самые триста пенсов.

При цене фунта чая равной 24 пенсам, покупатель приобретет 10 фунтов этого напитка, заплатив общую сумму, равную 240 пенсов. А в случае, если продавец чая установит цену, равную 28 пенсов, тот же самый покупатель на том же рынке за аналогичный период времени, купит уже 9 фунтов чая, уплатив за них только 252 пенса.

Совершенно ясно, что потребитель, будь он в здравом уме и твердой памяти, не должен поступить таким образом – он не может заплатить за девять фунтов товара, больше денег в сравнении с десятью фунтами товара того же качества. С одной стороны, 9 фунтов чая не могут принести покупателю большую пользу, чем 10 фунтов. С другой стороны увеличение расходов покупателя до 252 пенсов, должно повлечь за собою сокращение расходов на приобретение других необходимых субъекту экономических благ в размере 12 пенсов, которые, очевидно, будут приобретены в меньшем числе и, следовательно, несколько хуже смогут удовлетворить желания субъекта. Такой план не может быть принят субъектом.

Теперь, вернемся к субъекту А, покупающему только одну упаковку чая при его цене в 18 пенсов. В табл. 9 представлены: его спрос (первый столбец), шкала спроса (второй) и совокупный расход (третий).

Таблица 9

Количество, упаковки чая	Цена за одну упаковку, пенсы (шкала спроса)	Расходы субъекта А на чай, пенсы
1	18	18
2	10	20
3	8	24
4	7	28
5	6	30

Как не трудно заметить, субъект А при снижении стоимости упаковки готов покупать больше чая: при цене 18 пенсов он приобретет одну упаковку, при снижении цены до 10 пенсов – 2 упаковки, при понижении ее до 8 пенсов – 3, при цене в 7 пенсов – 4, при цене 6 фунтов – 5. Чем больше упаковок чая, при понижении цены последнего купит субъект, тем больше денег он готов за него уплатить: за одну упаковку – 18 пенсов, за две – 20, за три – 24, за четыре – 28, за пять – все 30.